Глава 18

Имение Андросовых

г. Санкт-Петербург

Два великих князя сидели на открытой веранде, закутавшись в теплые пледы из ангорской шерсти, и попивали горячий глинтвейн, куря свои трубки. Имение Андросовых было одним из самых больших околостоличных «кусков» земли. Владели они им долго и заслуженно.

Перед глазами сидевших расстилался ухоженный парк. На их глазах слуги вылавливали из декоративного пруда золотых рыбок, чтобы перенести их на зимовку.

Иван Васильевич Андросов усмехнулся, отпив горячий напиток, глядя, как споро работают его люди. Андросов-старший любил во всём порядок. Имея дар Лекаря, он был чрезвычайно консервативен. Ведь если лечение работало раньше, то оно сработает и в будущем. А вот эксперименты могли стоить жизни. Хотя Андросовы и прогрессировали, но делали это очень аккуратно, и без угрозы для жизней пациентов.

Иван Васильевич являлся почётным ректором Медицинской Имперской Академии, что было также неудивительно. В Академии готовились не только Одаренные врачи. Но всегда же есть артефакты. И даже простолюдин без Дара, используя правильно подобранное снаряжение, мог спасти жизнь своему пациенту. Так что все науки и Дары переплетались между собой – артефакторика, лекарства, зачарование. Всё это работало в комплексе с одной целью – дать Империи и Императору самый лучший подготовленный медицинский персонал.

Его же сегодняшний собеседник и близкий друг, князь Иван Сергеевич Долгоруков, также заботился о благе Империи. Вот только его епархией было оружие. Если Андросов лечил граждан Империи, то Долгоруков их вооружал, с целью защитить себя и нанести как можно более эффективный урон врагу.

– Никак не могу поверить, – улыбнулся Андросов, махнув слуге, что принес ему новую уже раскуренную трубку, в которой была смесь трав из Разлома, которые, в отличие от табака, не вредили здоровью, а наоборот, восстанавливали силы и энергию. Если у князя и была дурная привычка, то нужно перевести ее в мирное русло. – Андрей, бегающий по Разломам. Я всё пытаюсь смириться, но у меня плохо получается. Ладно, Катюша с ее нравом. Ей сам бог велел убивать… – он нахмурился, внезапно что-то вспомнив.

– Пусть ребята потешатся, – поддержал друга Долгоруков. – Мы сделали всё, что смогли – отправили лучших людей им в помощь. Да ты и сам знаешь, друг мой, насколько это хорошо работает на репутацию Рода. Даже таких сильных Родов, как наши. Хорошая репутация никогда не бывает лишней.

– Соглашусь с тобой, – кивнул Андросов. – В нынешние времена Император пристально следит за действиями Родов. И те, кто пытаются отлынивать от почётной обязанности, как правило, плохо заканчивают. Это тебе, можно сказать, информация из первых рук.

– Благодарю! – кивнул Долгоруков. – Хотя мне переживать по этому поводу совсем ни к чему.

Он весело рассмеялся, в конце закашлялся, и сделал большой глоток глинтвейна.

– Ну да, – кивнул Андросов. – Как так получилось, что все твои дети служат Империи? Не боишься, что останешься без наследника? Они ведь у тебя все находятся в горячих точках.

– Не боюсь, – кивнул Долгоруков. – Кроме того, что у них есть своя голова на плечах, я ими искренне горжусь. Сейчас тяжёлые времена не только для нашей Империи, но и для всего мира. Возможно, с активизацией Разломов люди поймут, что главный их враг – твари из Разломов, и перестанут грызться друг с другом.

– Ха-ха! – засмеялся Андросов. – Ты всегда был идеалистом. А я думаю, что большинство спит и видит, как твари смогут ослабить соседа, чтобы они отхватили побольше чужой земли. А что будет дальше, на это у них уже мозгов не хватает.

– Я слышал, Морозова тоже присоединилась к ребятам? – приподнял бровь Долгоруков.

– Это было ожидаемо, – сказал Андросов, – с её-то Даром. Мне иногда кажется, что девочка не пошла в Исты только из-за того, чтобы не ранить Андрея. Всё-таки они любят друг друга. А Андрей, до недавнего времени, не проявлял интереса к Разломам. И он меня, можно сказать, удивил. Сильно удивил! Сейчас же Морозова, во-первых, приехала поближе к жениху. А во-вторых, кому, как ни Морозовым, самое место в Эпицентре?

– Это верно, – кивнул Долгоруков. – Надеюсь, всё у них будет хорошо.

Он глубоко затянулся, и внимательно посмотрел на Андросова. Тот перехватил его взгляд и улыбнулся.

– Давай уже, спрашивай! Не зря ты ко мне припёрся из такой дали.

– Да я вообще-то в Генеральный Штаб по своим делам приехал, – показательно нахмурился Долгоруков.

– Да-да, охотно верю! – продолжал веселиться старший Андросов. – Но всё-таки?

Долгоруков не выдержал, и его нахмуренное лицо озарилось улыбкой.

– Что за помолвка у Кати с Галактионовым? И насколько это правда?

Андросов тяжело вздохнул, и щелчком подозвал к себе преданного слугу.

– Прошка, принеси-ка нам кое-что покрепче. Тут двумя словами не обойдешься.

* * *

– Виконт, при всём уважении, откуда вы берете такие цены?! Вы же оставите меня натурально без штанов!

Виконт Смородин смотрел на меня без улыбки и, кажется, совсем не рефлексировал по этому поводу. Я думаю, что он уже наслушался истерик своих заказчиков, и видел многое. Да и не истерика у меня была, а так… попытка разобраться. Анна подтвердила, что все цены более, чем адекватные, и ни разу братья Смородины не пытались меня надурить. Но всё же… Я понимал, что ремонт будет дорогим. Но не настолько же, сука, не настолько!

– Тридцать тысяч – укрепление фундамента, – ткнул я пальцем в строчку в смете. – Вы же камень мой берёте! – я кивнул на постепенно уменьшающуюся кучу магического камня. – Откуда такие цены?

– Всё очень просто, Александр. Если бы этот камень был наш, это было бы не тридцать, а триста тысяч. Так что это чисто за работу.

– Хорошо. А вот эти тридцать тысяч – замена проводки. Неужели всё так плохо?

– К сожалению, да. Сам дом был построен в те времена, когда электричества еще не было. Да, из лучших материалов. Но вот проводка была проведена гораздо позже. К сожалению, никакого магического усиления медного провода не придумано. Таким он, собственно, и остался. Вот только вся изоляция рассыпалась. Вы же не хотите получать короткие замыкания день за днём? Поэтому нужно поменять ее полностью.

– Хорошо, – сказал я. – А трубы? Трубы-то – тридцать тысяч! Это что вообще за цифра? Почему именно тридцать?

– Если вы посмотрите ниже, то увидите, что всё это стоит гораздо дороже тридцати тысяч. Я просто округлил в вашу сторону, – Смородин, кажется, начинал терять терпение, и немного обиделся. – Мы можем вообще этого не делать. В здании, со старых времен, ще остались печи и камины. Топите вручную, делов-то!

– Эй-эй! – я понял, что перегнул палку. – Водяное отопление – оно, как бы, привычнее. Мы же живем не в средние века.

– Именно, – кивнул виконт.

Я посмотрел в конец сметы, и пригорюнился. Собственно, пока что мы обговорили только укрепление здания и полный ремонт нескольких комнат, плюс коммуникации по всему дому. Для того, чтобы полностью отремонтировать всю усадьбу и сделать это именно так, как я хочу – из самых дорогих материалов, – нужно почти полмиллиона.

– Я же правильно понимаю – за полмиллиона можно построить такую усадьбу? – я кивнул на себя.

Тут Смородин в первый раз улыбнулся, немного расслабившись.

– Если простое помещение с вашими габаритами, то можно построить четыре усадьбы из обычных материалов. Да, внешне они будут смотреться, возможно, даже лучше. Но ремонт придется делать каждые пять-десять лет. А то, что вы просите, после нашего ремонта, он простоит, я не постесняюсь это сказать, тысячи лет. Вы хорошо позаботитесь о своих потомках, – хмыкнул Смородин.

Я же почесал голову. Как всё сложно!

– Мы могли бы сэкономить на казарме, – осторожно предложил Смородин.

– Не-не… – это предложение вызвало у меня натуральный ужас.

Не знаю почему, но я был готов сам жить в шалаше, вот только преданные мне люди должны жить в комфорте. Не знаю, откуда это у меня, учитывая мой разгульный образ в прошлой жизни. Поэтому первое, что было отремонтировано – это спальня, где жила Анна, и её рабочий кабинет. Дальше – казармы и, как ни удивительно, комнаты прислуги. Я же до сих пор ночевал в спальне с осыпавшейся штукатуркой. Но зато там была большая кровать из магического дерева, а балдахин сверху не давал штукатурке упасть мне на лицо. Хотя, конечно, свою спальню и свой кабинет, в которых я почти не бываю, я отремонтирую позже. Это всё было учтено в смете.

– Хорошо, виконт, действуйте! – сказал я ему.

А сам отошёл от него в глубоком раздумье. Честно говоря, я надеялся, что когда Шнырька «бомбанет» ячейки Короля, найдет там драгоценности, на крайняк – деньги. Ни того, ни другого там не оказалось. Там была только разного рода информация и компромат, половина из которых уже не актуальна. Видимо, хранились просто, как в архиве.

С другой стороны, сколько стоит вывести четыре Рода из войны, которая может закончиться моим полным уничтожением? Нам ли быть в печали!

Придётся забрать деньги другим способом. Например, я подозреваю, что уже могу открыть лавку оружейника.

Я как раз подходил к моим гвардейцам, что заезжали в поместье на новых трофейных автомобилях. Волк уже стоял, сложив руки на груди, и наблюдал за бригадами рабочих. С пассажирского места выскочил отставной штабс-капитан Харченко. Как старший среди всех по званию и по опыту, он возглавлял группу в отсутствии Волка, и он же стал его заместителем.

– Хорошо поработали! – кивнул ему Волк, на что Харченко слегка скривился.

– В смысле, ты уже в курсе?

– В курсе, в курсе! – улыбнулся Потапов.

К чести Харченко, тот даже бровью не повёл.

– И за трофеи наши тоже в курсе?

– А вот за трофеи – частично, – покачал головой Андрей. – Нужно их руками пощупать, что ли.

Он заинтересованно пошёл за ними.

Вскрыли первый багажник, и Волк один за другим начал доставать оттуда стволы.

– Говно… говно… фигня. Это оставим. Это можно отдать, – так, одно за другим, он пересмотрел всё, включая сюда и машины.

Я же с удовольствием смотрел и наслаждался работой профессионала.

В конце он повернулся ко мне, и почесал свою лысину.

– В целом, хлам. Но кое-что можно оставить. Если так вооружены все гвардейцы Боровицкого, а скорее всего, так оно и есть, то особой проблемы с ними не будет. Тем более, сегодня вечером приедут ещё шесть кандидатов. Осталось добраться только тем, кто сейчас находится на дальних рубежах Империи.

– Я уверен, что они все подойдут, – улыбнулся я. – Но с другой стороны, ты получишь свою полную дюжину. Вот только, даже несмотря на то, что Боровицкий остался в одиночестве, у него людей все равно будет побольше.

Анна навела справки. Род Боровицких был не сильно стар. Меньше ста лет назад его дед получил титул виконта за заслуги перед Империей в боях против Монгольского Ханства. Его отец ещё как-то пытался свести концы с концами. А вот Боров пошел по наклонной, решив, что лёгкие деньги можно заработать с помощью криминала. И он не брезговал ничем. Его гвардия состояла из пятидесяти человек, из которых двадцать были уже мертвы после нашего сегодняшнего рейда. Вот только, кроме гвардии, он держал возле себя несколько банд, большинство из которых составляла ликвидированная нами засада. В лучшем случае, он мог поставить под штык двести с лишним человек. А если Король окажет ему содействие, то и больше.

Волк об этом хорошо знал. Но, кажется, это знание его абсолютно не волновало.

Я в очередной раз задумался – почему остальные Роды не комплектуют гвардию по моему принципу. Но потом мне пришло понимание, что Иркутск, несмотря на важность местоположения – близость к Эпицентру, и границу с потенциально враждебным государством, всё-таки является провинциальным городом. Сильные Рода, наверняка, думали также, как я, и собирали свои гвардии столетиями. Зачем далеко за примером ходить – я видел гвардию Андросовых, и видел «разломщиков» трех княжеских Родов. Вот это реальная сила! Хотя Волк всё-таки был уникальным. Не знаю, за что мне такой подарок. Возможно, Кодекс всё ещё продолжает подкидывать мне ништяки за строгое его соблюдение в прошлой жизни. Но это неточно…

Небольшой проблемой было то, что главная усадьба Боровицкого находилась не рядом с Иркутском. Его дед получил кусок приграничной земли гораздо южнее, на границе с Ханством. В этом был двойной смысл. Во-первых, постоянные набеги монголов делали проживание там опасным. А с другой стороны, пограничные заставы Империи давали хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. В итоге, местная усадьба Боровицких была так сказать, перевалочной базой для его незаконного бизнеса. Вот с нее, пожалуй, и начнём.

Шнырька показал, что на данный момент там примерно сотня защитников, большинство из которых обычные бандиты.

Через два часа поездки я уже наблюдал в любезно предоставленный Потаповым бинокль то, что творится за его стенами.

– Можно начинать! – сказал я.

Прошла буквально минута, и на ломанном русском языке отставной поручик Ким доложил:

– Караулка зачищена!

Павел был из «обрусевших» корейцев в третьем поколении, но иногда прикидывался нездешним, когда это нужно было для дела.

Свою специализацию «Диверсант» он получил не просто так. Его Дар, вместе с усилением тела, давал ему возможность маскировки. Засечь его можно было только по силовым возмущениям. Так-то он становился полностью невидимым. И только что, как показал мне Шнырька, вырезал восемь человек караула так, что никто из них даже пикнуть не успел.

Дождавшись этого момента, Алексей Смирнов – специалист по электронике, тут же образовался внутри, подключив свой планшет, и выборочно выводя «ненужные» камеры из строя, а точнее, останавливая на них картинку записи. Это я видел и в предыдущий раз – всё работало, как смазанный механизм.

Глухие щелчки, и начали падать другие люди. Это Сарамбайкин опробовал новую игрушку. Ну как… пристрелял он её ещё в усадьбе, и сейчас уже опробовал в настоящем бою. Хорошая штука!

Внутри раздались крики и вопли. Волк задумчиво посмотрел на меня.

– Можно идти, – сказал я.

Внутри я призвал две стаи душ, чтобы отвлечь идиотов от нашего подхода. Потапов через секунду всё понял, и недовольно скривился.

– Опять твои штучки! Ты делаешь нашу работу совсем простой.

Да, я решил приоткрыть перед ним еще одну завесу. Это важно, когда ближайший твой верный человек, который отвечает за безопасность Рода, будет знать твои тайны. Вот с Анной все сложнее. Она, как никак, Голдсмит. Делиться с ней секретами не особо получалось. Хотя, девушка она умная, и думаю, о многом догадалась сама.

– Так в этом же весь смысл, – сказал я. – Ненавижу душные превозмогания. Всё должно быть легко и просто.

Я хлопнул его по плечу, и мы побежали внутрь.

Через полчаса в усадьбе не осталось ни одного живого боевика. Связанный обслуживающий персонал находился в сарае, на приличном расстоянии от усадьбы. Я сделал это намеренно. Костёр здесь будет высокий, не нужно страдать невинным людям.

Шнырька быстро «пробежался» по дому, и нашел два тайника. Там было немного золота, много наркотиков, и пятьдесят тысяч рублей.

– Неплохо-неплохо! – улыбнулся я, ощущая, как мой рюкзак ощутимо потяжелел.

Естественно, я забрал всё золото и деньги. Наркоту же Шнырька достал из тайников и разложил на кроватях, чтобы она точно была уничтоженной.

– Ну, что? Устроим небольшой фейерверк? – спросил я.

– Легко! Вася! – Волк подозвал своего гвардейца. – Жги!

Василий Астапов улыбнулся, и сжал в руке белую желейку, вытянув вперед вторую руку, из которой полетела струя горячего пламени.

– Да он чёртов живой огнемёт! – искренне восхитился я, глядя на работу Одарённого.

Я видел это впервые. В предыдущей стычке он действовал исключительно огнестрельным оружием, и действовал, как и все – идеально.

– Да, Василий у нас уникум, не зря у него позывной Феникс, – улыбнулся Волк. – Если на твоем пути стоит вражеский дзот, то всё, что нужно – это доставить Астапова у к нему поближе.

Я представил эту картину вживую, и даже немного поежился. Смерть от огня – страшная штука! Пару раз, в прошлом мире, я был очень близок к этому. Стоять в струе адского пламени Чёрного Дракона – такое себе удовольствие! И да, живой Феникс – страшная штука! По моему мнению, Василий немного до него не дотягивал, но ладно…

Через десять минут вся усадьба бодро пылала. Ожидаемо, Боровицкого на месте не оказалось, и лично передать ему привет не удалось. Но думаю, такой «привет» тоже сгодится.

Я достал планшет, и подозвал Волка. Отметил еще четыре точки – две, принадлежащих Боровицкому, а другие – моему старому другу Королю, а то он что-то расслабился. Судя по докладам Анны, ребята должны сами справиться.

– Сделайте вот с этими объектами тоже самое, что сделали с этим. И да, ты тоже иди, – кивнул я Потапову. – В ближайшее время я в Иркутск не собираюсь.

– Сделаем! Часа за четыре управимся.

– По часу на объект? – нахмурился я.

– Почему… по часу? По два. Мы просто разделимся.

Три человека на банду вооруженных бандосов. Я уже ничему не удивлялся, и молча покачал головой.

Сел в свой джип, и покатил в усадьбу. Попробую ещё немножко подоставать Смородина, глядишь, что-то из этого и выйдет. Водить я умел – научился в этом мире. Коней в прошлом мире я любил – это да. Да и ездовые твари из Разломов тоже были неплохими. Вот только машина в этом мире быстрее и удобнее. Хотя, если попадется где-то летающий маунт, нужно будет брать. А то всё вертолёты, самолёты…

Звук аварийного предупреждения отвлек меня от езды. Это пиликнул сигнал экстренного оповещения Центра. Такое я никогда не пропускал. Краем глаза я заглянул внутрь, и нахмурился. В сети шло оповещение, что Разломы стали вести себя нестабильно. Многие начали хаотично менять свои уровни, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения угрозы. Нифига себе!

Честно говоря, интуиция моя забила тревогу, поэтому я остановился на обочине, и внимательно углубился в изучение информации. Так и есть, чертова интуиция! Один из Разломов, в который повела свой рейд Долгорукова, скакнул сразу на два пункта – с красного на жёлтый.

Твою ж мать!!!

По информации, что я видел на сайте, они зашли туда и, судя по всему, еще не выходили. Быстрее, чем я успел подумать, уже набирал номер Хрулёва.

– Слушаю! – голос «деда» был непривычно сухим.

– Василий Петрович, рейд Долгоруковой все ещё в Разломе?

– Ты не мог сам посмотреть в сети? Обязательно нужно звонить мне?

Явно «дед» сегодня был не в духе.

– Василий Петрович, буду должен! Он точно поменял опасность, и ребята еще внутри?

– Да, точно! – сказал он. – Ребята внутри с двадцати двух часов вчерашнего дня.

Я быстро прикинул – с этого времени прошло уже двенадцать часов, а Разлом пятого ранга можно было пройти часов за шесть… максимум.

– Что планируете делать?

К удивлению, Хрулёв не окрысился на такой наглый вопрос, а как мне показалось, с грустью в голосе ответил.

– «Дежурники» все в Разломах. Ближайшие доберутся к ним только через три часа. Главы Родов проинформированы. Они пытаются срочно договориться с Вольными в Иркутске. Я не знаю, Саша, когда мы туда попадем. Извини, отбой. У меня еще много дел.

Я посмотрел на молчащую трубку.

Один в машине. Ни Кары, ни Отморозка. Экипирован для рейда обычной броней.

Хорошо, что хоть Аквилу от себя не отстегиваю.

Тут раздался звонок. Хрулёв, что ли звонит, забыл что-то сказать? Но нет, это была Анна.

– Саша! Звонил Сидоров. Он был очень любезен, и даже денег не взял. Через четыре часа Боровицкий будет возле нашей усадьбы. И, как сказал Сидоров, он приготовил нам неприятный сюрприз! Чрезвычайно неприятный!!!

Я автоматически нажал «отбой».

Друзья, застрявшие в рейде?

Или усадьба с моими людьми, оставшимися без прикрытия со стороны строителей, которых я отпустил на время, из-за недостатка финансирования…