Эпилог

— Ульяна Михайловна, вас в приемной муж ждет, — секретарь вошла в кабинет Ковыльской, которая последние три года управляет фондом Валерии Максимовны. Сама Романовская занимается новыми проектами, скинув многочисленные хлопоты на плечи бывшей помощницы. Пришлось даже выучить английский язык, начать разбираться в картинах и освоить еще несколько десятков навыков. Забавно, ведь когда-то она мечтала освещать светскую жизнь, а теперь сама ее создает, пусть и не в столице.

— А сколько времени? — молодая женщина глянула в угол монитора. — Ой! Пора закругляться, и попроси Александра Ивановича зайти, — Ульянке было неловко, что опять заставила мужа ждать. Она всегда старалась завершить дела до его приезда, но иногда так уходила в работу с головой, что забывала обо всем остальном.

— Во же деловая женщина, — усмехнулся Саша, войдя в кабинет. — Ехать пора, а ты все в офисе сидишь. Похудела, побледнела, пора на свежий воздух, — обойдя стол, подошел к жене и наклонился, чтобы поцеловать. — Я соскучился, — многозначительно протянул.

— Я тоже, — вздохнула она в ответ. — Все-таки такая семейная жизнь — это ненормально.

— Но мы же справляем, — мужчина потерся своим носом о ее. — Хотя порой это и сложно.

— Два руководителя в одной семье…

— Слишком много? — Саша поднял бровь.

— … армагеддец в отдельно взятой ячейке общества, — усмехнулась она. — Хочешь, чтобы я уволилась? — серьезно спросила. Это очень важный вопрос, но иногда кто-то должен уступить. И правда, они справляются, сейчас, когда дети подросли, стало проще, но иногда накатывает усталость.

— Ни в коем случае, — Ковыльский тоже был серьезен. — Ты на своем месте. А я на своем. Обойдемся без ненужной никому жертвенности, — и поцеловал долгим поцелуем, который из нежного быстро перерос в страстный. — Как думаешь, твоя мама еще потерпит часок наших детей? — в глазах сверкнул озорной огонек. — Три дня без тебя, это очень-очень много. Я сильно соскучился.

— Бабушка и дедушка еще немного потерпят, — обвила руками шею мужа, с удовольствием вдохнула аромат туалетной воды — терпкий и свежий, идеально ему подходящий. — Ты отлично выбрал квартиру, почти за углом от моей работы.

— Ну, я же хожу на работу пешком, — погладил жену по коленке, тонко намекая на продолжение.

— Ты живешь на работе, — хлопнула по шаловливой руке, и встала с кресла. — Жаль, ты без галстука, — и пошла на выход их кабинета. За спиной раздался раскатистый смех. Галстук — очень важная вещь в семейной жизни. Особенно когда на женщине только он и надет.

Десять лет брака, двое детей, а он все еще считает Ульяну самой красивой, самой лучшей женщиной на свете, подарившей ему дочку и сына. Хлопот от деток выше крыши, но и самые счастливые моменты тоже связаны с ними. За эти годы они привыкли проводить много времени в машине, курсируя между городом и конноспортивным комплексом. Жена вполне уверенно водит, и это совершенно не мешает ему переживать, пока они едут из города в деревню. У них давно сложился график, который учитывает школы, садики, секции и прочие важные вещи. Порой бывает трудно, но Александр ни за что не променяет нынешнюю жизнь на более спокойную, точнее, пустую и одинокую. Есть все же в руководстве своим делом немаловажное преимущество, можно иногда скинуть дела на подчиненных.

Завтра утром по дому поплывет аромат кофе, и пока дети будут спать, у них будет пара часов только для себя. У Саши и Ульяны давно сложилась традиция встречать вместе рассвет. Она снова доверчиво прижмется к нему, укутав обоих в плед, потому что хоть и поздняя весна, а по утрам все еще прохладно. Он ждет не дождется, когда у детей начнутся каникулы, и они будут жить с ним постоянно. Дом каждый день будет наполнен шумом и веселым смехом, а вместо выходного папы станет выходной мама.

Полусонных детей пристегнули в автокресла, и машина мягко покатилась прочь из города. В приоткрытое окно влетал весенний ветер, играл с распущенными волосами Ульяны. Говорить не хотелось, они просто держались за руки, благо почти пустая дорога позволяла такие вольности, скопившееся напряжение и жажду друг друга немного притушили, заехав на квартиру. Впереди была ночь томной и неспешной любви, только не забыть закрыть дверь в комнату на замок. Пару раз чуть не случился конфуз.

— Опять не спишь? — Саша вышел на террасу, неся в руках две кружки с кофе. Ульяна уже примерно час, как выскользнула из постели и вышла из дома. Он не мешал этим минутам тишины, необходимым ей после сумасшедшего городского ритма. Побыть наедине с собой тоже очень важно, пусть это и отнимает у них целый час совместного времени.

— Здесь хорошо дышится и не думается. Я уже и представить себе не могу, что когда-то жила без всего этого. Спасибо, — взяла кружку со свежесваренным кофе, приготовленным специально для нее именно так, как она любит. Благодарно поцеловала мужа. Он все так же хорош собой, подтянут, и любимым ее развлечением по-прежнему является наблюдение за тем, как он колет дрова. Конечно, без футболки. И пусть в волосах уже проскальзывает седина, это его совсем не портит. Сердце при взгляде на мужа все так же замирает, а пальчики на ногах поджимаются в сладком предвкушении. — За все спасибо. За надежное плечо, за карьеру, за детей, за себя. За то, что не говоришь, что я плохая мать и жена, раз уделяю вам внимания порой меньше, чем работе.

— Тссс, остановись, — Саша обнял любимую женщину, привычно поцеловал в висок. — Что за минутка самокопания? Не верь тем, кто говорит, что ты плохая. Ты самая лучшая, — еще один поцелуй. — Я тебя люблю с каждым днем все больше. Как же я обожаю эту тишину, пока наши маленькие монстрики спят, — усмехнулся.

Поставил кружку на перила, рядом Ульянкину, обнял жену со спины. Взяв ее руку в свою, поднес ладонь к губам и поцеловал, а потом переплел их пальцы.

— Я тоже тебя люблю, — расслабленно откинулась на грудь мужу. — Жить без тебя не смогу.

— И не надо…

Мужчина и женщина смотрели, как встает солнце, раскрашивая такой удивительный мир. Эти минуты были только для них двоих. Предрассветная тишина вдруг взорвалась щебетом птиц — новый день вступил в свои права. У них оставалось совсем немного времени до того момента, когда дети выбегут на террасу, громко хлопнув дверью, и повиснут на родителях, требуя внимания и ссорясь, кому сидеть на папиных плечах. Очередной день семейной жизни закружит в радостных хлопотах. А все неприятности и удары судьбы они примут плечом к плечу, поддерживая друг друга и в радости, и в горе.

Конец