Глава 16
Ехать предстояло порядка ста километров, но за разговором дорога пролетела незаметно, а ещё мне в голову пришла очередная умная мысль и я решила её озвучить:
— Нам нужна в городе централизованная администрация. Я у Коли спрашивала, почему сейчас ничего нет, он толком ответить не смог. Раньше этим занимался семейный управляющий, Петр Иннокентьевич, но он уже совсем старенький, а нового толкового управленца Коля найти не смог. В итоге в городе бардак. Пока не особо заметно, но стоит копнуть чуть глубже — и сразу тьма проблем вскрывается. Со школой, с полицейским участком, с пивнушкой этой… Кстати, в школу срочно требуется директор и бухгалтер. Я пока попросила Ольховских провести аудит и прочую ревизию, да и Аделина Адамовна пока и.о. директора, но на постоянку нужны молодые и задорные. Так вот! Про администрацию. Нужен толковый управляющий, который будет за всем следить, а где не доследит — тут уже я вмешаюсь. И сама бы могла, но пока и других дел хватает, просто не разорваться. Управляющему нужен секретарь и казначей. Помимо этого в здании можно предусмотреть кабинет специалиста по трудоустройству. Он будет контролировать наличие вакансий в городе и содействовать занятости обратившихся специалистов. Объявления на доске — прошлый век, сам понимаешь. Почтовое отделение своё нужно, филиал банка. Ну ненормально это, что наши люди едут за всем этим в Александрово! Словно мы не автономное графство, а придаток Дымова. А ещё нужен дом культуры. Для кружков и прочего. А то не город, а позорище!
— Ты учитывай, что это новые расходы, — справедливо заметил Саша. — Сначала убедись, что хватает доходов.
— Учитываю, — кивнула. — На следующей неделе вывезем весь антиквариат из квартиры Карепанова-старшего, оформим её в наследство задним числом и продадим. Смысла в такой недвижимости нет, дорогая и бестолковая. Я уже проговорила этот вариант с Даниэлем, но пока без четкой конкретики, он заверил, что всё реально. Начну сбывать через аукционы антиквариат Суриковых, это тоже не один миллион. Так что будут деньги, не волнуйся. Насчет ферм тоже думала. Пока будем делать три: коровью, свиную и индюшачью. По окупаемости они самые оптимальные. Сразу поставим мясокомбинат из нескольких цехов, включая колбасные и коптильные. Это и прибыль увеличит, и рабочие места создаст. Если всё пойдет удачно, хочу замахнуться на осетровую ферму. В Москве спрос на осетра и черную икру бешеный, особой конкуренции нет. Да, придется вложиться и вырастить своего технолога, который будет верен роду, но если профессор поможет с геном роста и плодовитости, то озолотимся только так. Ну и рудник. Как только будет готова коровья ферма, эту сносим нахрен и уделяем внимание руднику.
— И всё бы ничего… — хохотнул Сашка, посматривая на меня с иронией, — но где взять ещё сто часов в сутках и десяток клонов?
— Согласна, несправедливо, — посмеялась тоже. — Но будем исполнять план пошагово, а там, глядишь, и исполним. Ты, кстати, книгу мне обещал…
— Ага. Дочитал. Вернемся — напомни, отдам.
Ох, как бы не забыть-то! Напомнить!
Наконец мы добрались до нужной аномалии. Как обычно не впечатлили дежурящих на КПП бойцов своим возрастом и удалью, но чинить нам препятствий никто не стал, и мы спокойно вошли на территорию.
Встретила нас зеленеющая березовая роща, плавно переходящая в сосновый лес. Где-то вдали должна была течь река, но отсюда её не было видно, как не было видно и тварей. Но они тут точно были!
Помимо козюбров, которые выглядели, как пережравшие анаболиков винторогие козлы с костяными шипами вдоль всего позвоночника и булавой на длинном хвосте, водились в этом лесочке и стальноклювые дятлы, и змеехвостые ядовитые барсуки, но самым страшным монстром этой аномалии считалась маленькая сладкоголосая птичка сиреничка — её пение завораживало и успыляло, а спящий охотник в аномалии — по умолчанию мертвый охотник.
Все до единого живущие тут монстры были плотоядными.
Но мы же не дурачки, мы первым делом амулеты от ментального внушения надели! И отправились выслеживать козюбра…
Мы уже отразили атаку одного бешеного дятла, уже укоротили на голову трех змеехвостых барсуков, уже прошли мимо надрывающейся сиренички, которая пряталась где-то в кронах деревьев и преследовала нас не меньше километра, прежде чем поняла, что её песни на нас не влияют, а козюбр всё не находился.
А потом ка-а-ак нашелся!
— Вот это тварина! — выдохнула, едва успев увернуться от подло атаковавшего меня козла, который бессовестно прятался в кустах бузиняки. — Саша, он нужен нам целиком!
— Сделаем, — самонадеянно усмехнулся братишка и шагнул влево, тогда как я взяла правее и козел замешкался, решая, кого атаковать.
А потом, наивно думая, что я беззащитная цель, ломанулся ко мне!
— Прыгай!
Ха! Естественно, я прыгнула, уворачиваясь от лобовой атаки, но сначала засадила твари в глаз из арбалета. Правда, это его почему-то не убило (видимо, мозг найден не был), но Саша воспользовался тем, что тварь замешкалась, и рубанул козла по горлу. Это пережить он уже не смог.
Вот только нарисовалась проблемочка… Тачку мы не брали! А в этой твари веса минимум двести кило!
Рядом задумчиво вздохнул Саша, а потом, хмыкнув, начал ловко потрошить и частично разделывать монстра. А ведь это вариант! Всё равно таксидермисты натягивают шкуру на металлический каркас. Кости и мясо им не нужны. Облегчим себе труд.
Не мешая брату, я предпочла следить за окрестностями и моя предосторожность оказалась не лишней — на ароматы крови приползла парочка змеехвостых барсуков, с которыми я разобралась раньше, чем они меня заметили, а затем прямо в полете прервала наглую атаку стальноклювого дятла.
Ишь чего удумал, гад!
В общем, к ужину мы вернулись с добычей. Закинув меня домой, хвастать нашими похождениями перед графом, сам Саша отправился на поклон к таксидермисту. Экспонат должен быть готов уже завтра к полудню!
Остаток вечера прошел идеально — с книгой.
Старинная, написанная мелким бисерным почерком, не всегда понятными буквами и словами, она захватила меня в плен своего повествования так плотно, что лишь заранее поставленный таймер на десять вечера вырвал меня из цепких лапок книжного монстра.
Но ненадолго.
Сделав мужу массаж и заверив, что тоже скоро лягу спать, я… легла в постель. Но не спать.
Чтение снова захватило меня с головой.
Эта книга оказалась для меня настоящим откровением. В ней говорилось не только о магии, как таковой, но и об энергиях, о существах, которые сумели её освоить, о множестве миров, реальностей и даже богах. Но о них было пока мельком, без четкой конкретики.
Что больше всего меня поразило, так это то, что истинная магия — это чистая энергия. И лишь от того, где её больше всего, зависит склонность человека к тому или иному её проявлению. В книге шла отсылка на восточные духовные практики, которые приблизились к пониманию сути магии максимально близко, и упоминались в том числе чакры. Семь основных и ещё более сотни второстепенных.
По числу проявлений магии.
Более сотни! Подумать только!
Но при этом основных все же семь и первые четыре соотносились с такими известными ветвями магии, как: вода, воздух, огонь, земля. Затем шли не совсем понятные эфир, свет и мысль, но их я пока интерпретировала для себя, как цифромагию, целительство и ментал.
При этом осваивать стихии в идеале нужно четко по расположению чакр, или энергетических узлов, находящихся в теле человека. Снизу вверх. Сначала корневая чакра — земля. Затем сакральная — вода, следом идет центр солнечного сплетения — огонь, сердечная оказалась воздухом, горловая эфиром, межбровная — светом и последняя располагалась в районе темечка.
В общем, углубившись в классификацию и расположение ключевых и не очень центров, я поняла, что мы с Сашей нарушили все мыслимые и немыслимые правила, устроив полноценную чехарду, так что в ближайший понедельник нам нужно освоить твердь, а не что-то другое. При этом металл — подраздел тверди, а молния — частичка пламени. В какой-то мере это нивелировало резкое ухудшение состояния и отторжение магии как таковой, но дальше так бездумно экспериментировать не стоит.
Да и изначально освоенный ключевой горловой узел «эфира» снизил риски освоения узлов, расположенных ниже.
Короче! Живы мы скорее чудом, чем согласно логике.
И это прекрасно!
Освоив к четырем утра примерно треть книги, но пока не торопясь читать дальше, я убрала её в тумбочку, подальше от чужих любопытных глаз, и легла спать. Завтра всем нам предстоял непростой день, стоило хотя бы немного поспать.
Правда снилось мне… Странное.
Какой-то бесконечный веер миров, какая-то сумасшедшая богиня с сиреневыми волосами и космосом на месте глаз, перебирающая нити судеб и плетущая из них Вологодское кружево…
В общем, тот ещё сюр!
Ладно хоть безо всяких там кошмаров и иных сексуальных безумств!
В целом же выспалась я нормально и наутро почти сразу забыла всё, что мне снилось. Тем более дел предстояло переделать тьму, чем я и занялась, отправившись на пробежку и разминку.
И пока бегала, искала в сети компромат. На соседей, ага. Надо же знать их слабые места! А то вдруг придут, начнут хамить и язвить. А я бац — и тонкий такой намек на толстые обстоятельства в ответ! Ибо нефиг!
Много я, конечно, не нашла, всё-таки в гости мы пригласили не уголовников, а аристократов, но кое-что всё-таки было. И было любопытным.
Например, граф Дымов был довольно азартным человеком и, изредка наведываясь в респектабельные казино Москвы, мог оставить там всего за вечер два-три (пять-семь!) миллионов. В среднем раз в месяц.
Граф Шеметов обожал коллекционировать редкие виды оружия с историей. В его личной коллекции насчитывалось три десятка колюще-режущих предметов уникальной формы и названий. Так что, если что у меня появится, можно смело предлагать ему — выкупит только так.
Барон Дудин оскандалился с вдовствующей графиней Рагузинской два года назад, сначала предложив ей замуж, а потом не явившись на церемонию. Ибо был пьян-с. Рагузинская после этого выскочила замуж за фабриканта Хорькова из Муромской губернии, а всего через полгода родила мужу сына, но говаривают, что тот больно уж не похож на отца. И вообще, мулат.
Мутная история.
В общем, если копнуть чуть глубже, у каждого соседа найдется скелетик-другой под матрасом. Или правильнее говорить в шкафу? Тц, не помню.
Да и неважно.
А важно то, что уже к полудню нам привезли оба экспоната для моего трофейного зала: и упырилку, и козюбра. И выглядели они, как живые! Оскаленные пасти, сверкающие яростью глаза, агрессивные позы — если бы точно не знала, что это чучела, то поспешила бы их убить. Снова.
А так лишь проследила за тем, чтобы рабочие занесли их в трофейный зал и поставили именно так, как надо было мне: в центре композиции скорпион, справа и слева от него на метровых постаментах-полуколоннах — арахны, у правой стены — козюбр, ближе к окну богомолец, между ними на стене — кролень, а у дальней стены с распахнутыми крыльями и оскаленной пастью — упырилка.
От-лич-но!
Благодаря тому, что Саша заранее заказал красивые бронзовые таблички на метровых ножках, можно было не беспокоиться о том, что гости не узнают, какая из тварей как называется, и отправляться к себе — от портного привезли первое платье, о котором мы с ним договаривались.
На этот непростой день я выбрала платье цвета золотистой карамели из тяжелого шелка с умеренно пышной юбкой и подъюбником, который эту пышность поддерживал. Широкий пояс подчеркивал тонкую талию, декольте полукругом не открывало ничего лишнего, даже ложбинку, чтобы никто не нырял туда жадным взглядом, а спадающие по плечам рукава-крылышки подчеркивали обманчивую хрупкость фигуры. При этом пояс и декольте украшало дорогое кружево на тон светлее, так что платье выглядело не просто нарядным, а действительно стильным, и прекрасно подчеркивало золотистый тон кожи и яркую синеву глаз.
Волосы я убрала наверх локонами, окончательно открывая шею и уши, а из украшений выбрала элегантный гарнитур из золота с огненными опалами. Они изумительно переливались в электрическом свете и загадочно мерцали мельчайшими вкраплениями огненных искр. Этот комплект из колье, сережек и браслета я купила ещё до свидания с княжичем и сейчас он как ничто другое подошел к новому платью.
Чулочки, туфельки, макияж… Капелька духов за ушко и контрольный взгляд в зеркало.
— Нет, не прынцесса… Королевна! — заявила я самодовольно и, отправив своему отражению воздушный поцелуй, отправилась в покои мужа.
Но там его не нашла.
Ага… Ну и где его носит?
Пришлось идти вниз, ловить первую попавшую горничную и выяснять, куда подевался мой обожаемый супруг. О!
— Вот ты где, — обрадовалась, когда нашла Николая в холле, где он следил за прибывающими сотрудниками агентства по обслуживанию банкетов.
Рядом стояла Василиса и педантично отмечала в своём блокнотике нужные пункты: шампанское и вина, бокалы-тарелки, закуски такие, закуски сякие… Музыкантов три штуки!
— Ваше сиятельство, добрый день, — солнечно улыбнулась мне девушка. — У нас всё четко по графику, без замен и задержек. Уже посмотрела ваши помещения, всё просто великолепно, ни убавить, ни прибавить. Скажите, музыканты могут воспользоваться вашим роялем?
— Да, конечно, — разрешила с улыбкой, краем глаза замечая, что Николай рассматривает меня с особым вниманием. Посмотрела на него, чуть приподняла брови, но он качнул головой и странно улыбнулся. То ли недоверчиво, то ли растерянно… Я не поняла.
И решила выяснить. Что за дела⁈
К тому же он до сих пор не переоделся во фрак, который ему тоже привезли, поэтому я поймала пробегающую мимо баронессу, которая пошла за рабочим, несущим ящик с коньяком, попросила её постоять рядом с Василисой, а сама цапнула супруга под руку и потащила наверх.
И только в его спальне потребовала ясности:
— Что такое? Что не так? Где болит?
Евтушенко почему-то приглушенно рассмеялся.
— Ничего не болит, Ева. Я просто изумлен. Ты и на свадьбе была прекрасна, а сейчас… — Он посмотрел на меня с легкой грустью и недоверием. — Ты невероятно красива. Это не классическая красота, которую тиражируют с обложек журналов, а такая… Другая. Ты живая. Яркая. Как жар-птица. Освещаешь собой любое помещение, где бы ни появилась. Даришь надежду. Свет. Будь ты богиней древних славян, я бы назвал тебя Ладой.
— О, нет-нет, — покачала головой, неловко улыбаясь. — Не надо меня сравнивать со славянскими богами, они и обидеться могут. И вообще, привыкай. Веди себя естественно и непринужденно, а не так, словно я сюда случайно зашла и сейчас исчезну. Не исчезну, не дождешься. Помочь переодеться?
Помочь мне не разрешили. Ну и ладно!
Убедившись, что Николай действительно переодевается, а не продолжает рефлексировать, я забежала к Саше, но и его в комнате не оказалось. Профессор в принципе не желал участвовать «в этом фарсе», как он назвал наш прием, и я не настаивала. Я бы и сама с радостью ничего не организовывала, но… «не поймут-с».
А братца я нашла внизу. Рядом с Василисой. При этом уже куда-то сбежала баронесса (подозреваю, к симпатичным музыкантам), но Саша успешно её замещал, уже переодевшись в классический черный фрак и неожиданно черную рубашку, которая придавала ему суровости и солидности. Настоящий безопасник!
Так и сообщила ему, хитро щурясь и кося взглядом на смущенную Василису, которая смотрела куда угодно, но только не на Сашу. М-м, у нас тут лямур-р! И ерунда, что девушке уже к двадцати пяти, а Саша выглядит от силы на двадцать. А по паспорту восемнадцать!
Тут дело не в паспорте. А харизмы и властности у него вообще на пятерых!
— Ты только жен ничьих не соблазняй, — шепнула ему практически на ухо, нагло пользуясь тем, что на каблуках я выше него аж на три сантиметра. — Их мужья не оценят.
— Фантазерка, — цокнул братишка. — И вообще, моё сердце давно и прочно занято работой и благополучием рода. Не до баб-с.
Расхохотавшись в голос (назвать бабами аристократок!), я снова сосредоточилась на деле, и весь следующий час мы с ним ненавязчиво, но плотно контролировали работу прибывших специалистов. Нареканий у меня никто не вызывал. И это было приятно. Значит, по крайней мере с этой стороны неприятностей не будет.
Гостей мы ждали к двум, но уже без пятнадцати всё было готово и я лично проверила свежесть и вкус закусок, качество алкоголя и шоколада в фонтане, который тоже заказала, решив проверить, что это за блажь такая — шоколадный фонтан. Более того, я заказала сразу три вида: с горьким шоколадом, с молочным и белым, и их установили на отдельном столе, окружив тарелочками с кусочками фруктов и сыра — тем, что можно было нацепить на вилочку и окунуть в расплавленный шоколад.
Хм-м… А вкусная штука, слушайте!
В районе двух начали подъезжать гости и мысленно я скорее этому порадовалась, чем нет. Было бы гораздо хуже, если бы соседи устроили нам бойкот. А так уже к половине третьего приехали практически все, кому Евтушенко отправил пригласительные, причем многие прибыли не с пустыми руками. Пускай сегодня мы праздновали не свадьбу, которая состоялась неделю назад, но гости сочли нужным нас с нею поздравить.
И это было почти приятно. Почти, да.
Вот, например, граф Шеметов подарил нам парадную саблю в богато украшенных ножнах. Это приятно. Пользоваться ею мы не будем, но её можно повесить в трофейном зале. Барон Дудин на кой-то ляд подарил мне щенка бельгийского гриффона — мелкую страховидлу с выпученными глазами. На кой он мне? Непонятно. К счастью, рядом стояла горничная Люся и я тихонько попросила унести это чудовище куда подальше.
Граф Дымов презентовал нам красиво упакованную корзину с элитными винами и коньяками. Неплохо. Не полезно, но пусть будет. Для гостей. Граф Вишневский преподнес мне изысканный гарнитур из золота с голубыми топазами под цвет моих глаз. Явно заранее выяснил этот нюанс, приятно. Хотя может и супруга подсказала, она у него по слухам большая умница. А вот барон Крамер притащил жеребца. На кой он нам? У нас даже конюшни нет! Но, видимо, придется, построить…
Кто-то из гостей, представляясь и знакомясь со мной, в поздравлениях умудрялся желать нам с Колей не только всяческих благ, но и детишек, на что супруг терпеливо вздыхал и вежливо благодарил. Но я-то прекрасно понимала, что с этим делом у него всё… кхм, не функционально.
И старательно пропускала лишнее мимо ушей.
На ерунду реагировать — никаких нервов не хватит.