Глава 66. Амелия

Амелия

Я уже не помню, сколько дней нахожусь в этом кошмаре. Всё вокруг напоминает сон. Я проваливаюсь в тёмное небытие, и лишь совсем изредка в нём загорается свет, напоминая, что я ещё жива.

Жива ли?..

Я стараюсь цепляться за свою память. Стараюсь не упустить обрывки прошлого. Но вспоминать становится всё тяжелее. Снова и снова хочется спать.

С чего же начался этот ужас?

Ах, точно.

В тот день…

Какое-то время назад

— Доктор, получается, мне осталось совсем немного? – спросила я дрожащий голосом, когда пришла в себя после ужасной новости.

Шень глядел на меня чуть ли не со слезами на глазах. С момента, когда он сообщил эту же новость моей матушке, прошло не так много времени. За время её болезни мы с ним успели стать почти что семьей.

Доктор стер предательскую влагу пальцами и рвано кивнул мне.

— Боюсь, что так, Амелия.

Ко мне покрепче прижался Снейр. Хорёк сидел на плече, и теперь его теплый нос печально терся о мою щеку. Пушистик плакал, но его слезы утопали в шерстке.

— А… а сколько конкретно? – еле выдавила из себя.

— Месяц. Может, чуть больше.

Странное чувство. Я очень часто сталкивалась со смертью, когда работала в госпитале. Потом похоронила маму. И, кажется, все слезы и горечь кончились именно тогда. Поплакать над своей участью у меня просто уже не было сил.

В голове сразу начали мелькать мысли о том, что я должна сделать за эти две недели. Чтобы как можно меньше людей испытали то, что чувствовала я, когда умерла мама. Лучше я тихонько встречу свою судьбу в одиночестве. Не хочу причинять кому-то такую боль. Доктор Шень сказал, что именно на этом фоне болезнь обострилась и достигла последней стадии.

— Спасибо вам, – сдавленно поблагодарила доктора и вскоре ушла. Впервые без его наставлений по борьбе с этой заразой, которая всё-таки победила.

Я знала, что надо делать. Все чувства и сожаления о самой себе отошли на второй план. В голове появился чёткий порядок действий. И нужно было всё успеть до того, как я отправлюсь следом за мамочкой.

Сначала я зашла в госпиталь, где последнее время работала, и сказала, что больше не приду. Это было волонтерство, поэтому задержать меня никто не мог. С пациентами прощаться не стала. Напротив, попросила коллегу сказать, что ушла, даже не вспомнив о них. Пусть лучше думают, что я жестоко сердечная, чем оплакивают после.

Когда ехала в карете домой, Снейр тихонько спросил:

— А что же… что же будет со мной?

Я прижала к себе покрепче малыша. Жаль, что он узнал горькую правду вместе со мной.

— Ты будешь свободен и сможешь жить так, как тебе захочется.

— Что за жизнь без тебя? – он жался всё сильнее. – Всё то время, что я себя помню, ты была рядом.

— Ты у меня сильный, Снейр, – говорила, а у самой голос подрагивал. – И очень самостоятельный. Я попрошу моего будущего мужа, чтобы он обеспечил тебя всем, чем только необходимо.

— Мужа?! – хорёк чуть не подпрыгнул.

Я лишь сдавленно улыбнулась и спрятала взгляд.

— Ты хочешь успеть выйти замуж за Лео? – спросил Снейр после долгой паузы.

— Нет… не за него.

Разговор после я помню смутно. Лишь горечь и ком в горле. Мне было так жаль.

Что же было дальше?

Точно…

Карета подъехала к дому. Самое сложное ждало меня именно там. Я должна была проститься с мужчиной, которого бесконечно любила и знала, что это взаимно. Меньше всего мне хотелось, чтобы мой дорогой Лео страдал. Уж лучше пусть ненавидит меня до конца дней, чем бессильно смотрит, как я умираю у него на руках.

Вопреки моим ожиданиям, Леорик ещё не успел вернуться с работы, когда я вошла в дом. Однако меня встретила Мелинда, моя служанка. Она была чем-то по-доброму взволнованна.

— Госпожа Амелия! Господин Леорик просил передать вам это.

Она протянула записку. Там был указан лишь незнакомый адрес и время. Однако по лицу служанки я поняла, что она знает гораздо больше.

— Линда, что это?

— Он приглашает вас в ресторан!

— Зачем так… загадочно? – шепнула себе под нос.

— Я не должна этого говорить, но, – Линда приблизилась и совсем тихо произнесла: – мне кажется, он хочет сделать вам предложение!

Подобная новость обрадовала бы меня при любом другом раскладе, но сегодня она ударила раскаленным металлическим кнутом прямо по хрупкой душе. Внутри всё сжалось от боли.

— Простите! – испуганно затараторила служанка, заметив, как я поменялась в лице. – Я не должна была… ох… простите! Просто подумала, что вы захотите по-особенному нарядиться. Я такая глупая, испортила сюрприз!

— Нет, нет, – еле выдавила из себя, кое-как найдя силы дышать. – Ты тут совсем ни при чем. Линда, пожалуйста, не готовь никакого особенного платья. И ещё… помнишь, мне писал мужчина? Кажется, его звали Дрейк.

— Дрейк Калахор? – служанка нахмурилась.

— Да. Свяжись с ним как можно скорее и попроси о встрече. В гостинице. А также собери все мои вещи.

С каждым моим словом Линда становилась всё бледнее.

— Вещи? – растеряно и тихо переспросила она. – Но… зачем?

— Мы уезжаем. Сегодня ночью. Сразу, как я вернусь.

Уже не помню, как собиралась в этот проклятый ресторан. Запомнилось лишь ощущение: как шла на ватных ногах. После смерти мамы, это был самый ужасный вечер в моей жизни. А ведь я так долго мечтала услышать те самые слова от моего Леорика. И не дала ему их произнести…

— Ты весь вечер такая молчаливая, – с доброй улыбкой заметил Лео. – Что-то случилось?

Я вздрогнула, вспоминая слова доктора, однако тут же натянула на лицо непринужденное выражение удовлетворения и мотнула головой.

— Нет, всё хорошо.

— Ты почти ничего не ела, – любимый накрыл мою ладонь своей теплой рукой. – Точно всё хорошо? Я ведь вижу, что-то не так.

Я бы хотела оставить этот миг и раствориться в нем навсегда. Вот так просто сидеть, ощущая нежность его пальцев, смотреть в эти родные глаза и чувствовать его чудесную заботу, за которую когда-то полюбила этого мужчину.

Поджала губы.

Ощутила, что ещё немного и могу расплакаться.

Вот нужно было этим слезам проявиться именно сейчас! Ведь когда услышала смертельный диагноз, глаза даже не намокли. А тут еле сдержала дрожь и с болью подавила всхлип.

Нельзя.

Со мной всё кончено.

А моему Лео обязательно нужно жить дальше! Просто уже без меня…

— Всё нормально, правда, – наконец, выдавила из себя. Одновременно сделала вид, что неловко роняю вилку. Быстро потянулась за ней и судорожно выдохнула, пока Лео не видит. Уже через секунду вновь выпрямилась с улыбкой на лице.

— Знаешь, Амелия, я позвал тебя сюда не просто так… – начал он ту самую речь, которую наверняка готовил очень и очень долго, и которую я всей душой желала услышать, но… лишь резко перебила его:

— Да, мне тоже нужно сказать тебе кое-что важное. Можно я первая?

— Конечно. Леди вперед.

Он был так беззаботен и прекрасен, ведь даже предположить не мог, что самый счастливый день в нашей жизни, который он уже нарисовал в своей голове, обернется крахом и разочарованием.

Я вдохнула.

Выдохнула.

Следующие слова казались мне выстрелом. Словно я не говорю, а буквально навожу на Леорика пистолет и стреляю в самое сердце.

Однако я должна была нажать на курок и не разрыдаться при этом.

— Я выхожу замуж, – отчеканила я с притворно холодной выдержкой.

Воцарилась самая тяжелая тишина в моей жизни.

— Ты… нашла кольцо? – Лео неловко улыбнулся. Не мог даже на секунду представить, что я говорю не о нём.

— Я выхожу замуж за другого мужчину, – я прятала взгляд, смотрела в стол. Сделала вид, что вытираю губы салфеткой и положила её на тарелку. Что угодно, лишь бы занять руки и перевести внимание, но не смотреть Леорику в глаза.

— Ч-что? Это шутка?

Я понимала, что не выдержу долгого прощания. Не смогу безжалостно держать лицо и говорить все эти ужасные слова. Нужно было прижигать эту рану быстро, болезненно и без промедлений.

— Нет. Я серьёзно. Я должна выйти замуж за наследника семьи Калахор, чтобы получить доступ к землям семьи. Сначала это казалось мне бредом, но потом я узнала Дрейка получше…

— АМЕЛИЯ, ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ?! – Лео не выдержал и вскрикнул, из-за чего на нас обратили внимание все люди за соседними столиками.

Мне пришлось поднять взгляд. Я никогда не видела на лице Леорика такого смешения ужаса, гнева и глубокого непонимания. Его глаза, казалось, вот-вот могли выпасть из орбит. Губы дрожали. Пальцы в судороге сжали скатерть на столе.

— Давай только без сцен, – я чувствовала себя последней тварью, когда вот так холодно говорила это. Я могла произносить слова, ведомая лишь одной мыслью: «я делаю это ради него». – Мы взрослые люди. У нас ничего не вышло. Я ухожу.

— Что… да… ведь только недавно всё было нормально! Ты сама говорила!

Я не выдержала и поднялась со стула. Как заставить руки не дрожать?!

— Прости, Лео. Дело не в тебе. Просто я познакомилась с этим драконом, и сердце само подсказало, что это моё. Это истинная любовь. С первого взгляда, понимаешь?

— Нет! Какая любовь?! С какого такого взгля…

Я перебила:

— Пожалуйста, если сможешь, прости, но… на этом всё кончено. Уверена, ты тоже найдёшь женщину, рядом с которой ощутишь это самое волшебство. Мне даже словами не описать это чувство. Его просто нужно найти, чтобы понять.

— Амелия! Стой! Куда ты собралась?! – он попытался ухватить меня за руку, но я успела отшатнуться.

— Прости. Мои вещи уже собраны. Больше мы не увидимся. Не ищи меня и просто живи дальше. Ничего уже не изменить. Я приняла решение.

С этими словами я выпорхнула прочь из ресторана. Слышала, что Лео что-то кричал, но старалась не вслушиваться. Попросила охрану придержать его, потому что якобы чувствую себя не в безопасности после такой сцены.

Когда запрыгнула в карету, тут же горестно разрыдалась навзрыд.

Сердце колотилось с невероятной силой, а грудь разрывало. Я думала, что умру вот прям там, не доехав до дома. Но то была другая боль. И она жгла сильнее, чем моё смертельное состояние…

Остальные мои действия были доведены до автоматизма. Я следовала своему плану, просто выполняя пункты, отключив все эмоции. На самом деле, я умерла уже тогда, в карете. Вернее тогда погибла моя душа. А тело смогло продержаться ещё полтора месяца.

— Я уже и не думал, что вы согласитесь, – хмуро произнес Дрейк, когда мы встретились с ним на следующий день в моём номере гостиницы. – Вы уверены, что согласны? Разве вас не связывали отношения с другим мужчиной?

Эти слова больно кольнули меня… если бы внутри всё не опустело в момент, когда я в последний раз смотрела в глаза Леорика.

— Это уже неважно. Я умираю, – прямо ответила без всяких утаек. – Мне осталось максимум пара месяцев. И мы с вами должны успеть сделать всё до того, как моя болезнь возьмёт верх.

Дрейк молчал какое-то время, а после спросил лишь:

— Он знает?

— Нет. И никогда не должен узнать. Я сказала, что влюбилась в вас с первого взгляда, и ушла от него из-за чувств.

— Это жестоко…

Я выставила руку в останавливающем жесте.

— Заставить любимого человека смотреть, как я умираю, а потом не дать ему жить дальше – вот что жестоко.

— Но он ведь всё равно поймёт, когда вы…

— Нет. У меня есть одна мысль. Вернее, у меня к вам две просьбы, Дрейк. Даже условия. Без них у нас сотрудничества не выйдет.

— Конечно, я вас слушаю.

— Моя служанка, Линда, и мой помощник Снейр, останутся жить в поместье, и вы обеспечите их всем необходимым.

Я подняла на дракона вопрошающий взгляд.

— Без проблем, – он ответил, не раздумывая.

— И второе условие… оно несколько эксцентричнее. Однако оно может помочь и вам тоже.

Дракон нахмурился и лишь сложил руки на груди, ожидая.

— У меня есть сестра-близнец. Мы обе родились на Земле, в мире, где нет магии. Однако моя матушка и я умерли во время родов. По крайней мере, в том мире. Кросворн притянул нас к себе, и мы просто продолжили жить здесь, потому что это наша настоящая родина. Но моя сестренка осталась там, с папой. Они ничего не знают о наших корнях. Мы никогда не связывались с ними…

— Я не совсем понимаю, к чему вы клоните?

— Я хочу, чтобы после моей смерти вы нашли мою сестру и предложили ей сыграть мою роль. Хотя бы на время. Пока земли точно не останутся вашими. Моя мама очень хотела, чтобы поместье Готье вновь принадлежало нашей семье. Но мы с сестрой – последние из нашего рода.

— Но как я это сделаю? – дракон невольно хмыкнул. – Как вы предлагаете мне отправиться на эту… Землю?

— Я не знаю. Но мне кажется, если способ и существует, он ведом лишь драконам.

На этих словах Дрейк задумался. Я не знаю точно, о чём.

— Допустим, я найду способ. Почему бы вам не отправиться туда, пока вы живы, и не попросить сестру самостоятельно? Неужели вы не хотите увидеть её?

— Ох, очень хочу! Но… но даже обычная телепортация выпивает из меня все соки. Боюсь, что межмировую, если она вообще возможна, я просто не переживу. Совсем никак.

Дрейк лишь понимающе, хмуро кивнул.

— Вы уверены, что вашей сестре это нужно?

— Нет, но… понимаете, дело не только в землях. Я и мама обе пострадали от сердечной болезни, которая передается по наследству. Раньше наши предки доживали до глубокой старости, хотя их сердце и было повреждено. А мама и я… мы довольно молоды. Я очень боюсь, что именно с нами что-то не так. И моя сестра, быть может, тоже попала под эту неудачную лотерею жизни. Я хочу, чтобы вы убедили её не просто попасть в Кросворн, но ещё и проверить здоровье. Ведь врачи в немагическом мире не смогут ей помочь. Если мои догадки верны, и на нашем здоровье семейная болезнь особенно отыгралась, то она может умереть, даже не понимая, от чего. И я не уверена, что тогда у неё будет шанс проснуться в Кросворне. Я очень боюсь этого.

— Я понял, – дракон принимал все мои слова как солдат приказы. – Как мне её найти? Я могу попробовать искать способы попасть в другой мир уже сейчас и, быть может, вы ещё успеете встретиться здесь.

— Это было бы здорово, но, увы, маловероятно. Я даже не знаю её точного имени. Могу лишь предполагать…

Как я и думала, Дрейк не успел. Впрочем, я и не надеялась. Найти возможность перенестись в иной мир – это почти что поверить в сказку. Однако мы всё же успели пожениться.

Свадьба… я помню тот день смутно, потому что не хотела его запоминать. Со мной должен был быть другой мужчина. Я просто плыла по течению и ждала, когда же это всё закончилось.

И оно закончилось.

В карете. Когда я пыталась доехать до поместья, которое нам с Дрейком всё-таки отдали. Хоть и на «испытательный срок».

Смерть оказалась совсем нестрашной. Я просто ощутила, как моя душа отделяется от тела и куда-то летит.

После была пустота. Именно в ней я старалась не терять хоть какие-то крупицы сознания. Я даже думала, что всё это – та самая жизнь после смерти. Так продолжалось до этой самой ночи…

Иногда в пустоте загорался свет. Иногда появлялись силуэты и звуки. Однако они были далеко. Я ничего не видела. Но именно сегодня два человека подошли совсем близко. Нас будто отделяло лишь стекло, которое несколько размывало картинку, но… к моему удивлению я отчетливо видела их.

Я думала, это будут жнецы, ангелы или демоны, что решат уже судьбу моей души. Мама иногда говорила о неком чистилище, и мне казалось, я в нём. И, видимо, настал день рассудить меня. Однако увиденные лица повергли в шок.

Я знала их. Это был доктор Шень и Калиста. Моя подруга молодости.

Но… что вообще происходит?

— Значит, они заперты здесь? – спросила Калиста, указывая прямо на мена, а затем куда-то в сторону. Я постаралась повернуть голову, которой, казалось бы, не существовало вовсе, и увидела розоватый кристалл.

Ничего не понимаю.

— Да. Лола полностью, а Амелия всё никак не хочет покидать этот мир, – недовольно фыркнул Шень, и я окончательно растерялась. Теперь уже ничего не пыталась анализировать, просто слушала. – Мои таблетки позволяют мне отрывать кусочки их душ, постепенно переселяя сюда. Симптомы маскируются под сердечную болезнь, которая так удачно имеется у их семьи. Однако полностью высосать Амелию у меня всё ещё не выходит, хотя она была при смерти ещё несколько месяцев назад…

— А выглядят оба кристалла наполнено, – задумчиво протянула Калиста.

— Именно! Но, видимо, душа Амелии слишком сильная. Я не понимаю, как она до сих пор держится. Что это за лечение, которое они умудрились отыскать в другом мире?

— А вы не думаете, что вас просто дурят? – Калиста подошла ко мне ближе и буквально… ткнула! Я увидела подушечку её указательного пальца. Будто она прикоснулась к стеклу, что разделяло нас. – Вы видели, как она разжирела? Может, это другой человек, просто под маскировкой.

— Держишь меня за идиота?! – Шень буквально рявкнул. – Я первым же делом проверил её ауру, её тело, её энергию. Всё идентично! Это Амелия!

— Тогда почему она никак не подохнет?

Что за ужас они говорили? Почему обсуждали меня, словно я недобитая собака? Да даже о животных с таким пренебрежением не рассуждают!

— Они не дохлые, – прошипел доктор. – Не видишь что ли, их кристаллы отличаются от остальных!

Калиста отшатнулась от меня. Я же вдруг начала лучше понимать, что здесь происходит. Я в заперта? Вернее, моя душа. А там, сбоку… кристалл с душой мамы?

— Что это значит?!

— Я не собираюсь рассказывать тебе все тонкости, – фыркнул Шень.

— Вы обещали! – змеей зашипела Калиста. – Это было условие моей лжи перед законом! Если не хотите, чтобы я рассказала правду и надеетесь, что я сделаю завтра всё правильно, вам придется посвятить меня в каждую деталь! Почему вы не убьёте их?

Шень помедлил, прожигая Калисту гневным взглядом. Я никогда не видела его таким. Неужели, это настоящее лицо того доктора, который стал для нас почти членом семьи?

— Потому что это моя гарантия, – произнес он, наконец. – Реджинальты обещали мне не просто деньги. Если всё пройдёт хорошо и поместье Готье достанется им, я женюсь на их единственной дочери, и вскоре сам буду владеть всеми этими землями. Однако они в любой момент могут отказаться или вовсе убить меня.

— И как вам помогут запертые тут души?

— Не перебивай, нетерпеливая ты девка! Эти кристаллы, – он подошёл ближе и с наслаждением провел передо мной пальцами, – моё величайшее творение. Они работают на моей жизненной энергии. И если со мной что-то случится – души освободятся. Я заложил заклинание на воссоздание тел, поэтому даже Лола вновь будет цела и невредима. Так что если Реджинальты решат меня убить после того, как я закончу с этой семейкой, ПУФ, – он развел руками, – и их план обернется крахом.

Я была настолько в ужасе, что не могла поверить в происходящее…

— И что же, вы будете держать их здесь вечность?

— Конечно нет, – хмыкнул Шень. – Пока я не женюсь на дочери Реджинальтов и не получу земли.

— Думаете, Дрейк это всё так просто оставит?

— Если Амелия умрёт до того, как оформят все бумаги, его уже никто не спросит. Убить девчонку без подозрений куда сложнее, чем просто сослать вечного вояку обратно в тёмные земли. Когда он поймёт, что тут ему нечего ловить, сам отправится на войну. Ведь больше у него ничего и нет…

— Вообще-то у меня на него планы!

Шень вдруг расхохотался.

— Ну да, ну да. В любом случае, проблемы надо решать постепенно. Амелия так упорно цепляется за жизнь, что завтра я дам тебе настоящий яд. Ты подсыплешь ей в еду. Конечно, совсем не факт, что её душа после такого окончательно сформируется здесь, а не отправится в мир иной. Однако это уже неважно, у меня останется её мамаша. Даже если девица умрёт – потеря не так велика, чтобы из-за неё терять все ставки.

— А какие у меня гарантии, что вы выплатите мне всё до копейки? – хмыкнула Калиста. – Сейчас ведь у вас нет таких денег.

— Именно поэтому я тебе всё и рассказываю! Правда взамен на доверие. Ты единственная знаешь о моём плане. Мы уже с тобой повязаны, Калиста, – он подошёл к ней и взял её под руку. – Судьба буквально подарила мне подарок, когда ты появилась на горизонте. Ведь если бы я не видел, что ты сделала в пору твоего волонтерства в моём госпитале…

— Вы обещали забыть это!

— Я и забыл. Ведь ты всё ещё на свободе.

— Тот солдат всё равно был уже не жилец.

— Так или иначе, я доверился тебе, а ты доверяй мне. И сделай завтра всё так, как я скажу…

С этими словами они ушли, вновь закрывая меня в полной темноте. Я готова была сойти с ума от ужаса. Моё сознание разрывало понимание происходящего и казалось, что я просто не выдержу всего этого.

Однако вдруг, когда уже все звуки затихли, а свет окончательно погас, к моему кристаллу извне что-то прикоснулось. Во тьме сверкнул огонек, мне показалось, что это была маленькая лапка. А затем я услышала знакомый шепот:

— Хозяйка, потерпите немного. Мы обязательно вытащим вас отсюда.

Это что, Снейр?

Да!

Это точно был Снейр.

Однако… однако потом всё стихло.

И тогда я подумала, что просто сошла с ума.

Что я обезумела, и мне это привиделось.

Ведь дальше была лишь агония осознания и сожаления. Попытки понять, как настолько ужасные и алчные люди могут вообще существовать?

Я не верила, что свет в конце туннеля горечи существует, пока… пока в этом ужасном месте не появился огонь. Луч надежды. А следом они. Возможно, задержись они ещё на чуть-чуть, я просто потеряла бы себя в этой клетке безумия...