Глава 11

Поводок дернул запястье, но не помог устоять, и я грохнулась на пол. А потом на меня свалился Рен.

– Драный варг!

– Слезь, – просипела я и что есть силы пихнула его в грудь.

Рен откатился в сторону и, судя по гневному возгласу, ударился о стоявший рядом стол.

– Куда ты меня притащи…

Он вдруг замолк на полуслове и жестом велел не высовываться. За дверью послышался шум, а потом она с грохотом распахнулась. Я высунулась из-за стола и увидела, как некто в светло-голубой хламиде вошел внутрь, втолкнув перед собой Клайса.

– Где твои хозяева, щенок? – вскричал неизвестный и тряхнул паренька.

– Ты их знаешь? – одними губами спросил Рен.

– Только Клайса, – шепнула в ответ. – Надо помочь ему!

Следом за первым в кабинет вошли еще двое в точно таких же странных одеждах.

– Бесполезен, – обронил один из них, и в руке другого возник серебристый клинок.

Рен резко поднялся над столом, служившим нам укрытием, и выпустил из ладоней струю пламени, отрезая Клайса от чужаков.

Я вздрогнула, представив кучку углей, в которую они, должно быть, превратились, однако типы в хламидах не пострадали. Вокруг каждого из них красовалась теперь полупрозрачная искристая пленка.

Стоящий впереди сделал пасс рукой, и… Клайс исчез, буквально растаял в воздухе.

Я вздрогнула и поскользнулась на невольно созданной мною же ледяной корке. Ухватилась за столешницу, приподнялась, но тут же пригнулась. В дверной проем ворвался уже не просто огонь – целый поток черного пламени! Он буквально слизал защитные коконы с чужаков и обнажил их перед зашедшими следом магистрами.

Плеча коснулась чья-то рука, и по телу прошел озноб. Но не от прикосновения. В развевающейся черной мантии в кабинет ступил магистр Рейнод. Его жуткие, лишенные белков глаза едва мазнули по мне, но изо рта все равно вырвался клуб пара, а с ладоней на пол осыпалась снежная пыль.

– Уходим, – шепнули над ухом, и мне почудился голос Клайса.

Тем временем в руках магистра заполыхал черный в оранжевых прожилках огненный шар, на что безумец в голубой хламиде лишь усмехнулся и ударил непонятной силовой волной. Разбитые вдребезги стекла разлетелись во все стороны, попадала мебель, я сама с трудом удержалась на четвереньках. У магистра же едва взметнулись полы мантии.

– Уходим! – куда громче позвали меня и, сжав плечо, потащили назад.

Я развернулась и встретилась с встревоженными, болотно-зелеными глазами Клайса. Открыла было рот, чтобы спросить, как он оказался тут, но Рен, сурово поджав губы, втолкнул нас обоих в противоположную от входной дверь.

– Вот мы и встретились, – зло шепнул он, глядя на запертую дверь. Затем развернулся и посмотрел на Клайса: – Ставить контуры умеешь? – И когда Клайс неуверенно кивнул, скомандовал: – Помогай!

Они какое-то время водили руками у двери, а я осматривалась. Окон нет, других дверей тоже. Только огромный камин, несколько столов, кресла и стеллажи с книгами высотою до самого потолка.

– Где это мы? Здесь нет другого выхода?

– Все-таки добрался, – истерически хихикнул Клайс и окинул помещение восторженным взглядом. – Библиотека магистров.

– Похоже, я плохо на тебя влияю, – пробормотала я.

– Неудивительно, – усмехнулся Рен и вплотную подошел к Клайсу. – М-да, – произнес он, рассматривая эмблему на пиджаке Клайса. – Трудно было ожидать чего-то другого. Но, Кристи, – повернулся он ко мне, – можешь объяснить, почему именно темные фейны?

– Какие? – растерялась я.

– Да, учебник истории был правильной мыслью, только не салудонского происхождения!

– Что за манера все критиковать?! Ты же знаешь, что я совершенно не в теме происходящего и не выбираю, куда перемещаться! Клайс! – повернулась я к парню в поисках поддержки.

– Прости. Это все знаки на форме. Кто это вообще такой и как ты сумела его перенести? Тут ведь везде защита, – уже тише добавил парень.

– Похоже, Мари не зря советовала не носить форму, – обиженно буркнула я. – И я его не перемещала, он сам!

Приподняв руку, я продемонстрировала запястье с болтающейся серебристой лентой поводка.

– Магическая цепь? – спросил Клайс и подозрительно взглянул на Рена. – Но защита все равно не пропустила бы…

– А служителей Сияющего? – спросил Рен хмуро.

– В самом деле. Видимо, это они пробили защиту.

– О чем вы вообще говорите? Какие еще темные, какие сияющие? Я ничего не понимаю!

– Успокойся, Кристи. Темные, потому что злоупотребляют запрещенными обрядами, изменяя природу магии и самих себя. Служители Сияющего – еще одни фанатики, только на этот раз из светлого Эквалена. Нас видели только последние, а они вряд ли выживут, так что переживать не о чем.

– Не о чем переживать? Ты вообще сам себя слышишь?! И что теперь делать?

– Вмешиваться мы точно не будем. Пока.

– Нас теперь исключат, да? – спросила у Клайса, чтобы как-то отвлечься от ужасающих мыслей.

– Мы, конечно, запечатали дверь, но магистры без труда пробьют ее, так что лучше тебе все же перенести нас, – с грустью в голосе произнес парень и бросил тоскливый взгляд на желанные стеллажи.

– Но они все равно нас видели! И как это – перенести вас? Поводок у меня только один, – зло усмехнулась я.

– Они не видели. Так ведь, Клайс? И для того чтобы кого-то переместить с собой, поводок тебе не нужен, – сказал Рен.

– Как это?

– Ты ведь никому не скажешь? – убитым голосом вопросил Клайс.

– Вы издеваетесь?! О чем не скажу?

– Это мой дар. Я становлюсь невидимым и могу сделать такими же любые предметы, которых касаюсь. И не только предметы.

– Он спрятал нас до того, как вошли темные. И ты, Кристи, тоже можешь так. Дар захватывает и тех, кого касаешься в момент его применения.

Я ошарашенно молчала пару мгновений, а потом все-таки возразила:

– Я перемещалась во время поцелуя, Рен. Одна.

– Видимо, тебе не понравилось, – усмехнулся этот нахал.

– Если ты хотела сбежать, вполне возможно, что магия послушалась, – поддержал его Клайс. – Да и вообще, кто знает, что еще ты умеешь, если для перемещений между мирами тебе не нужны даже двери! Это же невероятно!

– Кто бы говорил. Стал невидимым! Я думала, этот тип в хламиде что-то сделал с тобой. Не уверена, что у меня получится… А если получится, Клайс окажется в Эн…

Рен не дал договорить, приложил палец к моему рту и произнес:

– Не так быстро, Кристи. Мы задержимся.

– Что? Как это – задержимся?

– Ты разве не видела тот огонь, Кристи? Он ничего не напомнил тебе? А я видел и кое-что еще, и оно меня весьма заинтересовало. И если бы не долг перед Араном, я уже был бы там, – кивнул он на дверь.

– Совсем обезумел? – шепнула я. – Сам же сказал, что там всех поубивают!

– Я не мальчик, Кристи, и давно не адепт. Так здесь именуют студентов? Огонь, закаленный пламенем дракона, может потягаться и с черным пламенем, и с негодяем, причастным к разрушению Финфорта.

– Не надо.

– Не стоит, – произнесли мы с Клайсом одновременно. – То, что вы сказали о темных, сполна относится к магистру Рейноду, – совсем тихо добавил парень.

– Интересное местечко ты выбрала для обучения, Кристи. Даже в Азадоре не позволяли себе столь явной демонстрации запрещенных практик.

– Я не выбирала, я оказалась здесь случайно. И останусь!

– Аран будет в восторге.

– Не говори ему! Рен, я тебя прошу! Мне нужно учиться и искать родителей, а не быть послушной марионеткой в его руках.

– Он совсем не так к тебе относится, – укорил меня Рен.

– Если он узнает, придумает что-нибудь похлеще этого, – сказала я, дергая за поводок. – А я даже заморозить по собственному желанию его не могу! Ведь получилось в прошлый раз…

– Защиту скоро восстановят, тебе лучше увести своего… друга, – сказал Клайс, буквально выдавив последнее слово.

– Насколько серьезна защита? – спросил Рен.

– Как минимум многослойный полог и сигнальная сеть, – нехотя ответил Клайс. – А на этаже магистров наверняка и что-нибудь похлеще. Нам тоже надо выбираться, – с тревогой посмотрел он на меня.

Рен хмурился и явно что-то прикидывал.

– Кто еще из магистров владеет черным огнем? – наконец спросил он, грозно глядя на Клайса.

– Они не показывают свою силу, – заметно сжавшись, ответил Клайс. – Разве что своим ученикам.

– Прости его, Клайс, – вмешалась я. – Он не такой плохой и невоспитанный, каким кажется. Просто… Это действительно важно для него. Для нас, – выдохнула я.

– Решившись на открытое противостояние с ними, вы ничего не узнаете, – сказал Клайс. – И, скорее всего, проиграете.

– Боюсь, тут ты прав. И что же делать? – спросил Рен насмешливо.

Только вот усмешка вышла горькой.

– Я попробую узнать, – вырвалось у меня, прежде чем я обдумала, что предлагаю. – Если ты пообещаешь ничего не говорить Арану! Ничего из того, что узнал сегодня.

– Он сочтет это изменой.

– Ты скажешь, когда будет что говорить. Скажи сейчас – и он сам же наломает дров!

– Наломает дров? – приподнял брови Рен.

– Сделает хуже. А потом… он поймет. Когда остынет.

– Не слишком-то убедительно, – протянул Рен.

– А знаешь, так даже лучше, – рассердилась я. – Расскажи, и я все равно найду способ бывать здесь, а вот ты переместишься обратно со мной и сюда уже больше не попадешь! Забыл? Ты не можешь перемещаться, зато могу я!

Знаю, прозвучало по-детски, но до чего же надоело не принадлежать себе!

– Справедливости ради стоит отметить, что тебе тоже нельзя перемещаться.

– Почему это?

– Пока на тебе нет печати ключника, ты вне закона.

– Клайс? – жалобно вопросила я. Почему-то его мнению я доверяла.

– Они ушли, – сказал тот, отстраняясь от стены. – Никого нет, я посмотрел.

– Ты уверен? Совсем никого?

Наткнуться на окровавленные трупы служителей совсем не хотелось.

– Да, – ответил Клайс, – можно идти. – И, прихватив с собой какую-то весьма объемную книгу, открыл дверь. – Как же ты перемещаешься без печати? – спросил он шепотом, выходя. – В Эндорфе ты, должно быть, уже давно в розыске. Там же повсеместно раскинута сигнальная сеть.

– Никогда не была в Эндорфе, – призналась я, на что получила полный недоумения взгляд.

– Все меньше понимаю, кто ты, и все больше симпатизирую, – неожиданно улыбнулся Клайс.

– Схемы кабинетов и лабораторий тут, разумеется, нет? – спросил Рен, подходя ко второй двери – ведущей в коридор. – Или все-таки?..

Он посмотрел на Клайса.

– Ну… кое-что у меня есть, – пробормотал парень.

– Не хочу вас расстраивать, но уже, – шепнула я.

– Что – уже? – не понял Рен.

– Решай быстрее, что скажешь или не скажешь своему вспыльчивому другу, потому что скоро мы увидимся.

Я прикрыла глаза, глубоко вдохнула и, медленно выдыхая, стала вспоминать освоенное на медитации.

– Кристи, что с тобой? – обеспокоенно спросил Рен.

– Ничего нового. Я не ключник, а недоразумение. Я не могу это контролировать! Если сюда я перемещаюсь еще более-менее по собственному желанию, то обратно – всегда в самый неподходящий момент.

– Вот оно что…

– Да, как видишь, вам с принцем не о чем переживать, никуда я не денусь!

– Тебя перебрасывает из мира в мир против воли? – шепнул Клайс удивленно. Любопытство в нем явно перевешивало и стеснительность, и желание во всем следовать правилам.

– Именно! Это ведь ненормально?

– Ну… Я плохо знаком с теорией перемещений, но похоже на нечто вроде магической привязки.

– И что это значит? Как-то можно ее снять?

– Об этом тебе лучше поговорить с наставником.

– Ну да, с наставником, которого у меня нет! – выкрикнула я. – Прости… Вся эта ситуация жутко нервирует.

– Один из вариантов – невыполненное обязательство. Оно будет держать, пока ты не выполнишь то, что должна, – тихо сказал Клайс.

– Должна?

– Возможно, ты проходила какой-то обряд, – предположил он.

– Возможно, – согласилась я. – Но только против воли!

– В таком случае силы, привязавшие тебя, существенно превосходят твои. И тут вряд ли что-то поможет.

Слова Клайса звучали как приговор, но в его голосе слышалось искреннее сожаление, и я успела порадоваться, что, по крайней мере, нашла нового друга. А потом перед глазами зарябило, и я согнулась от высокочастотного невыносимого писка.

– Защита? – зажимая уши, прокричала я.

Клайс кивнул и посмотрел на Рена.

– Перемещайтесь!

– А ты?

– Я выберусь! – улыбнулся он и, выскочив в коридор, захлопнул дверь с той стороны.

Для надежности схватив Рена за руку, я позволила давно подбирающемуся потоку силы захлестнуть меня и нырнула в магический вихрь. И с размаху приземлилась прямо на кровать, больно ударившись лодыжкой о ее край. Рен появился лишь мгновением позже и, в отличие от меня, без труда устоял на ногах.

Не прошло и десяти секунд, и в каюте, занимая собою едва ли не все ее пространство, показался Аран.

– Ну и где вы были? – спросил он нарочито спокойно и оттого еще более грозно.

– Началось, – прошептала я и посмотрела на Рена. Из носа у того текла кровь.

– Рен? – нетерпеливо повторил Аран.

– Мы были в Энфейне. Кристи плохо контролирует силу и ее переносит туда, где, как она думает, могут быть ее родители, – сказал Рен, в сущности даже не соврав, но при этом и не выдав главного.

– Как видно, вам там не обрадовались.

– Я редко перемещаюсь с ключниками-недоучками, – усмехнулся Рен и вытер тыльной стороной ладони кровь с лица.

Аран прожигал Рена взглядом и, очевидно, ожидал продолжения. Рен молчал, но я не была уверена, что его хватит надолго, а потому решила отвлечь Арана на себя.

– Со мной происходит что-то непонятное, – сказала я и сама подошла к нему, доверчиво заглянула в глаза. – Сила не слушается и перебрасывает туда-сюда. И Рен уж точно тут ни при чем. Флайт в порядке? Мы уже близко к воронке?

– Пришлось обогнуть бурю, но скоро прибудем на место, – ответил Аран на удивление спокойно.

– Тогда я буду готовиться, – кивнула я и хотела уйти, но Аран удержал за руку.

– Не делай глупостей, Кристи, – сказал он и снял с меня поводок. – Я погорячился, надевая его, но по-прежнему буду оберегать тебя и против твоей воли, если понадобится.

– Я знаю, Ар.

Ничего значительного вроде бы не произошло, но я впервые смогла поставить себя на его место. Аран хочет все контролировать. И должен, как тар своего народа. Но когда дело касается меня, силы, живущей во мне, настолько важной для всего Энсунтура, – он не может. И в этом ему не позавидуешь. Сложно балансировать на грани долга и свободы другого существа, которое к тому же считаешь не особо разумным.

Я ухмыльнулась своим мыслям и со всем уважением приняла этот его шаг – освободить меня и довериться, пусть даже оба мы понимали, что никакие поводки меня не удержат.

Пока летели, я вспоминала освоенное на медитации и, погружаясь в себя, призывала силу льда, пытаясь сделать этот процесс осознанным. Выходило не очень, но я верила, что смогу найти способ замораживать воронки не так болезненно.

Флайт приземлился бесшумно. Поняла, что пора, только когда Аран вновь появился в каюте.

– Эта воронка почти вдвое крупнее предыдущей, – сказал он хмуро. – Если хочешь, начнем с другой.

– В этом нет смысла. У меня нет прогресса в освоении силы, и вряд ли появится. Только не зли меня специально, не надо.

– Хорошо, Кристи. Я буду рядом.

Мы вышли молча и сразу двинулись к цели. Не знаю, последовал ли за нами Рен и что делали остальные. Я не смотрела по сторонам, сосредоточившись только на своей задаче.

Земля вокруг лавового озера была потрескавшейся и горячей. Я опустилась на колени и даже сквозь плотную ткань брюк ощутила жар, но не вскочила, а уперлась в мертвую почву еще и ладонями. И сморщилась от пронзившей боли. Ненадолго, почти сразу поверхность подо мной покрылась морозной пленкой, отгородив от жара. Однако прикосновение и боль сыграли свою роль, и через них в меня влилась чужая ненависть. Не такая яростная, как прежде, но не менее жгучая.

Она распирала меня изнутри, но не находила выхода. Тогда я сняла обувь и босиком пошла вперед. И там, где я ступала, земля покрывалась льдом. Скоро и этого стало мало. Ладони кололо, с них осыпалась морозная пыль, постепенно превращаясь в настоящий поток.

Я вытянула руки вперед и побежала. Казалось, сам ветер помогает мне. Подхватывает и несет, раздувает морозную силу далеко вперед и в стороны по пламенеющей земле. Только вот ощущала я не свободу и радость, а глухую, холодную ненависть. Снова. Она как будто выжигала все живое во мне, оставляя лишь пепел и горечь. Я слышала, как стонет подо мной земля, чувствовала боль погибших на ней растений и животных, и мне хотелось выть от безысходности и злости.

Я потеряла счет времени и уже почти забыла, кто я, куда и зачем бегу. Тарэйя довлела над чувствами, мыслями и желаниями, она почти захватила власть не только над моим телом, но и над душой. И отпустила, только когда погас последний язычок ядовитого пламени.

Упав на ледяную корку, я в кровь изранила руки. Видела, как стекают алые капли, но не могла ни осмотреть рану, ни подняться. Вообще ничего. Даже нормально дышать. Остатки жизненной силы стремительно утекали вслед за выплеснувшейся магической силой. Я точно знала: еще немного, и меня не станет. Провалится план лесной богини…

«Интересно, – промелькнула в затухающем сознании мысль, – Аран будет грустить только о неудачной попытке спасти его мир или и обо мне тоже?..»

Почему-то это казалось настолько важным, что ни о чем другом я в тот момент просто не вспомнила.

– Кристи! – закричал Аран совсем рядом. Поднял меня со льда, уложил в своих мощных надежных руках. – Кристи.

– Так плохо, – обиженно прошептала я, наслаждаясь теплом его тела.

– Кристи… Глупая.

– Это верно, умная не угодила бы в такой переплет.

– Неразумная, сильная, – продолжал он.

– Разве? – удивилась я и даже чуть приподнялась, чтобы лучше видеть его лицо.

Его близость, крепкие и в то же время нежные объятия, сначала тревожные, а затем все более задорные искорки в рыжих глазах словно живительный ручеек проникали внутрь, странным образом восстанавливая мои силы.

– Ты создала такой вихрь, что я не мог лететь за тобой. А потом упала. Кристи, не делай так больше.

– Как? – не поняла я. – Разве не этого ты от меня хочешь?

– Я могу нести тебя над воронкой, – сказал он.

– Ну конечно, это ведь решит проблему? – горько усмехнулась я.

– Тебе нужно отдохнуть. Я позабочусь об этом.

– Знаешь, кажется, я начинаю понимать слова Оракула о ненависти. Она сжигает меня изнутри всякий раз, когда сила выплескивается из рук. Не моя ненависть, ее. Той, что даровала мне силу. Я думала, что умираю, – добавила совсем тихо.

Аран наклонился и заправил прядь волос мне за ухо, провел пальцами по контуру лица, задержавшись на подбородке. Чуть приподнял его и… поцеловал. Смятение, радость, наслаждение и приток щекочущей силы – все смешалось. Я буквально чувствовала, как возвращается ко мне жизненная энергия, наполняя почти до краев. Что он делает? Зачем целует? Для этого?!

Отстранившись, позволила себе мгновение отдышаться и прошептала:

– Жаль, для тебя я всего лишь средство.

Я боялась поднять глаза, но не дождалась ответа и все же посмотрела на него. Аран хмурился, сурово поджимал губы. И молчал.

Внутри что-то оборвалось. Я права.

– На сегодня я выполнила свою часть уговора, – сказала как можно более ровно, – и дальше позабочусь о себе сама.