Глава 22. Изнанка

— Не бойся. Ничего не бойся. Это изнанка времени. А время — твой друг.

Белинда смотрела проникновенно, веря в успех и пытаясь передать эту веру мне. Но я всё равно не верила. Стояла, понимая, что пойду, куда просят. Однако вряд ли из этого выйдет что-то путное.

— Тебе тоже ничего не угрожает, — повернулась Белинда к Эшли. — Просто сделай, что необходимо, и даю слово, необычный темный дар никак не отразится на твоей жизни. Будешь учиться в Школе фей, как училась, а после окончания останешься здесь. Педагогом или другим сотрудником. Тебе не придется служить в ином месте.

Эшли кивнула. Ее страх тоже не отступал. Но она отлично осознала слова ректора. Если подчиниться сейчас, ее защитят в дальнейшем. Не будет рабства и безумных заданий. Обычная жизнь феи.

— Мы работаем или как? — спросила Миранда скучающим тоном.

Ее напрягала необходимость находиться в одном помещении со старшей сестрой. На лице так и читалось нетерпение и желание поскорее со всем покончить.

— Начинаем, — кивнула Белинда.

Я на миг закрыла глаза. Потом открыла и сжала зубы. Нужно быть сильной. И точка.

В жизни ведь бывают моменты, которые просто нужно пережить. Перетерпеть. Это один из них. А время, как было сказано, мой друг.

Дверь снова отворилась, впуская очередных участников событий. Двоих. Правда, остальные увидели только одного. Одну. Леди Джеральдин. Сопровождавший матушку Джереми остался ими не замечен.

— Я хотела поддержать Саманту, — объяснила пожилая дама. — Напомнить, что она смелая и талантливая девушка. Не сдавалась, не опускала рук, когда никто в нее не верил. Продолжала бороться.

Белинда кашлянула, не оценив намека, но я улыбнулась леди Джеральдин с благодарностью. Она права. Я не из тех, кто сдается. Не стоит этого забывать.

— Я только узнал о случившемся, был на глубине, — проговорил Джереми, обращаясь ко мне. — Подумал, что поддержка не повредит. Хотя бы моральная. Знаю, у нас в последнее время было не всё гладко. Но я на твоей стороне. Ты, главное, не зацикливайся на спасении стихийников. Решай задачи одну за другой. Вот и всё. Ты не обязана быть героем.

Это было вовсе не всё. Но я была признательна парню.

Он прав. Я не обязана быть героем.

Белинда, тем временем, приступила к созданию «двери» на изнанку. Творила сложную магию, о которой я даже не читала. Складывала пассы, писала в воздухе мудреные формулы. А потом взяла серебряный нож и порезала палец. На пол упала капля крови. Первый ключ. Или доказательство избранности.

— Миранда.

— Ну, раз без этого не обойтись, — младшая сестра протянула руку старшей.

Нож безжалостно разрезал плоть, и к первой алой капле на полу присоединилась вторая. Миранда поморщилась, но ничего не сказала. С моим пальцем Белинда обошлась гораздо бережнее, не желая причинять боль, и капель стало столько, сколько требовалось.

— Эшли, подойди, — попросила она мою бывшую соседку.

Та подчинилась, хотя в зелени глаз, по-прежнему, отражалась тревога.

Белинда нарисовала в воздухе очередную формулу, затем провела большим пальцем по лбу Эшли, будто начертила горизонтальную линию.

— В конце пути достаточно будет лишь постучаться, и дверь откроется.

— Мы найдем дверь наружу? Это будет самая настоящая дверь? — уточнила Эшли нервно.

— Нет. Дверь, в нашем случае, понятие образное. Постучишь по воздуху. А теперь, девочки, возьмитесь за руки. Пора.

Эшли не шелохнулась. Пришлось мне сжать ее ладонь.

А в следующий миг перед нами вспыхнул свет. Сначала алый, как кровь на полу, потом он запереливался всеми цветами радуги, превращаясь в портал.

— Ступайте, — Белинда коснулась моего плеча и зашептала на ухо: — Просто делай то, что в твоих силах, дорогая. Не взваливай на себя груз ответственности за всё и всех.

Я кивнула и шагнула вперед, потянув за собой Эшли. Сердце стучало так громко, что, казалось, его слышат все в ректорском кабинете. Пальцы бывшей соседки дрожали. Но мы делали шаг за шагом, приближаясь к порталу. Оказавшись возле него, я набрала в грудь побольше воздуха и… вошла внутрь, не останавливаясь и не оглядываясь. Почудилось, что миновала нечто липкое и противное, как та жижа, что окатила меня, когда я попыталась позаимствовать учебники Эшли. Но нет, ни на одежде, ни на коже не осталось ни следа.

— Как же здесь мрачно, — прошептала моя вынужденная спутница.

— Не поспоришь. Аж до мурашек.

Нет, это сказала не я. А кое-кто третий. Тот, кто отправился с нами без приглашения.

— А ты что тут делаешь? — спросила я Джереми удивленно.

Это храбрость с его стороны? Самоотверженность? Или безумие?

— Решил, что две головы хорошо, а три лучше, — парень подмигнул с задором. — Вряд ли мне что-то грозит на изнанке времени, если я уже застрял в безвременье.

— Ну-ну, — протянула я. — Главное, чтоб я потом виноватой не оказалась.

— С кем ты говоришь? — спросила Эшли нервно.

— С невидимым студентом, — я закатила глаза. — Он мне не мерещится, поверь. Его зовут Джереми Глайд, он — сын леди Джеральдин. Джереми считается не то мертвым, не то пропавшим без вести. Но на самом деле он застрял в безвременье, а видеть его могу только я. Белинда Холланд пыталась его вызволить. Но не смогла. Считается, что у меня получится. Однажды. Когда наберусь опыта в магии времени.

— А-а-а, — протянула Эшли изумленно. — Стоп! — ее глаза, остающиеся чужими, зелеными, округлились. — Только не говорили, что это он торчал в нашей ванной!

— Э-э-э… — я на миг растерялась. — Нет-нет, ничего такого. В тот раз у меня, правда, были галлюцинации. Джереми никогда не посещал нашу ванную.

Да, это была ложь. Но лучше Эшли не знать, что нахал расхаживал по нашим личным помещениям, как у себя дома. Неважно, что за ней парень не подглядывал. Насколько я знала. Любая девушка не обрадуется, узнав о подобном вторжении.

— Рада слышать, — пробормотала она, а я заметила на ее щеках легкий румянец.

— Может закончите болтать, и мы пойдем? — предложил Джереми. — Я хоть и невидимый, но всё чувствую. Ну и сырость. Брррр.

Он не преувеличивал. От сырости пробирал жуткий озноб. Аж до костей.

Обстановка вокруг вообще не воодушевляла. Мрачный коридор, влажные стены. Без плесени, и на том спасибо. Зато со странными темными подтеками. С другой стороны, приятное место вряд ли бы назвали изнанкой.

— Идем вперед, — велела я, невольно обернувшись туда, где еще недавно был портал. — Нужно найти развилку из трех дорог и определить нужную. Правда, как это сделать, я без понятия. Время, видите ли, должно подсказать.

Мы шли в молчании. Эшли косилась на подтеки на стенах и поджимала губы. Джереми, напротив, выглядел воодушевленным. Вряд ли ему нравилось происходящее, но он так долго находился один в безвременье, что быть причастным к важным событиям — уже огромный плюс. Я же с каждым шагом нервничала всё сильнее. Треклятые три дороги! И как, скажите на милость, выбрать нужную? Да-да, я понимала, что даже если выберу правильную, дальше задача еще усложнится. Но мне велели решать их одну за другой. И ближайшая — выбор дороги.

— Кажется, пришли, — пробормотала Эшли.

Я и сама увидела развилку. Остановилась перед ней, ощущая себя беспомощной.

Одна — смерть, другая — обманка, третья — спасение для всех.

Но они одинаковые. Проклятье! Везде всё одно и то же: каменный пол, серые невзрачные стены и полумрак! Ни намека на то, которая правильная.

— Может, они идут по порядку слева направо? — предположила Эшли, но уверенности в голосе не прозвучало.

— Вряд ли, — отмахнулся Джереми. — Слишком просто. Но выбирать следует одну из крайних. Средняя дорога точно не окажется верной.

— Помолчите оба! — взмолилась я, понимая, что близка к истерике.

Сердце будто сжали тиски. Вот-вот разорвется.

— Помолчите, — повторила я тише, хотя спутники больше не пытались говорить.

И закрыла глаза, сомневаясь, что это поможет.

Однако…

Странно, но простояв так с полминуты, я услышала новый звук. Стук маятника, отсчитывающего мгновения. Он стучал всё громче, будто прорывался к нам из иного измерения. Или из небытия. Мои глаза оставались закрытыми, но я, как бы безумно это ни звучало, начала различать цвета. Слева расплывалась чернота, справа мелькали не вызывающие доверия ярко-алые всполохи, а в середине… В середине переливалось серебро. Оно казалось надежным и безопасным.

— Нам нужна средняя дорога.

— Нет. Это точно обманка.

— Ты уверена?

Секунду назад я была уверена. Ибо считала цвета подсказкой времени. Но теперь, после слов спутников, засомневалась. Это чертовски непросто, когда на твои плечи взваливают ответственность за сотни жизней.

И всё же интуиция (или снова время) подсказывала, что надо действовать.

Просто действовать.

— Да! Уверена! — я открыла глаза и, не взглянув на Эшли с Джереми, с деловым видом зашагала по средней дороге. Не стоять же вечно на развилке.

Им ничего не оставалось, как последовать за мной. Джереми, правда, проворчал под нос нечто неразборчивое. Кажется, он считал, что я слишком быстро приняла решение.

Стоило нам троим оказаться на выбранной дороге, как две другие исчезли, будто были мороком. Уверенности это не добавило. Но назад пути не было. Только вперед. К жизни или смерти. Но, скорее всего, к величайшему провалу.

— Как думаешь, твою… хм… леди-ректора уволят? — спросила Эшли, уставшая от тишины.

— С какой стати? — спросила я сердито.

Это еще что за разговоры?

— Ну, из-за Габриэль. Леди Холланд знала, что та опасна. Но ничего не предпринимала. Случившееся и ее вина тоже. Просто… — Эшли запнулась. — Она способна мне помочь. А новый ректор может оказаться врагом. Может передумать оставлять меня в Школе фей.

Я не винила бывшую соседку за эгоизм. За то, что в такую минуту думала о себе. У нее было такое право. Эшли тоже жертва. Сейчас она безропотно шла рядом со мной, чтобы помочь вернуться назад. Но потом… Её собственная судьба оставалась под вопросом. Ведь это правда. Белинда виновата, а леди Аркадия говорила о наказаниях. Кто знает, что случится, если на месте нынешнего ректора окажется другой маг.

— Ничего с Белиндой не случится, — проворчал Джереми с толикой сожаления. — У нее редчайший дар и куча влиятельных друзей.

— Всё будет хорошо, — попыталась успокоить я Эшли. — Белинда останется на должности ректора. Она… Ой! Там свет!

Я вскинула руку, указывая вперед. Но спутники и сами всё видели. Свечение, которое разливалось вдали. Это ведь добрый знак? Пожалуй. Следуй мы по неверной дороге, нас, вероятно, встретила бы еще большая тьма или огонь. А сердце вновь затрепыхалось. Кажется, я приближалась к главной задаче. Той, которая мне вряд ли по силам.

— Идем, — Эшли потянула меня за руку. — Покончим с этим и вернемся назад. Мне жутко не нравится это место.

Я чуть не зарычала. Слово «покончим» звучало не слишком воодушевляюще. Однако покорно пошла за бывшей соседкой. Джереми замыкал процессию. Шел позади и напоминал, что по пророчеству мне полагается быть сильнее Белинды. А значит, есть все шансы справиться с поставленной задачей.

Увидев впереди свет, я ожидала чего угодно, но только не того, что предстало взору. Мы вышли в сектор стихийников. В застывший сектор. На его обратную сторону.

— Ну и ну, — протянула Эшли и нарисовала в воздухе защитный знак.

Я бы последовала ее примеру, но руки отнялись от волнения.

Мы находись посреди общей гостиной, а вокруг стояли и сидели застывшие студенты. Одни уткнулись в книги, другие общались по двое-трое. На лицах не было страха. Стихийники еще не поняли, что произошло. Могло бы показаться, что это просто магия времени. Кто-то (я или Белинда) остановили его бег, и больше ничего не случилось. Но то была иллюзия. На полу и коврах занимался огонь. Сейчас он тоже замер, лепестки пламени напоминали каменные цветы. Но я-то прекрасно понимала, что едва время восстановится, огонь вспыхнет с удвоенной силой, превратится в сплошную стену и поглотит всё живое, не оставив студентам и шанса на спасение.

— Может, стоит оглядеться? Пройти в другие помещения? — предложил Джереми.

Я кивнула. Почему нет? Вдруг в голову придет путная идея.

Мы поднялись на второй этаж. В девичий блок. Парням вход сюда воспрещался. Магия попросту не пускала. Но на Джереми она не действовала даже в реальности. На изнанке тем более не существовало преград. Ни для него, ни для Эшли. Она ведь числилась на другом факультете, и в обычных условиях не смогла бы здесь находиться.

— Обстановочка гораздо богаче, чем у нас, — проворчала она. — А говорят, в Школе фей все равны.

— Это «заслуга» прежнего декана, — ответила я в тон.

— Кто бы сомневался, — усмехнулась бывшая соседка и скривилась. — Смотри. Вон она. Виновница всех бед.

Я остановилась, увидев сестричку. Габриэль стояла у двери в нашу с Эдит спальню, держа в руках кулон в виде цветка с красным камнем посередине. Наверняка, с рубином. Лицо девчонки искажала ненависть. Что ж, яснее ясного: поджечь мерзавка собиралась только меня. То есть, не только меня. А вместе с Эдит, раз уж той не посчастливилось жить со мной в одной комнате. Габриэль не учла, что я покинула не только спальню, но и сектор. В итоге она записала в жертвы всех, кроме той, кому огонь предназначался.

Я смотрела на сестру и еще на двух девчонок, которые «шли» по коридору с разных сторон, и воображение разыгралось. Я в красках представила, что здесь случится, когда время продолжит бег. Представила, что сделает огонь с живой плотью. К горлу подкатила тошнота, и я качнулась. Одной рукой схватилась за стену, а вторая задела Габриэль.

Или… не задела.

Рука с растопыренными пальцами прошла сквозь сестричку, будто та была призраком.

— Жуть, — прошептала Эшли. — Словно они, правда, мертвы.

— Помолчала бы твоя подружка, — бросил Джереми. — А то накаркает.

А я подняла палец, призывая их к тишине. Закрыла глаза, как недавно на развилке. Вдруг время снова откликнется и подскажет, что делать. Однако секунды бежали, но цвета, как в прошлый раз, не появлялись. Маятник тоже не стучал. Быть может, мне полагалось догадаться самой? Проявить сообразительность и смекалку? Но голова оставалась пустой. Никаких идей. Ни единой!

Одно радовало. Путь на развилке я всё-таки выбрала правильно. Будь это дорога смерти, время бы уже ожило, и все погибли. А окажись мы на обманке, вряд ли бы вообще попали в сектор. Значит, шанс найти спасение для всех у меня есть. Способ существует.

Но какой? Какой?!

Новый звук появился, когда я потеряла всякую надежду. Едва слышное журчание. Будто где-то вдалеке бежал ручеек.

Я открыла глаза и вскрикнула:

— Вода! Нам нужна вода! Она потушит огонь. Надо залить всё вокруг!

— Вариант, — поддержал Джереми. — Вода всегда считалась самой сильной и важной из стихий. Она побеждает огонь.

Не дожидаясь моей реакции, он мастерски сложил пасс, и из ладоней на пол полился поток воды — чистой и прозрачной. Я ахнула с восхищением. Вот уж точно талант. Не то, что я, которая вечно справляется абы как. Однако обрадовалась я рано. Раздалось шипение, и вода Джереми растворилась, а каменные цветы остались нетронутыми.

— Хм, — Джереми нахмурился. — Вот, гадство. Может, — он прищурился, — это должна быть твоя вода? Ты прошла сюда, как маг времени, а твой второй дар должен всех спасти. Это логично. Мне здесь вообще быть не полагалось. Я проскочил зайцем.

— Хорошо, я попробую, — пробормотала я с сомнением.

Как назло, вспомнились занятия с леди Райес, где я не показывала выдающихся успехов. И почему нельзя использовать ветер? С ним-то у меня теперь полный порядок. Но, увы, эта стихия огню не противник, а помощник. Только усилит его мощь.

— Давай же, Саманта. У тебя получится.

— Очень на это надеюсь.

Я сделала вдох и принялась складывать пасс, который изучала на уроках. Тот, которому полагалось устроить небольшой потоп.

— Всё правильно, — заверил Джереми, внимательно наблюдавший за моими действиями. Словно мы находились не в секторе, оказавшемся для студентов смертельной ловушкой, а на наших прежних занятиях в зале со странными ромбами на стенах.

Я и сама считала, что всё сделала, как надо. Однако…

Однако из рук не выплеснулось ни капли. Ни единой!

— Проклятье!

Меня охватило та-акое отчаянье, что впору взвыть. Колени подогнулись, и я опустилась на пол, закрыла лицо ладонями, отчаянно стараясь не разрыдаться.

Ну и засада! Мы прошли на изнанку, я выбрала верную дорогу, но никого спасти не удастся. Потому что магия Джереми на огонь не действует, а я — паршивая водница!

Все погибнут. Из-за неумехи меня.