Глава 49

Очнулась от болезненного пинка в бок. Сначала даже не сообразила что со мной, а когда вспомнила… Эээххх. Осознание своего положения вернулось тошнотой и болью.

– Очухалась? Вставай, сейчас с семьёй тебя знакомить буду. – более сильный пинок заставил меня сесть.

– За мое похищение тебе грозит смерть, это вопрос двух дней. Но я могу тебя помиловать, если вернешь меня обратно. – я придала голосу металлических ноток и взглядом буравила негодяя. В ответ он залепил мне звонкую оплеуху.

– Знай свое место, тварь. – И плюнул мне в лицо.

Урою, глотку перегрызу!  Внутри поднималась волна ярости. Я вытерла грязным рукавом лицо. В следующий момент карета остановилась, дверь распахнулась и пинком ноги в спину, несостоявшийся жених буквально выбил меня из кареты. Благо успела подставить руки и приземлилась на четыре конечности, правда в грязную лужу по щиколотку, но могла и лицом там оказаться.

Я поднялась на ноги и огляделась. Грязь под ногами, руки в грязи, платье промокло и по ногам скатывались струйки холодной воды. Не смертельно, переживу. Карета остановилась у двухэтажного каменного дома. Крыльцо с тремя ступенями. Во дворе свалены телеги, бочки, бревна, грязная солома. Тут же в углу копошились в грязи свиньи.

От разглядывания меня оторвал удар по спине.

– Не стой посередине двора. Иди отцу поклонись. – я подняла глаза и увидела как на крыльцо неторопливо вышел двойник моего несостоявшегося жениха. Лет на двадцать старше, но такой же толстый, неопрятный и с сальным взглядом глубоко посаженных глаз, который прошёлся взглядом по мне сверху вниз и обратно.

– Отец! Посмотри ка, невеста сама ко мне в лавку пришла.

– Дузанек, зачем тебе она? Порченая наверняка. Да и тощая больно, работать плохо будет.

– Порченая, значит общая будет. – несостоявшийся жених плотоядно облизнул губы. – А работать ей хлыст поможет, не она первая, не она последняя. – судя по выражению лица отца, ему понравились слова несостоявшегося жениха, и он тоже облизнулся глядя на меня.

– Иди, поцелуй отцу сапоги. – Дузанек пребольно толкнул меня в спину. Я развернулась и плюнула ему в лицо, за что тут же получила кулаком в лицо. Из рассеченной губы потекла кровь, а выбитый зуб я выплюнула себе под ноги.

– Несите мне хлыст. – прикрикнул отец негодяя.

А я стояла и сверлила его взглядом. Живой я вам, твари, не дамся, попутно глаз скользнул к поясу хозяина дома, там болтался клинок. Я совсем не боец, но у меня будет секунда, чтобы метнуться, выхватить клинок и всадить его в жирное брюхо. Пусть не выживу, но с собой кого-нибудь утащу.

Злость закипала внутри, я на миг вспомнила зачарованные земли, их жителей, дерево и мысленно со всеми попрощалась. Самое главное сделано, с остальным справятся уже без меня.

Ах, как не вовремя я сопли распустила, пропустила момент, когда несостоявшийся жених сбил меня с ног, а его отец хлестнул плетью. Боль обожгла, разорвала тело на две половины, я выгнулась и зашипела проклятья в сторону мучителей.

И в тот момент все изменилось. Вокруг закрутился черный смерч, за несколько секунд он вырос выше меня, и подхватив понёс вверх. В ушах свистело, глаза нос и рот в один миг забились грязью, так что я вздохнуть не могла. Поэтому попрощалась со всеми и закрыла глаза.

От окончательного прощания с жизнью меня отвлекли голоса людей, они, кажется, приближались, а вот свиста в ушах не было, и в лицо не летели комья грязи.

С трудом разлепив глаза увидела, что сижу на земле возле своего дерева в зачарованных землях и отовсюду ко мне спешат люди. Родные мои! Глаза вмиг заполнили слезы счастья, я пыталась что-то сказать, но меня уже подхватили на руки и куда-то несли. По спине стекала струйка пота, или это не пот? Во рту поселился привкус крови, один глаз подозрительно плохо открывался, и воняло от меня так, что сухие спазмы подкатывали к горлу.

– Лива, пять минут и мы у лекарей. Главное ты дома, все страшное позади. – кто-то до боли знакомый ласково приговаривал рядом, ком в горле разросся до размеров яблока и не давал сказать ни слова, а позже из глаз потоком хлынули слезы.

Все последующее было как в тумане и не со мной. Избитое, но не сломленное тело принесли в чьей-то дом, осторожно положили на мягкий диван и начали водить руками над ним. Боль быстро уходила, а на смену ей пришла усталость и я провалилась в сон. Перед этим я пыталась рассказать как всех люблю и радуюсь возвращению. Но может быть мне все это приснилось?

Пробудилась я от легкого прикосновения к своей руке. Осторожно пошевелилась и к радости обнаружила, что совершенно ничего не болит. Провела языком по зубам – все на месте. Открыла глаза и увидела рядом с собой Вендулу. По щекам няни катились слезы.

– Девочка моя!

– Няня! – мы кинулись обниматься и тут я нашла себя совершенно раздетой, только прикрытой мягким покрывалом.

– Олдрич!

– Ему уже сообщили что ты дома. – оборвал меня на полуслове Синек. Он осторожно выглядывал из-за моей спины. – Ох и напугались мы за тебя. Скажи, как ты здесь то очутилась.

Хм, хотела бы и я это знать. Мне принесли морс с медом и куриный бульон, вот тут я и поняла насколько голодна. Залпом выпила морс и просила хлеб, но мне сказали, что я сутки проспала, поэтому еду нужно принимать с осторожностью, небольшими порциями, но часто. Спорить не стала, им виднее.

После еды няня помогла мне одеться, и мы вышли на лужайку. Оказывается, отсыпалась я в доме Синека. Странно что не слышала его многочисленных детей. Вот на лужайке, за кружкой морса я и рассказала в подробностях, что со мной приключилось. Откуда возник смерч и как я оказалась в зачарованных землях, для меня осталось загадкой.

– Я немного отъемся и постараюсь повторить, вспомнить слова проклятий и свои ощущения. – пообещала в окончании рассказа.

Синек и все, кто присутствовал, только головой качали. Их взволновало не столько мое чудесное спасение, а безысходность  женщин в остальном мире. Безусловно, мне несказанно повезло, но это только благодаря зачарованным землям. Боюсь что это был единственный случай в истории Чарованного королевства.