Глава 5

Элла                        

На обратном пути меня терзал ужас от того, что я увидела.

Я пережила вместе с Аней и Юрой их смерти. Пусть не так ярко, как когда вижу будущую смерть ещё живого человека, но всё же…

Приятного мало.

Точнее, это ужасно, страшно, дико и очень больно.

Их руки и ноги молотили мумию в предсмертных агониях, когти рвали её сухую плоть, сердце умирало, потому что кровь… О Боже… Эта дрянь выпила всю их кровь!

Она словно устроила себе пир, набросившись на двух несчастных, впившись в шею, острыми как бритвы, клыками.

В больницу к Диме меня не пустили, и я ехала домой.

Родственники обещали позвонить и сообщить, когда он очнётся.

По щекам рекой текли слёзы.

Я до побелевших костяшек сжимала руль автомобиля и вжимала почти до упора педаль газа, обгоняя слишком медлительные машины. Так мне сейчас казалось. Мне хотелось мчаться быстрее молнии! И кричать!

Злость и колючая совесть хлестали, обдирая мою душу до самых нервов.

Боль чёрной тенью сковала сердце.

Я всегда считала свою душу чистой и свободной от различных мук совести.

Но не теперь.

А теперь эта чудовищная сверхъестественная дрянь глубоко меня задела, глубоко, едрёна-мать!

Чуть не въехала в автомобиль впереди себя и не создала аварию.

Съехала с дороги на обочину, включила аварийку и зарыдала. Громко. С подвыванием раненной волчицы.

Ударила ладонями по рулю – один раз, другой, третий…

Не выдержав внутреннего напряжения, рвущего разум и душу обжигающим гневом, я закричала и заколотила по ни в чём неповинному рулю кулаками, выплёскивая все эмоции наружу.

Автомобиль на мои удары реагировал сигналами, но я не обращала внимания.

Сколько времени я кричала и рыдала, не знаю — минуту, две, десять, час... Быть может, вечность...

Но после дикой истерики наступило опустошение. Пустота чёрной дырой разъедала меня всю изнутри.

Зато холодный рассудок возвращался в реальность.

Свою душу, испытывающую сумасшедшее чувство вины, растоптанную и стёртую в прах, я на время заглушила. Задвинула эту боль до других времён. Предаться терзаниям я всегда успею.

Вытерла лицо салфетками и посмотрела на себя в зеркало.

Отражение показало мне лицо с припухшими от слёз веками и покрасневшим носом. Но взгляд не был забитым и страдальческим.

Юра оказался прав – вампиры существуют.

И мумия, которая пробудилась, скорее всего, от наших манипуляций, самое настоящее тому подтверждение.

Я найду эту тварь и разорву её собственными руками!

Но сначала нужно всё выяснить...

Плавно выехала на дорогу и дальше поехала в сторону дома.

Мне нужно срочно поднимать все свои связи и искать хоть какие-то зацепки о найденной и пробудившейся твари.

Поднялась на свой этаж и замерла.

Возле моей квартиры топтался молодой мужчина и жал на кнопку звонка. В руке он держал пухлый конверт – старый, коричневый, перевязанный потёртой верёвкой.

— Вы ко мне? — спросила его недружелюбно.

— Элла Ван Мельсинг? — тут же поинтересовался мужчина, пристально разглядывая моё лицо.

— Да, это я. Как вы попали в подъезд? — тут же наехала на него. — Консъержка вам не сказала, что меня нет?

— Я её не спрашивал. Прошёл вместе с другими людьми, — сказал он и пожал плечами. — У меня для вас срочная посылка с пометкой «передать лично в руки».

Я ничего не заказывала. Да и никаких писем, бандеролей и прочего не ждала.

Вздохнула и спросила:

— От кого посылка?

Тот покрутил пакет и снова пожал плечами.

— Отправитель и его адрес не указаны.

— Ладно. Где расписаться? — спросила устало.

— Нигде. Я просто должен вам передать посылку лично в руки, и на этом моя миссия будет завершена.

Пакет перекочевал ко мне и курьер, насвистывая, делая огромные прыжки через ступени, отправился вниз.

Зашла в квартиру, бросила на журнальный стол ключи, разулась и тут же начала вскрывать старый пакет.

Бумага пахла красным деревом. Как ни странно, но ещё и солёным морем, а так же сухими травами.

Достала пожелтевшее письмо, сложенное вдвое и тяжёлый тканевый свёрток. Больше в пакете ничего не было.

Развернула бумагу, исписанную строгим острым почерком и изумилась.

Это письмо явно было написано пером!

Поблекли буквы, дата, но всё же сохранился текст…

Принялась читать.

«Дорогая моя Элла…

Да-да, дитя, я знаю твоё имя хоть и пишу из прошлого.

Позволь представиться – Марк Ван Мельсинг, твой далёкий родственник.

Если ты получила это письмо, то значит, меня уже нет.

Твои родители не говорили обо мне, потому как пытались уберечь, но это бессмысленно. Провидение и судьба всё равно найдут тебя и приведут в то место, где ты должна быть. Где твоё призвание, Элла. Такое же, как и моё…

Я оставляю тебе, моя девочка, всё своё наследие. Уж прости, что взваливаю на твои хрупкие плечи столь тяжкий груз, но по-другому сделать не имею права. Ван Мельсинги древний род, Элла. Мы жили с начала основания мира и уже тогда вели борьбу со злом, что я и продолжаю делать по сей день.

Мне очень жаль, что я не смог тебя подготовить и научить всему.

Но в то же время, обладая характером и нравом Ван Мельсингов, ты, моя храбрая и умная Элла, сама того не ведая, заложишь основы для своего предназначения. Я видел будущее. Видел, как много ты будешь учиться и с какой страстью отдашься любимой работе. Все твои знания, навыки и умения пригодятся в будущем нелёгком деле.

Получив это письмо, я вверяю в твои руки судьбу человечества, Элла. Я верю, что ты справишься, ибо по-другому и быть не может. Ты обладаешь тем же даром, что и я, дорогая моя девочка. И ты знаешь, о каком даре я говорю, хоть и отрицаешь его всеми способами, пытаясь заглушить лекарствами, и объясняешь его природу при помощи логики и медицины.

Твои мысли и вера в то, что ничего сверхъестественного не существует, неверны.

Зло существует, Элла. Оно имеет плоть и кровь, и является реальным созданием, сотворённым Всевышним, как и люди.

На твоё имя я переоформляю всё своё имущество, все счета и всё, чем я обладаю. Подробности твоего призвания и все тайны нашей семьи ты узнаешь из моего дневника, который я веду с момента вступления на свой нелёгкий путь.

Приезжай как можно скорее, ибо зло не дремлет.

Ибо мы не сильны против истины, но сильны за истину. (Второе послание к коринфянам 8:13)

«21» ноября 1935 г.

Марк Ван Мельсинг»

— Что?.. — выдохнула изумлённо, закончив читать странное послание.

Перечитала его ещё раз, потом ещё и ещё, пока не запомнила весь текст наизусть.

Взяла свёрток и развернула старую ткань.

Ключ.

Огромный винтажный ключ лежал передо мной. Ручка была резная, витиеватая и очень красивая. Язычок и выступ «говорили», что замок сложный.

В общем, это была искусная работа. Ключ явно старинный, если не сказать древний.

Взяла ключ в руки и удивилась его тяжести. Холодный металл приятно успокаивал разгорячённую кожу.

Вдруг, мне показалось, что по металлу пробежала искра.

Тряхнула головой и завернула ключ обратно в ткань. Убрала его и письмо во вскрытый конверт и только потом села на диван и уронила голову на спинку.

Закрыла глаза и прислушалась к себе.

Сомневаться в подлинности письма я даже не думала. Это не розыгрыш. Это не путаница. С такой странной фамилией и именем вряд ли найдётся ещё одна женщина в этом мире.

Первой моей мыслью было желание позвонить родителям и выяснить всё про загадочного родственника Марка Ван Мельсинга, который написал мне письмо ещё в 1935 году! Подумать только!

Но потом моя интуиция буквально взбунтовалась этому порыву и едва ли не приказала мне этого не делать.

Свою интуицию я всегда слушала. Ещё никогда она меня не подводила…

Хотя, подвела.

Могла бы и подсказать, что с этой чёртовой мумией не просто что-то не так, а что она несёт смертельную опасность!

Вампир!

Чёрт побери!

Вампиры существуют!

Распахнула глаза и, повинуясь какому-то неведомому чутью, которое меня буквально встряхнуло, включила ноутбук и заказала ближайший билет на самолёт.

Звонить начальству не стала. Меня итак отпустили в непредвиденный отпуск на неопределённый срок.

Вылет завтра утром.