Эпизод 5. Глава 6

Охранники отказались впускать их без билета. Кинг попытался разыграть свою любимую карту иностранца, но не вышло. Констанция потребовала позвать администратора, обещая учинить грандиозный скандал. Когда отчаяние начало пробираться ей под кожу, ко входу подошел презентабельного вида мужчина в костюме.

— У вас проблема, господа? — поинтересовался он, предъявляя свой билет контролеру.

Констанция бросила косой взгляд на Артура и, печально вздохнув, ответила:

— Мы с братом хотели попасть на вечеринку, но у нас нет билетов…

И надула губки.

— О, досадно… — ответил мужчина, мимолетом оглядывая Констанцию с ног до головы.

— Говорят, что туда можно пройти только если есть рекомендация от члена клуба?

Мужчина усмехнулся и кивнул.

Констанция молча на него уставилась.

— Я попробую узнать, смогу ли провести вас, — отозвался тот, криво улыбнувшись.

И уже через пять минут вышел к ним с новостями. Правда, не очень хорошими:

— Ну, пустить-то они готовы… — сообщил он, потерев шею. — Но за билеты возьмут двести тысяч.

— Двести? — воскликнула Констанция с совершенно искренним возмущением.

— Да. За каждого.

— За каждого⁈

— Тихо, тихо, сестренка, — Артур приобнял ее за талию и склонился к уху, — мы же с тобой не хотим стать ямой бедности?

— Это бред просто, — фыркнула она.

— Я понимаю, для кого-то это звучит как немалая сумма, — с сочувствием кивнул мужчина. — Но логично, что на входе цена в два раза выше. Откровенно говоря, повезло, что вообще готовы пустить. Думаю, это только благодаря моей протекции.

Констанция сперва подарила ему взгляд, полный скептицизма, но вовремя вспомнила, зачем они здесь.

— Ах, если бы мы встретили кого-то повыше статусом, — вздохнула она, — Возможно, нам помогли бы получить билет за адекватные деньги… Но, в любом случае, спасибо за помощь…

Мужчина снова хмыкнул, ничуть, кажется, не задетый. Со словами «хорошего вечера», он скрылся внутри клуба.

Констанция была неприятно поражена отсутствием любого стремления как-то покрасоваться перед дамой.

— Придурок, — заключила она, вызвав тем самым смешок у Кинга.

Они отошли в сторону.

— Какой у нас вообще бюджет на операцию? — уточнила Констанция.

— Хмм, — Артур задумчиво уставился на горящий фонарь, подсчитывая что-то в уме, потер подбородок, чуть прищурился, — около нуля. Плюс-минус тысяч десять, которые лежат у меня в кармане. Вы смотрите на меня, как будто первый год работаете в Библиотеке и не знаете, как они трясутся из-за каждого рубля.

— Но могло бы быть чуть больше нуля, учитывая важность операции.

— Оно и было, но на это дело было потрачено уже больше допустимого, что есть еще одна причина, почему оно всем как бельмо на глазе.

— «На глазу».

— Где бы ни бельмо, все равно бельмо.

Они огляделись, как будто темнота ночи или свет фонарей должны были подсказать, что делать.

— Пойдемте, — вдруг негромко проговорил Кинг и протянул ей руку.

Она вложила свою ладонь в его, что совершенно не соответствовало ее представлениям об удобной прогулке, и они стали торопливо обходить здание.

— Где-то должен быть служебный вход, — пояснил свою идею Артур.

— Думаете, с одной стороны вход — полмиллиона, а с другой — заходи, не хочу?

Он толкнул неприметную дверь на гладком сером фасаде, и та приглашающе скрипнула, открывая взору мрачноватый коридор.

— Да, примерно так и думаю.

Оба, не сговариваясь, приняли невозмутимый вид и спокойно прошли внутрь, будто имели полное право здесь находиться.

Шумно работала покрытая белым кафелем кухня, за столами и плитами переговаривались люди. В небольшом кабинете женщина сгорбилась над письменным столом. Официант курил у форточки. В гримерке суетилось не меньше пяти человек, и наверняка это были люди, приближенные к Алессандру, но останавливаться и разглядывать их было бы опасно.

Когда книжники оказались воодушевляюще близко к двери, вероятнее всего ведущей в основное пространство клуба, эта самая дверь открылась.

Кинг не стал терять время: прижал Констанцию к стене и стал жарко целовать, энергично обводя руками все изгибы тела. Она быстро поняла его план, обхватила его ногу своей, изображая неудержимую страсть.

— Вы что тут делаете? — поинтересовался кто-то, и они оторвались друг от друга.

Артур прочистил горло, а Констанция смущенно хихикнула и опустила глаза.

— Сюда нельзя, это служебные помещения, — сообщил седовласый мужчина во фраке с галстуком-бабочкой.

— Простите, — Констанция изобразила очаровательную улыбку.

Они с Кингом выскользнули из коридора в зал, где гремела музыка, прерываемая еще более громким рокочущим звуком мужского голоса.

Там Констанция сразу сбросила маску дурочки и, пальцем поправляя помаду, которая наверняка размазалась, покачала головой:

— Какой дешевый прием, Артур.

— Дешевый? — хмыкнул он, аккуратно вытирая покрасневшие губы. — Он стоил четыреста тысяч. Вероятно, это был самый дорогой поцелуй в моей жизни.

— Я привлекаю богатство! — услышали они из колонок.

— Я! Привлекаю! Богатство! — отозвалась толпа.

— Я взращиваю свой капитал! — произнес кто-то в микрофон.

— Я! Взращиваю! Капитал!

— Я окружаю себя деньгами, и деньги сами идут ко мне в руки!

— Я! Окружаю!..

— Это какая-то секта… — в ухо Кингу фыркнула Констанция. — Не знаю, как мы подберемся к Алессандру, его наверняка постоянно окружают фанаты, целующие подол халата.

— Не будьте такой строгой, посмотрите, здесь довольно-таки немало презентабельных людей. Как-то ему удалось собрать их. Наверное, он делает что-то правильно.

— Правильно пускает пыль в глаза…

— Как пример, — кивнул Артур. — Но мы ведь тоже не лыком сшиты. Предлагаю разделиться и хорошо пустить пыль в глаза. Как было в одном фильме, «Вы привлекательны, я привлекателен». Выберем жертв поближе к сцене.

Констанция огляделась. Она, конечно, тоже нередко использовала обаяние и сексуальность для охоты, но сейчас идея Кинга показалась сомнительной.

— Посмотрите, как много здесь шикарных женщин, — с сомнением покачала головой Констанция.

— Я вижу только вас.

Отмахнувшись от игривого комплимента, она продолжила:

— Вызывающая одежда, яркий макияж, дамы больше заинтересованы в гостях, чем в кричалках. Либо они приглашены организаторами для эстетики, либо это охотницы за этими привлекающими богатство. Увлечь кого-то в таком окружении будет сложно, слишком большая конкуренция. Нужна другая тактика.

Кинг глядел на нее с любопытством. Что ж, она готова была его развлечь…

— Какая-то чушь! — громко заявила она и решительно прошла к барной стойке.

Несколько человек обернулись на нее, но быстро вернули внимание к тому, что происходило на сцене. А там упитанный Алессандро в малиновом шелковом кимоно смешно скакал по сцене, хватая руками воздух и повторяя «Деньги! Деньги! Деньги! Я ловлю денежные потоки!»

Констанция картинно закатила глаза и обратилась к сидевшему на барном стуле мужчине:

— Вы правда верите, что это работает?

Он бросил на нее ленивый взгляд. Она же быстро оценила его облик: лет сорок, не больше. Откормленный, но пока еще не слишком. Костюм хороший, хотя на его фигуре смотрелся неаккуратно. Можно было подумать, мужчина набрал вес, а пиджак и рубашка остались в предыдущем размере. Часы на запястье, которыми он почти демонстративно блеснул, поворачиваясь к Констанции, наверняка были дорогими. Она не особенно разбиралась в марках часов, но дешевыми так не маячат. Телефон же наоборот оказался кнопочный, даже не цветной. Она видела такие у бизнесменов, которые боялись прослушки или слива информации со смартфона.

— Я здесь не ради этого шоу, — неторопливо отозвался мужчина. — Я ищу проект, в который смогу инвестировать деньги.

— Здесь? — фыркнула Констанция.

— А что тебе здесь не нравится?

Он не казался задетым, просто слегка удивился.

— Все это — какой-то цирк.

Она говорила нарочито громко, чтобы привлечь внимание. Женщина лет пятидесяти в полосатом брючном костюме обернулась на Констанцию и с явной агрессией сказала:

— Никто не заставляет вас тут находится, дорогуша.

— Я вообще-то за билет заплатила. Хочу получить за свои деньги реальную пользу, а не это мракобесие, — она указала на сцену. Там, правда, уже прекратились прыжки и скандирование деньговызывающих фраз.

Теперь Алессандр вызвал какую-то девушку и начал задавать ей вопросы: сколько денег она заработала за последний год, сколько тратила ежемесячно, какую самую дорогую покупку сделала.

— Я в прошлый раз познакомился с двумя миллионерами, — сообщил Констанции высокий молодой парень, что стоял рядом.

Он не отрывал взгляда от сцены, но голову повернул к ней, явно желая поделиться достижениями.

— И что вам это дало? — скептически спросила Констанция.

— Ну, я тогда еще не был готов к богатству и закрыл потоки. Поэтому деньги не пошли. Но сейчас я уже закрыл все ямы бедности, к тому же в прошлом месяце приобрел у Алессандра денежный магнит. По полной цене, между прочим! Не просил никаких скидок. В общем, в этот раз наверняка нетворкинг будет более эффективным!

— А чем вы занимаетесь? — поинтересовался потенциальный инвестор, складывая руки на груди и снова демонстрируя часы.

Молодой человек, наконец, полностью повернулся к ним, оторвав взгляд от сцены.

— Экологичное производство.

— Что вы говорите! — воскликнул мужчина с часами. — Я как раз искал проект на тему экологии. Что-то социально значимое.

— Да ладно! — молодой человек полностью потерял интерес к происходящему на сцене, едва не ухватив нового знакомого под локоть.

Двое удалились, активно обсуждая дела. Но Констанция, оставшись одна, не падала духом: она начала спорить с женщиной в полосатом костюме. Скоро у них образовался целый кружок, в котором каждый пытался убедить Констанцию в несомненной пользе коучинга Алессандра и невероятной наполненности смыслами таких мероприятий, как это.

— Вот она убеждает всех, что тут просто мошенничество, — раздался голос Кинга.

Констанция повернулась туда, откуда послышались слова и увидела Артура в компании самого Алессандра Меллера.

— Так-так-так, — коуч по богатству расплылся в улыбке, демонстрируя белые как керамический унитаз зубы.

Он по-ковбойски поправил указательным пальцем малиновую шляпу и в два шага приблизился к Констанции. Последователи расступились перед ним подобно морю перед Моисеем.

Кинг за его плечом лукаво подмигнул и растворился в толпе.

— Что я ощущаю здесь? — Алессандр обвел руками пространство вокруг Констанции. — Ямы бедности? Не-ет… Отрицание богатства?

Толпа испуганно охнула, но Алессандр покачал головой, и раздался коллективный вздох облегчения.

— Скептицизм… — понял, наконец, коуч. — Скептицизм — это отсутствие веры, — он резко подался вперед на последнем слове, ввинтившись взглядом в глаза Констанции.

Его собственные вблизи выглядели еще более безумно, чем с расстояния. Выпученные, подведенные темным. На фоне макияжа, уже растекшегося, белки казались настолько же неестественно белыми, насколько и зубы. Радужка почти прозрачная, четко очерченная темным ободком. И маленькая точка зрачка. От мужчины исходили странные волны. Он вызывал отвращение, пугал и… в то же время интриговал. Ему хотелось довериться.

Констанция моргнула, чтобы прогнать наваждение и строго спросила:

— Чему вы учите людей? — она незаметно запустила руку в сумочку. — Как отдавать вам деньги? А что насчет реальной финансовой грамотности? Поиска инвестиций? Подготовки презентаций?

Ее пальцы коснулись ловца — горячий. Перед ней определенно был персонаж.

— Я учу не считать деньги, а притягивать их! — воскликнул Алессандр. — Мои ученики платят не за уроки, не за мой опыт или мои слова. Они инвестируют в себя! Они платят за перезагрузку собственного мышления!

Его ответ поддержал многоголосый одобрительный рокот.

— Пока вы ищете «стратегии», другие покупают яхты. Я не даю инструкции, я создаю среду, где рождаются гении. Богачи! Каждый из вас — богач, — он распахнул руки и обвел столпившуюся аудиторию широким жестом. — Но кто-то еще не открылся, а кто-то уже приобретает связи, уверенность, доступ к закрытым возможностям.

Радостные приветствия в ответ заставили Алессандра широко улыбнуться.

— В этом зале за вечер было заключено уже три сделки на сумму больше ста миллионов рублей, — заявил он и посмотрел на Констанцию. — Но вы продолжаете сомневаться, а значит, остаетесь в мире страхов, а не возможностей.

— Где хоть какие-то доказательства? — фыркнула она громко. — Сказать можно что угодно. А пока все, что я вижу, это то, что несколько десятков человек просто заплатили вам по сто тысяч и более, подарив возможность купить новый автомобиль.

— Так говорят ограниченные люди, которые боятся выйти из зоны комфорта! — не растерялся Алессандр. — Готовы найти любые мнимые препятствия, только бы не вступать в этот мир денег и связей. Что ж, я не удивлен… Но давайте прямо сейчас проведем небольшой сеанс…

Он огляделся.

— Константин Львович! — воскликнул он, заметив кого-то в толпе. — Прошу, выйдите к нам.

В центр кружка вышел тот самый мужчина, которого Констанция и Артур встретили при входе. Тот, что «выторговал» для них билеты по двести тысяч.

— Это мой дорогой друг, Константин Львович Далицкий, владелец заводов по производству арматуры. Сколько у тебя заводов сейчас?

— Восемьдесят четыре по всей России. Это не только арматура. Мы работаем и с известняком. Есть железнорудные предприятия. Недавно приобрели сталелитейный завод. Но начинали с арматуры, да.

Алессандр хлопнул Константина Львовича по спине, тот чуть смущенно улыбнулся.

— Кого ты сегодня ищешь здесь? — спросил коуч.

— Я ищу смелые идеи, которые меняют правила игры. Меня не интересуют стандартные бизнес-планы с прогнозами на пять лет, меня интересуют люди, которые горят своим делом, и которые готовы рискнуть, чтобы создать нечто большее, не просто прибыль. Которые готовы изменить мир. Я ценю амбиции и честность. Вообще редко бываю на таких мероприятиях, я не публичный человек, но Алессандр выманил меня, — Константин Львович усмехнулся и отсалютировал коучу бокалом, что держал в руке, — потому что я знаю: здесь собрались те, кто действительно готов действовать.

Публика зааплодировала. На Констанцию теперь все смотрели взглядами «ну? что ты на это скажешь?». Пока что сказать ей было нечего… Она дернула плечом и отошла в сторонку, чтобы позвонить Аврелию. Тот отозвался сонным, но испуганным голосом.

— Все в порядке, просто для одного дела мне нужна твоя помощь.

На том конце провода повисла пауза.

— Ты не в отеле? — уточнил стажер.

— У меня личное дело. Я… познакомилась с мужчиной, хочу, чтобы ты его пробил.

— А-а… понятно… А как же…

Аврелий осекся, не договорил, затем принужденно бодро сказал:

— Сделаю все, что смогу! Давай координаты.

— Константин Львович Далицкий. Владелец заводов по производству арматуры и еще каких-то металлургических предприятий.

— Понял, принял, отпишусь.

Констанция окинула взором гостей. В программе, похоже, была пауза, поэтому все переговаривались под негромкую музыку, разбившись на группы. Тут стоял целый кружок, там — всего пара человек. Кто-то устроился у барной стойки, кто-то — за столиками. Но все беседовали.

Что ж, ей удалось привлечь внимание Алессандра, но ненадолго. А хотелось бы довести знакомство до беседы тет-а-тет.

Вариантов было несколько. Первое — дать ему понять, что у нее есть что-то полезное — связи, тайный инструмент, деньги. Второе — вызвать на разговор загадочной угрозой вроде «я все про вас знаю, обсудим это наедине?». Третье — флирт, но на этот метод она не хотела делать ставку.

Тут она, наконец, увидела Кинга — тот мило беседовал с какой-то дамой вдвое старше него — и в голове вспыхнул план. Разумеется, глупо было полагаться только на себя, когда оказалась на деле с неплохим напарником.

Констанция отправила Артуру сообщение, а затем проследила за тем, как он его прочитал. Удивленно поднял брови, затем равнодушно убрал телефон в карман, расправил плечи и что-то сказал своей собеседнице. После оставил ее, выглядывая что-то в толпе.

— А, Катя, — громко произнес он едва не с другой половины зала, — нам пора домой.

— Нет, я пока не хочу, — во весь голос отозвалась она, принимая фальшивое имя.

— Ты же сказала, что не веришь во все это, — Артур обвел руками пространство, Констанция заметила, что многие стали оборачиваться на него, прислушиваться, чтобы понять, что случилось.

— Да, но я готова поменять свое мнение, если была неправа. Только пока что не произошло ничего, что заставило бы меня передумать.

— Катя, мы уходим, — строго сказал Кинг.

— Я же сказала, что не хочу! — выкрикнула она истерично. — Почему ты все время командуешь мной?

— Потому что я оплатил эти билеты, например?

Нарастающим скандалом они привлекли внимание большинства людей в зале.

— Только и можешь, что кичиться своими деньгами!

Артур замер на мгновение.

— «Кичиться»? — уточнил он, как будто слово было ему не знакомо. — Я абсолютно справедливо говорю, что если я заплатил за билет неприличную сумму, то я распоряжаюсь… тобой с этими билетами.

Констанция с излишней экспрессией издала возмущенный всхлип, прижала руки к груди и обратилась к толпе:

— Кто здесь считает, что мужчина, заплатив за девушку, имеет право распоряжаться ею?

Отклик был неоднозначный, но ропот был скорее осуждающим.

Артур огляделся, будто ища поддержки.

— Кто здесь считает, что человек, заплатив деньги, владеет тем, за что заплатил? И я не про женщину, — добавил он, когда аудитория недовольно загудела, — а про товар или в этом случае — услугу. То есть посещение этого мероприятия.

Многие закивали. Вдруг толпа притихла, и Констанция обернулась, чтобы увидеть, что со стороны гримерок к ним плыло фиолетовое облако.

— Что здесь происходит? — поинтересовался Алессандр Меллер и неискренне сверкнул белозубой улыбкой, от которой у Констанции побежали мурашки по коже.

— Я хочу, чтобы моя дама ушла со мной домой, — заявил Артур.

— А я не хочу идти, потому что намерена разобраться, в чем же ваш талант как коуча богатства, — ответила Констанция, заставляя голос нервно дрожать.

— Ваша дама? — раздался голос Константина Львовича. — Я думал, вы брат и сестра.

— Мы сводные, — поспешно ответил Кинг.

— Мы троюродные, — в этот же момент сказала Констанция, а потом попыталась исправить их общую ошибку: — Сводные троюродные… в общем, это не противозаконно. Но! Я совершенно не обязана делать то, что ты говоришь, — она снова повернулась к Кингу, — ты деспот, тиран, я не позволю так с собой обращаться! Я хочу добиться финансовой независимости, и это мероприятие — мой шанс обрести свободу.

Возможно, она переигрывала… но, кажется, эти люди любили немного драмы и эпатажа.

Кстати, об эпатаже: Алессандр прошел вперед, встал между Артуром и Констанцией и, возведя волосатые руки к потолку, пафосно заявил:

— В первую очередь вы здесь — мои гости, поэтому, — он повернулся к Кингу, — каждый имеет право решать, когда уходить.

— Нет, черт возьми! — воскликнул Артур гневно. — Я сказал! И значит, мы уходим!

Он прорвался к Констанции и схватил ее за руку. Она взвыла, и ей на выручку тут же подбежали несколько человек, и мужчины, и женщины. Они оттащили сопротивляющегося Кинга.

— Так нельзя обращаться с моими гостями, — покачал головой Алессандр.

— Я заплатил деньги за то, чтобы она была здесь! — проорал Артур.

Алессандр подошел к нему, удерживаемому другими гостями, и спокойно, но громко сказал:

— Вы не поняли главную мысль моего учения: чтобы богатство было с вами, вы не должны быть скупым, потому что это яма бедности. Поэтому мы сейчас сделаем две вещи…

Он достал из кармана пачку купюр и вдруг начал выхватывать из нее бумажные деньги и швырять в Кинга.

— Осыпим вас денежным дождем… — произнес Алессандр, а затем подал знак охранникам, — и выставим отсюда.

— Верните деньги за билеты! — вопил Артур, пока его вытаскивали прочь.

При этом он не забывал хватать купюры, которые летели на него из рук коуча.

Констанция все это время изображала рыдания. Алессандр подошел к ней и обнял. От его атласного кимоно пахло тяжелым парфюмом и потом.

— Ну-ну, — успокаивающе проговорил он ей в ухо, — все хорошо.

— Ничего не хорошо, я же вернусь домой после этого. Что меня там ждет? Он убьет меня, просто убьет… Нет! — воскликнула Констанция, картинно отталкивая Алессандра. — Нет, я пойду за ним! Если я не сделаю этого, он просто прережет меня!

— Вы остались, потому что стремитесь к богатству, — заявил Алессандр, говоря скорее на публику, чем ей. — Сначала вы были настроены скептически, но затем я почувствовал, как обрели веру. А это значит, что вы теперь одна из нас.

Констанция была бы рада заплакать по-настоящему, но не выходило, поэтому она издавала звуки, напоминающие рыдания, и прятала лицо в руках.

Кинг отыграл свою роль прекрасно. Она написала ему всего несколько слов: «громко попытайтесь меня увести, я буду сопротивляться», и он понял ее без лишних объяснений. Сделал все, как надо.

Теперь же ей нужно было довести дело до конца: сработать на желании Алессандра выставить себя наставником и помощником, на том, что он не сможет показать себя бессердечным и безразличным, даже если захочет.

— Дитя мое, вы теперь под моим крылом, — пропел Алессандр, — а значит, никто не посмеет вас обидеть. Я забочусь о каждом своем подопечном. Моя жизненная цель — убедиться, что каждый, кто доверился мне, обрел процветание и богатство.

— Боже, это так трогательно, — протянула Констанция, безжалостно размазывая помаду и тени по лицу. — Спасибо вам.

Она упала Алессандру на грудь, содрагаясь. Он мягко, но настойчиво отстранил ее и сказал:

— Мои друзья проводят вас в мою комнату. Там мы обсудим, как вам помочь. А пока… я чувствую, что не все еще наполнились денежной энергией! — интонации его голоса изменились, он взял манеру профессионального конферансье. — Знаете, что для этого нужно? Рассказать миру о том, что вы притягиваете богатство! Раньше это было сложнее, но теперь у нас с вами есть соцсети! Открывайте! Открывайте их прямо сейчас и кричите о том, как вы стоите в потоке миллионов, как прикасаетесь к струнам достатка, как с моей помощью вы становитесь богаче!

Констанцию увели в гримерку. Она не видела, кто именно, но очень скоро оказалась в помещении одна. Беглый осмотр не дал ничего интересного: никаких личных вещей, ничего, что стало бы полезной пищей для ума. Очень безликая комната, хотя здесь и можно было обнаружить предметы, которые могли принадлежать Алессандру. Расческа, косметика, рубашка — вероятно, смена для кимоно. На столе заботливой рукой был подготовлен перекус: фрукты, сырная тарелка, хлеб, вода.

Дважды обследовав каждый уголок, Констанция, наконец, села на диван и стала ждать. Она расстегнула сумочку, чтобы быть готовой в любой момент достать ловец.

Наконец, дверь открылась. Но Алессандр был не один — его сопровождала явно уставшая девушка и высокий молодой человек. Девушка начала суетиться у стола, предлагая коучу еду, напитки. Молодой человек молча встал в углу комнаты. Охранник?

Алессандр подошел к Констанции и встал над нею, уперев руки в бока. Она изобразила несчастье. Он склонил голову, как бы раздумывая, что же с ней делать.

— Бедное создание… — проговорил он. — Вы меня поразили. В самое сердце… Вас зовут Катя, верно?

Она кивнула.

— Катя, я хочу вам кое-что показать… Это… кое-что личное, поэтому… Пройдемте.

Он протянул ей руку. Констанция ликовала, но старалась не подавать виду. Дрожа, приняла его ладонь.

Однако, едва подняв Констанцию на ноги, Алессандр выхватил ее сумочку и бросил на диван.

— Это нам не понадобится, оставьте здесь. Катя, вы уникальная женщина. Знаете почему?..

Он потянул ее прочь из гримерки, даже не подозревая, что только теперь ужас и горе на ее лице стали искренними.

Вдвоем они оказались в коридоре. Алессандр прижал ее руку к своей груди.

— Люди редко готовы изменить свое мнение о чем-то, вы же, Катя, решились признать, что неправы. За свои две тысячи лет я видел это не так много раз.

Констанция покосилась на его, затем опомнилась и изобразила изумление.

— Да-да, вы не ослышались, я был рожден более двух тысяч лет назад. Об этом знают не все. Не все готовы принять это.

— О-о, — протянула она, не в силах сыграть искренний восторг.

— И поэтому сейчас я вам покажу кое-что, достойное только ваших глаз. Смотрите… — последнее слово он произнес с придыханием, видимо, намереваясь открыть ей по меньшей мере тайну вселенной.

Он толкнул дверь и позволил Констанции войти первой. В комнате оказалось темно и тихо. Она прошла внутрь и застыла, когда дверь за ее спиной захлопнулась. В замке повернулся ключ.

— Не-ет, — протянула она, возводя глаза к потолку.

Дура! Какая же она дура! Решила, что обвела вокруг пальца такого опытного мошенника!

Безо всякой надежды Констанция подошла к двери — двигаться приходилось почти наощупь — но та, разумеется, оказалась закрытой. Замок отсутствовал — необходим был ключ.

Констанция застонала и с досадой пару раз пнула дверь.

— Откройте! — попробовала она на удачу. — Откройте!

В конце концов, в клубе имелись сотрудники, не имеющие отношения к этому говнюку Алессандру. Но на крики никто не отозвался.

Тогда она начала обследовать помещение. Когда ей удалось включить свет, Констанция поняла, что оказалась в еще одной гримерке. И здесь имелось окно, затянутое плотной, не пропускающей свет шторой. И оно легко открылось! Холодный воздух дунул Констанции в лицо, царапнул грудь, но она не жаловалась. Неловко перемахнув через подоконник, она постаралась не вывихнуть лодыжки в своих туфлях. Наконец, почувствовав, что твердо стоит на ногах, Констанция побежала туда, где по ее представлениям должен был находиться главный вход. Оттуда как раз вылетел Алессандр. Его фиолетовый халат развевался подобно крыльям, он держал шляпу, чтобы та не улетела от апрельского ветра.

Констанция не успела ничего предпринять, Алессандр запрыгнул в фургон, и тот сразу тронулся с места.

Рядом с Констанцией затормозила машина.

— Прыгайте! — раздался голос Артура с пассажирского сидения. — За фургоном!

Последнее было адресовано водителю, едва Констанция нырнула в салон.

— Я вызвал такси и ждал, чтобы следовать за вами, — сообщил Артур.

— Он раскусил меня, — почти беззвучно выдохнула она.

Ей требовалось отдышаться после прыжка из окна и пробежки вдоль здания.

Кинг не стал комментировать услышанное, просто кивнул.

Фургон пронесся мимо белоснежной церкви со стройной колокольней и темным куполом, пересек реку, у кремля свернул вправо. Еще немного, и они оказались в жилом квартале с невысокими зданиями.

Минут через пять фургон припарковался во дворе, такси по требованию Артура притаилось за спящим на стоянке микроавтобусом.

— Вон он, — прошептала Констанция, пока они с Артуром выглядывали из-за машины.

Человек в фиолетовом устремился к подъезду. Охотники поспешили за ним. Пока тот возился с ключами, Констанция и Артур настигли его. Кинг прижал к спине, обтянутой фиолетовым атласом, свой ловец. Но это не произвело никакого эффекта.

— What the f… — начал он, но мужчина в кимоно обернулся, и оба, Констанция и Артур, досадливо застонали.

— Почему вы в одежде Алессандра Меллера? — спросила Констанция, ей первой удалось совладать с собой.

— Он заплатил мне двадцать тысяч, чтобы я вышел в этом из клуба и доехал до дома, — сообщил молодой человек.

Констанция видела его лицо прежде — кажется, он был официантом на мероприятии.

Она издала злобное рычание, глядя на черное небо. Персонаж дважды обвел ее вокруг пальца. Дважды!

Артур отпустил их лже-коуча и предложил вернуться к такси. Пока машина несла книжников обратно, к клубу, Констанция бездумно пялилась в окно, в полуха слушая рассуждения Кинга.

— Он знал, кто мы… снова знал. Это уже не шутки. Это точно утечка. Он догадался и водил нас за нос. Возможно, весь этот вечер за нами наблюдали. Возможно даже, нам дали возможность войти через задний вход специально. Все было спланировано, он знал, что мы придем.

Она чувствовала себя последней идиоткой. Думала, что она разводит, а развели ее! Одно немного успокаивало: Артур тоже попался в ту же ловушку. Не одна она оказалась наивной идиоткой.

Клуб, к счастью, еще не был закрыт. Точнее, конечно, посетителей уже не пускали, но сотрудники еще не разъехались, поэтому Констанция сообщила, что забыла вещи в гримерке, и их пустили внутрь.

Жемчужная сумочка оказалась на месте: лежала на диване, куда ее бросил Алессандр. Вот только одного предмета в ней не было. Зато лежала записка.

Констанция развернула сложенный вчетверо листок и в который раз за вечер застонала.

Кинг заглянул ей через плечо, еще, вероятно, не догадываясь, что значило послание. На листе было написано «Спасибо».

Они забрали ловец.

Зазвонил телефон, это был Аврелий, Констанция включила громкую связь.

— Ну куда ты делась, я тебе уже полчаса названиваю. Короче, никакого Льва Далицкого я не нашел. Только одно есть упоминание владельца заводов по производству арматуры с похожим именем. Лев Петрович Булицкий. И, короче, этот тип был в Питере на мероприятии у какого-то инфоцыгана. Я скинул тебе фотку. Но я его сразу на всякий случай по фото поискал в интернете и знаешь, где нашел?

Констанция молчала, поэтому он продолжил:

— Снимался в рекламе собачьего корма. А еще в рекламе банка в Новосибе.

— Он актер, — резюмировала Констанция убито.

— Ага. Так что, Конс, не разменивайся на всяких мошенников, бросай его и езжай в отель, к надежным, проверенным людям. Арт, может, и жмется на хорошие слова в твой адрес, но, по крайней мере, точно не выдает себя за кого-то другого.

Она молча бросила трубку.

Уже из такси Артур позвонил Илье, коротко отчитался о провале, затем, чуть замявшись, добавил:

— И они заполучили наш ловец.

Динамик в его телефоне был хорошим, поэтому Констанция отчетливо расслышала ответ до того молчавшего Ильи. Про себя она отметила, что с ней он, оказывается, выбирал выражения.

Кинг прочистил горло, возможно, догадываясь, что она слышала каждое слово. Когда Илья излил гневную тираду, он чуть помолчал, затем спросил «как Констанция?». Это было, безусловно, трогательно, но когда Артур коротко ответил «нормально», Илья рассмеялся. «Желаю удачи», бросил он напоследок, имея в виду явно не дальнейшую охоту.

Артур смотрел на тяжело дышащую Констанцию и мягко улыбался:

— Вы так реагируете на неудачу, как будто она что-то говорит лично о вас или влияет на вашу жизнь.

Она вскинула мятежный взгляд.

— На самом деле она говорит только о том, что дело действительно сложное. Или оно не оказалось бы в Основном Фонде. Когда мы с ним справимся, вы сможете похвалить себя за блестящую работу.

— Бла-бла-бла, — мрачно отозвалась Констанция.

Он снова усмехнулся и сжал ее колено.

— Констанция, не ваши победы или поражения говорят о вашей личности, а то, как вы с ними справляетесь.

Артур сгреб ее в охапку и прижал к себе.

— Позволь мне тебя утешить, — пробормотал он, и она застыла, всю оставшуюся дорогу до отеля пребывая в напряжении, в то же время постепенно отпуская разочарование и наполняясь горячей решимостью.