Глава 16. Унылый прокрастинатор

(От имени Павла Фирсова)

Голова кружилась. Не то от выпитого после прилета алкоголя, не то от овладевшего мной отчаяния. Ещё и Роман, как назло, явился. Хотя он, пожалуй, сейчас единственный, кому я действительно рад.

— Проходи, — я небрежно махнул ему в сторону гостиной.

Так уж вышло, что я и трезвый-то не особо любезный человек. Пьяным так вообще становлюсь непрошибаемым хамом. Хорошо, что друг с этой моей стороной неплохо знаком.

— Что празднуешь? — спросил он, усадив своё туловище в центр дивана. Брезгливо поднял початую бутылку виски и поставил обратно на стол.

— День ассенизатора.

— Ммм, — Ромка посмотрел на меня пристальнее и почесал бороду. — Чего это ты решил вдруг профиль сменить?

— А это не я решил. Оно как-то само решилось. Без меня.

Рокфор поднялся с места, раздобыл на кухне чистый стакан и вернулся ко мне.

— Рассказывай, — открутив крышку, он плеснул и себе. — Что предшествовало? Кто виноват? Кому втащить?

Я уселся в кресло напротив, устало провёл по лицу рукой. Взъерошил волосы.

— Походу дела, мне.

— Тебе что?

— Втащить.

— Таааак, — он глотнул, поставил стакан на стол и, откинулся на спинку, заворотив одну ногу на колено другой. — Чего натворил?

— В двух словах — практически угробил фирму отца.

Рома молча ждал, когда я продолжу. Но продолжать не хотелось. Впервые озвучивал вслух то, что пугало до трясучки, до нервного тика. — Я про контракт говорил, помнишь?

— Ну.

— Так вот он нам нужен. Позарез.

— Но есть проблема… — резонно предположил он.

— Есть. И об этом я уже говорил…

— Фирма конкурент…

— Да был бы там конкурент! Чёрт! — снова заводясь, я соскочил с места и начал метаться по комнате, отшвыривая попадающие под руку вещи. — Какая-то занюханная фирма. Название одно…

— И как так вышло, что она обошла такого гиганта, как «Омега»?

— Хитростью Ром, хитростью. Крот у меня завелся. Неделю пытался понять, кто, так и не нашёл.

— Ну… И ты решил, что бухать — самый лучший способ решения проблемы?

— Достало! — остановился посреди гостиной и пытался восстановить сбившееся дыхание. — Все одно к одному. Копаюсь в этом дерьме, пытаюсь выплыть, а только глубже вязну. И времени почти нет…

— Тебе не в первой. И не из такого выбирался. Завтра придешь в офис, вставишь сотрудникам профилактический пистон, чтобы лучше работалось. Мышку свою нагрузишь по самые ушки…

Я саркастично усмехнулся.

— Ага. Отстал ты от жизни со своей Пантерой. Какое число то хоть помнишь?

— С трудом, — довольно улыбнулся он и тут же снова стал серьезным.

— Мышка… Я вот теперь в душе не ебу, есть ли у меня эта мышка.

Сам не заметил, как повысил голос и опять начал нарезать круги по гостиной. Рома сдвинул брови, вопросительно посмотрел на меня.

— А кудайто она делась?

— Тудайто. Откуда обычно не возвращаются.

— Прибил чтоль? — хмыкнул он.

Я бросил на него злой взгляд, и Роман тут же напустил важности на своё просветленное лицо.

— Уволится она, похоже, — сказал я то, чего сейчас здорово опасался. — И тогда я точно загнусь в одиночку.

— Ясно. Довёл девчонку, — с упреком в голосе сказал он. — Я ж говорил, тиран и деспот.

— Твою мать! И почему ты всегда прав-то?!

Лицо бородатого снова озарила улыбка. Он, казалось, чуть расслабился. В отличие от меня.

— Может ещё не уволится. Ну поорал немного. Она уже привыкла, наверно. Адаптировалась. Или оглохла.

— Да если бы просто орал…

Он вдруг оторвался от спинки и с деланно испуганным видом протараторил:

— Только не говори, что ты ей про тройничок рассказал! Иначе Надька тебя кастрирует. И меня заодно.

— Да я вот даже не знаю, что лучше… Твой вариант ещё не самый плохой.

— Выкладывай, Ирод. Что сделал?

Я поморщился, вспоминая всё, что было на конференции. Пересказал другу суть и уперся в его осуждающий взгляд. Он поднял вверх указательный палец, тихо заговорил:

— То есть ты… Толком ничего не обдумав… Сделал неправильные выводы… И незаслуженно обвинил в предательстве единственного человека, который самозабвенно вытаскивал тебя из твоего же дерьма?

— Выходит, так.

— Ну ты чудила.

— Сам знаю.

— Ну хоть извиниться мозгов хватило. Хотя, зная тебя, уверен, ты и пока извинялся, на неё наорал.

Я молча отвел глаза, а Роман тихо усмехнулся. Сволочь такая. Долбаный экстрасенс.

— Не дрейфь. Останется твоя мышка, — успокоил он, окончательно расслябляясь. Откинулся на спинку, как ни в чем не бывало и ехидно смотрел на меня.

— Да черт с ней, с мышкой. Мне крота искать надо. Контракт вырвать у «Старта»…

— Ну разумеется. Но я бы на твоем месте начал с меньшего, — Рома расставил пальцы, показывая «размер», видимо, имея в виду проблему. — А там, глядишь, контракт сам упадет… в лапки.

— Я в твоих шарадах ни хрена не понимаю! — меня начинало бесить его приподнятое настроение. — Рад, что тебя все это забавляет, а мне вот не до смеха, как видишь.

— Вижу, вижу… — он снова принял серьезный вид, будто обдумывая мою проблему. — Контракт… Это важно. Конечно, важно. Такой привлекательный контракт, само собой, не захочется упустить… И делить с кем-то тоже… А уж когда сам виноват, что он из под носа ушёл… тепленький…

— Спасибо, капитан очевидность. А то я без тебя не понимал всего этого.

— Да поди знай. Может и не понимал. Я бы вот не удивился. Делать то что будешь? С контрактом…

— Попробую исправить косяки… Возможно, что-то поменяю, пересмотрю, где ошибся…

— Ммм, — деловито кивнул Роман. — Ну да. Это правильная тактика. Обычно, это хорошо работает с… контрактами.

— Но это все потом, — сказал я, опускаясь в кресло и подливая себе виски. — Устал. Достало всё. Возьму пару дней выходных, а там…

— Глядишь, и мышка вернется.

— Тьфу, да причём тут это то? Как будто всё прахом рассыплется без мышки.

— Да нет, конечно. Не рассыплется. Будет стоять, как стояло, — он сжал кулак, согнул руку в локте и снова ехидно улыбнулся. А меня начинали бесить его идиотские намеки не пойми на что.

— Ты чего пришёл то? — рявкнул я на него.

— Тебя проведать.

— Проведал? Давай тогда дуй отсюда. Мне нянька не нужна.

Я дернул его за руку, поднял с дивана и выталкивал в сторону двери. Этот бугай упирался и ржал, как конь.

— Эй, полегче… Я, значит, к нему с благими намерениями, а он меня взашей?

— Не уйдешь сам, я тебя уйду.

— Пощади! Я только жить начал.

— Вот и не нарывайся!

Захлопнув дверь за этим великовозрастным детиной, я снова погружался в то состояние, которое сопровождало меня последние сутки. Огромный клубок проблем наматывался, с каждым днем становясь больше и запутаннее. Ощущая себя мягкой игрушкой, из которой выпотрошили все внутренности и оставили пустую оболочку, я обессиленно упал на диван, опрокидывая очередной бокал вискаря… С этим удручающим чувством откинул голову на спинку дивана и, ловя вертолёты, смотрел в потолок.

Работы выше крыши. Проблем и того больше. Но в том внутреннем состоянии, в котором пребывал в эту минуту, я мог разве что все усугубить. С психу наделать ещё больших глупостей, после которых выходка с мышкой покажется детской шалостью.

— Мышка, мышка… Как же ты не вовремя решила меня оставить.

Почему-то я был уверен, что она уйдет, не сомневался в этом. Я бы ушёл. И любая бы ушла на её месте. Сам виноват. Сам подтолкнул. Теперь не ной. Осознание того, что справляться со всем снова придется в одиночку, угнетало. Не то чтобы мышка была незаменимой. Конечно, нет. Но наличие бреши в моей команде, через которую забрался крот, осложняло положение. А единственный человек, который, как оказывается, безоговорочно заслуживал доверия и уважения, меня бросил на растерзание этим упырям. Пусть даже я это заслужил.

Ещё один бокал.

«И ты решил, что бухать — самый лучший способ решения проблемы?» — эхом прозвучали в моей голове слова Романа.

Почему эхом? Да потому что пусто там, в голове. Было бы иначе, давно решил бы всё, а не сидел здесь, таращась в потолок и размышляя о бренности бытия.

Ещё бокал… Понял, что завтра я не боец. Совсем. Разве что контуженый. А значит толку от меня никакого. Ну да похрен. Простоит без меня «Омега» пару дней, никуда не денется…

На секунду прикрыв глаза, я не заметил, как отрубился прямо на диване в гостиной.

Понедельник прошёл примерно так же, как и вечер воскресенья. Дважды звонил Роман, но в первый раз так меня выбесил своей непонятной заботой, перемешанной со стёбом, что на второй его звонок даже не стал отвечать.

Несколько раз звонили из офиса. Перенаправлял по отделам и, кажется, механизм работал сам, без меня. Хрен знает, как работал, но мне сейчас было наплевать.

Снова уснул на диване, глядя в потолок, измученный прежними мыслями о насущных проблемах. «Максима», контракт, крот, мышка… Достало. Все достало.

Проснулся от того, что мой телефон пронзительно верещит откуда-то… Откуда? Пока искал, звонок прекратился, но через минуту заголосил снова. Наконец, вытащив гаджет, провалившийся между подушек дивана, я ответил ожидаемо хриплым голосом:

— Слушаю…

— Павел Борисович доброе утро, — защебетал в трубке вечно довольный голос администратора Саши. — Вы сегодня появитесь в офисе?

— Нет, — ответил ей раздраженно. — Сегодня справляйтесь без меня.

Я уже хотел было сбросить звонок, когда она неуверенно продолжила:

— Просто…

— Что «просто»? — с ещё большим недовольством спросил я.

— Там финны… Ну, инвесторы…

Спросонья соображал туго, плюс сказывалось количество выпитого накануне алкоголя.

— И что с ними?

— Сидят в переговорной. Ждут вас.

— И что, без меня некому ими заняться?

— Есть. Алиса уже два часа ими занимается, но они требуют вас…

Дальше я не слушал. Выхватив из её фразы имя мышки, я почувствовал странное сжатие в груди. Наверно, так ощущается надежда. Рассудок моментально протрезвел, я приподнялся с дивана и молча хлопал глазами, осознавая…

Осталась. Осталась моя мышка. Я спасён!