Глава 50. Вот мы и дома

Как доктор и сказал, через неделю процедур меня выписали, и мы с Дрейком отправились домой через портал. За то время, пока я лежала в больнице, сердце меня больше не беспокоило. Да и Шень решил, что прогноз благоприятный. Правда травы для новых лекарств ещё не успели прибыть, но доктор пообещал передать их сразу, как всё будет готово.

Все дела по клубнике в эту неделю вел мой новый помощник. Дрейк доставлял мне отчеты, и они были очень даже хороши. Дракон не соврал, нанятый мужчина и правда был мастером своего дела, поэтому уже устроенные отрасли типа рыночного сбыта я могла оставить на него.

Сам Дрейк всю неделю был со мной. Мы сильно сблизились. Правда не в романтическом плане, а… душевном что ли. Он заботился обо мне, старался надолго не отлучаться. Я ждала, что он вновь будет делать какие-то шаги в страстном плане, но после нашего разговора Дрейк будто стал аккуратнее и больше не шёл напролом.

Если честно, меня это даже немного расстраивало. Но я понимала, что так правильно. Если всё же я могу надеяться на полноценные отношения с ним, то будет лучше, чтобы они развивались более плавно.

— Вот мы и дома, – улыбнулся дракон, когда мы приземлились перед нашим поместьем. После перехода через портал он отрастил крылья, и дальнейший путь мы преодолели по воздуху.

Дрейк поставил меня на землю. Я внимательно осмотрелась и поняла, что здесь почти ничего не изменилось, за исключением лишь одного…

На крыльце стоял какой-то мужчина. Он словно никак не решался постучать.

— Добрый день, – окликнул его Дрейк, едва заметил.

Гость обернулся, и я его узнала. То был господин Дерье. Глава ресторана, к которому я ходила и предлагала свою клубнику. Он тогда меня отшил, а теперь… неужели, пришел исправлять ошибку?

— О, здравствуйте, – Дерье был особенно улыбчив.

Мы с Дрейком поднялись на крыльцо, и я также поздаровалась.

— Какими судьбами к нам? – не без подозрительной улыбки спросила я.

— Хотел бы обсудить бизнес вопрос, если вас это ещё интересует.

У меня по телу прошлась волна мурашек от удовольствия. Видимо, конкурс, в котором победил торт с моей клубникой, да ещё и интервью в газете всё-таки убедили ресторатора, что мои ягоды отнюдь не «безызвестный товар».

— Почему же вы передумали? – я не могла отказаться от маленькой дозы ликования.

— Я был на том конкурсе и видел результат девушки, что выступала с вашей клубникой. А после интервью с одной из жюри в столичной газете… в общем, да, я сильно пожалел, что не согласился на ваше предложение сразу. Очень надеюсь, что оно ещё актуально.

Дерье говорил спокойно и честно. Хоть при первой встрече он мне не понравился, да и до сих пор не изменил моего мнения, но… нам с ним работать, а не детей крестить. Все бизнес партнеры нравится и не должны.

— Да, конечно, – я кивнула.

— Проходите в твой кабинет, – вмешался вдруг Дрейк.

Я посмотрела на него с удивлением.

— Кабинет?

— Да, я приказал переделать одну из гостевых спален под кабинет, чтобы тебе было удобно принимать посетителей. Надеюсь, теперь они будут ездить к тебе, а не наоборот.

Я улыбнулась с искренней благодарностью во взгляде. Мелочь, а очень приятно!

— О, учитывая, какой ажиотаж сейчас вокруг того рецепта с конкурса – не сомневайтесь, – вздохнул Дерье. – Я точно знаю, что ещё несколько моих коллег собираются нанести вам сегодня визит. Потому и стою тут с самого утра, чтобы быть первым.

— Но вы же понимаете, что я не буду сотрудничать с вами на исключительных условиях? Если ваши коллеги придут ко мне, я заключу договор на поставки и с ними. Клубники у меня много.

— Я и не надеялся. Но товар ведь ограничен количеством. Потому я и пришёл как можно раньше, чтобы занять место.

Звучало многообещающе. Если так, нужно будет поскорее заняться новым урожаем. Всё же как славно, что Алёна сделала мне хорошую рекламу, которую Дрейк удачно подкорректировал интервью в газете.

— Тогда пройдёмте, – я указала Дерье на вход.

Ресторатор не соврал. Помимо него ко мне обратилось ещё несколько его коллег, и договора на поставку заключались без каких-либо проблем. Разве что они расстраивались, что я не продавала ещё и блины, но то территория Алёны. На неё я лезть не хотела.

После нескольких встреч, я попросила помощника больше никого ко мне пускать. Нужно было полноценно освоиться дома и отдохнуть после больницы. А то Дрейк пару раз заходил и ворчал, что я прыгнула с места в карьер, где плескался океан работы.

Однако кое-какое дело нужно было сделать до того, как идти отдыхать…

— Вызывали? – заглянула ко мне Линда.

Я кивнула и жестом пригласила её присесть.

— Да, здравствуй. Как тут обстояли дела, пока меня не было?

— Да всё хорошо, – служанка пожала плечами, опускаясь в кресло напротив. – Ваш новый помощник успешно строил рабочих, чтобы они продолжали трудиться в поле. Комнату вот обустроили под кабинет. Правда грустно, что с вашим возвращением вернулась и эта гадкая женщина, Калиста…

Ну да, логично. Пока я лечилась, Леорику и Калисте здесь делать было нечего. Благо хоть в больницу к нам они не полезли со своим расследованием.

— А что, с ней всё так плохо?

Линда устало вздохнула.

— Она… своеобразная. Вечно лезет под руку к слугам и кухаркам, и никому тут не нравится. Вроде как её взял в помощницы господин Леорик, но ей, видимо, скучно, вот она и пытается строить из себя не пойми кого. Своих-то слуг нету, хоть чужими командует.

— Я постараюсь с ней это обсудить, – я кивнула и помедлила, прежде чем продолжить: – однако я позвала тебя немного для другого.

— Слушаю.

— Линда, скажи, зачем ты мне соврала?

Служанка моментально вздрогнула и напряглась. Отвела взгляд в сторону и нервно сжала ткань на юбке.

— В-вы о чём?

— О Дрейке. Он ведь не такой, как ты мне сказала, верно?

Линда прикусила губу. Она молчала какое-то время, поэтому я предположила сама:

— Скажи честно, ты в него влюблена, и не хотела, чтобы у нас что-то получилось по-настоящему?

— Что? – Линда тут же вся выпрямилась и захлопала глазами. – Нет! Нет, не подумайте!..

Ну, хоть не отрицает, что сказала не правду.

— Тогда почему? – я старалась говорить мягко, тема явно деликатная.

— Ох, понимаете, – в её глазах отразилась печаль, – после смерти госпожи Амелии, я… в общем… я очень беспокоилась за господина Леорика.

— Что? – я искренне удивилась и не скрывала этого.

— Да. Понимаете, я ведь служила у вашей сестры и видела, насколько сильно он любит её. Это невероятное чувство. Настоящее и искреннее. Если честно, я даже не представляю, как он пережил их разрыв. Мне кажется, что госпожа Амелия правильно сделала, когда бросила его. Потому что гнев и обида дали ему сил. Если бы она просто умерла перед ним… я боюсь, что даже столь сильный мужчина просто отправился бы за ней.

— Это всё очень понятно и грустно, но… причем тут я и Дрейк?

Линда тоскливо улыбнулась.

— Вы сейчас играете её роль. Возможно, будете играть её всю жизнь. Понимаете, я наблюдаю за ним. В том числе и тем утром. Когда вы вошли в столовую на завтрак, он словно ожил. Даже хоть Леорик и думает, что Амелия бросила его и любит другого, но просто от вашего присутствия рядом он невольно ободряется. А всё остальное время ходит подобно призраку делового юриста, не более. Вы тогда ушли искать господина Дрейка, и он вновь стал всего лишь тенью себя настоящего. Мне было так грустно наблюдать за этим, что когда вы спросили о Розель, я… я не подумала и наболтала лишнего.

Линда потупила взгляд и сильно сжала ткань на своей юбке.

— П-простите.

Я же никак не понимала:

— Но зачем? Что бы это поменяло?

Служанка начала объясняться быстро, взволнованно и сбивчиво:

— Я знаю, мои слова прозвучат абсурдно, но просто понимаете… господин Дрейк невероятный мужчина, вокруг которого вьётся куча женщин, и он может выбрать любую из них! А Леорику нужна только одна. Только Амелия. Только вы можете оживить его вновь, и я подумала… – она отвела взгляд, – это глупо, но подумала, быть может, вы отстранитесь от господина Дрейка и увидите, что Леорик очень хороший мужчина.

— Линда, – я печально вздохнула, – ты же понимаешь, что я не Амелия? И если Лео и правда её так любил, то даже если бы я вдруг решила обратить на него внимание, он бы быстро раскусил меня.

— Да, да, – служанка закивала. – Я и сама кучу раз пожалела, что наболтала вам этого бреда. Но боялась признаться, думала, вы уволите меня. Простите, пожалуйста, – у неё заслезились глаза, и она быстро утерла их ладошкой. – Просто… просто смерть госпожи сильно выбила нас из колеи. Всех нас. Есть какая-то наивная надежда, что вы сможете быть такой же, но… вы ведь не она. И должны жить своей жизнью, а не просто заменить её. Простите, я… я такая глупая.

Я испытывала смешанные чувства. На секунду мне самой стало грустно, что я не Амелия, и не могу ею быть по-настоящему. Но всё же я другая. И этого не отнять.

— В-вы теперь уволите меня? – пролепетала Линда сквозь слезы.

— Нет, – ответила со вздохом. – Я не злюсь на тебя. Мы с Дрейком всё выяснили, так что твои слова нас не поссорили, и слава богу. Но впредь, пожалуйста, не делай так больше.

— Конечно, – она спешно закивала. – Простите меня ещё раз. Я должна была во всем вам помогать адаптироваться, а сама наговорила таких глупостей.

— Главное, что теперь всё хорошо.

Хоть одним вопросом и проблемой стало меньше.

Я опустила взгляд на кучу подписанных бумаг.

Да и дело идёт в гору.

Вот только моё сердце… когда всё начинало так хорошо налаживаться, здоровье вставляло палки в колеса, напоминая, что именно оно – наша главная ценность. Лишь бы всё обошлось и я поправилась.