Глава 10

Первый учебный день едва не начался с опоздания. Вчерашний переезд я закончила в час ночи, а после… после распечатала пачку гранатового пойла и прикончила её на добрую половину. Повезло, что градусов в ней около десятки, иначе проспала бы до полудня. Наспех позавтракав в полупустой столовой, влетела в положенную аудиторию самой последней. На часах тридцать пять минут десятого, профессор ещё не подошёл, но на доске уже горело название грядущей лекции: «Налоговые органы какъ субъекты налоговыхъ правоотношенiй».

Мест в огромной зале хоть отбавляй, выбирай любое. Я намылилась сесть поближе к окнам, когда пересеклась взглядом с Надиром. Зеленоглазый, как такси Боярского, парень улыбнулся мне уголком губ и легко кивнул на соседнее место. Чуть поколебавшись, я приняла приглашение. После вчерашней индульгенции репутацию ему не испорчу, а намеренно держаться в стороне от коллектива не хочу. Одиночество не про меня и, судя по фотографиям с бесчисленных вечеринок на странице в соцсети, не про Васю.

— Ты прогуляла тренировку, — негромко сказал Надир.

— Какую?

— Шаолиньцюань, ушу.

— Разве? В расписании первыми стоят налоги.

— Тренировки вне расписания, — «обрадовал» парень. — У первого курса они проходят с семи до восьми, зал номер девять в комплексе «Двух Клинков». Посещение обязательно.

— Буду знать.

Так вот почему первокурсники завтракают с девяти. Как щедро! На приём пищи остаётся полчаса, а потом бегом на лекцию, догоняться гранитом науки.

— «Налоговая политика Великого Княжества Российского» самый скучный предмет курса, — Надир переключился на следующую тему.

— Я бы поставила на бухучёт.

— К концу этого занятия передумаешь, гарантирую. Профессор Самарский читает медленно и без пауз.

— Много я пропустила?

Надир кивнул:

— Почти половину лекций. Через месяц уже семинары начнутся, а затем промежуточный экзамен. Автоматом здесь не отделаешься, забудь сразу, хотя в сессию налоги не включены.

— Ну вот, — я криво усмехнулась, — предмет самый скучный, но скучать с ним времени не будет.

— Если возникнут вопросы по теме, спрашивай. Отвечу на любой от истории налогообложения до налогов на отдельные виды деятельности.

— А ты всем предлагаешь помощь? — спросила с лукавым прищуром.

— Нет, — без увёрток сознался он. — Просто тебе она не помешает, а мне не сложно. Я в налогах неплохо разбираюсь лет с пяти.

А внешность-то обманчива!

— С пяти лет? Только один вопрос: зачем?

— Не было выбора, — просто ответил Надир. — Мой отец отвечает за финансовую политику в области, он младший брат главы семьи Самаркандских, — парень прикоснулся к серебряному медальону на своей груди с необычным гербом: по центру лазурного щита возвышался серебристый волнообразный столб, по бокам от которого шли золотые ветви, а сверху белый прямоугольник с тонким орнаментом и тремя чёрными кольцами.

— Раз тебе не сложно, отказываться от помощи не стану. Спасибо за предложение.

— Пожалуйста!

— Интересный герб у твоей семьи, — сказала, чтобы поддержать разговор. — Что означает?

— Сверху эмблема Тамерлана, великого завоевателя, создавшего в своё время огромную империю. Самарканд был её столицей. Серебряный столб — это река Зеравшан, основа жизни нашего края, а ветви тутового дерева символизируют шелководство.

— Каким образом? Разве шёлковую нить получают не из коконов шелкопряда?

— Тутового воздушного шелкопряда, если точнее. Его гусеницы питаются листьями этого дерева.

— Неужто шелкопряды бывают стихийными?

— Давно уже, — обыденно ответил Надир.

— И как оно? Непреложный бонус «стихийной» мутации лютая агрессия. Представить страшно, как реагируют миллионы бабочек на присутствие человека возле кормовой базы для их потомства!

— Опасно, да, — закивал он. — Никогда не задумывалась, почему натуральный шёлк продают по цене золота?

— Теперь задумаюсь.

А ведь в гардеробе Васи шёлковых шмоток добрая треть. Валяются смятые…

— Самарканд где-то в Узбекистане, я права?

— Когда то был, но наши земли давно так не называют. С 1883 года мы принадлежим Великому Княжеству Российскому.

— Извини за бестактность, — сказала после небольшой паузы, — ты не очень-то похож на узбека.

— Потому что я перс, — парень снова улыбнулся. — Мои предки происходят из Шираза, что на юге Персидского халифата.

— Как же они оказались так далеко от родины?

— Так же, как все переселенцы — пошли за Судьбой.

Профессор Самарский — седовласый мужчина с погонами без звёздочек — подошёл через минуту. Интересоваться именами присутствующих не стал, сразу приступил к лекции и в полной мере сумел доказать правоту Надира ещё до середины занятия. Вряд ли может сыскаться тема скучнее налогообложения! Первые полчаса я честно пыталась вникнуть в суть незнакомого ранее предмета, а затем мысли сами собой разбежались. Спасибо хоть не задремала, это было бы вопиющим неуважением к профессору, он и так поглядывал на меня с неодобрением.

Зато следующая лекция, час до обеда и два после, оказалась не в пример увлекательнее и полезнее. Основы стихий! Причём не десятое занятие с начала года, а первое — введение в предмет.

Всем курсом мы переместились из стандартной аудитории в тренировочный комплекс «Двух Клинков», тот самый, с бассейном, камерами для тренировки устойчивости к стихиям и боевыми симуляторами. Нас, юных и неумелых, интересовал один из залов для медитации на первом этаже с высоченным потолком и панорамной стеной-экраном, транслирующей вид на горы Тибета.

Посреди зала стоял Вэл. Сегодня на нём была не изумрудная форма, а китайский костюм для тренировок удобного покроя.

— Доброго дня, — поздоровался он, когда мы устроились прямо на полу каждый где захотел. — Меня зовут Валерий Николаевич Асбестовский, по чину военный советник, по должности преподаватель основ стихий и медитации. Нет, конспектировать ничего не надо, — Вэл остановил рыжеволосую Вику, доставшую планшет и стилус. — Всё, что имеет значение, вы запомните, хотите того или нет. Важный момент на будущее: мои занятия разрешается посещать в свободной одежде. Для успехов в познании эссенции первостепенную роль играет внутреннее спокойствие, а далеко не каждый способен достичь его в строгом пиджаке с воротником-душителем. Вполне подойдёт форма для тренировок ушу.

Тибетские горы на стене-экране мягко растворились, сменившись изображением пылающих знаков четырёх классических стихий и одного незнакомого символа, так понимаю — псионики. Я приготовилась сосредоточенно слушать. Это не налоги, здесь халявить для меня непростительная роскошь. В чём-чём, а вернуть способность к управлению стихиями я замотивирована больше всего на свете. Ко всему прочему, учитель мне нравится, а это уже плюс пять диоптрий к очкам внимательности.

Историческую справку о чуме и особом иммунитете стихийников Вэл пропустил. Обстоятельства открытия внутренней эссенции и способность переводить её в физический аспект соответственно своей стихии знает каждый здесь присутствующий во всех подробностях просто по праву рождения. Вэл приступил сразу к сути:

— Подлунный мир соткан из пяти стихий: воздуха, воды, огня, земли и разума или, как его называют, псионики. Теологи утверждают, что существует также шестая стихия — душа, но её мы не рассматриваем по той простой причине, что она трансцендентна, то есть, находится за пределами восприятия. Для богословов душа — божественная суть живого человека, для учёных мужей — сама эссенция стихий, не разделённая на составные элементы.

Символы стихий на экране позади Вэла вспыхнули яркими звёздочками и закружились вокруг силуэта человеческого мозга с подсвеченным ядром эссенции, тем самым, что у меня отполирован напрочь.

— Стихия воды — послушная сила. Основные качества её практика: хладнокровие, спокойствие и сосредоточенность, — продолжил Вэл, медленно прохаживаясь вдоль экрана. — Стихия огня — взрывная сила. Основные качества её практика: эмоции, мощь и изменчивость. Стихия воздуха — сила неуловимая. Основные качества её практика: свобода, смелость и подвижность. Стихия земли — непоколебимая сила. Основные качества её практика: стойкость, невозмутимость и терпение. И псионика — бесчувственная сила. Основные качества её практика: самоконтроль, сосредоточенность и вера.

— Но ведь технически псионика вовсе не стихия, — заметила Вика.

— Абсолютно верно, курсантка…

— Виктория Саратовская.

Вэл мягко улыбнулся ей и продолжил:

— Традиция причислять псионику к стихиям зародилась в Средние века, когда люди считали любую непонятную силу магией, но уже в двадцатых годах девятнадцатого столетия её вынесли в отдельный класс. С тех пор псионику продолжают называть стихией исключительно для простоты восприятия. Разум не элементная стихия, разум это разум. Псионика основана на теории того, что любая мысль материальна, и базовое её умение — психокинез — наглядное тому доказательство. Стихия эта в Российском Княжестве достаточно редкая, часто сталкиваться с её практиками вам не придётся и, как правило, они будут невысоких рангов.

— Почему редкая? — спросил парень с азиатской внешностью и серебряным медальоном, на гербе которого красовался чёрный орёл, державший в когтях алого соболя. Кажется, его зовут Далан. — В вассалах семьи моего двоюродного деда есть сразу несколько потомственных псиоников. Один вообще пятого ранга!

— И все они представители монголоидной расы, не так ли?

Парнишка задумался, а затем неуверенно кивнул, словно впервые подметил эту маленькую особенность:

— Верно, они якуты.

— У этого феномена есть заумное название: уровень генетической предрасположенности расовой популяции к восприимчивости определённого вида эссенции стихий согласно гаплогруппам, — объяснил Вэл набором непонятных терминов. — Японцы и китайцы — вот, кто наиболее силён в псионике. Среди представителей европеоидной расы, разумеется, тоже встречаются её практики, но только при условии, что хотя бы один из их предков за последние четыре поколения имел гены с доминантной стихией разума. Можете сами посчитать шансы. Если желаете более глубоко погрузиться в эту тему, рекомендую зайти в библиотеку за талмудом доктора Среднеколымского «Генетика происхождения эссенции» и ознакомиться с его содержимым самостоятельно. Подводя итог, скажу, что псионика сложная стихия, изучать которую в подробностях мы с вами не будем по той причине, что среди вас её практиков нет.

— А на других курсах они есть?

— С текущего года тоже нет. Теперь идём дальше.

Символы стихий на экране выстроились в круг, связанный линиями во множестве вариантов.

— Подобно генам, каждая стихия бывает и доминантной (или явной), и рецессивной (или подавляемой), но при этом наследуются они все. Вы можете не владеть, допустим, стихией огня, но если ваш предок в границе четырёх поколений был её практиком, вы уже носитель и можете передать эту предрасположенность своим детям.

Парнишка-якут задумчиво почесал затылок:

— Получается, если мой прадед был практиком стихии разума, а дед и отец нет, я всё равно мог родиться псиоником?

— Верно, могли, но раз вы не псионик, то ваши дети эту стихию уже не унаследуют.

— Жа-аль, она крутая…

Генетика наука сложная в любом измерении. Благо, у факультета «Логистики» не биологический профиль, углублённое изучение «стихийных» генов здесь не предусмотрено программой, и мне не придётся запоминать все эти аллели-параллели. Хватит того, что предрасположенность к виду стихии закладывается внутриутробно, и, подобно цвету глаз, в течение жизни не меняется.

— А теперь самое главное, что вы должны помнить. — Вэл взмахнул рукой, возвращая на экран скучные виды Тибета. — Стихии не физические. Они суть внутренняя эссенция. Вы не будете управлять водой из фонтана или пламенем костра, нет. Вы будете концентрировать собственную эссенцию на лезвии клинка, и именно она — эссенция — передаст цели своё свойство.

Ребята понятливо закивали. Для стихийников, выросших среди других стихийников, это предельно ясно, но Вэл всё равно пояснил подробнее, а то мало ли неуч найдётся:

— Эссенция в соответствии с используемой стихией способна обжечь цель, обморозить её, сломать, порезать, толкнуть, подлечить и так далее. Направить воздействие эссенции можно не только на противника, но и на самого себя — повысить устойчивость к негативному фактору, левитировать, самоисцеляться и многое другое. Давайте покажу наглядно.

Преподаватель вынул свой клинок и направился к боковой стене, где стояли интерактивные трёхмерные голограммы, имитирующие человеческое тело. Близко подходить не стал, остановился за десять шагов. Лезвие в его руке прошили бледно-зелёные всполохи огоньков. Догадываюсь, что сейчас последует. Только вчера познала жёсткую мощь стихии земли на собственной шкуре.

Нарочито медленно, чтобы никто из курсантов не пропустил его движений, Вэл красивым жестом взмахнул клинком. Почти незаметная зелёная дымка устремилась к цели, и спустя секунду на первой голограмме проступила оцарапанная рана, будто невидимая наждачка поработала. Второй удар оставил уже солидную вмятину, а третий хлёсткой силой оторвал манекен от пола и запустил в стену так, что голограмма рассыпалась цифровыми искрами. И это всё на расстоянии! В ближнем бою к «стихийным» ранам прибавятся раны физические от самого лезвия.

Удивительные люди… Непонятное они объясняют непонятным. Да ведь это магия! Магия или нечто очень на неё похожее. Не понимаю, зачем нужно было усложнять и придумывать термин «эссенция стихий»? В конце концов я решила, что здесь виновата средневековая аллергия на ведьм и само слово «магия». Ну да дичь с ними. Не хотят называть магией, пусть не называют. Мне, как материалистке, так даже лучше.