Глава 2

Южное побережье о. Байкал

Примерно 102 км от г. Иркутска

Андросов возвращался в Иркутск, испытывая двойственные чувства. Во-первых, он очень близко подошел к опасной черте безусловного доверия, которое имел у своего отца. Сосватать по собственной инициативе свою сестру Галактионову? Да, он надежный друг, и всё такое. Но кроме этого есть ещё и другие аристократы в этом мире, которые посмотрят на союз одного из сильнейших княжеских родов Империи и провинциального барона, как на… В общем, возникнут вопросы, много вопросов. И один из них будет – не ослабели ли Андросовы, если не нашли другого избранника для их дочери.

И это ещё Катюха не знает… А ведь она та ещё штучка. Андрей подозревал, что ему от нее «прилетит» гораздо сильнее, чем от родителей, и прилетит за дело. У Екатерины были сложности с мужским полом, связанные с определёнными её… Ай, ладно, что пока об этом говорить!

А ведь Андросов не мог поступить по-другому. Это ещё не беря в расчёт то, что даже сейчас Галактионов прикрыл его своей грудью, точнее, весь его Род, абстрактно выражаясь. Ведь Род Андросовых, в случае войны с Вербицкими, скорее всего победит. Ну, появится еще парочка дополнительных проблем, в первый раз, что ли? Но Саша показал себя точно также, как и в тот раз, в Разломе.

Андрей нахмурился, вспоминая один из самых первых их Разломов, в рамках так называемой практики, когда они, ещё зелёные новички, отстали от основной группы. Рейд-группа растянулась, и старший Ист побежал вперёд, где возникла основная опасность. А Андросов немного заблудился с непривычки, и ту тварь, которая ломанулась на него, он запомнил на всю свою жизнь. Андрей никому не признается вслух, но в тот момент он испугался, видя несущегося на него огромного зверя. Хотелось закрыть глаза руками, но даже пальцами пошевелить не успел. Лишь только в оцепенении наблюдал за приближающейся к нему смертью.

Но в последний момент смазанным пятном справа метнулся его друг Александр, который, не обнаружив рядом своего товарища, вернулся на его поиски. Удар молодого барона снёс тварь, превосходящую раза в три его по весу. Он, как сейчас запомнил, что каким-то позорным кинжалом Галактионов с азартом расковырял мозг, вытащил из дохлого тела белую желейку, весело подкинул её на руке, и широко улыбнулся. Андрей тогда «отмер», но в очередной раз поразился своему товарищу. Для него всё это выглядело, как забавная игра. Помнится, Саша тогда подошёл тогда к нему, приобнял за плечи, и всего-навсего сказал.

– Давай, Андрюха, двинули дальше, – а потом посмотрел на него как-то странно. – И это… со всеми случается. Главное, чтобы твой временный коматоз не перешел в дурную привычку, – рассмеялся своим звонким заразительным смехом, и слегка подтолкнул Андросова, придав тому ускорение, в нужную сторону.

И с тех пор, он даже словом не обмолвился о том случае. А ведь спасти жизнь старшему наследнику рода Андросовых – это дорогого стоило. И самое удивительное было то, что, уже немного зная Галактионова, сделал тот абсолютно без задней мысли. От другого можно было бы заподозрить, что он подождет определённого момента, чтобы потребовать взаимную услугу. А Саша, кажется, просто забыл о том происшествии. Для него это было настолько рядовое событие, как зубы почистить.

Андросов широко усмехнулся. С отцом он поговорит, с Катюхой тоже порешает. А Галактионов… Хорошо, что у него в друзьях есть такой человек, как Александр!

* * *

Утром, к моему удивлению, к порогу лихо подкатила «Ласточка», и из люка вылез улыбающийся Волк.

– Осваиваешь новую технику? – поинтересовался я.

– Да. Хочу обкатать немного, чтобы в бою нас не подвела, – кивнул старый спецназер. – Но похоже, состояние у нее отличное. Годная вещь! Отдам Семенычу в Центр, – тут он запнулся, – с твоего позволения. Нужно небольшую модернизацию произвести.

– На сколько миллионов рублей? – улыбнулся я.

На что Волк тут же запротестовал.

– Да там будут сущие копейки!

Я вздохнул.

– Да уж, копейки.

– Эй, Волк! Может, ты наконец-то поможешь даме выйти? – раздалось из нутра БРДМ.

– УПС! – сказал Волк, и побежал отдраивать боковой люк.

Оттуда вылезла недовольная Анна.

– Может это и хорошая боевая машина, но внутри там совсем некомфортно, – скривилась девушка, неприязненно глянув на Волка, на что тот только развёл руками и широко улыбнулся.

Тут же глаза девушки цепко оббежали старое здание поместья. Она крутанулась пару раз вокруг, посмотрев ещё на хозяйственные постройки, и смешно наморщила носик.

– Да тут работы непочатый край!

– Точно, – сказал я. – Для начала нужно вызвать клининг. Пусть здесь всё тщательно вычистят.

– Клининг? – нахмурилась Анна.

– Ну да, а в чем проблема?

– У тебя целая деревня Галактионовка. Там половина людей сейчас без работы. А ты будешь платить деньги пришлым?

Я улыбнулся, в очередной раз обрадовавшись, что на моём жизненном пути встретилась такая умная девушка, которая может поддержать меня в бытовых вопросах.

– Ну, тогда тебе и карты в руки!

– Не сомневаюсь, – сказала она. – Так что, внутрь пойдем? Волк сказал, что там какая-то проблема.

– Проблема уже решена, – я улыбнулся, и свистнул. – Ты только не пугайся, – предупредил я сразу Анну.

Тут же перед нами из воздуха воплотился медоед и радостно оскалился, облизав зубы.

– Не-не! – повысил голос я. – Никого жрать не надо! Это Анна! это Волк! А это – отморозок.

– Его так зовут? – тут же поинтересовалась Анна, которая, на удивление, совсем не испугалась.

– Да нет, я ещё не придумал, как его назвать. Отморозок – это его кредо по жизни. Протяните ему свои руки.

И тут Анна слегка замялась, глядя на длинные острые зубы зверька.

– Да не укусит он. Давай, нюхай, тварюшка, – сказал я. – Этих людей трогать нельзя!

Чисто вымытый медоед, на купание которого я потратил два часа и два куска хозяйственного мыла, окаменевшие куски которого я нашёл в уличном трактире, выглядел довольно смешно. Всего его вымыть мне не удалось, поэтому часть шерсти пришлось просто выстричь. Выглядел он сейчас, как больное плешивое животное. Ну, надеюсь, шерсть со временем отрастет.

Обнюхав их руки, он согласно кивнул, и тут же свалил. С приручением дела пошли получше. Но вот его гадский характер я ещё до конца не распознал.

– Пошли уже.

Мы вошли внутрь. Анна присвистнула.

– Как для баронского Рода, здесь хорошая мебель – старая, но качественная и дорогая. Почти антиквариат. Вот только… – она снова нахмурила носик.

– Да, всё это нужно почистить, и частично отреставрировать, – сказал я.

– И эти кости… – она брезгливо приподняла подол платья, переступая через скелеты, которых уже просто не смогли сожрать слизни, уж слишком много их было.

А эти желеобразные сволочи увлеклись, и я еле успел их отозвать, когда они уже начали пробовать на вкус антикварную мебель. Дальше придётся ручками.

– Я пройдусь? – кивнула она на второй этаж.

– Конечно, в доме уже безопасно. Только в подвал не заходи, – кивнул я на запертую дверь, которую я, на всякий случай, придавил шкафом.

– А что там? – тут же сделала «стойку» любопытная Анна.

– Там много всего вкусного. Но только это вкусное пока что охраняется мерзкими тварями. Когда-нибудь мы туда обязательно доберемся, – сказал я, и кивнул Волку. – А вот мы с тобой туда сейчас пойдём. Помоги мне отодвинуть эту дуру.

Потапов сдвинул автомат на спину, и быстро отодвинул тяжеленный шкаф из мореного дуба, даже не заметив его. Процедуры Андросова явно идут ему на пользу, как и хорошее питание.

– Носилки? – напомнил я ему.

Андрей чертыхнулся, и сбегал в машину за требуемым.

Вперёд прошмыгнула Карамелька, а я пошёл следом. Кара попутно разорвала любопытного гоблина, а так больше на пути до открытой комнаты хранилища никто нам больше не попался.

Я завёл Волка внутрь, где встретил преданного Роду некроманта, и кивнул на пол, где валялись доспехи и мечи незадачливых захватчиков.

– Надо всё это вытащить наверх, – сказал я. – А там уже отсортировать.

Волк с любопытством огляделся. От его взгляда не ускользнули ни постаменты, ни слова Кодекса Рода, ни беспорядок вокруг.

– Сделаем, – он кинул носилки на пол и шустро начал стаскивать туда весь лут, попутно гремя костями, безжалостно вытряхивая их из доспехов.

За три ходки, под присмотром Кары, мы вытащили всё наверх. В четвертый раз, в два небольших мешка влезли все оставшиеся немногочисленные свитки и книги, которые нашли в этой комнате. В итоге, там остались только старые кости.

– Давай, припрем этот подвальчик обратно.

Я отправил Шнырьку наверх, чтобы он посмотрел, что сейчас делает Анна. Анна же там проводила тщательную инвентаризацию, открывая каждую створку шкафа, выдвигая каждую полочку, и с любопытством туда заглядывала, периодически чихая от поднимающейся пыли. Можно быть спокойным, ничего не ускользнет от внимания девушки.

Я же принялся под светом солнца, льющегося из пыльных и частично разбитых окон, перебирать всё, что мы притащили, собирая в две кучки. В одну то, что нужно выкинуть или продать. А в другую то, что надо оставить. А потом… Начал создавать третью кучку. Ведь мне в руки попалась интересная добыча.

– Ну, надо же! – я закончил сортировку, и задумчиво посмотрел на третью кучу оружия. Очень странного и не местного оружия.

– Ну, ничего себе! – поддержал меня Волк. – Можно? – протянул он руку.

Я кивнул. Он начал перебирать изогнутые мечи странной формы, парочкой даже показательно взмахнул. Затем постарался вытереть рукавом окислившееся, но не ржавое лезвие, под которым обнаружилась вязь арабского письма.

– Восточное оружие, – выдал он свое экспертное мнение.

Я улыбнулся. Так-то он по огнестрелу эксперт, а «холодняк» – моя стезя.

– Ты прав, друг мой. Вон ятаганы, похожие используют янычары в Османском Султанате, а вон шамшир – это, похоже уже Персия. Вот только что это оружие делает здесь?

Я подошел, и поковырялся в груде доспехов. Там также лежали несколько непривычных доспехов, по большей части, кожаных.

Арабских мечей было восемь штук. А ещё было восемь медальонов с красными рубинами внутри, также с арабской гравировкой. Арабский я в свое время выучил, на всякий случай, так как на ближнем Востоке, кроме Персии и Османского Султаната, было множество мелких, но очень сильных, и постоянно враждующих между собой королевств. В крайнем случае, я думал укрыться там. Им всегда требовались наёмники. И они плевать хотели на законы других государств, не выдавая ни преступников, ни чёрта лысого.

– Да не прикоснется рука неверных к этому оружию, иначе падет проклятие на голову владельца его, и весь его Род, – прочёл я надпись на наиболее «нарядном» шамшире, и присвистнул.

На медальонах, с обратной стороны, была краткая молитва и имена владельцев. Действительно, здесь побывали янычары и персидские «бессмертные» – гвардейцы, как правило дворяне, двух самых крупных государств Ближнего Востока. А один медальона с более крупным камнем я осмотрел поближе.

– Эфенди Ахмет Фаик Рашид, – почесал я голову.

Мне это ничего не говорило, но, похоже, это был кто-то из знатных.

Бросив взгляд на отложенное в сторону восточное оружие, я понял, что в руках держал как раз самый дорогой клинок, интуитивно выбрав его первым. Остальные были попроще. Именно на нём фиолетовый металл не тронула ни капля коррозии. Хорошее дорогое оружие.

Я сам пару раз сделал несколько финтов. Балансировка непривычная. Не было бы у меня Аквилы, вполне можно было взять его. Хотя нет, вряд ли я бы его взял. Эти родовые заморочки… Да ну их на хрен!

Мой взгляд упал на надпись с другой стороны. Я приблизил клинок к глазам и прочитал:

«Всякий недостойный, кто коснётся этого меча, будет убит, как и весь Род его, во имя искупления грехов сына своего».

– Какие-то грёбаные фанатики! – пробурчал я, и отложил меч в сторону, подальше от себя.

Выходит, что меня уже должны убить? Ну-ну…

Так-то, не считая восьми восточных клинков, мы разбогатели на двенадцать мечей, двадцать четыре ножа и кинжала, два топора и одну булаву. А также на два с лишним десятка комплектов брони, над которыми сперва нужно серьёзно поработать, прежде чем оценить – как минимум, почистить, и кое-что постирать. Кое-что было испорчено безвозвратно – я видел это невооруженным взглядом.

Навскидку, я не нашел ничего здесь уникального. Хотя, вон та кольчуга была получше той, что исчезла при взрыве. Пробита, правда, в двух местах. Похоже на работу уже моей Аквилы в руках старого некроманта. Я снова почесал голову. По-хорошему, нужно начать уже снаряжаться в Разломы. Но человеку, который в прошлой жизни носил броню из чешуи дракона, сложно заставить надеть на себя что-то из местного… хлама. Ну, кроме спортивного костюма, конечно. Ха-ха!

– Закидывай всё это в машину! – кивнул я, и Волк бросился исполнять.

Сверху спустилась Анна, по дороге чихая. Она смешно вытирала нос после каждого чиха, уже совсем не белым от пыли платком.

– Ну здесь и грязища! – выдала она свой вердикт.

– А ты как думала! У меня кое-что есть для тебя, – сказал я, кивнув на два мешка.

– Что там?

– Свитки и книги из хранилища Галактионовых.

– Во! – сразу посерьезнела девушка. – Это действительно интересно!

Она быстро посмотрела одну книгу и пару свитков.

– Слушай, им не одна сотня лет! Думаю, что там должно быть что-то важное!

– Поэтому я тебе их и отдал.

Она сверкнула на меня глазами.

– Не боишься, что я продам твои тайны?

– Очень смешно, – улыбаясь, подмигнул я ей. – А ты не боишься, что я обратно отдам тебя твоему папашке?

Про то, как я поступаю с предателями, решил пока не говорить. Пока она не дает мне повода подозревать ее. А мой «начальник разведки» еще не докладывал о ее косяках. Шнырька в таких вопросах очень дотошный.

– Ха-ха, юморист! – абсолютно без страха покачала головой Анна, зная, что я никогда так не сделаю.

Она взяла оба мешка, и потащила их к броневику.

– Волк, помоги! – кивнул я.

Тот быстро подхватил мешки из рук девушки, и потащил вперёд.

– Да я бы и сама справилась, – сказала Анна.

– Не сомневаюсь.

Я встал и осмотрелся.

– В общем, такие дела. Анюта, мне нужно в ближайшее время в Иркутске закрыть вопрос с Центром. Здесь же нужно, чтобы кто-то присмотрел за уборкой. До восстановления еще дело дойдет. И этот кто-то, как очевидно догадываешься, ты.

– Хорошо, без вопросов, – сказала Анна и крикнула. – Эй, Волк! Тащи мешки обратно, я остаюсь здесь.

– Подожди, не так резко, – сказал я. – Как бы то ни было, ты исключительно ценная для меня… – тут я замялся, пытаясь подобрать эпитет.

– Друг, помощник и компаньон? – хитро улыбнулась Анна.

Я улыбнулся в ответ и кивнул. Честно говоря, после того, как я поставил печать регенерации, моя сексуальная энергия после Разломов пошла в «мирное русло». Туда, куда и должна была пойти – на укрепление тела и духа. Вот только всё равно это так не работает. По крайней мере, я мог думать верхней головой. Но вот расслабиться мне очень нужно. И было нужно уже давно!

При этом, несмотря на потрясающую красоту Анны, я не воспринимал её, как объект сексуального желания. Нужно сказать, что она отвечала мне такой же взаимностью. Может притворялась, а может действительно я был не в её вкусе. Но, слава яйцам, в любом случае, это хорошо!

– В общем, Волка оставить я тоже не могу. Но охранять тебя как-то нужно.

Девушка пожала плечами.

– Да что со мной может случиться в этой глуши?

Я усмехнулся. Это она не видела те горы трупов, которые мы убрали отсюда накануне.

– Да много чего, – загадочно улыбнулся я. – Уж поверь мне.

Я снова свистнул, без всякого результата. Потом ещё и ещё. Рядом появился недовольный медоед, который что-то жевал. Это «что-то» было лапой гоблина. Кажется, он опять сходил в подвал на охоту. И судя по тому, что дверь была заперта, туда ведёт ещё какой-то вход. Или он, как Шнырька, может передвигаться сквозь двери.

– Останешься здесь, и будешь присматривать за ней, – я кивнул на Анну. – Если с ней что-то случится… Помнишь, что я тебе говорил про ветеринара и твои мохнатые бубенцы?

Медоед оскалился и зашипел, негодуя. Но всё же кивнул головой, и опять куда-то смотался.

– А ну-ка, вернись, скотина! Я еще не договорил, – крикнул я.

И снова появилось недовольное хлебало мохнатой твари с немым вопросом: «Ну, что тебе ещё?».

– Анна скажет тебе, каких людей не трогать. Слушайся её так же, как и меня.

На этот раз кивок был менее активный, но, по крайней мере, он и на это согласился.

Я повернулся к ней.

– Всех людей, которых запускаешь внутрь, сперва знакомишь с этим дегенератом… гхм… я хотел сказать, родовым животным, – сказал я. – Не хватало, чтобы он сожрал наших собственных рабочих.

Я почесал затылок. Но всё равно этого не достаточно.

– Андрюха, – подозвал я Потапова, – ты видел, как работала Гвардия Андросовых. Как они тебе?

Потапов пожал плечами.

– На уровне.

Что в переводе на обычный язык означало – вполне достойные профессионалы.

– Есть одна благородная… гхм… зараза, который мне должен, – взял я трубку телефона. – Волк, помнишь, мы поговорили, что тебе нужно собрать твою новую дюжину, как минимум. Так вот, считай, что я дал тебе официальное добро.

– Отлично, – сразу оживился Волк, и потёр руки в предвкушении.

Я же поднял трубку.

– Андрей Батькович, – официально начал я. – Можно арендовать у вас пару десятков ваших гвардейцев? На пару неделек. Буду должен, – тут я осёкся. – Хотя, нет… Ни хрена я тебе должен! Интриган ты хренов! – сорвался я.

А в ответ услышал лишь счастливый смех своего друга, который подтвердил, что он распорядится.

Анна всё-таки осталась, уже связавшись с администратором Аркадием, и вызвала сюда народ на уборку и мелкий ремонт. От нее сразу посыпались указания, что с собой захватить, сколько людей взять, кто конкретно ей здесь нужен. Ну, а я стоял рядом с броневиком, напоследок попросив Шнырьку внимательно вокруг осмотреться.

Вот он как раз из воздуха.

– Ш-ш-шука! Белки! Ш-ш-шуки-и-и!!! – заверещал он.

Я присмотрелся к нему, и оторопел. Два из четырёх его голубых глаз заплыли. Под ними были натуральные фингалы.

– Кто тебя так приложил? – оторопел я.

– Ш-ш-шука! Белки! Ш-ш-шуки-и-и!!! – затараторил он без остановки.

Рядом сразу появилась Кара. От упоминания знакомого и вечного врага, её всю аж затрясло от предвкушения. А хвост ее торчал, как стрела.

– Давай, показывай!

И он показал. Небольшой Разлом, что выходил в сосновом лесу, в котором водились синие белки-мутанты, что очень ловко швырялись шишками, даже по виду больше напоминающие свинцовые гири. И одна такая шишка прилетела бедолаге прямо в лицо.

– Ладно, пошли разберёмся с ними. Показывай, где вход.

И он показал. Я присвистнул. Гадский Разлом! Он был среди тех редких Разломов, которые почему-то потеряли связь с земной поверхностью. Также, как они бывают под водой, также они иногда возникают в воздухе. Так вот, этот висел в воздухе, метрах в двадцати пяти над усадьбой. Если хорошо присмотреться, то его тусклое мерцание было видно на фоне пасмурного неба.

– Ну, извини, братан! – развел я руками. – И ты, подруга, – посмотрел я на расстроенную Карамельку, которая всё поняла. – Но, как говорят у нас, у Охотников, глаз за глаз!

– Ш-ш-шука! – уже чуть поспокойнее выдал Шнырька.

Я открыл люк, и кивнул на оружие, сложенное в отсеке.

– Ножик хотя бы с собой возьми!

Шнырька меня удивил. Он тут же подхватил здоровую булаву. Не такую огромную, конечно, как та, которая осталась у меня дома. Но всё равно, она была в несколько раз его больше, и раз в десять его тяжелее, и скрылся с ней из виду.

Честно говоря, я немного начал переживать, когда он отсутствовал больше пяти минут. Изображение из Разломов он мог мне показывать только в режиме «записи». А вот сами Разломы онлайн-картинку не транслировали. Что там творится, я без понятия. Но, по крайней мере, я чувствовал, что душа его жива, и хоть это немного радовало.

Прошло почти полчаса, когда из ниоткуда сперва упала окровавленная дубина. А потом появился мой зверек, у которого уже заплыли все четыре глаза. Он походил на маленького четырехглазого мохнатого китайца, который, тем не менее, довольно ухмылялся.

– Ш-ш-шнырька тащщ-щ-щ-щит! – радостно оскалился зверёк.

И для непонятливых предъявил боевые трофеи. А трофеями были синие пушистые хвосты, надетые на какую-то веревку, которую он нацепил себе на шею, как ожерелье. На него даже образовавшийся рядом медоед посмотрел с уважением.

– Ш-ш-шнырька, маладеш-ш-ш-ш?! – довольно выдал мелкий.

Тут уже не выдержал я, и от души заржал, осторожно потрепав питомца по головке. А увидев завистливый взгляд Кары, добавил.

– Не боись, подруга! Когда-нибудь, когда наши дела наладятся, я арендую вертолёт, и тоже отправлю тебя туда повеселиться!