Глава 19. Демон
Грудь под тонкой тканью платья волновалась.
Сама просилась ко мне в руки.
Слюна на нее выделялась непроизвольно. Хоть подбородок подтирай.
– Прикоснешься ко мне, – Рыжая облизнула губы. – Я тебе яйца отобью.
– Об задницу? – я обхватил ее за талию и переставил к стене. – Так я их сам отобью сейчас.
Я нащупал крохотную собачку на молнии платья сбоку.
– Демон!
Нахуй разговоры!
Рыжая замычала мне в рот. Попыталась оттолкнуть, увернуться от поцелуя. Ее колено я перехватил ладонью.
– Не дерись, Рыжик. У тебя нет шансов.
– Отпусти!
– Нет, – выдохнул я с болью.
Нет, блядь!
Не могу.
Мне сорвало голову.
Все, что мне сейчас нужно – ощущать ее. Чувствовать любимое тело в руках. Захлебываться ее дыханием. Слышать стоны, когда она плавится рядом со мной.
Плевать нахуй на все!
Вообще на все!
Платье затрещало от рывка. Хрупкий замочек не был предназначен, чтобы его разрывали с таким усилием.
– Дима! – тонкая ткань спала и оголила грудь.
Да, моя тигрица.
Вот именно так меня и зови. С тобой я Демоном больше быть не хочу.
Я развернул ее.
Прижал к стене щекой. Содрал платье с ее талии до пола. Меня трясло. Так хотелось ее! До судорог.
Стройные ножки я раздвинул коленом.
Сдернул с себя боксеры и нагнул ее сильнее. Заставил отставить шикарную попку круче. Выгнуться для меня.
Приставил головку члена ко входу в горячую тесную киску и ворвался одним толчком.
Застонал сам.
Зарычал ей в шею от болезненного удовольствия.
Моя. Моя только будет. Хер я ее кому отдам. Теперь уже точно. Срать на все договоренности. Срать на мои планы. Любую могу продать, ее – уже нет.
Я сам себе проиграл.
Наебался так, как никогда в жизни.
– Ты ненормальны-ый…
На следующем толчке она мучительно захрипела.
Подмахнула попкой. Толкнулась в мой пах, принимая мой член резче.
Какой же я дебил…
Мог упустить такое сокровище…
Мы трахались как звери. Прямо у входа в спортзал. У стены, как сумасшедшие, что не дотерпели до спальни.
Сейчас мне хотелось только одного: драть ее от души.
Согреваться теплом этой женщины. Возвращать себе душевное равновесие. Я как зависимый пил ее присутствие. Пропитывался властью над ней заново.
Воздух вокруг нас дрожал.
Пропитывался ярким ароматом смазки. Атмосфера была заполнена звуками страстного секса.
Член входил в тесноту разгоряченного тела с порочным хлюпаньем. Рыжая текла на меня как никто и никогда до этого. Вскрикивала, что-то рычала от бешенства. Но тут же отвечала телом с той же озлобленностью, что душила меня самого.
Мы два придурка, что раним друг друга постоянно.
И сами страдаем от этого.
Неожиданно Рыжая замерла.
Встала на цыпочки. Вытянулась всем телом под моими руками. И мелко-мелко задрожала. Даже дышать перестала.
– Да-а, мой Рыжик, – я врубился в нее еще пару раз.
Медленнее, протяжнее.
Чтобы прочувствовала член по всей длине.
Обхватила его киской плотнее.
Улыбка кое-как прорвалась сквозь напряженный оскал. Я ловил малейшие содрогания моей вкусной девочки. И хотел только одного.
Чтобы она мне поверила.
Не знаю, как.
Не знаю, за что.
Только я все для этого сделаю теперь. Я больше не смогу ее оставить где бы то ни было. Никому больше не отдам.
Рыжая оттолкнулась от стены. Завалилась на меня спиной. Села на член плотнее. Как бабочка, что добровольно насадилась на иглу. Ухватилась за мои руки.
Поцелуй в плечо превратился в укус.
– Кончай!
Она тихонько застонала.
Прижалась ягодицами ко мне. Стиснула мой ствол внутри себя так, что у меня круги перед глазами поплыли.
Блядь, я же сам сейчас кончу без движений.
Я толкнулся в ее капкане еще раз.
Женское тело дернулось судорожно.
Оргазм сотрясал ее как ту же бабочку. Аппетитная грудь вздрагивала, показывала мне крепкие соски. Я обхватил ее. Накрыл твердые вершинки ладонями.
По спине будто ток пробежал.
Яйца стянуло.
Не могу больше терпеть!
Я загнул ее снова. Обхватил округлые бедра, сдернул с себя. И натянул снова.
Рыжая закричала. Вцепилась ногтями в стену.
И приняла все, что я ей дал.
Сперма залила жаркое лоно. Брызнула наружу между нашими телами. Потекла густыми белесыми дорожками по ее бедрам.
Моя она.
Вся, до конца. Телом точно. С душой мы сейчас решать будем.
Мы дышали как загнанные двери.
Я уперся лбом ей в спину. Смешал наш пот. Объединил нашу дрожь, сделал ее общей.
Дотронулся до влажных дрожащих бедер с внутренней стороны.
Собрал влагу нашего секса. Втер ей в кожу. Вдавил в нее пальцы.
Если б знал раньше, что так будет…
Продуманного Демона разделала на части маленькая рыжая девочка. Как пацана.
– Никакой сделки не будет, – я поцеловал мокрую соленую кожу своей женщины. – Никакой выставки не будет. Мы завтра едем домой.
– Почему ты так сделал?
Я охуел.
Она плачет?
Я развернул ее к себе. Глаза блестели от пережитого наслаждения. И от слез тоже. Совсем чуть-чуть, но они были.
– Почему, Дима?
– Потому что дебил. Но такого больше не будет. Мы завтра едем домой, – повторил я еще раз.
– Но, как? Как же выставка? Мой завод? А моя репутация?
– Это не тот случай, где можно хвататься за репутацию, Рыжик, – я стер маленькую слезинку, что выкатилась на ее нижнее веко. Запуталась в ресничках. – Когда надо выбирать, репутация или жизнь – я выбираю второе.
– Дим…
– Ты же разговаривала с Патриком. Ничего не поняла? Тебя вначале затрахают до смерти, а потом ты ляжешь на дно Темзы.
– Ты так говоришь, словно в Лондоне сейчас как в наших девяностых, – Марина вывернулась. Обхватила себя зябко за плечи. Посмотрела на меня серьезно.
– В принципе, ничего и не поменялось. Я тебя увезу отсюда. Хватит, я наебался, признаю. Теперь я все исправлю.
– Дима! – она даже ногой топнула. – Я хочу на эту выставку!