Глава 42. Марта

Мое сердце стучит и колотится. Ему мало места в тесной, сжатой тугой тканью груди. Скольжу руками по плечам Алекса, по шее, запускаю пальцы в его волосы. Пробую осознать, что с ним все хорошо, он жив, вполне здоров и сейчас крепко меня обнимает. Говорит, что никогда не отпустит. – Почему не сказала, что едешь? – убирает непослушную прядь мне за ухо. Сережки позвякивают, покрывая плечи мурашками и вызывая щекотку. – Я не собиралась. Так получилось, что… – опускаю взгляд на ворот черного лонга, выглядывающий из-под комбинезона. Алекс не успел переодеться, и я ловлю себя на том, что скучала по гонщику Эдеру и по его костюму. По-моему, это чистый секс. – У тебя много болельщиков, ты в курсе? – перевожу тему. Раскрываться по-прежнему сложно. – Мне досталось место в гуще фанатов твоей команды. И когда ты исполнял пируэты на гравии с Тимуром, я слышала самые громкие испуганные вопли своей жизни. Алекс не перестает осматривать меня и кружить взглядом по лицу. В голове повторяется его голос: «Не отпущу», «люблю»… – Ты могла бы сидеть в вип-зоне. В наушниках. – Я хотела на трибуне. – Ты всегда и во всем будешь действовать наперекор? – Может, это моя маленькая месть тебе?… – отворачиваюсь и бессвязным взглядом осматриваю крохотную коморку. – За что? Он правда не понимает? Я стараюсь. Правда стараюсь идти дальше, верить Алексу и его чувствам. Пытаюсь уговорить себя не бояться. Но в такие моменты, как этот, тупо кажется, что Алекс, сознавшись в своей любви, разрубил наше прошлое и протянул руку в полной уверенности, что я счастлива принять его и отпустить ту боль, что он причинил. Слегка отталкиваюсь от крепкой груди Эдера и, набросив улыбку, отступаю. Я правильно сделала, что не позвонила Алексу, а приехала сама и села на то место, что купила, а не получила по связям. – За то, что заставил волноваться, – отвечаю первое, что приходит на ум. – Как твои руки? Алекс выкидывает их вперед и крутит запястьями. – Сказали, жить буду. Но мне необходим покой, ласка и секс три раза в день. Лучше четыре, но не уверен. После гонки я обезвожен и обессилен, – от его ухмылки слабеют колени. – Врачи не уточнили, с кем именно нужен секс? – на полном серьезе спрашиваю. – И позы? В какое время? Продолжительность? Хотя постой, обезвоженный организм достаточно слаб, я права? – Замолчи, – шипит и полностью расстегивает свой комбинезон. Стою близко и стараюсь не засмеяться. Да и смех застревает в горле, когда Алекс снимает лонг и остается в одних боксерах. Поворачивается еще и смотрит нагло. «Секс три раза в день», – так и шепчут его серые, полные огня, глаза. Алекс переодевается, не отрывая от меня взгляда. Джинсы, фирменная черная футболка, шнурки на кедах завязывает, глядя на меня и мои ноги. Помню, как угрожала гонщику, что еще целовать их будет, а он… Не верил. Но все же целовал. – У меня обратный билет через три часа, – говорю с вызовом. Чего хочу добиться, не знаю. И вру сама себе. Знаю. Сознаться – как принять капитуляцию. Я хочу, чтобы он не позволил мне улететь. – Представляешь, и у меня, – смеется, но от меня не скрывается напряжение в его тоне. – Ты летишь со мной на самолете? – Это хороший вид транспорта. Самый быстрый, между прочим. – А ты куда-то спешишь? – Секс три раза в день, забыла? – Дурак! – толкаю в плечо, а Алекс ловит мою руку и тянет на себя. Он заключает меня в объятия, и становится так хорошо, что я зажмуриваюсь. Если это все сон, я бы хотела побыть в нем еще немного. Из комнаты выходим, взявшись за руки. Ну, Алекс взял мою руку и повел. Я с трепетом в животе наблюдала и не брыкалась. Волнение и нервозность оплетают мое тело. Что-то похожее испытываю перед выходом на подиум. Сотни пар любопытных глаз, оценивающие тебя от макушки до пят. Ошибки запрещены, сомнения возбраняются. У тебя есть две минуты, и ты должна пройти идеально. Весь офис «Серебряных стрел», а затем и паддок, застыли. Перед глазами мелькают заголовки и яркие надписи, хайлайты крупных спортивных изданий и желтых газетенок, аккаунты со сплетнями и тысячами обсуждений. «Бывшая невеста Алекса Эдера снова замечена рядом с чемпионом», «Как долго на этот раз продлится их союз?», «А правда, что свадьба Алекса не состоялась, потому что он ушел от Марты к другой?»… Фотографии. Сотни, тысячи. Обычно они не самые удачные, но зрелищные. Я задыхаюсь от нахлынувших в мой мозг мыслей и сценария будущего. Когда тебя мусолят, обсуждают твое прошлое, сделанные шаги, сказанные слова, – это травит. И боюсь прочитать то, что вновь поселит во мне сомнение: «Рано или поздно он все равно уйдет, потому что всю жизнь любил и любит только одну женщину». И это не ты, Марта. Алекс уверенно выводит меня с территории и ведет к арендованной машине. Открывает дверь, ждет, пока я усядусь, и только потом обходит и занимает водительское кресло. Через лобовое стекло вижу несколько камер, и отворачиваюсь к телефону, опустив козырек. Направленные на меня камеры еще никогда не раздражали так, как сейчас. Назойливые насекомые. – Как думаешь, через сколько минут паблики треснут от такой новости: «Бывшая Алекса Эдера снова появилась рядом с чемпионом»?– меняю голос, словно зачитываю заголовок самой низкопробной бульварной прессы. – Уже, – сухо отвечает, выруливая на дорогу. Алексу до лампочки. – Ясно. Настроение подорвано. Я уже начала скучать по тому штилю, что был в моей жизни до того купленного танца. Работала, снималась, бегала, танцевала… Встречалась со Стефом. Я определила свое будущее вплоть до старости. И там не было Алекса Эдера, шумихи вокруг нас и мозолей прошлого. И как только крошка неуверенности зарождается под сердцем, Алекс кладет широкую горячую ладонь на мое колено. – У меня показ в Париже на следующей неделе, – робко говорю. – Помню, – Алекс отвечает голосом, в котором чувствую претензию. – Мне будет спокойнее, если ты ко мне присоединишься, – заканчиваю фразу и перекатываю взгляд от своего колена, которое все еще под ладонью Эдера, к глазам гонщика. Повисает долгая пауза. Мне захотелось показать Алексу, чего добилась за время нашей разлуки. Я больше не та, кем была. Да, не топ-модель, и мое имя не значится на крупных постерах и рекламах первых разворотов «VOGUE», но я столько всего сделала, столько усилий приложила, что банально, но мне нужно похвастаться. Смотри, Алекс, мной можно гордиться! Я больше не неудавшаяся моделька итальянского каталога одежды за двадцать евро. – Ты… Хочешь, чтобы я поехал? Появился там рядом с тобой? Выпрямляю спину, насколько это возможно в тесном салоне. Скованное волнением горло искажает голос. – Следующее Гран-при аж через две недели. Я проверяла. Снова в груди нарастающее чувство, что я напрашиваюсь. Цепляюсь за его жизнь, как… Дешевый брелок. – Но если у тебя планы, – спешу исправить ситуацию. Щеки вспыхивают, и Алекс все замечает. – Ты – мои планы, Марта. Конечно, поеду. – Правда? – Хотя бы ради того, чтобы проследить за твоими туфлями. – А я думала, чтобы посмотреть на меня. – И на тебя тоже. Да и кто-то давно обещал мне билет в первый ряд на тринадцатое место. – Ну да, ну да, а врачи настояли на сексе три раза в день. Алекс к этому времени останавливает машину у своего отеля и разворачивается ко мне полубоком. У крутящихся дверей, ведущих к лобби, выставлена охрана, но вокруг – жадные до новостей и сплетен журналисты. Самые приличные новостные обозреватели остались на треки. Здесь же нас встречают «желтые» акулы, зеваки и фанаты. – Но в следующий раз ты едешь со мной на гонку, как… Моя девушка. – Твоя девушка? Уже не друг? – Надружился, Марта. – Тянет на шантаж, Алекс Эдер. – Мой любимый вид общения. Отворачиваюсь и смотрю на толпу, ожидающую нас. Двукратный чемпион, его экс, вполне успешная, наконец, модель, и мало кто понимает, каких трудов мне дается легкость и непринужденные шутки в этот момент. – По рукам, – прикусываю уголок губ и замечаю в глазах Алекса ничем не прикрытый фейерверк удовольствия. Да он горит! Позже нахожу тысячи фотографий, сделанных во время наших пробежек с Эдером, с благотворительного ужина, с пляжа… Даже есть с яхты! Я там полуголая целуюсь с довольным гонщиком. Какой стыд! Все группы трубят о нашем с Алексом воссоединении. Кто-то радуется, кто-то начинает строить теории об очередной сделке, самые усердные выдвигают схему наших отношений и дальнейших планов. Этот мир окончательно меня добьет… Одна из фотографий – я и Стефан. Подпись жуткая, неприятная: «Эта никчемная модель прям разошлась! И кто следующий в ее списке?» Вдруг возникает желание разом их заткнуть. И я выкладываю фотографию ладони Алекса на моем колене. Успела сделать. Как знала. Чуть обрабатываю. Свет в машине был не слишком хорош. Первое «сердечко» прилетает от Эдера, и… Он репостит мою фотографию к себе на страницу.