Глава двадцать третья

– Веся… Эви, – с сомнением покосившись на невозмутимо жующих свои пироги прадеда и Береста, начал выяснять через пару минут Даренс, – но ведь если ты… э… посадила в нас крошечных фантомов, то они должны были уже растаять?

– Не сразу, – мягко вздохнула Кастина, – а лишь когда сила ее магии смешается с вашей собственной и ослабеет. Таково уж свойство бытия, рождено существо или создано – неважно, все одинаково стремятся выжить. Но ее фантомы были обречены… и мы могли бы никогда и не узнать о них, но тут, как иногда бывает, вмешался особый случай. Тирой решил вас всех принять в чародеи. А когда маги проводили ритуал, бросили в вас по капле своей силы. Понимаете? Для вас она в тот миг была чужой, бесхозной, а для погибающих от голода крохотных лекарей – спасением от гибели. Вот они ее и впитали… и сразу увеличились, маги ведь бросали не скупясь. Тут-то их и почуяли ваши амулеты и начали светиться.

– Эвеста?! – внезапно подозрительно окликнул куницу Саргенс. – Ты это что такое делаешь?

– Пытаюсь проверить, уцелел ещё твой фантом или уже распался, – безмятежно отозвалась целительница. – Мне теперь только одно непонятно, почему у всех фантомы подросли, а у тебя – нет? Ведь в ритуальном зале стоял кристалл и каждый пополнил свою силу. И Бенра тоже, но ее фантом понемногу поглощал проходящую сквозь тело магию, ведь она не вся и не сразу впитывается нами про запас… это мне ещё Феодорис объяснил.

– Так во мне… тоже сидит твой фантом? – неверяще свел брови маг.

– Ну да, ещё сидит, – так же спокойно сообщила Веся, – и я его уже подкормила… посмотри на свой амулет.

На амулет Саргенса с живым интересом уставились все присутствующие, и через несколько мгновений, когда он крайне медленно, словно нехотя, налился алым светом, Ольсен хихикнул очень едко и довольно:

– Вот теперь я верю, что эта штука заразная. Добро пожаловать в нашу компанию, Сарг. Как вовремя ты сюда переселился!

– Ну что ты как ребенок, дед?! – досадливо отмахнулся чародей, неверяще прислушиваясь к себе. – И что он может, Веся?

– Как и у всех нас. Если у тебя появится смертельно опасное ранение, сделает всё то же, что сделала бы я сама. Срастит поврежденные сосуды, остановит кровотечение, добавит телу восстанавливающей силы. Он лекарь, Сарг, и лекарем я его и задумывала… изначально именно для тебя. Ведь это в твоей судьбе был узел… Мне позже стало ясно, именно таким, как ты и Даренс, защита нужна в первую очередь, ведь вас ещё нет в линиях будущих судеб и оттого ваши жизни намного больше подвержены опасностям, чем у других. Потом я вспомнила про Милу, у нее тоже был узел. А затем решила, что фантомы не помешают всем вам, ведь раз изменилась судьба одного человека, это не может не повлиять на тех, кто всегда рядом с ним. И гадать, кому повезет, а кому нет, я не собиралась. Потому потихоньку прошла по барке и защитила всех, и Тонрела, и его ватажников, и воинов… и себя тоже. Оказалось, на это нужно не так уж много силы… когда приспособишься. А заклятье создания вообще можно читать одно на весь отряд. Ведь воины в большинстве неодаренные, и в них сила держится первые часы особняком, если у нее нет особого приказа.

– Спасибо, – кивнул Даренс, и его глаза влажно блеснули, – ты настоящий собрат, Веся. Но теперь я начинаю подозревать… про шамана.

– Ну да, – веско подтвердила Кастина и гордо вздернула нос, словно это было делом ее рук, – именно Веся и запустила в него фантома. Как только поняла, сколько будет жертв, если ему удастся высыпать на вас все свои пакостные штучки. А вот как получился тот сокол… даже я не поняла.

– Очень просто получился, – почти виновато глянула на чародея княжна, – я ведь его сразу создала воином, а не лекарем. Вот и велела быстро выпить из шамана всю силу и вылупиться, ведь самому Саргу очень нелегко было убить Барата. Человеку всегда невероятно трудно поверить, что тот, кого он знал милым ребенком, вырос в злобную дрянь.

– И куда ты дела потом этого сокола? – насторожился Саргенс.

– Сюда привезла, – честно призналась Веся. – А почему ты спрашиваешь?

– Темные силы, – вскочил с места чародей, – они ведь там всю ночь с большим поисковиком по гостевому дому бродят, не могут понять, где он затаился… идем быстрее! Где ты его хранишь?

– Во флаконе… – неохотно направилась за ним целительница, – темном таком, из-под зелья.

– Я с вами, – ринулся вслед Берест, – без меня ты никуда не пойдешь!

– А вас всё равно никого не выпустят, – едко сообщил им вслед мельник, – забыли уже про амулеты? Так там, у входа, наверняка ещё какой-нибудь есть… помощнее этих фитюлек, или я плохо знаю магов.

– Не волнуйся, Дест, – внезапно резко повернула назад куница, – я раздумала идти, нам и тут хорошо. А Саргенса они пропустят… я снова уменьшила его лекаря. Продолжаем совет? Только сначала схожу умоюсь…

– А о чем нам ещё рассуждать, – тайком проводив куницу взглядом, вздохнул Лирс, – если и так всё понятно? Фантомы в нас очень полезные, я не против, чтоб он там жил… просто снимем амулеты и отдадим чародеям. Ну а от какого-то большого искателя пусть сделают защиту, это же не так трудно придумать.

– Фантомы – это, конечно, неплохо, – задумчиво кивнул дед, – но не так всё с ними просто. Магии-то тут мало, и скоро они начнут снова таять. Значит, нужно чем-то подкармливать, а для этого придется или тратить запасы чародеев, или открывать источник. Этот вопрос нам без магов не решить… будем ждать, пока вернется Саргенс и приведет Тироя… и ещё кого-нибудь. Думаю, к обеду здесь соберется целая толпа магов, желающих нас изучать.

– По-моему, получилось, – появившаяся в дверях Веся сияла от гордости.

– Ты о чем, солнышко? – забеспокоился Берест, но жена уже устроилась рядом с ним и прислонилась к плечу ястреба, разом сметая этим простым жестом все его тревоги. – Придумала нового фантома?

– Нет, – подарила она мужу нежный взгляд, – спасла прежнего. Ведь ясно было, что долго разбираться с Малышом маги не станут… после того как всю ночь его искали. Просто расстреляют своими иголками, и всё.

– С каким малышом?

– Ну не было у меня времени придумывать ему имя… а он был маленький, вот и назвала временно Малыш, – вздохнула Веся, – и понятливости дала как слугам из цитадели. Мне же болвана не нужно было.

– И в кого ты его посадила? – пытаясь сделать сердитое лицо, грозно поинтересовался Ольсен, но не выдержал и ехидно фыркнул: – Похоже, я ошибся. Чародеи прибегут сюда не к обеду, а намного раньше… нужно всем набраться загодя терпения и не отвечать на их упреки.

– Я как раз хотела попросить матушку, – коротко глянула на наставницу княжна, – у нее очень хорошо получается договариваться с разными людьми, а мы будем помалкивать. А в кого там вселился Малыш – я не знаю, мне же не видно. Просто позвала фантома через свою силу, и когда получила отклик, отправила приказ. А потом отзыв пришел ещё раз… и значительно более четкий.

Стук в дверь раздался даже раньше, чем ждал его отряд, но на вежливое приглашение Кастины в столовую вошел вовсе не Саргенс, а двое совершенно незнакомых Весе чародеев.

– Можно к вам, собратья? – по горькой ухмылке новички тотчас сообразили, кто решил с ними познакомиться, и растерянно притихли. Как-то сразу пропало желание радоваться тому, что все их вчерашние тревоги оказались напрасными, ведь у вот этих людей пока нет даже надежды.

– Конечно, проходите, – приветливо пригласила Кастина и с легкой насмешкой покосилась на Ольсена, сосредоточенно размешивавшего в отваре пятую ложку меда, – садитесь к столу. Пироги здесь просто замечательные.

– Здесь всё замечательное, – болезненно скривился тот чародей, что постарше, – особенно решетки и защитные руны. Но мы не за этим пришли… кстати, меня зовут Кимох. А вот он Савел, магистр первого круга.

– Очень рады, – ещё доброжелательнее заулыбалась Кася, – а мы все новички. Я Терсия, это мой муж, Ольсен, а это Ардест с Эвестой, они недавно поженились. Это ученица, Мила, это Бенра…

– Мы знакомы, – сумрачно вздохнула чародейка, – Савел когда-то начинал делать защиту для этого дома, а Кимох ходил к источнику… пять лет назад…

– Мне бы хотелось задать один вопрос, – негромко и словно неуверенно произнесла Веся, но все насторожились, догадываясь, как нелегко ей разговаривать с этими людьми. – Извините за назойливость, но для меня очень важно это понять… Вы лучше других знаете вселившихся в вас фантомов, скажите, почему они не уменьшаются? Ведь здесь очень мало для них магии?

– Да, магии сейчас мало… но всё же намного больше, чем в степях. А фантомы ее чувствуют и умеют собирать из всего: и из воздуха, и из наших запасов, и даже из амулетов. Потому мы их и не носим, – невесело усмехнулся магистр и покосился на алые угольки на груди новичков, – а ещё они умеют сжиматься… тогда сила почти не тратится, ведь им не нужно ни ходить, ни работать. А едва где-то в защите дома образуется прореха, фантомы просыпаются и берут власть над телами. И тогда мы все ломимся в эту дыру… уродуя друг друга. Поверьте, это очень страшно. Потому вас и поселили на верхнем этаже в дальнем конце коридора, чтоб прибежали хоть немного позже.

– Спасибо, – рассеянно кивнула Веся и задумалась, и княжичи, желая отвлечь внимание гостей от целительницы, ринулись наперебой задавать им вопросы. Но обмануть зараженных магов новичкам так и не удалось.

– Вы или так ничего и не поняли, – откровенно заявил Савел уже через десять минут, – или не верите нам… считаете, будто мы пытаемся вас запугать!

– Прости, – отвлеклась от своих дум Веся, и все мигом смолкли, – ты всё понял немного не так. Я целительница… и можешь не сомневаться, хорошо понимаю… как это страшно. Потому и пытаюсь помочь Тирою найти способ избавления собратьев от фантомов. И остальные здесь думают так же, потому и согласились на этот опыт. Но говорить всем об этом очень рано, а вдруг ничего не удастся? Вам тогда будет ещё обиднее.

Берест отлично расслышал в голосе жены легкую ложь, почти лукавство, но сидел с непроницаемым лицом, и не думая ее изобличать. Целители единственные люди, кому позволительно лгать, вот в таких случаях, как сейчас.

– Но вы ведь очень слабые… маги, – недоверчиво хмыкнул Савел и смолк, расслышав громкий топот за неплотно прикрытой дверью.

– Эвеста! – свирепый рёв ворвавшегося в комнату Тироя встретила тревожная тишина. – Немедленно вытащи из меня эту гадость!

– Не ори на нее! – мигом ощетинился мельник. – Сам виноват! Развел несусветную секретность, шагнуть спокойно некуда! Не знаешь, чего можно, чего нельзя! Мог бы нам ещё в цитадели всё объяснить! И не сверкай на меня глазюками, я не Мила, не испугаюсь!

– Я тоже не боюсь, – задрала вдруг носик Мелания. – Эвеста правильно сделала, что спасла Малыша! Он Барата убил… может, и другого шамана убьет!

– Слышали?! – довольно усмехнулась Кастина. – Так не стойте у порога, а проходите и садитесь… выпейте отвару, успокойтесь. Разговор небыстрый будет.

– А вы знаете, сколько меня работы ждет? – с укором посмотрел на них Тирой, неохотно направляясь к столу. – А я вместо этого должен был совет уговаривать… спасибо, Сарг поддержал, ему поверили! Ведь меня тоже положено тут запереть, но сначала в клетку, чтоб все дела преемнику передал!

– Самое главное твое дело, – снова рявкнул на магистра Ольсен, – побыстрее придушить шамана и выпустить на свободу вот этих людей, – а степняков мы хорошенько припугнули… теперь не скоро снова в набег поднимутся.

– Так мы как раз этим и заняты, – заступился за друга Саргенс, усаживаясь рядом с ним.

На последний стул сел Трофимус и положил на стол руки со своим неизменным арбалетом.

– Пока не уберете из этой комнаты оружие, никакого разговора не будет, – строго и спокойно предупредила магов Кастина. – Мила вам верно сказала, Малыш уже убил одного шамана и может пригодиться в борьбе с другим. И вообще, как можно жить, не доверяя даже проверенным в бою людям?

– Если бы ты знала, сколько раз проверенные люди бросались на друзей, пытаясь убить и отобрать ключи от решеток, – мрачно произнес Тирой, не глядя на притихших зараженных, – то не стала нас упрекать.

– У меня есть одна задумка, – Веся смотрела на Саргенса в упор, – но для ее проверки мне необходима ваша помощь и ваш опыт. И свободных чародеев, и зараженных. А сначала нужно всё досконально обсудить… и тут права Терсия, невозможно договариваться, если на тебя направлено оружие. Выбирайте… можете советоваться, тут свободных комнат полно. А Малыш пусть пока побудет с вами… ведь если вы нам не доверяете, то нам тем более глупо полностью положиться на вас.

Молчание длилось несколько томительных минут, укоризненно поглядывал на новичков и Бенру Саргенс, с неприступным видом не убирал рук от оружия недовольно поджавший губы Трофимус, опустив взгляд к вышитым на скатерти узорам, мрачно размышлял о чем-то Тирой. Наконец он решился, снял с пояса оружие и подвинул его Трофимусу.

– Забери и подожди меня в коридоре. И ты, Сарг.

– Я останусь, – возразил маг, отдавая Трофимусу свой арбалет, – и не спорь… я имею право выбора.

– А оно есть у всех, – тихонько вздохнула Кастина, – но не все им пользуются.

– Ты решил неправильно, – дойдя до двери, жестко глянул на магистра Трофимус, – и я намерен сказать совету, что ты добровольно отдал оружие и тем самым признал себя зараженным.

– Но не каждый, кто пользуется, – непонятно пробормотала Веся, – выбирает по совести.

– Ты это к чему? – заинтересованно глянул на куницу мельник, а в следующий момент все поняли к чему.

Амулет на груди Трофимуса почти мгновенно накалился и вспыхнул тревожным багрянцем, но сам чародей не сразу это заметил, победно взирая на бывшего, как он считал, главу совета. Но вдруг встревоженно нахмурился, затем поднял брови в недоверчивом изумлении и, почувствовав, как подкашиваются ноги, сполз на пол, ещё цепляясь за стену в последнем стремлении выстоять.

– Светлые духи, – охнул побледневший Савел, – что тут происходит?

– В него всего лишь вселился маленький лекарь, – мягко улыбнулась ему травница, – и не думаю, будто никто из вас ещё не додумался до такого. Но вот почему вы отказались идти по этому пути, нам предстоит услышать.

– Эвеста, – мрачно глянув на совершенно спокойную целительницу, тяжело произнес Тирой, – ты нарушила главный закон нашей цитадели, – ни при каких обстоятельствах не нападать на собрата.

– Тебе страх совсем мозги свихнул, – грубо отрезал Ольсен, – если ты не понял главного. Это он сейчас напал… очень подло, между прочим! Ведь, как я понимаю, если тебя признают зараженным, то ваш совет выберет главой Южина именно его? А Веся просто не может ни на кого напасть, и ты это прекрасно знаешь! Тот маг, кому доступен уровень заклинания карающего гнева, изначально чище других в помыслах, уж это мне Феодорис очень хорошо объяснил!

– Дед прав, – тяжело выдавил из себя Саргенс, – не спорь, Тир. Трофимус действительно… одержим желанием занять твое место. Я знаю… он раньше был честным и преданным цитадели человеком… и считаю, это мы все виноваты, просмотрели момент, когда в нем проснулась настырная тяга к власти. Мне давно не нравились строгости и запреты, которые вы заводили тут по его настоянию, однако я старался об этом не заговаривать, памятуя, что от этого зависит не только ваша безопасность, но и жизни зараженных.

– Может, вы не знали, что нас он вообще за людей не считает?! И не только сам даже не здоровается, но и нам запрещает разговаривать со свободными? – горько фыркнул Савел. – Или не знали, какими карами он стращал наших жен… тех, которые хотели быть рядом с мужьями?

– Темная сила… – рыкнул Саргенс и решительно поднялся с места, – не думал я, что тут дела настолько плохи. Прости, Тирой, но Феодорис должен узнать об этом немедленно. Мы делаем всё, чтобы облегчить жизнь собратьев в вынужденном заточении, а вы постарались втоптать в грязь их души, забыв и прошлые заслуги, и даже то, что никто из нас не защищен от этой участи!

– Я не буду убирать из тебя лекаря, – тихо сказала вслед ему Веся, – но не забывай каждый день его подкармливать понемногу… чтобы пока не вырастал слишком большим. А ты, Малыш, иди сюда.