Глава 35

Несмотря на бессонную ночь, в течение которой Алека не покидала мысль о находящейся в соседней комнате девушке, встал он рано. Выглянул на улицу. Погодка так себе. Тучки. Дождя пока нет, но вполне может пойти. А ему хотелось погулять со Светой по лесу, сходить к обрыву над рекой — там очень красиво.

Прошел на кухню, чтобы организовать завтрак. Принести бы ей в постель. Он уже дурел от ее близости. Никакой контроль не справлялся. Слишком давно мечтал об этом.

Нет, у него были любовницы, как без этого, но однажды понял, что все они очень похожи друг на друга, и на нее. И все равно ни одна не смогла зацепить. Он видел ее часто на светских тусовках, на более серьезных мероприятиях. Восхищался, любил и держался в стороне. Сначала из-за Князя, потом из-за случившегося с Белоснежкой.

Даже представить не мог, что однажды окажется настолько близко. А самое главное — Светик кажется на одной с ним волне.

Сейчас между ними лишь Ира. Даже не так. Между ними иллюзия.

— Привет, — раздалось от двери. Быстро вскинул взгляд. Она прекрасна. В спортивных облегающих штанишках и футболке. В руках кофточка с заячьими ушками на капюшоне, которую он приобрел в шутливом порыве.

— Доброе утро. Как нога? Болит?

— Нет. За ночь прошло, могу даже бегать. Спасибо за одежду, кстати, подошло. Я правда такое носила только в спортзале.

— В лесу в этом намного удобнее, поверь.

А дальше Алек впал в ступор от неожиданности. Света подошла ближе и обняла сзади за талию.

— Помочь?

Постарался сделать вид, что ничего странного не происходит, а в голове лихорадочно метались мысли.

Кто подменил ночью его ледяную принцессу? Что значит сея перемена?

— Я почти закончил, — Алек погладил обнимающие его руки. Так не хотелось спугнуть. Пусть обнимает. Пусть прижимается всем телом. Пусть спину покалывают острые сосочки, которые он сразу заметил при ее появлении — он не покупал белье.

Возбуждение прокатилось мощной волной.

— Какие планы?

— Хотел прогуляться. Не знал как твоя травма. Вижу, ты и кроссовки нашла. Размер подошел?

— Идеально. Я могу сварить кофе. Единственное, что я делаю хорошо на кухне.

Алек согласился и достал необходимое. Здесь не было кофеварки — он не любитель этого напитка. На всякий случай имелась турка и пакетик кофе.

— Вкусный варишь? Это ведь трудно сделать.

Необычно видеть ее за подобным занятием. И одновременно хочется, чтобы она чаще это делала.

Алек отнес еду на стол и вернулся понаблюдать. А она молодец — профессионально подошла к обязанностям баристы.

Когда кофе был разлит по чашкам, подошел к ней сзади, как она недавно. Обнял и уткнулся носом в слегка влажные волосы. Этот запах… он запомнился еще с Парижа. Прижался вплотную, давая ей возможность почувствовать, что она делает с ним. Вздрогнула, а потом у него едва не снесло крышу, потерлась попкой. Сжал сильнее ее талию. Самообладание, вернись на место. Он думал, Света рассердится, скажет что-нибудь в своем духе, обозвав его опять Орловым или извращенцем. Никак не ожидал кругового движения бедрами… черт! Он бы зашипел, если б не боялся спугнуть.

— Леша, кофе остынет… — его имя в ее устах. Не Алек, Леша — это так прошибает.

— Да, мой Светлячок, — выдохнул ей в шею и поцеловал. Даже не поцеловал, а впился в нежную кожу, словно вампир, теряя разум от ее близости, от ее аромата, от ее стона. Руки скользнули вверх, обхватывая нежные полушария с выпирающими вершинками. Потрясающе.

— Лёша…

Остановился. Вздохнул. Выдохнул. Так, что там? Кофе? Какой на фиг кофе, когда хочется только одного?

И все-таки вредная мысль настойчиво постучалась в голову, а не ниже. Не торопись!

— Я должен это попробовать, — сообщил он, отрывая руки и хватая чашки. — Сахар? Молоко?

Света ухватилась за столешницу и склонила голову. Алек выпустил из легких весь воздух. Они же оба взрослые люди, можно плюнуть на все, подойти к ней и…

Девочка выпрямилась и расправила плечи.

— Я пью черный и очень сладкий, а ты?

В его взгляде восхищение.

— Со сливками без сахара. — Налил в свою чашку молока и попробовал. — Чудесно. Слушай, я бы от такого кофе не отказался. Пил бы каждое утро.

Голос непроизвольно понизился. Ее присутствие заставляет думать только об одном.

— Теперь ты оцени мою стряпню. — Пора заканчивать с низменными желаниями и накормить гостью. — Блинчики. Обожаю их, но готовлю редко. В исключительных случаях.

— Сегодня исключительный случай? — неужели флиртует? Да. Приняла его игру. Глазки блестят. Холодность исчезла. Даже и не скажешь, что это Светлана Князь. Маленький милый светлячок. Как же глубоко ты был спрятан. Как жив остался?

Алек обмакнул блинчик в жидкий мед, свернул и поднес к ее губам, не отрывая взгляда. Опять тело откликнулось тяжелой пульсацией, когда губки обхватили блин, а зубки впились в него. Мед на ее устах… бл… звучит как песня. Облизала.

— Вкусно. Можно еще? — взяла блинчик, обмакнула в мед.

Сглотнул. Такими темпами он не то что на прогулку не пойдет, он даже завтрак не закончит. А точнее, на завтрак у него будет дерзкий Светлячок. Сообщил ей об этом тем же низким голосом. Румянец. Вот чего он никогда не видел. Прям даже залюбовался. Интересно, сколько мужчин у нее было после Князя? Помимо Князя, если вспомнить, что рассказывала сестра об их странном браке. Поморщился. Мысль о других мужчинах, в том числе о Сергее, не самое приятное.

Его мимика вспугнула Светлячка. Через секунду на него смотрела ледяная принцесса. Нет! Схватил ее запястье и притянул к губам, погружая в рот ее пальчики, которые она умудрилась испачкать медом.

— Божественно, — сообщил, неотрывно глядя в потемневшие глаза. — Люблю мед.

Это точно закончится прямо здесь и сейчас. Обмажет ее всю медом и будет с наслаждением его удалять.

Их отвлек яркий солнечный луч, ворвавшийся в кухню. Точно. Нужно прогуляться. Отвлечься. Возможно, успеет показать свое любимое место до дождя.

— Если ты продолжишь так на меня смотреть, Светлячок, я за себя не ручаюсь.

Она смутилась и отвернулась.

— Вкусные блины, но я не ем с утра много сладкого. Спасибо. Идем на прогулку?

Алек подхватил приготовленную ранее сумку. Там плед, дождевики, ветровки и несколько бутербродов.

— Идем.

Пока шли по лесу завели непринужденный разговор. Об окружающей тишине, чистом воздухе, красоте.

— Я, кажется, начинаю понимать, зачем ты приобрел этот домик. Знаешь, мне нравится.

— Серьезно?

— Что в этом странного? Я создаю столь неприятное впечатление? Можешь не отвечать — я итак знаю.

— Свет, знаю тебя много лет, но никогда впечатление не было неприятным.

— Врешь! Есть как минимум один случай. — На его приподнятые брови прошептала. — То интервью. Знаешь о нем?

У Алека замерло сердце. Неужели они подняли запретную тему? Тему, которая стоит между ними непрошибаемой стеной. Нерешительно кивнул.

— Да.

— Да… Тогда я вообще не понимаю, что делаю здесь! — Света остановилась и повернулась к нему, глядя прямо в глаза. — Если ты всё обо мне знаешь, почему не бежишь, как от чумы? Ты видишь, на что я способна в гневе. Не пугает?

Алек молчал, не зная, что ответить. Не говорить же, что любит ее, не смотря ни на что.

— Ты очень сильно его любила? — неожиданно даже для самого себя выдал он. А Света так вообще впала в ступор. Вся ее бравада куда-то внезапно испарилась.

— Не думаю, что нам стоит об этом говорить. — Она явно пыталась нацепить свою маску, но почему-то ничего не получалось.

В душе неприятно заскребло. А если она все еще любит Сергея? Если никогда не сможет его забыть? Действительно ли хочется услышать ответ?

— Мы пришли. Идем, покажу мое любимое место в лесу.

Обрыв над рекой очень красив. Здесь довольно высоко. Алек любил сидеть на краю, свесив ноги. До воды несколько метров. Свобода. Вот чем можно охарактеризовать это место.

Подозвал к себе Свету, но она не решалась подойти к краю.

— Доверься мне, Светлячок. Давай руку.

Вложила маленькую ладошку в его крупную.

Подтолкнул к краю, крепко удерживая за талию.

— Страшно.

— Тогда закрой глаза.

Так дело пошло легче. Она послушно двигалась за его руками. — Чувствуешь? Ветерок. Прохлада. Свобода. Подними руки вверх. Доверься мне.

Света сделала, что он просил. Ее движения были раскованными и одновременно доверчивыми. Он тихо попросил открыть глаза. Вздрогнула. Втянула воздух. Напряжена. Но уже через мгновение расслабилась.

— Здорово! Вау! Леша! — она кричала громко, смеялась, стоя на самом краю обрыва. Алеку казалось, что тем самым она освобождалась от своих внутренних демонов, о которых он имел смутное представление. — Я хочу летать! Леша, я…

Она вдруг осеклась и замолчала. Что хотела сказать, так и не узнал. А Света неожиданно сделала шаг вперед. Его руки крепко вцепились в ее талию и рванули на себя.

— Ты куда, дурочка моя? — сердце забухало в груди, а эхом отдавалось и ее под ладонью.

Отошел от края на несколько шагов, вжимаясь лицом в ее макушку.

И снова как утром на кухне. Та же поза, те же чувства. Тревога сменилась бешенным желанием. Света тоже уловила изменения. С ее губ сорвался вздох… удовлетворения? Откинулась ему на плечо, отчего ее грудь вызывающе вздернулась. Нет, разве можно устоять. Его рука легла сверху, вызывая повторный вздох.

— Лёша…

— Мм?

— Не останавливайся…

Мозг моментально превратился в желе, отпуская бразды правления. Уже обе ладони лежат поверх ее небольших, но идеальных холмиков. Такая же совершенная попка бессовестно упирается в него. Прижался губами к шее, от чего по ее коже побежали мурашки. Не сдержался, слегка прикусил, оставляя след, но Света не спорила, а буквально млела. Надо бы остановиться, но сил нет.

Развернул к себе лицом, заставляя посмотреть в глаза. Полная капитуляция. Подтянул за талию — никакого сопротивления, не смотря на щекотливую тему, затронутую чуть раньше.

— Уверена? — через силу выдавил из себя.

— Леш, ты как маленький, — улыбнулась ему в плечо.

— Я так долго об этом мечтал.

— А ну-ка с этого места поподробнее, — она смело положила ладошку на грудь и чуть царапнула.

Последняя капля. Схватил за затылок и притянул что есть сил, впиваясь в губы. Они пьянят похлеще виски. Требовательные руки, обхватившие его талию, сводят с ума.

Прижимает ее к березе позади. Большие пальцы забираются под футболку, круговыми движениями поглаживая кожу и постепенно поднимая ее выше. Он безумно хочет это увидеть. Его призрачная фантазия. Его сон. Хриплый звук срывается с губ. Самое прекрасное зрелище.

Развел бедром обтянутые спортивными штанишками ноги и подхватил под ягодицы. Грудь оказалась на уровне глаз, прижался щекой, слегка оцарапав отросшей щетиной. Наконец поймал губами. Сильнее вжался бедрами. Может испугается… нет. Воспринимает как должное. На его движения отвечает еще более провокационными. Ее пальчики заблудились в его волосах, не давая далеко отодвинуться. Глаза закрыты, из приоткрытого рта периодически вырываются жалобные стоны.

Положил ее руки себе на плечи и понес к их вещам, лежащим недалеко.

— Домой или…

— Нет, здесь.

Алек опустил свою ношу и достал плед из сумки, расстилая на более менее свободном от ветвей месте.

Уселся на него и снова притянул ее. Уткнулся лицом в плоский животик. Подцепил тонкую ткань штанов, стягивая вниз. Покрывая поцелуями освобождающуюся кожу дошел до трусиков. Совершенно не кружевные, как ожидалось. Подхватил и их, убирая со своего пути. Девушка в его руках дернулась. Непривычны такие касания? Но для него это сбывшаяся мечта. Сколько раз он мечтал сделать это. Прижался губами к интимному местечку, радуясь ее всхлипу и пальчикам в своих волосах, которые сейчас судорожно дернулись.

— Лёша, ноги дрожат.

Улыбнулся и лег на спину, увлекая ее за собой. От мягкого тело растянувшегося вдоль его собственного бурлит кровь, разнося по венам дурманящую жажду.

Ее ручки скользят к джинсам и расстегивают ремень. Алек задохнулся ощутив ее прикосновения именно там, где сейчас все так ждало ее. Плавное движение бедрами е его мечта сбылась. Она его! Сжал ее талию, прижимая сильнее. Ее стоны самая прекрасная музыка.

Над головой бабахнуло, и Света вздрогнула, прижавшись к нему. В то же мгновение на них обрушился мощный ливень, остужая разгоряченные тела. Одновременно обостряя чувствительность. Света рассмеялась поднимая лицо вверх. Очень быстро стала мокрой. Алек рывком перевернул ее, оказавшись сверху и прикрыл собой.

— Не останавливайся прошу, — прошептала, хватая губами холодные струйки с его кожи. Ее ноготки впились в поясницу, спровоцировав резкий взрыв возбуждения. Дальше они забыли обо всем: и о дожде, вода уже не мешала, а лишь подстегивала желание, о твердой земле, о дикой природе вокруг.

Дождь кончился так же внезапно, как и начался, но их не волновало. Волны наслаждения накрывали то одного, то другого.

Алек откинулся на плед и подтянул ее на себя — жестко на земле.

— Никогда не думал, что это может случится в лесу, да еще и под дождем. Прости.

— Лёша, все замечательно, не извиняйся, — пробормотала она, собирая губами капельки на его груди. Они образовывались снова, осыпаясь с листьев.

— Ты достойна большего, принцесса…

Света покачала головой.

— Лучше и быть не могло. Такой необычный и запоминающийся секс у меня впервые.

Алека передернуло, и она заметила. Глаза сузила и смотрит внимательно.

— Не знаю, как тебе, но для меня это нечто большее.

Уголок ее губ нервно дернулся.

— Неправда.

— Не веришь или пытаешься убедить себя? Светлячок, то, что я говорю — абсолютно точно. И если ты будешь утверждать обратное, я тебе очень скоро докажу свою точку зрения еще раз.

Света серьезно смотрела на него и вдруг улыбнулась. А потом расхохоталась, заражая и его своим весельем.

— Обязательно докажи, но только не здесь. Моя спина не выдержит второго раунда на этих веточках и шишках.

— Глупая принцесса, это лиственный лес, здесь нет шишек, — объявил он, любуясь ее естественной красотой и искренним недоумением.

— Но я их точно чувствовала!

Алек достал ее штанишки, чудом оставшиеся сухими под их телами. Футболка была мокрой насквозь, как и его одежда. Достал из сумки спортивные ветровки, захваченные на всякий случай. Бережно накинул на нее. Притянул к себе и поцеловал так нежно, как только мог.

— Это не секс, милая, это мечта. Понимаешь?

Его глаза выдавали. Он чувствовал их свечение, но не мог спрятать. Девушка затаила дыхание, не отрываясь от него.