Глава 32.

В этот раз нас увезли совсем далеко от дворца на красивый живописный холм, уставленный многочисленными шатрами. Я с завистью подумала, что местные дворяне на всю катушку используют отбор как повод хорошо расслабиться и развлечься. Снова вокруг сновали довольные нарядные люди, звучала музыка, воздух был наполнен восхитительными ароматами изысканных блюд, и только мы с  остальными невестами стояли шеренгой, в стороне от общего праздника, в ожидании очередного издевательства от господина Корнелиуса.

Я мрачно проводила взглядом невероятно аппетитного зажаренного гуся, которого поваренок пронес буквально в паре метров от меня, заставив мой рот наполниться слюной несмотря на обильный завтрак. Потом я заметила группу смеющихся девушек и парней, искоса поглядывающих на нас, что тоже не добавило мне хорошего настроения. А когда я увидела, что некоторые из присутствующих начали делать ставки на то, кто сегодня победит, то окончательно решила, что с меня хватит развлекать почтенную публику. Будь что будет, но сегодня я проиграю этот чертов отбор, и гори все синим пламенем.

Наконец господин Корнелиус вышел к гостям и объявил правила очередного конкурса. На этот раз нам предстояло преодолеть подземный лабиринт. Я только сейчас обратила внимание, что у подножия холма стоит несколько украшенных цветами арок, сразу за которыми начинались подземные ходы. Хитрость была в том, что входить всем невестам предстояло через основной главный вход лабиринта, а вот путей выхода было несколько. В сущности испытание было рассчитано на скорость и удачу, ведь из множества путей нужно было найти самый короткий.

Заходить мы должны были одна за другой с интервалом в пять минут, а для отсчета времени прохождения лабиринта служили огромные песочные часы с разноцветным песком, где для каждой участницы был свой цвет. Очередность определялась жребием. Господин Корнелиус долго и пространно объяснял, что ходы внутри холма просторные, широкие и укрепленные магией, что в секретных нишах будут дежурить гвардейцы, отвечающие за порядок и соблюдение правил, но, чем дольше он рассказывал о полной безопасности данного мероприятия, тем более мрачные предчувствия меня посещали.

К счастью, по жребию мне выпал пятый номер, так что впереди у меня было время, чтобы морально настроиться. Мне дико не хотелось заходить внутрь холма ни первой, ни последней. Остальные невесты задание восприняли абсолютно спокойно, видимо, драконы ни акрофобией, ни клаустрофобией не страдали. Я сама не то чтобы боялась подземелий, но и особого восторга от нахождения в ограниченном пространстве не испытывала.

Впрочем, отказываться от испытания, демонстративно бросая вызов княгине, я не стала. Напротив, это испытание было мне на руку, поскольку проиграть в нем было легче легкого, достаточно выждать под холмом подольше времени, а потом сделать вид, что заблудилась. Вряд ли при этом получилось бы подтасовать результаты, зато и ко мне придраться было бы не за что. Я даже подумала, не стоит ли разыграть обморок для достоверности, чтобы меня точно никто не обвинил в саботаже, но, когда до меня дошел черед, поняла, что в этом нет необходимости.

Основной вход в лабиринт почти сразу разделился аж на пять путей, причем это были не широкие прямые дорожки, как можно было бы подумать из описаний господина Корнелиуса, а именно извилистые, сложные, разноуровневые лазы чуть выше человеческого роста. К тому же приглушенный свет не давал разглядеть дорогу дальше чем на три шага, так что наличие тупиков у некоторых ответвлений стало для меня полной неожиданностью. Спустя уже несколько минут я поняла, что это действительно сложный лабиринт, и, пожалуй, мне не нужно будет особо стараться, чтобы проиграть на этом этапе.

Особенно меня смущали переходы на более высокий уровень, ведь я точно помнила, что все выходы были у подножия холма. Но, с другой стороны, возможно, именно через верхние этажи лабиринта можно было выйти на правильный путь, так что я все чаще задумчиво поглядывала на эти переходы. Время тянулось жутко медленно, ходить по земляным ходам было неудобно, и я, уже забыв о своем первоначальном намерении, искренне желала поскорее отсюда выбраться. К тому же меня напрягала неестественная тишина в лабиринте, и то, что за все время я не встретила ни остальных участниц, ни обещанных гвардейцев. Спустя еще какое-то время бесплодных блужданий я решилась и, увидев очередную лестницу, ведущую на более высокий уровень, отправилась к ней.

Хоть все эти лестницы и были всего лишь вырубленными прямо в земле ступеньками, и поначалу я боялась, что они начнут осыпаться под моими ногами, но подниматься по ним оказалось легко, и прочностью они не уступали деревянным или каменным ступеням. А еще радовало, что внутри холма было сухо и при этом достаточно свежо, видимо проблему вентиляции тут как-то решили. На следующем уровне я наконец заметила стражника, дежурившего в глубокой нише и еще раз удостоверилась, что правильно я не стала бесконечно кружить по первому этажу, а отправилась искать другие пути.

Правда пообщаться с ним мне не удалось, и не потому, что этот бравый молодой человек меня игнорировал. Напротив, он открыл рот и явно что-то ответил на мое приветствие, вот только я не услышала ни звука. А спустя несколько секунд до меня дошло, что я вообще могу слышать только себя и издаваемые мной звуки, а вот от стражника не раздавалось ни шума дыхания, ни шороха одежды. А я-то недоумевала, почему я до сих пор блуждала в полной тишине. Ладно еще я не встретила ни одну невесту на своем пути, но даже чужого голоса или звука шагов до меня за все это время ни разу не донеслось.

Помахав гвардейцу ручкой на прощание я отправилась дальше исследовать извилистые пустынные коридоры. В какой-то момент я пожалела, что не захватила с собой какого-нибудь перекуса или флягу с водой, и буквально спустя несколько минут, как по волшебству, вышла в небольшой круглый зал, в центре которого стояла резная каменная чаша, из которой били ввысь хрустальные струи воды. По периметру чаши стояли кубки, намекая, что вода в фонтане вполне пригодна для питья, но я, хоть и чувствовала сухость во рту, выпить из этого подозрительного фонтана не спешила. Кто их этих драконов знает, может им здоровье позволяет и из реки воду пить без последствий, а вот меня мой опыт городского жителя от питья сырой воды предостерегал.

Решив, что еще некоторое время я вполне могу потерпеть, я отправилась дальше. Испытание, честно говоря, становилось все скучнее, и я уже целенаправленно искала выход из лабиринта, тем более, что я давно уже потеряла чувство времени, и понятия не имела, вечер сейчас уже или еще день. Я еще несколько раз поднималась и опускалась на разные уровни, но, и в какой-то момент даже запуталась на каком этаже лабиринта я уже нахожусь. Физически я не слишком устала, но неестественная тишина и сумрак навевали на меня печальные мысли, что я буду бродить здесь до скончания века, так и не встречу больше ни одно живое существо и стану местным привидением.

Поэтому, когда завернув за очередной крутой поворот я увидела смутный силуэт девушки, я на радостях рванула вперед. Девушка стояла в полукруглой нише, спиной ко мне, и судя по длинным серебристым волосам это была Селинда. Я позвала ее по имени, забыв, что она не может меня слышать, но она, конечно, даже не обернулась. Я так обрадовалась, что хоть кого-то встретила в этом дурацком лабиринте, что у меня возникла озорная мысль, подкрасться к ней сзади напугать, схватив за плечо. Я замедлила шаг, заранее предвкушая, как Селинда отреагирует на мою шутку, но в этот момент из ниши появилась еще одна фигура, до этого скрытая в темноте.

Это был мужчина в военном мундире, сначала я даже решила, что это еще один из дежурных гвардейцев, но спустя пару шагов мое сердце словно кольнуло острой иглой. Это был не просто гвардеец, передо мной буквально в нескольких шагах стоял командир Дайнерс и о чем-то говорил с Селиндой. Меня они не замечали, поскольку я стояла в более темной части коридора, а слышать меня они не могли, но вот друг друга они, похоже, слышали превосходно. Сейчас он стояли полубоком ко мне и с такой нежностью смотрели друг другу в глаза, что сердце болело все сильнее.

Эта картина передо мной была до ужаса знакомой, словно я уже видела ее раньше. И когда командир Дайнерс потянулся, чтобы убрать с лица Селинды прядь волос, я отчетливо вспомнила, где я это видела. Это была точь-в-точь иллюстрация из третьего тома про генерала Рейнольдса, где он прощается со своей возлюбленной. И как я раньше не поняла, что Селинда так сильно похожа на принцессу Виллею. Дело даже не во внешнем сходстве, она внутренне олицетворяла идеальный типаж Александра Рейнольдса: робкая, нежная, наивная, нуждающаяся в сильном защитнике героиня. В книге мне не очень нравилась принцесса, она казалась скучной и слишком клишированной, и меня радовало, что с ней не так много сцен, поскольку основную часть сюжета занимали приключения самого генерала. Но сейчас я как никогда ясно осознавала, что именно такая девушка ему идеально подходила.

А еще я поняла, что чувство, которое я принимала за легкую симпатию, оказалось гораздо глубже и сильнее. Не знаю, как за какие-то несколько дней я умудрилась так привязаться к мужчине, но ноющая боль в сердце и кипевшая в душе ревность могли означать только одно: я влюбилась, и моей первой любви суждено стать несчастливой. Не было смысла и дальше стоять и подглядывать за встречей командира и Селинды, которые не замечали ничего вокруг, наслаждаясь кратким свиданием, но я не могла заставить себя сдвинуться с места, продолжая с мазохистким упорством наблюдать за ними. И только когда командир Дайнерс наклонился к Селинде с явным намерением ее поцеловать, я не выдержала и рванула назад по коридору.

Я бежала, не выбирая путь, просто наугад, и, несмотря на слезы и давящую тоску в груди, все о чем я мысленно просила мироздание, это чтобы Селинда и командир Дайнерс так никогда и не узнали, что я их видела. Я очень сильно надеялась, что они меня не заметили, и я смогу спустя какое-то время так же непринужденно с ними общаться, никак не выдавая своих чувств. Я почти не удивилась, когда спустя не слишком продолжительное время, я неожиданно выбежала на солнечный свет, все-таки выбравшись из этого проклятого холма.

– Иномирянка Евгения первой закончила испытание, время зафиксировано, – раздался звонкий голос одного из лакеев, стоявшего рядом с песочными часами.

Стоявшие поодаль гости принялись аплодировать и что-то кричать, меня же разобрал истерический смех. С ума сойти, я все-таки умудрилась победить и выйти в финал. Ну а что, все правильно, кому-то везет в играх, а кому-то в любви. Баланс вселенной, чтоб его. С трудом прекратив смеяться, я почувствовала, как тело становится тяжелым, неповоротливым и медленно оседает на землю.

– Хочу домой, – успела тихо произнести я, всхлипнув, и потеряла сознание.