Глава 26

Спустя два месяца

— Родители у Вас близняшки, — констатирует врач. Тычет в экран монитора, чтобы мы рассмотрели своих крохотулек.

Смотрю во все глаза. Бросаю счастливый взгляд на Игоря.

Сердце падает кубарем вниз — ему абсолютно безразлично.

Да что с ним такое?!

Мы так ждали этого момента.

Выходим из Центра, задаю вопрос в лоб:

— Боишься, что они не от тебя?

Всем понятно, что один эмбрион погиб, а второй не только выжил, нои поделился.

— Почти уверен.

— Что ты намерен делать?

— Лана, давай просто жить! — рычит Игорь. — Ты получила то, что ты хотела. Отстань. Дай мне покой.

Стальные глаза смотрят с ненавистью.

Я не отстаю от него:

— Игорь, ты обещал подумать насчет Саши. Мы заберем мальчика из десткого дома?

— Лана, делай что хочешь!

На следующий день приезжаю к Сане. Вместо него выходит классная:

— Светлана, Сашу уже забрали в семью.

— Как же так?

— Нужно было раньше решаться.

— Я не могла раньше, — шепчу бессвязно.

— Мне жаль.

— Могу ему позвонить?

— Нет! — обрывают меня грубо.

Даже поплакаться некому в жилетку. Игоря никогда нет дома. А когда он есть — то это абсолютно чужой мне человек.

Подменыш. Не мой муж.

Ему не интересна ни я, ни наши дети.

Устала страдать. Теперь мне всё безразлично.

Жду появления на свет двух солнышек.

Только иногда екает сердце, когда старший Лисицын упоминает в разговорах сына и будущую невестку Евгению.

* * *

Спустя семнадцать месяцев

Лана

Мы наконец-то выбрались в детское кафе.

Девчонкам исполнился ровно годик в понедельник, и вот сегодня в воскресенье мы сможем достойно отпраздновать радостное событие.

К моему огромному разочарованию все опаздывают.

Уж маму-то где черти носят? Вечно где-то лазит, самая занятая в нашей семье, никогда до нее не дозвониться. Вот и сейчас мямлит по телефону:

— Доченька, прости. Записалась на новую программу Московского долголетия, только с танцев приехала.

Серьезно? С танцев?

Когда у долгожданных внучек первая в жизни днюха.

Рассаживаемся. Благо на дворе лето и помогает нам милая блондинка официантка.

— Сладка, давай, — помогу. — Пойдем сначала помоем ручки, — девушка достает из коляски одну из дочурок, берет бережно на руки.

— Тяжелая! — смеется.

Ариша улыбается ей в такт беззубым ртом.

Беру на руки Дашеньку.

Вместе направляемся в уборную к умывальникам.

— Как Вы их различаете? — удивляется блондинка в форме.

— Да, Вы что! Арина и Дашенька, они абсолютно разные, — уверенно отвечаю я, заглядывая в огромные глаза дочурки.

Даша тут же реагирует на мой голос, хлопает ресничками, подтверждая мамины слова.

В этом и суть. Даше всегда интересно быть с мамой, слушать ее. Я — центр ее маленькой Вселенной. А у Арины центр притяжений иной!

Моем пухлые ручонки, заодно протираем девочкам лица. Всё-таки жара на улице несусветная, пусть ощутят прохладу.

Выныриваем обратно в зал, наряженный к детскому празднику. Кидаю взгляд на убранство и количество столов. Вижу три эпицентра праздника. И в одном эпицентре гости уже расселись, празднество набирает обороты.

Я бы обиделась на всех своих гостей, но взглянув в огромные счастливые глаза дочек, тут же успокаиваюсь. Успеем еще напраздноваться.

Ариша с Дашей уже сидят в детских стульчиках, плотно придвинутых к роскошному столу, на которому из-за обилия ярких блюд яблоку негде упасть.

Я даже не услышала, а учуяла как зверь, что ко мне подошли из-за спины. Твердая рука легла на затылок.

Не оборачиваюсь. Это точно не рука Игоря.

Дочурки вертят головой, чем-то привлек их хозяин руки.

— Привет, Ланочка!

Конечно, фамильярнее и наглее голоса во всём мире не сыщешь.

Прошло более полутора лет, а я до сих пор помню. Звук голоса засел в моем сердце навсегда.

— Я просила не называть меня Ланой. Светлана!

— Усек! Светлана Андреевна, так нравится?

Из-за спины появляется Егор собственной персоной.

Он также хорош до неприличия как раньше — высокий, спортивный, и по-прежнему молодой. Сколько ему двацать пять или — шесть. Мне тридцать два.

Наши взгляды перекрещиваются. Карие глаза неприязненно смотрят на меня.

— А ты как и раньше….

— Что?

— Такая же красивая, возраст не портит.

Ну спасибо за комплимент. Впрочем, чего я ожидала от этого мерзавца.

Его глаза пристально смотрят на моих девочек.

— Вот это сюрприз! — Он медленно подходит к Арине, кладет руку на ее два маленьких русых хвостика, торчащих кверху, как локаторы у инопланетянки. Треплет прическу.

Ну не козел? Я битый час сооружала эту конструкцию из мягких непослушных волосиков дочки.

— Арина и Дарья, — представляю дочек. — Близняшки.

— Вижу, не слепой. А почему у ТВОИХ дочек глаза карие?

Нервно сглатываю, самый ненавистный вопрос в моей новой жизни.

— К чему ты? — рявкаю, поглядывая на спасительную входную дверь. Но она молчит, не отвечает открытием на мои мольбы.

— Ланочка, у тебя глаза зеленые, у мужа серые, а у близняшек карие!

— Чудо природы?

Голос его звучит мерзко, и я теряю почву под ногами. Кажется, Егор пришел сюда, чтобы разрушить наш мир.

Смотрю в серьезные карие глазенки Дашеньки, ищу в них поддержку, нахожу, как обычно.

Шиплю Егору в ответ:

— У моих бабушки с дедушкой были карие глаза. А карий — он доминирующий, всегда вытесняет зеленый.

— Ну-ну, я и говорю, что Игорь здесь ни при чем!

Готова ударить парня, но вижу, что за нами следят несколько пар глаз из той самой компании, где празднование в самом разгаре.

— Генетическая экспертиза покажет, кто отец!

Резко встаю, приближаюсь на опасное расстояние, грудью упираюсь в мощную мужскую грудь:

— Послушай меня, сосунок. Если ты посмеешь разрушить мою жизнь, я за себя не ручаюсь.

Карие глаза нагло улыбаются мне одной. Красивое холенное лицо Егора становится грозным.

— Ланочка, теперь ты меня послушай.

Дети мои!

И ты моя!

Он шипит на меня, а Дашка нервничает. Вижу краем глаза как дергаются ее маленькие антенны.

Хнычет.

Одновременно — открывается входная дверь, Дашенька громко рыдает, защищая маму, Ариша тянет ручки к папе,

Игорь чмокает меня в щеку:

— Родная, прости. Колесо пробило.

От дверей бежит мама, которую не видно из-за двух огромных розовых коробок.

За коробками виляет бедрами Наташка.

За ней подтягивается вся ее дружная мужская монстрячая семейка.

Все в сборе.

Здесь лишь один лишний — Егор.

Поворачиваюсь к нему, чтобы прогнать. А он…

Хватает меня, целует при всех в губы.

Поворачивает к Игорю:

— Что ты на это скажешь?

Муж не злится, он растерян. Хлопает на нас глазами.

— Игорь, что происходит? — шепчу я.

Егор держит меня крепко, не дает вырваться.

— Игорек, расскажи ей всю правду, иначе я сам.

Муж молчит.

— Ну ты не оставил мне выбора, — грозно рычит Егор. — Твой донор Ланочка — это я. Дочки мои. У твоего мужа есть вторая семья, где растет годовалый сынишка Демид.

А ты принадлежишь мне!

Мой взгляд недоуменно мечется между Дашенькой, Аришей и Егором. Они действительно жутко похожи.

Кидаю спасительный взгляд на мужа:

— Как же экспертиза? Ты ведь уверил меня, что дети твои! Зачем, если у тебя есть своя семья?!

— Извини. Не решился на правду.

— Твоя дурацкая гордыня развалила наш брак, — плачу я, пытаясь вырваться из крепких рук Егора.

— Лана, я тебя никогда уже не отпущу. Я поклялся любить тебя!

— Зато я поклялась себе не любить тебя! — прошептала я.

— Получилось?

— Нет!

Мои губы легли на теплые губы Егора.

Конец