Глава 26

- Что ж ты не смотришь, как стреляет твой жених? – язвительно поинтересовалась княгиня Воронцова. – Неужели боишься, что хуже, чем его младший брат?

И почему мне так стыдно… В прежней жизни я не заморачивалась такими мелочами. Мало ли, кто что сказал! Мало ли, что все смотрят! Так почему сейчас так хочется убежать… А еще лучше, повернуть время вспять и промолчать, когда Милена восторгалась успехами Леонида.

- Солнце слепит, - ответила я, открывая глаза. – Ничего не вижу.

Мишень отодвинули дальше, но солнечный свет не мешал наблюдать за полетом стрелы, мы же сидели под навесом. Однако княгиня не уличила меня во лжи.

- Довольно бестактно с вашей стороны, княжна Тернова, устраивать такое представление, - произнесла она сухо. – Я недовольна вашим поведением.

Милена вспыхнула и поджала губы.

Тем временем, слуги принесли мишень, чтобы зрители могли оценить меткость двух лучших участников состязаний. И Гордея. Он стрелял по той же мишени. Стрела принца действительно легла ближе к центру, чем стрела Домбровского. Гордей воспользовался луком и стрелами брата, и всадил свою стрелу прямо в «хвост» стрелы Леонида. Она не расщепила ее до наконечника, как в фильмах, просто вошла в древко. Но и так было понятно, кто здесь самый меткий стрелок.

- Гордей не принимал участие в состязании, - тихо напомнила я Милене. – И он же военный… Зря ты это затеяла.

Она выглядела недовольной, хоть и улыбалась Леониду. А я все так же боялась взглянуть на Гордея, да и на княгиню Воронцову тоже.

- Карина, да помаши ты ему хоть раз, - сказала княгиня. – Или кивни, что ли…

- Кому? – вздохнула я. – Гордей на меня даже не смотрит.

- Правда? – усмехнулась она. – Как скажешь.

Гордей глаз с меня не спускал. Теперь он стоял лицом к зрителям и объявлял победителя, а так же распределял баллы между другими участниками состязаний. И смотрел только на меня. Я не могла понять, что он чувствует, но все же улыбнулась ему в надежде, что он не сильно сердится.

Как только все закончилось, зрители смешались с участниками. Девушки поздравляли принца, подбадривали других мужчин. Милена, конечно же, крутилась возле Леонида, позабыв обо мне.

- А ты не собираешься спуститься к Гордею? – поинтересовалась княгиня.

- Нет, - ответила я. – Простите, ваша светлость. Я не подумала о последствиях, когда…

- Это хороший урок, - перебила меня княгиня. – Нельзя говорить все, что вздумается. Однако я не сержусь, ничего плохого ты не сделала. Полагаю, и Гордей не сердится. Мужчины любят хвастаться умениями перед дамами.

- Он сердится, - возразила я. – Он всегда сердится из-за того, что я не умею себя вести.

- Гордей?! – Она рассмеялась. – Этого не может быть.

- Чего не может быть? – спросил подошедший к нам Гордей. – Вы обо мне говорите?

- Наконец-то! – проворчала княгиня. – Освободился? Проводи невесту, ей пора готовиться к ужину. А мне надо проследить, чтобы девушки не разбрелись… кхм-кхм…

Тут она закашлялась и замолчала.

- По кустам? – улыбнулся Гордей. – Тяжелая у вас работа, тетушка.

- Кто-то должен следить за порядком…

Я не выдержала, сбежала. Гордей встал весьма удачно, загораживая меня от княгини, и я поднялась и тихо пошла прочь. Дорогу я знаю, хоть до дворца и далековато, и слушать нотацию о том, что надо вести себя скромнее, мне не хотелось.

Странное чувство, когда мужчина вроде бы и нравится… но общение с ним не приносит радости. Может, это потому, что местные девушки привыкли довольствоваться малым?

Гордей нагнал меня быстро. Я действительно глупая, хотела избежать выговора, и сделала все, чтобы дать жениху повод отругать меня за побег.

Однако Гордей молча шел рядом, не делая попытки заговорить.

Неужели он так на меня сердится?!

- Ваше высочество, прошу прощения…

Похоже, все наши разговоры будут начинаться с этой фразы. Ненавижу! Ненавижу себя за то, что стала похожа на размазню! Ненавижу опекуна за то, что он перенес меня в этот мир! Ненавижу весь этот этикет, чтоб его…

- Так мне не показалось, - произнес Гордей. – Чем я тебя обидел, Риша? Прости, я не смогу догадаться. Просто скажи.

- Вы? – Я посмотрела на него изумленно. – Когда? Не было ничего такого.

- Тогда за что ты извиняешься? И почему опять «высочество»? Вокруг ни души.

- Как же… за что… - пробормотала я. – Я же… заставила вас… тебя…

А, может, заплакать? Говорят, это безотказное женское оружие.

- Ты о том, что мне пришлось выпустить стрелу? – уточнил Гордей. – Это брат все устроил. С княжной Терновой. Маленький заговор, чтобы заставить меня показать мастерство. Не понимаю, при чем тут ты. Да даже если бы и ты…

Он взял меня за руку и заставил остановиться.

- Риша, я тебя пугаю?

- Нет, - ответила я, не задумываясь.

- Но ты была другой, вела себя иначе…

- А кто твердил мне, что это плохо? Я пытаюсь… соответствовать статусу твоей невесты. И переживаю, потому что у меня ничего не получается!

Когда я сказала это, почувствовала себя чуть легче. Хотя тревога никуда не делась, ведь быть княжной-самозванкой я не перестала.

- Так вот в чем дело, - вздохнул Гордей. – Я давлю на тебя…

- Пойдем, хорошо? Боюсь, что не успею привести себя в порядок.

Гордей так и не выпустил моей руки, и я не пыталась ее отнять. Мне нравилось, что он крепко сжимает пальцы. Нравилось чувствовать шершавость его ладони.

- Хочешь, я отменю этот ужин? – спросил Гордей, медленно вышагивая по дорожке. – Вместо этого погуляем в саду. Или покатаемся на лошадях.

- Отменишь? – ужаснулась я. – Пойдешь против воли родителей… из-за меня?

- Они привыкли к моему непослушанию, - хмыкнул он.

- Я не умею ездить верхом, - неожиданно призналась я. – Не умею танцевать. Не умею вышивать и шить. Играть не умею… на музыкальных инструментах. Гордей, я ничего не умею. Я плохо воспитана. И я не хочу ужинать с твоими родителями, потому что, наверняка, опозорюсь. Но… не надо ничего отменять, хорошо? Пусть уже это произойдет… Может быть, тогда твой отец откажется от идеи женить тебя на мне.

- То есть, ты согласилась на этот брак, чтобы избежать проблем?

- Нет. Поддалась… слабости. Ты мне нравишься! – выпалила я.

Хотела вырваться, но Гордей лишь крепче сжал пальцы, удерживая мою руку.

- Но я не требовал от тебя никаких умений, - сказал он. – Не надо переживать из-за этого.

В Гордее, и правда, нет ни капли романтики. Я практически призналась ему в любви, а он проигнорировал это, сконцентрировав внимание на другом. Наверное, он даже прав, потому что беспокоится о моем состоянии, пытается успокоить. А я веду себя, как капризная барышня.

- Ты ничего не требуешь, - вздохнула я. – Но твоим родителям навряд ли понравится такая невеста, как я.

- Это неважно. Главное, что ты нравишься мне.

- Но мне хочется понравиться и им тоже, - прошептала я.

- Ты им уже нравишься, - заверил меня Гордей. – Они отчаялись меня женить, так что их устроит любая невеста.

Вот как?! Так я… любая? Всего лишь та, что устраивает…

Ох, да что со мной! Это мы с принцем уже обсуждали. Он честно рассказал, что ему во мне понравилось. Он вообще был предельно честен. Я могу понять, что ему хочется меня защитить. Он защитил бы любую сироту, свалившуюся ему на голову. Главное, условия выполнены: поведение нетипичное, да судьба… жалкая.

И о том, что он мне нравится, я ему говорила. Как и о том, что не хочу, чтобы на мне женились по принуждению.

Почему я не могу просто принять эти условия игры? Ведь это действительно в моих интересах! Разве любовь – это так обязательно? Особенно в этом мире. Тут надо радоваться, когда муж заботится… и не требует никаких умений. А я думаю о какой-то дурацкой романтике, чувствах, сближении…

- Значит, не буду ни о чем переживать, - сказала я, улыбнувшись Гордею через силу. – Не надо отменять ужин. Спасибо, ты очень добр.