Глава

7. Замуж за ректора

Волшебной красоты платье с длинным шлейфом легко скользило по снегу, оставляя на его пушистом ковре мягкий протяжный след. А воздушная фата, напоминавшая узоры мороза, легко колыхалась, касаясь белоснежных тканей и такого же белого, искристого снега. Изящный букетик из белых роз, лепестки которых были усыпаны блестками, тоже напоминал снег, но в отличие от него сладко пахнул. Мне не был страшен холод, так что я вполне могла позволить себе пройтись в своем сказочном наряде по заснеженным тропам перед замком академии. Константин же в нескольких метрах впереди выглядел просто потрясающе в черной меховой мантии, так что ему даже не нужно было использовать согревающее заклинание!

Еще несколько шагов. Еще несколько маленьких, воздушных шагов, и я уже стояла рядом с ним, под изящной ледяной аркой, украшенной филигранными объемными узорами из цветов, фей и завитушек. А напротив нас, торжественно улыбаясь, стояла регистратор в красивой персиковой шубке. Ее тонкие руки в длинных перчатках, выглядывавшие из пышных рукавов, добавляли ей милого сходства с каким-нибудь забавным зверьком.

Торжественные звуки марша Мендельсона, играемые оркестром, стали на порядок тише – так, чтобы громкий голос регистратора звучал четко и ясно, на весь склон, усеянный адептами, преподавателями и прибывшими в Академию друзьями Константина.

– Уважаемые невеста и жених! – торжественно проговорила она. – Сегодня – самое прекрасное и незабываемое событие в вашей жизни. Создание семьи – это начало доброго союза двух любящих сердец. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создавая семью, вы добровольно приняли на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей. Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным. Прошу ответить Вас, невеста.

– Да, – млея, ответила я.

– Прошу ответить Вас, жених.

– Да, – уверенно ответил Константин, и от этих слов, сказанных его голосом, мое сердце приятно вздрогнуло.

– С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей, ваш брак регистрируется, – торжественно продолжала женщина. – Подойдите ко мне и своими подписями скрепите ваш семейный союз.

Сделав шаг к регистратору, я взяла золотую перьевую ручку и поставила свою подпись в документе, который женщина держала в своих руках, вложенным в жесткую папку. Сразу за мной то же самое сделал и Константин.

– Прошу вас в знак любви и преданности друг другу обменяться обручальными кольцами, – продолжила она, и к нам, неся в руках подушечку с золотыми кольцами, подошла приятной наружности работница ЗАГСа магического сообщества.

Этот момент, когда Константин надел кольцо на мой безымянный палец, а я в свою очередь надела кольцо на него… мне показалось, что я просто расплачусь от счастья! Не может быть, неужели это в самом деле происходит? Мы правда женимся? Я действительно становлюсь женой этого человека – который был предназначен мне судьбой, которого я всем сердцем любила еще со своей прошлой жизни, и которого подсознательно стремилась вновь обрести даже до того, как впервые встретила после своего перерождения? Ах, не может быть, как же я счастлива!

– В полном соответствии с Семейным Кодексом, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Поздравьте друг друга! – радостно воскликнула регистратор, и в тот же миг я задрожала, просто чудом не потеряв сознание, когда Константин резко обнял меня, прижимая к себе, и захлестнул снежной лавиной такого страстного, такого жаркого поцелуя, что мне показалось, он сейчас попросту растопит весь снег и лед в этом маленьком измерении, нашем собственном сказочном царстве!

– Дорогие супруги! – торжественно проговорила регистратор, когда Константин наконец выпустил мои губы, и я, счастливо улыбаясь, обмякла в его объятиях. – Дорогой любви вы пришли к нам, соединив свои судьбы семейным союзом. Отныне вы – муж и жена. Сохраните дар первых счастливых дней и пронесите их чистоту и верность через долгие годы жизни. Не растеряйте свою любовь среди жизненных неудач и суеты. Пусть ваше счастье будет светлым и чистым, как весеннее небо; долгим, как вся ваша жизнь, и прекрасным, как ваша большая любовь.

Захваченная праздничной метелью, я чувствовала себя маленькой снежинкой, которая кружится в вихре истинного волшебства. Поздравления, возвращение в замок, торжественно украшенный к свадьбе ректора, а особенно – банкетный зал. Я даже представить себе не могла, что это место, и так безумно красивое, может выглядеть настолько потрясающе! Везде, в каждом уголке выглядывали чудесные живые цветы. Банкетные столы, ломившиеся от изысканных кушаний, стояли у стен, и тот, за которым сидели мы с Константином, находился в самом центре внимания. А на паркете, один за другим, выступали звезды эстрады, которых я раньше только по телевизору видела!

Но что самое невероятное… первый танец мы танцевали под песню «Любовь, похожая на сон», исполненную лично Аллой Пугачевой! А после Примадонна спела еще несколько своих вечных хитов, прежде чем на сцену вышел Басков, за ним Киркоров, Надежда Бабкина с целой толпой танцовщиц в сарафанах, Михаил Боярский…

– Их зачаровали, – пояснил мой муж, подливая мне в бокал немного розового шампанского, в то время как на паркете гости задорно плясали под «Пора-пора-порадуемся на своем веку». – Легкая дезориентация. Они не догадываются, где находятся на самом деле. Думают, что выступают на свадьбе какого-то важного чиновника. А после мероприятия с их памятью еще немного поработают, чтоб вдруг не ляпнули чего лишнего где не нужно.

– Удобно, – подметила я, проглотив канапе, которым Константин как раз меня покормил.

– Магия это штука вообще довольно удобная, любовь моя… хочешь осетра? – подмигнул лорд ректор, с вилочки кормя меня запеченной рыбкой, которая просто таяла во рту!

Надо же, никогда бы не подумала, что буду на собственной свадьбе танцевать под Диму Билана, лично поющего для меня и моего жениха свои песни! Что буду кружиться на паркете роскошного бального зала, в то время как Григорий Лепс собственной персоной харзиматично выводит «Рюмка водки на столе»! И медленно, прижимаясь к телу моего ректора, танцевать медляк, когда в считанных метрах от нас группа «Лесоповал» исполняет «Белого лебедя на пруду». Ах, это было так прекрасно, так трогательно!

К тому времени, как петь вышел Валерий Меладзе, у меня уже не было сил танцевать, хоть ноги так и требовали покружиться под вечное «Я не могу без тебя». Но Константин понял, что мне срочно нужно отдохнуть, и повел меня обратно за стол. Где начал буквально насильно закармливать тигровыми креветками, политыми лимонным соком, жульеном, трюфелями, японской мраморная говядиной, лобстерами…

– Ах, милый, я больше не могу, – прошептала я.

– Еще одну, тебе нужно набраться сил перед скорой первой брачной ночью, – подмигнул муж, запихивая мне в рот ложечку черной икры.

Первой брачной ночью? Как, уже? Так скоро?

Но беглый взгляд на большие часы, висевшие на стене под потолком, дал понять, что сейчас и вправду поздний вечер. Надо же, как быстро пролетело время! Казалось, лишь минуту назад меня наряжали в шикарное платье и делали роскошную прическу, которую увенчали фатой, и вот уже приходит время завершения праздника…

– Дорогие гости! – задорно сообщил Иван Ургант, бывший сегодня у нас на свадьбе тамадой. – Время уже позднее, и нашим жениху и невесте пора уединиться. Так что давайте-ка проводим их хорошенько! А напоследок они станцуют для вас свой прощальный танец под песню, которая очень особенная для их пары!

Не может быть… Первые аккорды и мужчины в черных куртках и шляпах, закрывающих глаза, которые вышли на сцену, напевая такой любимый мною мотив…

– Все для тебя, любовь моя, – прошептал Константин, выводя меня в центр зала, чтобы страстно закружить в танце под «Тает лед», исполненный «Грибами» в живую!

Когда песня закончилась, а «Грибы» замерли, прекратив приседать, лорд ректор под всеобщие аплодисменты вывел меня из зала и передал служанкам, в сопровождении которых я направилась в покои моего теперь уже супруга. Там мне помогли раздеться и разобрали сложную прическу, чтобы я могла принять ванну в окружении ароматических свечей. А после натерли тело увлажняющими лосьонами и надели на меня легкую белую ночную рубашку – вышитую морозными узорами, декорированную камушками, блестящими в свете свечей, и совсем капельку, интригующе-прозрачную. Ровно настолько, чтоб очертания стройного тела и затвердевшие соски едва просвечивали в интимном полумраке.

Ждать Константина мне пришлось недолго, пожевывая сладкий виноград на кровати, усеянной лепестками роз. Вскоре после того, как я была готова, мужчина вошел в спальню, держа в руках бутылку шампанского, два бокала и интригующий черный пакет.

– За наше долго и счастливо, – улыбнулся он, откупоривая бутылку, и разливая шампанское по бокалам, чтобы один из них протянуть мне. Соприкоснувшись хрустальными стенками, издавшими мелодичный звон, мы сделали по глотку, после чего поставили бокалы на столик, и тут лорд ректор достал из пакета… маленькую золотую баночку.

– Что это? – с интересом спросила я, но в следующий миг ответ пришел сам: открыв баночку, мужчина продемонстрировал лежащие в ней золотистые икринки!

– Самая редкая и дорогая икра в мире, – ответил он, поднося маленькое сокровище к моим глазам. – «Алмас», икра белуги-альбиноса. Эта рыба водится в Каспийском море у берегов Ирана. Сто граммов такой икры стоят около двух тысяч долларов, и обычно она распродана на четыре года вперед.

– Ох, ты просто…

– Волшебник? – подмигнул муж, протягивая к моему рту золотую ложечку, наполненную редчайшим лакомством.

– Ах, нет, Константин, я не могу, просто не могу съесть это! – воскликнула я, резко зажмурившись. – Такой дорогой деликатес…

– О чем ты, Эвелина? – ухмыльнулся мужчина. – Ты ведь теперь моя жена. А значит можешь есть и надевать что угодно.

– Но ведь… это слишком дорого…

– Ты что, опять вздумала перечить мне? – строго проговорил ректор, тоном заставляя посмотреть ему в глаза. – Адептка Квинси, слушай мой приказ и ешь эту икру!

А в следующий миг, ухмыльнувшись еще шире, он попросту спустил штаны, демонстрируя свой огромный член, уже готовый к бою. И не говоря ни слова, лишь хитро ухмыляясь, намазал на него золотистые икринки!

– Что ж, не хочешь по-хорошему… Тогда соси, Эвелина. Придется мне кормить тебя этой икрой таким образом.

Задыхаясь от волнения, возбуждения, предвкушения и чувства неловкости, я осторожно приблизила свой ротик к толстому стволу и в последний момент поймала язычком икринку, сорвавшуюся в влажной головки…

Ох, как же вкусно! Легкий ореховый привкус, тонкие нотки, игравшие на моих вкусовых рецепторах, и осознание того, что девушка вроде меня никогда не должна была ощутить этого вкуса. Но теперь, попробовав, не могла остановиться, и разом обхватила губами член своего мужа, собирая с него бусинки солоновато-орехового золота. А после, слизав все до конца, принялась жадно обсасывать орган, ощущая послевкусие от икры, смешанное с крепким мужским запахом. В который резко, мощной струей, вмещался вкус спермы лорда ректора, бурным потоком брызнувшей в мой рот!

– Вот так уже лучше, – довольно простонал мужчина, запуская пальцы в мои волосы и массируя нежную кожу головы.

Неожиданно муж схватил меня за плечи и, срывая легкую ночную рубашку, швырнул на кровать! Я успела лишь возбужденно вскрикнуть, прежде чем он навис надо мной с золотой баночкой в руках, и вывалил драгоценные икринки на мое тело. Рассыпавшись словно жемчуг, они замерли на коже, вздрагивающей от возбуждения. В то время как ректор, довольно ухмыляясь, принялся одна за другой слизывать их с моего животика, груди, ключиц, сосков, пупка…

– Ты намного вкуснее этой икры, – прошептал ректор в мои губы, накрывая меня диким поцелуем, от которого я протяжно застонала, ощущая приятно ноющее чувство внизу живота.

А уже в следующую секунду я отдавалась ему, крича от наслаждения и выгибаясь под ласками мужчины, которому отныне принадлежала раз и навсегда. И который теперь принадлежал лишь мне одной, мне единственной, и больше никому на всем этом белом свете.

– Так что, все утряслось? – лениво потянувшись в постели, поинтересовалась я, попивая игристое вино.

– Более-менее, – кивнул Константин, нежно скользя подушечками пальцев по моей шее. – По крайней мере, на какое-то время. Возможно в будущем у Федерального министерства магии еще будут ко мне вопросы, но на ближайшие три-четыре года мы можем вздохнуть спокойно и ни о чем не беспокоиться.

– Как я поняла, мне теперь можно уже начинать готовиться писать дипломный проект по той заморозке времени в пределах этого измерения, которую я организовала? – хихикнула я, проведя пальчиком по груди своего мужа.

– Смех смехом, а вот на самом деле так оно и есть, – вздохнул лорд ректор. – Насколько я уже успел выяснить за то время, что у меня было перед тем, как к нам сюда явились за подробными объяснениями… То, что ты провернула, это нечто из ряда вон. Фактически ты сохранила это измерение и Тайную Ледяную Академию за счет того, что законсервировала это место во времени, сделав нас с тобой, как элементы ритуала, чем-то вроде ключевых звеньев заклятия. Я и вовсе не могу покинуть это место, потому что за его пределами моментально умру, а текущее заклинание будет разрушено и потребуется наложение нового с твоей стороны. Ты же… если я сделал верные расчеты, то раз в сто лет ты можешь покидать это измерение, но не дольше, чем на год, иначе заклятие лопнет. Вдобавок… теперь, когда с стенах академии время остановлено, никто из находящихся здесь людей никогда не постареет, а так же их телам невозможно нанести физический вред, поскольку они зафиксированы в определенной временной точке. Но если покинуть эту зону, то время для тела снова запускается. То есть тот год, что ты проведешь за пределами этого места раз в столетие, будет вычтен из твоей вечной жизни. Так что визитами во внешний мир тебе лучше не злоупотреблять. С адептами, думаю, таких проблем не будет – от них достаточно просто держать в секрете то, что оставаясь здесь, они не стареют. Пять лет обучения – не такой большой срок, чтобы они это заметили. Да и проблема нежелательной беременности среди адепток таким образом разрешается, потому что даже если в их незащищенное противозачаточным заклинанием тело попадет сперма, зачатие не произойдет, пока они не покинут стены академии. Так что достаточно будет просто накормить их зельями-контрацептивами перед выпуском.

– Смотрю, у меня получилось довольно интересное и полезное заклятие.

– Именно, Эвелина. Но… у этого заклятия есть побочный эффект, – серьезно проговорил мужчина.

– Какой?

– Теперь мы никогда не сможем умереть.

– Как это?! Вообще никогда? – в ужасе воскликнула я, приподнявшись на локтях. Сердце колотилось от волнения и внезапного осознания того, что до этого витало в воздухе.

– Именно, вообще никогда, – проговорил мужчина, сжав кулаки. – Сколько бы ни прошло эпох, в стенах Тайной Ледяной Академии мы всегда будем оставаться молодыми, красивыми, полными сил, и ничто не сможет убить нас.

– Мамочки, ужас-то какой! – всхлипнула я, ощущая, как земля уходить из-под ног. – Как… Как же мы теперь будем? Что же нам делать? Как жить с ЭТИМ?!

– Не волнуйся, любовь моя. Я уверен, мы справимся с этой бедой. Потому что будем вместе! – горячо выдохнул он, набрасываясь на меня со страстным поцелуем. После которого страх ушел, потому что я поняла, что в самом деле готова отдаваться этим губам хоть целую вечность!