Каждому свое

Максим позвонил в квартиру друга, и когда тот открыл, зашел и сел на диван. – Ну, хоть не пьешь и то хорошо, – сказал Муслим и присел рядом. Максим молчал, только нервно стучал ногой и смотрел перед собой. – Что на этот раз? – Соня замуж выходит. За какого-то старого мужика. Богатого. – И ты это допустишь? – А что я могу сделать? – Предложить ей руку и сердце. – Только что это сделал, – скривился Максим. Он был невероятно зол и растерян. Он понимал, что должен что-то предпринять, чтобы остановить Соню, но не знал что. Вот и ляпнул. И сразу пожалел. Но пока он ехал в машине к другу, он уже согласился с тем, что Соня права. Его мать с самого начала твердила ему, наговаривала на и заставляла поверить, что все семейство Сони – шлюхи. – Мать ее, эта Николь, нагуляла двух дочек, затем старшая дочь тоже нагуляла ребенка, и теперь Соня принесла в подоле! Когда ты уже повзрослеешь и увидишь это? Это случилось сразу после рождения Матвея. После этого разговора с матерью Максим нанял детектива, который три месяца следил за Соней, но так и не обнаружил ни одного тайного поклонника. Чуть позже, когда Матвею было три года, Ариадна Адамовна втайне сделала тест ДНК. Максим только купил для них квартиру и думал вопреки воли матери жить с ними. Но этот чертов тест показал, что Матвей не его сын. Максим тогда поверил матери, Соне решил ничего не говорить и просто исчез из их жизни. Но спустя пару месяцев встретил ее случайно на улице с малышом и не смог пройти мимо. Он тогда обнял Матвея и почувствовал, что кто бы и что ни говорил – это его сын, и тест – это ошибка, и он обязательно это докажет. Он втайне от матери сделал этот тест еще раз и результат был положительным. Максим положил на стол результат и выжидающе посмотрел на мать. Она покрутила в руках лист и скривилась: – Черт-те что! Надо еще один сделать! – Не надо! – грубо бросил он. – Я все равно не откажусь от Матвея! Максим откинулся на диване и прикрыл глаза. – Ты сделал ей предложение? – не поверил Муслим. – Да. И она отказала. Сказала, что не хочет жить с маменькиным сынком. Муслим молчал, и тогда Максим спросил: – Чтобы бы ты сделал на моем месте? – Давно бы послал мать и сделал то, что действительно хочу. – А если мама не вынесет этого и умрет? – А если включить мозг? – Муслим встал и подошел к бару. Он разлил виски по бокалам и протянул один другу. – Она умерла, когда ты сбежал из загса не женившись на Маше? Нет. А знаешь почему? Потому что ты не был в зоне доступа. Ты тогда побежал к Соне, вы сели в машину и укатили в Сочи, отключив все телефоны. И что? Театр не перед кем было устраивать. Павлуша ей, как зритель, не интересен. И твоя мамочка села дожидаться тебя, самого благодарного зрителя на этом свете. И дождалась. Ты приехал, и она неделю провалялась в больнице. А до этого я видел ее в кафе: она ела мороженое! Прекрасная работа и сценариста, и режиссера, и главной героини. И твоя роль, увы, уже давно прописана ею. И ты ведешь себя точно по сценарию… Тебе нужен мой совет или нет? – Нужен! – Максим был невероятно расстроен и еле держал себя в руках. – Мать – это святое! – спокойно ответил Мусли. – Но не в твоем случае. Тебе надо просто смириться, что она действительно может умереть. И принять это, как факт. Не смотреть на ее возможную смерть, как на что-то ужасное. Это жизнь. Мне ли тебя учить? Мы каждый день хороним по двадцать-тридцать человек. И что? Жизнь все равно продолжается. И твоя, без твоей матери, продолжится. И, может, даже станет лучше… – Меня не ее смерть пугает. А то, что я буду виновен в ней. – Это философский вопрос. Есть Бог. И он решает. Никак не ты. Ты – только пешка в игре твоей матери. И пора ставить шах и мат, тебе так не кажется? – Я потом всю жизнь буду себя грызть… если с ней что-то случится… – Макс! – Муслим уже кричал на друга. – Это случится. Рано или поздно. Или ты думаешь, что она будет жить три сотни? – Ты бы так со своей поступил? – Моя никогда не указывала, как мне жить, и не будет этого делать. Выбор моей спутницы жизни – тоже не ее забота. Я даже представить себе не могу, чтобы моя мать искала мне невесту и заставляла на ней жениться. Это такой бред… что у меня даже слов нет. А ты ведешься… как баран… – Ну спасибо! – Прости… просто это правда ненормально, когда тебе мама находит невесту и заставляет на ней жениться. Ладно – Павлуша. Тот конченый маменькин сын и делает все, что она говорит. Но ты… – Ладно, все. Я понял. Максим вскочил, поставил недопитый бокал на стол и вышел из квартиры. Он сел в машину, завел движок и опустил голову на руль. Ему было невыносимо плохо. Давно такого состояния не было. Он включил первую передачу и поехал куда глаза глядят. Как же права была Сонька: когда ему было плохо – он садился за руль и ездил по городу. Он вспомнил, как в тот день, когда мать показала ему в доказательство, что Матвей не его сын, тест ДНК, он пришел к Муслиму, кинул ему на стол бумагу, где черным по белому было написано: «Вероятность отцовства ноль процентов». – Не кипятись, Макс! Надо перепроверить. – Зачем? – Надо! Максиму тогда было не просто плохо, но и больно, что его обманули, предали. И кто? Девушка, которую он любил столько лет! Он с горла выпил чуть ли не всю бутылку виски и пытался сесть за руль. Муслим не дал, посадил друга на пассажирское сиденье и сам три часа работал водителем. Они просто катались по ночной Москве. Максим смотрел в окно, а Муслим ждал, пока друг успокоится. И сейчас все, чего хотелось Максиму, – двигаться. Чтобы вокруг мелькали деревья, дома, фонари, а он ехал бы куда глаза глядят и ни о чем не думал. Но не думать у него не получалось. Он должен был принять решение. Возможно, роковое. Но дальше тянуть нельзя. Ему скоро тридцать восемь. У него взрослый сын, а он слушается свою мать. Нет, с этим пора заканчивать! Максим посмотрел по сторонам. Сам не заметил, как он оказался на МКАДе. Он перестроился в правый ряд и свернул на заправку: купил себе кофе и бутылку воды. Воду вылил на голову, чтобы освежиться, обжигающий кофе выпил у автомобиля, чтобы взбодриться, сел за руль и поехал к матери. В родном доме его ждал сюрприз. В гостиной, за обеденным столом с белой скатертью и дорогой посудой, сидели Ариадна Адамовна и Маша. – О, а вот и наш Максимушка, который как обычно или отключил телефон, или забыл его зарядить, – воскликнула маменька, встала из-за стола и пошла на встречу сыну. – Здравствуй, Макс, – поздоровалась Маша и улыбнулась во все свои здоровые зубы. Максим улыбнулся ей в ответ. Вся злость на маму испарилась, и он сейчас, казалось, с абсолютно трезвой головой был готов на кардинальные изменения. И ему даже не было страшно, что мать устроит скандал или вызовет неотложку. Ему действительно стало наплевать на последствия. Наверное, он просто дошел уже до той точки, до той черты, за которой обратного пути нет, и вместе со смирением с этой ситуацией, пришло предчувствие, что ничего ужасного не случится. Поэтому он решил немного поиграть с женщинами, пододвинул к себе тарелку с салатом и ложкой стал поедать овощи. – Вкусно! – с набитым ртом признался он. – Максим, – Ариадна Адамовна сжала губы и с укором посмотрела на сына, – это общая тарелка. – Просто мне никто не подал мою, отдельную, вот и приходится… Машенька, золотце, принеси будущему мужу чистую посуду. Маша переглянулась с Ариадной Адамовной, и та кивнула ей в знак одобрения. Девушка послушно встала и через мгновение уже вернулась с белой тарелкой и приборами. – Ты молодец, что затронул тему женитьбы. Мы как раз с Машенькой сидели и выбирали дату, – лебезила Ариадна Адамовна. Максим насыпал себе на тарелку салат, положил пару картошин и два куриных крылышка. – И какую дату выбрали? – поинтересовался он. – Пятое августа. – О, красивая. Через неделю всего? Успеете платье белое купить, бутоньерки, или как там они называются? Ариадна Адамовна чувствовала подвох в разговоре сына, уж слишком хорошо она его знала, а вот Маша приняла все за чистую монету и с ликованием победы стала отчитываться: – Это все мелочи, надо ресторан заказать. Я очень надеюсь, что будут места в «Ласточке». Всегда мечтала там сделать банкет! – Ну так позвони, спроси, – опять с полным ртом посоветовал Максим. – Завтра займусь! Уже поздно. – Маша, довольная, улыбнулась. Максим посмотрел на часы: – Точно. Уже десять. И всем пора по домам и спать. Да, мама? – спросил он, вытер салфеткой рот и встал из-за стола. Ариадна Адамовна тоже поднялась: – Ты куда? – Домой, – спокойно ответил Максим и направился в свою комнату. Мать пошла за ним, встала в дверях и наблюдала, как сын достал чемодан и стал бросать туда свою одежду. Рядом с Ариадной Адамовной встала Маша и тоже молча смотрела, как Максим собирает свой гардероб. – О, Машенька, хорошо, что ты тут, ты как раз мне будешь очень нужна. Сейчас моей маме станет плохо. Вызовешь ей скорую помощь? У нее сердечко слабое, шалит… Чемодан быстро заполнился вещами, Максим огляделся, схватил с тумбочки рамку с фотографией сына, завернул ее в джемпер, кинул на вещи и закрыл чемодан. – Если ты сейчас уйдешь – я умру! Ты смерти моей хочешь, да? – Ариадна Адамовна пошла в наступление. – Не пугай! – грозно ответил Максим. – А я не пугаю. А констатирую факт! Если ты сейчас же не прекратишь этот цирк – утром ты найдешь меня в этой квартире холодную. Максима всего передернуло от ее слов. Как же грубо. Как цинично она им играет! – У нас целых семь филиалов ритуальных услуг. Я выберу для тебя самого лучшего менеджера, и он устроит твои похороны по высшему разряду. Маша от неожиданности охнула и прикрыла рот руками. Она совершенно не понимала, что происходит и почему Максим так ужасно обращается с матерью. – Максим! – взмолилась она. – Как ты можешь такое говорить? – Просто, милая Маша, я чертовски устал от ваших игр. Поиграйте без меня, хорошо? Если вдруг будет скучно – позвоните Павлику. Кстати, ты с ним знакома? И не дождавшись ответа Маши, он прошел в коридор, стал обуваться и там продолжил: – Он, между прочим, доктор географических наук, скоро станет профессором и вообще, он большой умница. Просто гений. И похож на меня как две капли воды. Будет тебе как запасной вариант, да, мама? И, не дожидаясь ответа, вышел из квартиры. Женщины переглянулись. – Что это было? – спросила Маша. – Похоже, деточка, я где-то перегнула палку… Ну, ничего… успокоится… – Завтра? – Не думаю, что так скоро… подождем… надо подумать, как дальше действовать… Максим загрузил вещи в багажник и посмотрел на мобильный – три пропущенных от Муслима. Он его сразу набрал: – Да, Мусь, ты звонил? – Хотел спросить, как ты. – Пакую вещи в багажник и еду на свою квартиру. – Умница! Компания нужна? – Выпить? – И закусить. Можно девочек позвать… – Вот насчет девочек точно нет. – Я так не думаю. Все, выезжаю, жди нас. Закажи пока пиццу. У меня с собой две бутылки виски. – А завтра ничего срочного на работе нет? – поинтересовался Максим. – А на кой черт мы взяли трех менеджеров? Вот пусть и разруливают все проблемы. Завтра мы будем отдыхать. Так же, как и сегодня. – Ого. Ну ладно я – меня кинула любимая женщина. С тобой-то что? – не понял Максим. – Моего лучшего и единственного друга кинула любимая женщина. Разве это не повод напиться? – Спасибо друг! Я никогда не забуду твою поддержку.