Глава 10

Как и при первом нашем знакомстве, Бранд представлял собой большого чёрного пса. Единственное, что он по какой-то причине не мог принять облик, близкий к образу живого существа. Точнее, не так — если не приглядываться, да в темноте, то его действительно можно было принять за пса, но вот на свету или если начать его разглядывать, Бранд сразу становился довольно расплывчатым, что даже не всегда можно было понять, где именно находятся глаза.

— И вот что с тобой делать? — спросил я у духа, внимательно смотря на него. Тот никак мне не отвечал. — Ты же меня хорошо понимаешь? Если да, то сделай что-нибудь с тенями.

Чёрный пёс до этого замерший в тёмном углу комнаты, куда не попадал свет, сделал шаг вперёд и приобрёл чуть более чёткий образ.

— Неплохо, — довольно кивнул я.

То, что он меня понимает, я и так знал, иначе мы бы не смогли заключить контракт, но необходимо было узнать рамки того, насколько он вообще разумен.

Я уже успел убедиться, что в целом, духи этого мира мало чем отличаются от тех, что были в моём прошлом мире. А значит, среди них можно встретить и кого-то вроде Медзи и Асайды, которые вполне могли общаться на современном языке без особых для себя проблем, и духов, которые подчиняются своим инстинктам и, по сути, мало чем отличимы от хищников животного мира.

Отчасти всё это объяснялось их возрастом и силой, но ещё и природой происхождения. Большая часть духов, с которыми встречался я и мои коллеги по цеху, были рождены из эмоций людей. Да, были природные духи и духи стихий, которые развивались вместе с местностью, в которой они появились, но они стояли несколько обособленно от тех, что возникли только при активной деятельности людей.

Всё же природе наплевать на наши действия и желания, и те же духи огненной стихии живут в вулканах, и они даже не обращают внимания на людей, как мы не обращаем внимания на муравьёв.

В отличие от них, духи, созданные эмоциями людей, куда более сильно связаны с людьми, их порождающими. Тут тебе и как совсем безобидные духи, рождённые от светлых эмоций, так и духи, появившиеся в результате страха или смерти. Особо опасные духи возникают на полях сражений, ведь во время битвы люди испытывают одни из самых ярких эмоций и выплёскивают их в окружающее пространство.

Сколько мне раз приходилось как одному, так и в составе команды шаманов устранять последствия вот таких вот сражений — даже вспоминать не хочется. Эти духи рождались в ярости битвы и сожалении о непрожитой жизни, так что ничего удивительного, что ещё толком не осознав себя, они бросались на людей, стремясь разжечь все эти эмоции у своих жертв.

В общем, можно сказать, что духовный мир такой же разнообразный на формы жизни, как и мир живых. Здесь можно встретить что угодно и при этом натолкнуться на то, чего не видел никто.

Если же я прав в своих предположениях и в этом мире нет шаманов, которые были бы достаточно умелы, чтобы стабилизировать мир духов, то в этом мире обитает великое множество опасных сущностей, которые могут вредить людям. Просто всё это списывают на магические проявления, которые к этому никоим образом не относятся.

Возвращаясь же к Бранду… Мне хотелось понять, к какому типу духов он относится. Если Медзи был воином и он как раз из тех духов, которые могли родиться во время войны, а Асайда вообще была кицунэ, чьё происхождение даже в моём мире не было толком изучено, и к ним вопросов не было, то Бранд был очень уж необычным духом.

— Может, попробуешь продемонстрировать свои возможности, чтобы я лучше понимал, чем ты можешь мне быть полезен? — предложил я после некоторого времени изучения его поведения.

Одна из теней, что составляла тело Бранда, устремилась вперёд и оказалась под одной из ваз, которую слуги наполняли через день свежими полевыми цветами. Сначала я хотел отказаться от этого, но запах от цветов действительно был неплохой и это добавляло рабочему кабинету немного уюта, что ли.

Так вот, стоило тени только оказаться под вазой, как она на мгновение стала немного темнее, а потом ваза просто провалилась внутрь тени, втянувшейся обратно в Бранда. Не дожидаясь моих слов, он направил другую тень рядом с собой и из неё вышла всё та же ваза, и даже цветы на ней никак не изменились. А ведь подспудно я ожидал, что живой материал в таком случае не переживёт подобного рода «перемещения».

При всё этом я ощутил, что Бранд на это потратил совсем немного энергии и при этом она тратилась только в момент попадания предмета в тень и выхода из неё.

— Значит, можешь хранить в своих тенях предметы? — спросил я у духа, и тот встряхнул головой, что, наверное, можно интерпретировать как согласие. — А есть ли предел твоей вместимости?

Тут уже образ пса вновь на несколько мгновений стал расплывчатым. Так он делал, когда был не слишком уверен.

Пока ещё правильно оценивать его действия мне было сложно, но постепенно я всё лучше понимал, что именно хочет мне сказать Бранд. Всё же между нами была духовная связь и то, что нельзя сказать словами, можно передать через неё. Только если я мог донести свои мысли таким образом, то сами духи, судя по тому, что я видел, с таким сталкивались впервые и ещё изучали эту возможность методом проб и ошибок.

Причём подобное происходило не только с бессловесным Брандом. Вполне возможно, в дальнейшем могут возникнуть ситуации, когда объяснять словами будет слишком долго и передать образ через нашу связь окажется не только более информативным, но и более быстрым.

Со временем вообще мы должны перейти к мыслеречи, когда никто не будет слышать, как я говорю с пустотой. Всё же для того чтобы увидеть духов, надо или проходить через духовные практики и развивать свою душу или иметь особые навыки к этому.

В моём прошлом мире не только шаманы могли взаимодействовать с духами. Так что и тут, вполне возможно, кто-то их сможет увидеть, но пока они не полностью воплощены в нашем мире — сделать это сложнее.

Да и в целом разговаривать с невидимым собеседником, да ещё и княжичу — очень удобный повод, чтобы его объявить сумасшедшим. Поэтому об этом надо будет обязательно позаботиться и научить духов правильно понимать, что я собираюсь до них донести.

Даже жаль, что на данном этапе это невозможно, просто за счёт того, что такой способ передачи информации тоже отнимает духовную энергию. Слишком много её я сейчас направляю на развитие моего тела, чтобы оно стало достаточно крепким для моего духа. Последний в своём развитии ушёл далеко вперёд и такие перекосы необходимо исправлять, пока ситуация не стала критичной.

— Спасибо, за демонстрацию, — вежливо поблагодарил я Бранда. — Можешь пока отдыхать.

Главное, что я выяснил часть возможностей моего духа-контрактора. Дальше уже необходимо развить нашу связь и посмотреть, насколько получится развить это умение духа.

В моём прошлом мире я даже не слышал о духах, способных, даже не имея физического воплощения в мире живых, взаимодействовать с физическими предметами. Точнее, толкнуть что-то некоторые виды вполне могут, но вот чтобы физический объект на время помещать на духовный план как в какой-нибудь сундук… это что-то новенькое.

Всё это заставляло меня вновь погружаться в исследования духовного мира. Мне казалось, что мой наставник, да и я после него знал практически всё, что можно о духах и местах, где они обитают, но как же приятно осознавать, что есть ещё не разгаданные тайны, первооткрывателем которых я могу стать.

Даже жаль, что моё взаимодействие с духовным миром ограничено до тех пор, пока я не добьюсь равновесия между телом и душой и не накоплю достаточно сил, чтобы путешествие туда не погубило меня.

— Изучаешь наши возможности, м-м-м? — неслышно возникла рядом со мной Асайда, всё так же в образе лисицы.

Она думала меня таким образом напугать, но если с самой духовной энергией у меня были определённого рода проблемы, то вот контроль оставался на всё таком же высоком уровне, так что не заметить оттока сил я просто не мог. Поэтому и сюрприза как такового не вышло, чем я её расстроил, пусть лисица и не показывала этого.

Духи — своевольные существа, обладающие собственной волей и чувствами. Они, даже заключив договор с шаманом, могут действовать так, как им вздумается. По сути, договор, если не учитывать частности, запрещал им причинять вред, но понятие вреда можно трактовать очень широко, особенно на этапе, пока мы не имеем серьёзной связи между друг другом.

Да и в целом сильно ограничивать волю своих духов я никогда не собирался и не собираюсь. Они должны быть верными соратниками и друзьями, а не марионетками, послушными моей воле.

Бесспорно, у обоих методов есть свои плюсы и минусы, но я был согласен с учением моего наставника и не считал себя вправе сильно ограничивать живое существо, пусть это и дух. Разумеется, это не означало, что я позволю им творить всё, что они вздумают, но если это не мешает мне или моим планам, то пускай — на такие мелочи можно и закрыть глаза.

— Хочешь продемонстрировать свои? — проявил я живой интерес.

— Не так быстро, — кокетливо ответила она, прикрыв мордочку хвостами. — Должны же быть у девушки небольшие тайны.

— Говорит кицунэ, которая сама любит различные интриги и тайны, — хмыкнул я на это.

— Ты уже встречался с кем-то из моего племени? — выглянув из прикрытия хвостов, стрельнула одним ухом Асайда.

— В какой-то мере, — уклончиво произнёс я, не собираясь говорить ей всё. — Но я имею представление о том, на что ты можешь быть способна.

— Тогда я, пожалуй, оставлю всё это без демонстрации, — прикрыла глаза лисица.

— Как хочешь, — равнодушно ответил я.

— Какой… хам! — возмутилась из-за этого Асайда и с тихим хлопком исчезла в белой дымке.

Так и знал, что это её заденет. Подобные кицунэ — существа очень любопытные и при этом коварны. Она никогда напрямую не покажет своего истинного интереса, если это не будет, разумеется, частью её игры за которой стоит что-то большее. Свои тайны эти духи очень не любят рассказывать, но при этом ещё они больше не любят, когда на них не обращают внимания.

Пока мы лишь в начале нашего пути изучения друг друга, но Асайду мои действия уже зацепили. А там, глядишь, и сама сдастся. Просто надо проявить немного терпения и подождать.

Интересные всё же духи мне попались после первого же ритуала. Помнится, с Диненом я провозился очень долго, пока мы не смогли наладить наши отношения и это притом, что он уже был подготовлен моим наставником для связи со мной.