Глава 12

Саши не было минут тридцать, но я старалась не переживать, отвлекая себя приготовлением ужина. Хотя всё равно переживала. Парень, можно сказать, только-только родился.

Как он с этим справляется? И справляется ли?

А вдруг его коротнуло? Вдруг баг какой словил? Мы же гомункулы модели УМА-13Ц, в нас это по умолчанию встроено!

Не удержалась даже и попробовала найти его удаленно, настроившись в первую очередь на капсулу контроля, и почувствовала, что он уже подходит к дому. Фух! Вот и хорошо.

Войдя в прихожую, парень уточнил:

— Вещи на кровать положить или сразу разобрать?

— Ой, нет! Я сама! — Я даже рассмеялась, но немного нервно. — Надо понять, что из всего этого мне действительно нужно.

Всего за три ходки (но на этот раз без задержки) он принес всё остальное, а я уже вынимала из духовки сладкие безешки, которые готовились легко и быстро. На плите дотушивалось жаркое из свинины, а ещё меня интересовал вопрос:

— Саша, а ты что больше любишь? Чай или кофе?

— Кофе, — последовал мгновенный ответ и парень вошел на кухню, успев освежиться в душе и надев после него лишь свободные домашние брюки.

Великолепно!

Это я про кофе, если что.

Поймав себя на том, что бессовестно пялюсь на брата, причем просто вдумчиво изучая, словно не видела его полностью голого только утром, перехватила его внимательный взгляд в ответ и улыбнулась.

— Всё-таки хорошо, что Алеська к нам больше не заходит.

— Почему?

— Ты у меня такой секси! Вроде бы ничего особенного, но всё настолько гармонично, аж дух захватывает. — И тут же со смехом щелкнула пальцами, ловя за хвост озарение. — Точно! Надо скачать себе дополнение «Художник» и начать, наконец, воплощать мечты в жизнь! Будешь моим натурщиком?

— Если хочешь, — он кивнул и подошел ближе, чтобы открыть шкафчик с посудой и начать накрывать на стол. — Ты любишь рисовать?

Какой хороший вопрос…

Увы, я не могла на него ответить, но всё равно зачем-то пробормотала:

— Не помню…

После чего резко спохватилась и помешала жаркое в кастрюле, чтобы не подгорело.

— Позовешь профессора?

— Конечно.

Накинув одну из футболок с надписью «Не верьте слухам, я еще хуже», Саша ушел за Бельковым, но вернулся уже через три минуты с отрицательным результатом.

— Он уже напился и спит. Откуда у него алкоголь? Он ведь не ездил в город.

Ох, черт!

— Я вчера оставила в холодильнике водку, — поморщилась, признавая свою вину. — Брала с запасом литровую бутылку, чтобы хватило на вечер, а ему и трехсот грамм хватило. Ну…

Вздохнув, развела руками.

— Зато он точно отдохнет. Последнюю неделю сам не свой был. Всё лучше, чем нервный срыв.

— Почему?

— Переживал, — вздохнула и посмотрела на Сашу, немного неловко улыбаясь. — Гомункулы нашей модели не прошли контрольное тестирование комиссии и не были допущены к массовому производству из-за множественных отклонения в процессе эксплуатации. Он беспокоился, что ты окажешься бракованным.

Саша нахмурился и как будто прислушался к себе. Затем посмотрел на меня и тихо спросил:

— Но это не так?

— Это не так, — помотала головой и даже с жаром добавила: — На нас стоит уникальная операционная система. Я не знаю, как это работает но оно работает.

— Операционная система, значит… — странно хмыкнул парень и снова прислушался к себе. Или не к себе, а к своему Советнику. Поднял глаза на меня и удивил вопросом: — У нас есть душа?

И вот тут мне стало малость не по себе. Неужели…

Я аж чуть мимо стула не села, но Саша шагнул ко мне и придержал, тут же резко отодвигая стул от стола, чтобы усадить меня на него. А я впилась в него требовательным взглядом.

И выпалила:

— Ты тоже помнишь, что ты человек?

Его зрачки дрогнули, а взгляд зашарил по моему лицу. Я же замерла, почему-то боясь даже вздохнуть, а Саша всё молчал.

Ну же⁈ Ну!

— То есть… — произнес он тихо и словно не веря, — ты тоже… Но получается…

Парень оборвал сам себя и прикрыл глаза, снова заговорив только через пару минут, когда я уже начала дышать от недостатка кислорода.

— Мне кажется, я помню… отголоски. Чего-то. Что со мной происходило раньше. До того, как я стал Сашей. Но ничего четкого. Это может быть баг системы?

Задав вопрос, он уставился мне в глаза, а я, прикусив губу от волнения, качнула головой.

— Нет. Не баг. Но ты не торопись. И не зацикливайся. Иначе можно сойти с ума. Иногда мне кажется, что я вообще жила не тут. Не сейчас. И была кем-то… Кем-то совсем другим. Женщиной. Художницей. Модницей. Я… — с моих губ сорвался нервный смешок, — я в шоке… То есть, получается, мы куклы, которым повезло обрести чужие души? Или души, которым повезло обрести новое вместилище? Но как⁈

— Уникальная операционная система? — предположил Саша то же, о чем думала и я в своё время. — Нам нужно пообщаться с этим гением, который их создает. Кто он? Где живет? Как на него выйти?

Я нахмурилась, но ответила:

— Его зовут Димитро. У профессора есть его контакты. Но без адреса, только номер телефона и имя. Я пыталась пробить номер, но он как-то слишком по умному его шифрует, чуть ли не через Парагвай. Не смогла найти реального хозяина. Пыталась расспрашивать Белькова, он только сердится. Попробуй ты, может получится.

— Обязательно, — твердо кивнул Саша и посмотрел в сторону плиты. — А сейчас давай поедим. Мне кажется, нам обоим есть о чем подумать.

Да уж… если бы! Лично в моей голове такая каша, что в принципе ни одной связной мысли!

Но поесть и правда надо.

Вечер прошел тихо. Я наконец разобрала вещи, попутно с досадой выяснив, что треть точно носить не стану. Перед сном по привычке хотела пойти выгулять Локи, но Саша напомнил, что это вообще-то его волк и пришлось идти вместе. Мы не разговаривали, каждый был погружен в свои мысли, а когда мы уже возвращались обратно домой, я поняла, что мне надо узнать главное.

— Саш…

— М?

— Ты поможешь мне довести дело до конца?

— Ты про Левашова?

— Да.

— Конечно. Помогу. Семья — это важно.

— Спасибо.

Мы уже зашли в дом, когда молчание нарушил уже сам Саша.

— Ева…

— Да? — обернулась, уже стоя на пороге своей спальни.

— Когда мы доведем дело до конца, — он внимательно смотрел мне в глаза, не моргая, — удалишь блокиратор?

Вот… черт!

Не став задавать глупые вопросы, откуда он о нем знает (он же чертов цифромаг, дура!), я слегка сморщила нос, чувствуя себя неловко, и торопливо кивнула.

— Да. Удалю.

— Спасибо.

Удивительный день. Удивительный разговор.

Поразительное открытие, способное перевернуть всё моё представление о вселенной…

А что если мы такие не одни?

Уже лежа в кровати и перебирая в памяти все нюансы этого непростого дня, а потом и прошедших недель, я вдруг вспомнила, что в торопливой суете и попытке успеть все, я совершенно забыла о документах, которые вынесла из дома Карепанова. Вот чучундра! А если там что-то важное?

Ну вот и кто я после этого?

Даже шикнула на себя, а потом, чувствуя, что всё равно не усну, пока не выясню детали, оделась в спортивный костюм и кеды, вышла из комнаты… И замерла, с удивлением отмечая, что Саша не спит, а сидит в гостиной перед телевизором, на котором выключен звук, а картинка мелькает быстро-быстро, в режиме интернет-слайдов.

— Не спится? — спросил, даже не повернув ко мне головы, на что я с досадой сморщила нос.

И призналась.

— Ага. Вспомнила, что не изучила бумаги, которые вынесла из разрушенного особняка Карепановых. Они у меня в тайнике в погребе. Вот, хочу глянуть, что мне всё-таки повезло прихватить. А ты что смотришь?

— Исторические мировые новости. — Картинка на экране замерла, а Саша повернул ко мне голову. — Пытаюсь понять, кто я и откуда. Пока никаких ассоциаций. Так что там за документы? Идем, мне тоже интересно.

В итоге пришлось брать братца с собой и сначала показывать ему «библиотеку», от которой он пришел в полный восторг, аж гордость за себя взяла. Затем показала ему систему, которая блокировала секцию. Парень одобрительно покивал.

Ещё больше ему понравилась вторая комната и он надолго завис рядом со стеллажами, где стоял огнестрел, но мечам тоже уделил внимание, хотя и поменьше. Под конец неопределенно качнул головой, оценив количество взрывчатки, ну а потом просто забрал папки и мы вернулись домой.

Всего их было три, одну я нашла в потайном ящике стола в кабинете, две другие в потайной секции в библиотеке. В итоге первая содержала в себе документы на недвижимость, которой владел Карепанов… Точнее его дети. В основном квартиры, всего четыре. В элитных районах Москвы. Подозреваю, сами дети этого не знали. Как не знали и иные доверенные лица главаря не самой маленькой группировки. Помимо квартир имелось и иное имущество, сдаваемое в аренду. Парочка салонов красоты, кафе, бутики с одеждой. Всё в долгосрочной аренде, плата поступала на универсальный частный счет, зарегистрированный на Матвея.

Интересно, он сам в курсе?

Кроме этого была ещё одна квартира, которой владел некий Круглов Анатолий Эдуардович, причем тут же лежал паспорт на это имя, а на фото был изображен Карепанов-старший. Я так понимаю, паспорт — фальшивка, а квартиру он явно для чего-то использовал. Надо будет проехать по адресам, посмотреть, что к чему.

Две другие папки оказались куда как интереснее. В них был собран компромат! На мелких и крупных чиновников, на главарей других банд и даже на нескольких аристократов среднего звена! Граф Денисов, барон Хохорин, граф Остерман…

Я запоем изучала бумаги, чтобы понимать, можем ли мы использовать их себе во благо. Всё-таки полезно знать чужие грешки! Ими можно так удачно оперировать в сети, отвлекая от себя внимание…

Увы, про графа Левашова не было ни слова, но в целом документики оказались полезными.

— Что будем делать с квартирами? — спросил у меня Саша, когда я дочитала последний обличительный опус про барона Мельникова и его трех несовершеннолетних содержанок, двое из которых уже успели родить ему детей.

— Не знаю, — пожала плечами, потому что вопрос действительно был непростым. — По уму надо просто отдать документы Карепановым и пусть делают, что хотят. Но Алеська в этом плане глуповата, может учудить, а разгребать за ней мне уже надоело. Матвей… Вроде поумнее, но тоже может задаться ненужными вопросами. Давай пока придержим. Присмотришься к ним сам и решишь. Может, удачный момент подгадаешь, может ещё что. Если найдем Алесе толкового мужа, то можем вручить, как приданое. Она не деревенская девчонка, тут ей тяжело. Вот эту только показывать точно не будем, — я ткнула в документ на фальшивую фамилию. — Пока непонятно, зачем он так сделал, надо разобраться. Вдруг у него там вторая семья?

Саша иронично приподнял брови, а я пожала плечами.

— Нет, ну а что? Чем он хуже Мельникова? Съезжу завтра, гляну, что к чему.

— Вместе съездим, — заявил братишка. — Причем по всем адресам. Надо понимать, что к чему, прежде чем разбрасываться настолько ценными активами. А сейчас иди спать, завтра нам ещё с людьми знакомиться.

Подумал и добавил:

— Заново.

Вот тут да, день будет непростым и очень насыщенным!

— Спокойной ночи, Саша.

— Спокойной ночи, Ева.

На этот раз я уснула практически сразу, причем с настолько довольной улыбкой на губах, что не могла бы объяснить её даже самой себе. Но зачем что-то объяснять? У меня просто было хорошее настроение!

Замечательный брат, настоящий единомышленник. Умный, рассудительный, здравомыслящий.

Мы с ним, можно сказать, на одной волне! И это здорово.

Более того, утром мы снова вместе выгуляли Локи, заодно размявшись сами пробежкой и элементарными упражнениями, затем я проверила профессора, который ещё отсыпался после «горячительного» вечера, оставив ему в холодильнике завтрак и побольше морса, затем мы перекусили сами, оделись в спортивные костюмы и отправили в «Олимп».

На утреннюю тренировку.

Моё появление произвело настоящий фурор, ведь я сразу пришла с оружием, взяв и саблю, и арбалет с болтами, чтобы потренироваться всерьез, но первое, что услышала, когда вошла на полигон, был восторженный свист и чей-то радостный возглас:

— О, Арес подружку привел! А почему только одну? Нам тоже надо!

И дружный хохот, последовавший за этим заявлением.

Кто это у нас такой звонкий? Присмотревшись к говоруну, поняла, что это Влад — один из самых молодых и дерзких друзей Матвея. В целом нормальный парень, но больно уж зацикленный на теме секса. До сегодняшнего дня с нами занималась одна-единственная девчонка — Пчелка, но её отец, Шмель, сразу предупредил, что если кто позволит себе лишнего, раздумывать не будет. Сразу на голову укоротит. Но сначала оскопит. Чтобы, значит, проникся перед смертью. К тому же сама Пчелка была мелкой и ещё не особо оформившейся девчонкой, да и тренировалась поскольку постольку, в основном сидя на теоретических лекциях и метая кинжалы, так что мужчины держали себя в руках.

Алеся на тренировках в принципе не появлялась и за сестру Матвей тоже мог лишить окружающих не только достоинства, но и жизни. Да и просто народ понимал, что своих трогать нельзя. Табу.

А тут какая-то краля, да ещё и с сабелькой… М-м, почти приятно.

С иронией покосилась на Сашу, отмечая его чересчур пристальный прищур на Влада, но потом братишка перехватил мой взгляд, усмехнулся и мотнул головой, предлагая пройти в сторону тренеров. Все трое собрались у стоек с тренировочным оружием, которое мы закупили специально для отработки ударов на манекенах и во время спаррингов. Оно было не самое новое и качественное, в зазубринах, но для тренировочного больше и не надо.

— Доброе утро, — поздоровался Саша со всеми сначала словами, а потом и пожал протянутые руки, пока я мило улыбалась и позволяла мужчинам рассмотреть себя со всех сторон.

— Здравствуйте, — улыбнулась ещё шире.

— Моя сестра, Ева, — снова произнёс братишка, уже представляя. — С этого дня она будет заниматься с нами. И нет, это не вопрос, это констатация факта.

Ух, как он жестко!

— Женщина… — мрачно пробасил прапор Кронос.

— Девушка, — поправила его невозмутимо и подошедшие к нам бойцы заухмылялись. — Вы имеете что-то против моего пола, Арзамас Ибрагимович?

— Зачем вам это, Ева? — замогильным шепотом прошелестел капитан Орешкин, глядя на меня своими практически белыми глазами. — Вы привлекательная бойка девушка. Мужчины способны это оценить. Твари аномалий — нет. Найдите себе мужа, родите ему детей, занимайтесь семьей и бытом. Зачем рисковать своей жизнью там, где смерть может поджидать под каждым кустом?

Ого, сколько слов! Чего это он сегодня такой разговорчивый?

Внимательнее присмотрелась к мужчине, невольно активировав свой эмпатический дар, который как раз восстановился после последнего применения, и вдруг почувствовала, что ему действительно важно услышать мой ответ. И связано это с чем-то… очень личным. С личной трагедией.

Однако!

И я ответила почти правду.

— Мне нравится убивать.

И улыбнулась.

На миг на полигон опустилась ошеломленная тишина, которая уже в следующую секунду сменилась недоверчивыми возгласами, доносящимся со всех сторон, и лишь Орешкин молча смотрел на меня, а в его эмоциях я расслышала разочарование. Прости, дед. Вот такая я не идеальная.

— Значит, убивали… И кого? — прошелестел он снова, когда эмоции окружающих пошли на спад.

— Тварей, — небрежно пожала плечами. — За них хорошие деньги дают.

— А людей?

— Людей? — переспросила, делая вид, что раздумываю, и в итоге качнула головой. — Нет, людей не доводилась. Смысл? За них не платят.

Кто-то поперхнулся воздухом, кто-то смешно крякнул, и лишь Матвей, подошедший к нам в компании остальных, изумленно пробормотал:

— Нда, они реально родственники…

— Так, всё! — Майор звонко хлопнул в ладоши. — Пошутили и хватит. Пять разминочных кругов, потом продолжим работу в спаррингах. Ева, если хотите заниматься вместе со всеми, я возражать не буду. Александр привел вас сюда, а значит понимает, что делает. Но в аномалию пойдете не раньше, чем сдадите мне экзамен по повадкам тварей.

— Как скажете, Роман Игоревич. Вы командир, — согласилась я с ним, прекрасно понимая, что по первости ко мне будет ну очень предвзятое отношение.

Яждевочка!

Но я всё равно не жалею об этом!