Глава 8

Мне повезло, в тот вечер в гости уже никто не напрашивался. Видимо, всех Ворона распугала. Уверена, что я все так же в центре всеобщего внимания, то есть, главная героиня сплетен. Однако это волновало меня не из-за того, что я зависела от чьего-то мнения. Меня убедили, что репутация зависит от отношения ко мне окружающих людей. О девушке с безупречной репутацией сплетни не распускают.

Так что придется послушаться Ворону и вести себя прилично. Прощайте, одинокие прогулки…

Хм… Но ведь у меня теперь есть поклонник? Можно ли считать записку Громобоя намеком? Ох, а как же принц? Еще не хватало, чтобы двое мужчин оспаривали право стать моим мужем!

Распахнув окно шире, я забралась на подоконник и с наслаждением вдохнула теплый ночной воздух. Пахло цветами – больше розами – и влажной землей. Похоже, садовники поливали водой клумбы. А еще птичка пела – нежно так, красиво. Может, местный соловей?

Что-то голова идет кругом! Неужели я так разволновалась из-за поцелуя? Но ведь он… Нет, настоящий, конечно. Только причина не в том, что я нравлюсь Громобою. Или… нравлюсь?

В мужских ухаживаниях я не разбираюсь, факт. Особенно в таких… старомодных. И, тем более, не понимаю, что делать с двумя ухажерами. Впрочем, один ухажер только в моих фантазиях, а другой даже не снизошел до разговора со мной.

Так почему я должна о чем-то волноваться?

Возможно, все это обычно для игр? И не мог ли Громобой попросить принца… о покоях… о лечении…

Ведь уговорил же Громобой Ворону! В лесу точно мишка сдох, ведь она позволила нам встретиться! Скорее всего, я чего-то не понимаю, и телохранитель здесь – не простой слуга.

А еще я вспомнила, что так и не поблагодарила Громобоя за спасение. Поцелуй – это не благодарность, он же... в счет долга. Может, подарить… что-нибудь особенное… на память?

Размечталась. У меня ничего нет! Даже драгоценностей. Что-то хранится у Орлова, какая-то семейная реликвия. Он сказал, что вернет ее мне, когда выйду замуж. Да и зачем Громобою сережки или колечко…

Что умею делать я, а не Карина? Букеты составлять, цветы выращивать… Это Громобою явно ни к чему. Шить не умею, вязать не умею… О, вспомнила! Когда-то я ходила на кружок макраме. Кашпо Громобою тоже навряд ли понадобится, однако я научилась плести разноцветные «фенечки». И все, что мне для этого нужно – нитки или ленточки. Жаль, ремешков нет. Ему подошел бы брутальный кожаный браслет.

Неоспоримое преимущество моего положения – можно гонять прислугу с поручениями когда угодно и куда угодно. Лотта готовилась заняться моими волосами, то есть, находилась под рукой. И нужные ленты и нитки нашлись быстро, она принесла мне свою корзинку с рукоделием.

- Карина, зачем это вам? – подозрительно поинтересовалась она, глядя, с каким энтузиазмом я копаюсь в корзинке. – Если нужно что-то починить, скажите…

- Я сделаю, потом покажу, - отмахнулась я, отбирая нужные цвета.

Там и бусины нашлись, в отдельной шкатулке.

Кстати, немного денег у меня все же есть. И вроде бы стоят нитки дешево. Нехорошо забирать их у горничной.

- Я могу сходить в город за покупками? – спросила я у Лотты.

- Я могу. Что вам купить?

- Хотела бы сама посмотреть, что есть, - вздохнула я. – Вот это все, эти мелочи.

Я показала на корзинку.

- А-а… Так проще можно поступить. Завтра я отведу вас туда, где вы можете выбрать все, что необходимо. У вас есть такая привилегия.

«Супер!» - чуть не сорвалось с языка.

- Хорошо, спасибо, - ответила я, с содроганием вспомнив, как меня отучали от «непонятных» словечек.

Нет, по губам не били. А вот по рукам – да. Пять раз линейкой по ладоням.

Возня с волосами меня, как всегда, утомила. Еще и к этому пришлось привыкать. У меня всегда была короткая стрижка – и удобно, и практично. Но здесь опекун и на волосы потратился! Чародей сделал так, что они отросли буквально за ночь. То есть, я легла спать с короткой стрижкой, а проснулась с косой до пояса. Вот бы их умения в наш мир! Никакого наращивания не надо – поколдовал, и порядок.

Когда Лотта накрутила на папильотку последнюю прядь волос, я уже клевала носом. Так что плетение браслета пришлось отложить. Зато я занялась этим ранним утром, проснувшись задолго до того, как Лотта пришла меня будить.

- Ох, Карина, вы уже встали? – удивилась Лотта.

- Да. Смотри, как тебе? Нравится?

Я с гордостью продемонстрировала ей браслет из нитей белого и шоколадного цветов, украшенный бронзовыми бусинками.

- Это… колдовство какое? – с опаской поинтересовалась Лотта, рассматривая браслет.

- Да с чего ты взяла! Вот же, нитки из твоей корзинки. Это просто плетется. Хочешь, покажу?

- Как-нибудь потом. Сейчас пора одеваться.

Да, как-то я не подумала, что простую «фенечку» можно принять за колдовство. Зря я это затеяла. Ведь Лотта даже в руки браслет не взяла. Как я его теперь Громобою подарю?!

- Вы расстроены? – спросила Лотта.

- Да, - призналась я. – Это всего лишь переплетенные нитки, а ты решила, что я – ведьма.

- Я этого не говорила! – испугалась она.

- Ты сказала, что это колдовство. И если так, значит, я…

- Простите, барышня. – Она упала передо мной на колени. – Я не думала, что говорю. Пожалуйста, простите! Конечно, вы не ведьма! Вы же невеста принца!

- Кто? – насторожилась я. – Невеста? С каких это пор?

- Как же… вы же…

- Опять сплетни? Никто не делал мне предложение! Все, хватит. Я сама умоюсь, не ходи за мной в ванную комнату.

Да уж, психанула…

Перед тем, как уйти из спальни, браслет я положила в свою шкатулку с лентами. И как они тут вышивку колдовством не называют!

Вернувшись, я застала Лотту в слезах.

- Не плачь, - сказала я ей. – Жаловаться я никому не буду.

- Я не должна была… так… реагировать… - всхлипывала безутешная девушка. – И сейчас… не должна-а-а…

- Ты так ревешь, как будто я тебя высечь приказала! – возмутилась я. – Все, забыли. Одеваться будем? Ой, нет! Иди, умойся сначала.

Пока Лотта успокаивалась в ванной комнате, я рассматривала свое «второе» простое платье. Оно же «первое», после того, как погибло то, что было на мне вчера. Есть еще два «домашних» варианта, в них из комнат не выйдешь. И бальные, да.

Уверена, скоро к сплетням обо мне добавится еще и эта: «У княжны всего одно платье! Ах, как она бедна!»

Угу! Бедна… но принца отхватила. Ох, лучше бы принц действовал по просьбе Громобоя! Не хочу, чтобы за спиной шушукались о том, что я – золотоискательница.

- Все? – Я строго взглянула на вернувшуюся Лотту. – А теперь скажи, что тебя так расстроило?

- Я… на испытательном сроке, - выдавила она, опустив голову. – Вы – моя первая хозяйка. И если я не справлюсь со своими обязанностями, то меня выгонят из дворца. А это… очень хорошая работа. Барышня, я, правда, глупость ляпнула! Просто… я такого не видела. Не знала, что барышни… умеют такое.

- Так понятнее, - вздохнула я. – И все же повторю, жаловаться на тебя не буду, наказывать – тоже. И давай одеваться, хорошо?

С утра опять репетировали танец. Игры открываются уже завтра, и мужчины присоединились к нам сразу. Я поискала взглядом Громобоя, но его нигде не было видно. А вот принц любезничал с двумя девушками сразу.

- Повезет кому-то, - завистливо вздохнула Тамара.

Мы – Тамара, Дина, Мария, Мышка и я, так и держались вместе, хоть правилами и не запрещалось общаться с кем пожелаешь.

- Карине уже повезло, - заметила Мышка.

- Карине повезло свалиться в кусты, - проворчала я.

- Ой, брось! – отмахнулась Тамара. – Все только и говорят, что о дуэли, да о твоей грядущей помолвке. Мы вот с девочками даже поспорили, принц сегодня сделает тебе предложение или завтра, после открытия игр.

- Принц на меня даже не смотрит, - фыркнула я.

- Да ка-а-ак же, - ехидно улыбнулась Дина. – Как в зал вошел, так и глаз не спускает.

- Где?! – возмутилась я. – Вот же он!

- Да не этот, - сказала Мария. – А тот.

Она показала в другую сторону. В отдалении, подперев плечом колонну, стоял Громобой. И действительно смотрел на меня.

- Карина, ты что, не знала, что оба принца участвуют в играх? – воскликнула Мышка. – Вернее, один участвует, а другой…

- Знала, - выдохнула я. – Конечно, знала.

Кто бы еще мне об этом сказал! Господи, какой же дурой я себя выставила…

- Девочки, мне… надо выйти, - сказала я. – Срочно. Живот скрутило.

Я не придумала ничего лучше, как сбежать. Такого стыда я не испытывала с тех самых пор, как завхоз поймал нас с подружкой за поеданием конфет, приготовленных к празднику для всей группы.