Глава 8

Я посмотрел на Красивую, и удовлетворённо выдохнул. Моя работящая девочка стала наконец-то живой, в полном смысле этого слова. На поддержание её существования уже не нужно было тратить желейки. Точнее, она их с удовольствием поджирала, предварительно убивая тварей, в рамках выделенного ей от меня лимита. Но она использовала это на усиление собственного тела и духа. Я имел в виду, что теперь могу «отлепить ее от сиськи», то есть искусственно поддерживать её жизнь.

Последние ингредиенты я добыл из слаймов. Эта милая склизкая братия являлась неисчерпаемым ресурсом химических элементов, имевших, в том числе, инородное происхождение. Именно этого мне не хватало для финального аккорда.

Наступил исторический момент – я смог отдать жизнь муравьишки в её руки. Самое главное, что теперь она может производить потомство – живое потомство. А вся её призванная армия, которую я частично держал на себе, а частично она поддерживала за счёт непрестанной добычи желеек, тоже выходила на самоокупаемость. Надо признать, что именно мои силы были минимальными – это своего рода энергетический канал души, дававший возможность находиться им в физическом теле. Само же поддержание физического тела происходило через поглощение желеек и тел погибших врагов. Зато теперь всё добытое ими доставалось только мне. Но опять же, кое-что будет в рамках усиления.

Красивая радостно пищала, и буквально засыпала меня потоком мыслеобразов. Она очень хотела мне помочь, и планировала создать настоящую муравьиную армию. Помня муравьёв-солдат и муравьёв-суперсолдат в Муравейнике, я довольно улыбнулся, а затем потрепал её по большой голове.

Дело в том, что прямо сейчас муравьиные солдаты мне не нужны. Мне сейчас нужны рабочие, много рабочих, которые постепенно будут прогрызать толщу горы, один за другим выстраивая новые помещения. А ещё мне не давал покоя изумрудный рудник на моей новой земле. Туда тоже нужно отправить десант муравьишек, чтобы посмотреть, как там на самом деле, и не надурил ли меня Доброхотов. Хотя, даже если и так, земля реально отошла мне. Проблема этого «дальнего десанта» была в том, что управлять муравьишками я мог доверить только Красивой, но она была у меня одна, и нужна была здесь, на постройке крепости.

Кого отправить командовать раскопками? В голову сразу приходил Один. Нужно эту мысль всесторонне обдумать. Кстати, новые старые земли, которые ко мне снова отошли, были почти не заселены. В них не было постоянных поселений. Там находилось лишь несколько охотничьих лагерей, и одна элитная охотничья гостиница, куда съезжались важные шишки с области, чтобы пострелять обычных зверей, и не только. Дело в том, что это была крайняя северная земля баронства, которая частично была подвержена влиянию Эпицентра.

Доброхотов попросил две недели на то, чтобы забрать оттуда персонал и оборудование. Не знаю, зачем мне понадобятся эти охотничьи домики на самом севере моего баронства, учитывая, что дальше находились полупустые земли разных Родов и, собственно, сам Эпицентр. Но что-нибудь придумаю.

Место там было живописное – берег Байкала, и множество срубов вдоль него. А ещё там был армейский форпост с небольшой флотилией катеров, которые приглядывали за озером, и прилегающей к нему территорией. Так что дорога туда была проложена капитальная. И в принципе, сделать охотничий лагерь неподалёку от армейского форпоста было здравой идеей. Сделавший это сильно экономил на охране. Но это всё далеко идущие планы, а голова у меня болела нынешними делами.

Я улыбнулся, вспомнив лица моих работников, когда фуры открылись, и оттуда с веселым визгом посыпались разноцветные желеобразные скотинки. Не обошлось без казусов. Пара огненных шаров полетела не в ту сторону. Три плевка кислоты подпортили мое имущество. Но слава яйцам, обошлось без жертв. Пришлось быстро, буквально пинками, загнать их внутрь. В этом мне очень помогли два братана – Затупок и Дегенерат, которые с весёлыми звуками изображали из себя пастушьих собак, что гнали отару слаймов в нужном направлении. Да, делали они это не очень нежно, но что толстой шкуре Затупка, что каменному телу Дегенерата было похрен на кислотные плевки и огненные шары. Вот только, после того, как они мне оказали помощь, они были похожи на какие-то предметы авангардного искусства, выкрашенные с ног до головы разноцветными чернилами. Выглядело это очень забавно.

Когда вся мелочь была устроена, передо мной остался только Абсолютный слайм, которого я решил представить своим друзьям. Затупок и Дегенерат не поняли важности момента, и решили поиграть новым другом в футбол, за что были заплёваны всем, что только смог изобразить наш друг. А изобразить он мог практически всё – любое свойство всех остальных слаймов.

В итоге, когда шерсть Затупка всё-таки стала гореть и дымиться, а тот, походу, расстроился, я подхватил слайма на руки и пнул Затупка по толстой заднице.

– Хватит, наигрались уже.

Тут как раз подошла Анна.

– Смотри, какой прикольный! – протянул его ей.

– Бульк! – сказал слизнюк. Тело его мгновенно стало прозрачным, а внутри, как в большом телевизоре, на наших глазах распустилась большая красная роза.

Да, слизнюк был немного эмпатом. Он точно понял, что перед ним девушка, и что она любит красное.

– Уи-и-и! Какая прелесть! – благородная Анна Голдсмит издала звук, похожий на тот, что издавали слаймы.

А потом случилось вообще удивительное – роза, будучи сперва изображением, подёрнулась, и стала как будто материальной. А через некоторое время вышла из тела, и на тонком щупальце слизнюк протянул её Анне.

Анна осторожно ее взяла в руки, а затем внимательно посмотрела на слайма.

– Спасибо, Валера, – сказала она.

Я аж поперхнулся.

– Спасибо, кто?!

– Ну, Валера. Его же зовут Валера!

– С хера ли это? – удивился я.

– Не знаю, – Анна, не отрываясь, рассматривала «розу», и продолжала размышлять. – Слизнюк Валера, по-моему, звучит круто!

– Ты бы его ещё Олегом назвала, – рассмеялся я, и Анна первый раз оторвала взгляд от розы, серьёзно взглянув на слайм.

– Ну какой же он Олег, если он Валера!

Я хмыкнул.

– Хорошо, будешь Валерчиком.

Я аккуратно спустил его на землю, незаметно показав Затупку кулак. Тот, кажется, понял мой сигнал.

– Посмотри, какая тонкая работа, – протянула мне розу Анна.

Я взял цветок в руки, и вынужден был согласиться. Конечно, это была неживая роза. Больше всего она была похожа на какое-то украшение, полностью вырезанное из драгоценного камня. Точнее – из драгоценных камней, потому что у неё, как у настоящей розы, были зелёные листья, чуть красноватые шипы, и сам цветок ярко-красный.

– Да у тебя талант, Валера! – покачал я головой, на что тот довольно забулькал.

Всмотревшись в цветок, я увидел кое-что, что порадовало меня гораздо больше. Эта «роза» смотрелась эфирным зрением, как пустая ёмкость, которую можно было наполнить силой. Грубо говоря, передо мной была заготовка артефакта, которую при наличии хорошего артефактора и при подборе правильных навыков можно было превратить во что-то такое же красивое, но очень полезное.

– Однако… – сказал я. – Похоже, мне повезло с тобой, мой желеобразный друг.

Я похлопал его сверху, и он ещё раз радостно забулькал.

– Петрович, Саныч, – махнул я мнущимся рядом, и изнывающим от любопытства, моим помощникам по хозяйству.

– Да, ваш-бродие? – тут же нарисовались они.

– Петрович, ты мне говорил, что вы запасли сено с избытком на зиму?

– Так и есть, ваш-бродие. Скотины-то у нас почти не осталось. А чтобы без работы не сидеть, накосили мы много. Думали продать, но вот не срослось.

– Давайте, тащите сено сюда. Дорогая, – повернулся я к Анне, – организуй оплату.

– Сделаю, – улыбнулась в ответ мне девушка.

– Не надо оплату, ваш-бродие! Вы и так для нас… – начал Петрович.

Но я бесцеремонно поднял руку, и оборвал его.

– Надо, Петрович, надо. Как говорила моя мама, если тебе предлагают деньги – возьми и скажи спасибо. Ясно?

– Ясно, ваш-бродие! Что ж тут неясного, – улыбнулся Петрович. – Ваша мать была мудрой женщиной!

– Угу, – кивнул я.

Тут я, конечно, слукавил. Это была не мать, это был Старый Мак. Но посыл был правильный, и я всегда так делал. Ну, почти всегда.

– Вася! – крикнул я, увидев новое лицо.

Бывший питерский гопник преобразился, и сейчас с деловым видом тащил в каждой руке по ящику с инструментами, а за ним по пятам шли ещё три пацана такой же наружности. Услышав меня, он заложил крутой вираж с заносом, и подошёл ко мне.

– Да, командир? – сказал он мне.

Стоявший рядом Волк хмыкнул. Походу, это обращение вбил в бывшую шпану именно Волк.

Я открыл было рот сказать, что я им не командир. А потом мысленно пожал плечами, решив, что командир мне нравится больше, чем «ваше благородие», и прочая аристократическая лабуда.

– Смотрю, прибыли твои ребята.

– Так точно, спасибо! Это Жбан, Коряга и Слон!

– Да мы вроде бы знакомы, – улыбнулся я.

– Да… точно… извините, – бывшие гопники стыдливо опустили глаза в пол.

– Что-то Слон похудел с прошлой нашей встречи, – я вспомнил толстяка, который бросился на меня тогда на мосту.

Нимало не смущаясь, Крендель просто пожал плечами.

– Ну, так и жизнь у нас была не сахар.

– Надеюсь, сейчас у вас всё в порядке, – сказал я.

– Конечно, – Вася ухмыльнулся. – Скоро Слон снова станет слоном.

– Ну чё ты, Крендель, начинаешь… – начал тот.

– Как ваши дела? – спросил я.

Среди прибывших ветеранов начертателей и артефакторов конечно же не было, но были двое пожилых мужчин, что работали на артефакторных производствах. Надо было с чего-то начинать, и я их отправил к Кренделю, чтобы они показали основы. Да-да, у меня всё ещё болела голова – где их нормально обучить.

Это мог сделать я. Но у меня на это явно не было времени. Поэтому ребята сейчас просто методом тыка переводили не такой уж ценный материал, чтобы хотя бы просто понять, чем им придётся заниматься.

Дела были «ровно, без п», как выразился Сорокин и я, быстро выслушав предложения и пожелания, отпустил их.

– Саныч, – кивнул я бывшему старосте. – Вы же у себя в таёжном хуторе охотой промышлял в основном, не так ли?

– Верно, ваш-бродие, – кивнул здоровяк.

– И с выделкой шкур знакомы не понаслышке?

– Конечно, – сказал он. – Бабы мои хорошо это дело освоили. Там, где требовалась физическая работа, – он слегка нахмурился, когда на него нахлынули воспоминания, – племяши мне помогали… покойные.

– Ну, с грубой силой мы справимся. Но могу тебе сказать, что обработку шкур и кожи мы возобновляем.

Сан Саныч улыбнулся.

– А, так я готов. Вот только опять же на охоту ходить… Я, конечно, могу, но мне помощники нужны. Кого добывать будем? Белки, соболь, лисы, медведи?

– Не-не-не… – улыбнулся я, и покровительственно положил руку ему на плечо. – Охотиться вы уже не будете. Охотиться буду я и мои ребята. А обрабатывать вы будете не белок, – тут я сбился. – Хотя когда-нибудь и до них дело дойдёт. А обрабатывать вы будете разломных тварей. И вот тут вам придётся немного подучиться, как и этим бывшим малолетним преступникам.

Я кивнул на Кренделя, который направлялся с ребятами в свой новый цех.

– Принцип почти такой же самый. Ну, кроме того, что у таёжных животных брони нет. Да и некоторую кожу обычным металлом не возьмёшь. А так-то обработка ничем не отличается. Нюансам я постараюсь обучить. Ну и опять же, постоянных ремесленников-учителей мы вам тоже постараемся найти.

– Ты собрался перерабатывать туши? – удивилась Анна.

– Конечно, а зачем я, по-твоему, морозильное оборудование заказал?

– Так я думала, что ты будешь туши просто морозить до приезда покупателей.

– Такая мысль была изначально, – кивнул я. – Пока не появились «Валера и его команда», – кивнул я на слизнюка, который на моих глазах, подъев немного травы в округе, сделал маленькую косточку.

Внимательно наблюдавший за этим Затупок восторженно заверещал, когда Валера, используя порыв ветра, пульнул косточку далеко вдаль. Затупок подхватился, и побежал за поноской. За ним тяжело затопал его братан Дегенерат. По пути они снесли две новенькие лавочки. Но я всё равно счастливо улыбнулся. Кажется, Валера постепенно вписывается в нашу компанию. Даже к медоеду подход уже нашёл.

– Это маленькое желейное стадо, – я кивнул в сторону горы, в которой пока что мы заперли полуголодных слаймов, – могут заменить полноценное современное производство. Я думаю, сам князь Долгоруков заплачет, если он попадёт к нам в цех, после того, как всё устроится.

– Заменить современные станки и оборудование? – нахмурилась Анна. – Где ты это видел?

– Во снах, – хмыкнул я. – Сны у меня очень яркие.

Не говорить же мне, что я видел похожее использование слаймов в прошлом мире. Они идеально счищали все остатки мяса, крови и кишок с туш, оставляя стерильную кожу без крови и без запаха. Их чернила отлично ложились на доспехи из иномирных материалов. А магический огонь и кислота позволяли делать невероятные вещи.

Только всем этим нужно управлять. И управлять аккуратно. С другой стороны, на любом производстве есть техника безопасности. И в принципе, ничем не отличается производственная травма, если тебе отрубит руку гильотиной, или тебе в голову плюнет твой рассерженный маленький огненный работник. Нужно будет позаботиться об экипировке бригадиров, – пришло мне в голову.

– В общем, планов много, – закончил я. – Я попозже дам список тварей, трупы которых нам нужно будет выкупить.

– Саша-Саша, – покачала осторожно головой Анна. – Ты понимаешь, куда ты влезаешь? Ладно Долгоруков, у тебя с ним какие-никакие, но нормальные отношения. Но кроме Рода Долгоруковых в Иркутске, пасётся ещё дюжина представителей оружейников, что скупают тела тварей, не только с Империи, но и со всего мира, которые будут не рады новому конкуренту. Да и денег они смогут предложить гораздо больше. Ты разрушишь местный паритет, начнется конкурентная война. И подозреваю, что она может перерасти в вооруженный конфликт.

Я улыбнулся.

– Так получилось, – я обвёл руками всё вокруг, – что теперь это наш дом. И в нашем доме пришлые будут работать по нашим правилам. А что касается денег… Есть ведь альтернативная валюта.

– В смысле? – нахмурилась Анна.

– Мы можем расплачиваться за туши желейками, можем расплачиваться оружием. В общем, тут уж, дорогая, сама придумай, как заинтересовать продавца.

Анна тут же переключилась на деловой лад.

– Я, конечно, придумаю. Но я тебе ещё раз говорю – конфликт неминуем.

– Напугала ежа голым задом, – я легонько, пока никто не видел, хлопнул её по круглой попке, и прошептал на ухо: – Как там дела с рестораном и нашей свадьбой?

– На этой неделе играет свадьбу сын губернатора Иркутской области. А следующие выходные уже наши.

– Супер, – сказал я. – Гости в курсе?

– Конечно, в курсе, – широко улыбнулась Анна. – Неужели ты думаешь, что я могла это пропустить? Самым важным я позвонила лично.

– Дай-ка догадаюсь… Самые важные – это Долгорукова, Андросова, и Хельга? – широко улыбнулся я.

На что девушка хитро прищурилась, и утвердительно кивнула.

– Как там, кстати, Хельга?

– А вы с какой целью интересуетесь? – тут же улыбка сползла с ее очаровательного личика.

– Ой, только не притворяйся, что ты ревнуешь, – сказал я.

– А если это и так? – с вызовом сказала Анна.

– То это не конструктивно, – пожал плечами я. – Так что, принцесса Северного Королевства будет на нашей свадьбе?

– Она ответит позже.

Анна как будто немного расстроилась после нашего диалога.

– Ну, позже, так позже, – сказал я, и потянулся в карман за звонящим телефоном.

В кои-то века у меня был включён телефон, и я увидел имя абонента: герцог Хрулёв.

– Василий Петрович, моё почтение! – улыбнулся я. – С приездом. Вы наконец-то отпустите Архипа?

– Здравствуй, Саша, – послышалось в трубке. – Нет, пока не отпущу. Да, я знаю, что ты ему обещал.

Тут я невольно хмыкнул.

– И поверь, буду благодарен, если ты решишь его вопрос. Но пока он еще занят. Нам же нужно с тобой срочно встретиться.

Не могу сказать, что мне понравилась эта идея. Нет, Деда-то я любил и уважал, вот только у меня были другие планы. Но всё-таки отказать я ему не могу.

– Хорошо. Где?

– Через два часа я буду в твоей усадьбе, – сказал герцог.

– А если я не успею? – не удержался я.

– А с чего ты не успеешь? Ты всего в двенадцати километрах от неё. Даже пешком успеешь дойти.

У меня внезапно включилась паранойя, и я обернулся в поисках камеры, и даже наверх посмотрел. Никого. Наблюдателей рядом не было. Откуда он знает?

– Не опаздывай, я тебя прошу. Это реально важно.

Он положил трубку.

– Странно… – проговорил я.

– Что странно, дорогой?

– Хрулёв. Он стал каким-то другим. Как будто старый пёс, находившийся на глубокой пенсии, встал на защиту своих хозяев. И притом, что он в последние годы лежал под печкой и кушал кашку, то теперь он готов рвать глотки, несмотря на свой преклонный возраст. Вот такие у меня ощущения, Анна, по поводу Хрулёва. У него даже риторика поменялась.

– Я же тебе давно говорила, что у него очень много белых пятен в биографии. Уверена, что восемьдесят процентов из них липа, придуманная для того, чтобы с первого взгляда не вызвать подозрения.

– А Организация информацию не даёт?

– Не-а, – сказал Анна. – Ни за какие деньги. Но это косвенно подтверждает то, что с прошлым герцога что-то не так. Ты бы поосторожнее был, Саша.

– Да не, – отмахнулся я. – Чего-чего, а угрозы я не чувствую. Уж поверь, я в этом разбираюсь. В общем, занимайтесь, а я поговорю.

Рядом из ниоткуда возник как всегда взъерошенный Призрак.

– Командир, я с тобой.

– Хм… – удивился я, открыв рот сказать, но потом тут же закрыл. Даю голову на отсечение, он знает, с кем я встречаюсь. Он же сам по себе, как Шнырька на минималках, и никогда не проявляет инициативу просто так. – Ну, хорошо, запрыгивай, – кивнул я на «Буревестник».

Волк без разговоров сел за руль, и внутрь запрыгнуло ещё четыре гвардейца.

* * *

Первое, что я увидел, когда мы подъезжали к нашей усадьбе – стоящий на площадке «Буревестник», брат-близнец нашего.

– Вот же хитрая жопа – герцог! – беззлобно засмеялся я. – А говорил, что всего три штуки на Империю, штучный товар…

– Так это хорошо, командир, – я увидел, как у Волка загорелись глаза. – Значит, мы можем ещё расширить наш автопарк. А то три штуки – это несерьёзно.

– Ну да. Три штуки, возможно, лучшего боевого транспорта в мире, учитывая, что ни у кого нету и одного – это действительно несерьезно, – рассмеялся я. – Хотя, как я уже вижу, у кого-то он всё-таки есть.

Волк посадил машину, откинул аппарель, и я подошёл к герцогу, который разговаривал с высоким мужчиной восточного типа, смуглое лицо которого растянулось в улыбке, когда он посмотрел на идущего за мной Призрака.

– Привет дезертирам! – вполне дружелюбно сказал он.

– Дурак ты, Сарацин, и шутки у тебя дурацкие, – без улыбки сказал Призрак, и встал рядом со мной. Точнее не так, он встал впереди, слегка загораживая меня своим телом. И это мне совсем не понравилось.

Помимо Хрулёва и таинственного Сарацина, здесь присутствовали ещё четыре их спутника, которые со скучающим видом ошивались неподалёку. Я попытался их просканировать, и еле сдержал изумлённый свист. Вот это да! Полное закрытие. Они не оставляли никакого шанса воздействовать на их внутреннюю энергетическую структуру, не давая даже понять, кто они есть.

С удивлением я перевёл взгляд на Хрулёва, и наткнулся на такую же непроницаемую защиту. Такого раньше не было. Похоже на какой-то артефакт, которых, судя по всему, на них было не мало. Это был второй момент, который меня сильно удивил. Одеты они тоже были весьма странно. Это не была тяжёлая штурмовая броня имперских штурмовиков, несколько комплектов которых я добыл для своих ребят. И это не было похоже на технологические броньки других государств, которые тут и там мелькали среди моих гвардейцев, которые получили их в качестве трофеев в своей прошлой жизни. Эти ребята были одеты во что-то вроде комбинезонов, которые совсем не стесняли их действий. Вот только этот материал… Я бы сказал, что это кожа дракона, если бы не был уверен, что в этом мире нет никаких драконов. Хотя, то, что я их не видел, совсем не значит, что их нет. Но что-то мне подсказывало, что этот лёгкий комбинезончик пробить не смогу даже я, ударив Аквилой в полную силу. Ну, и они, конечно, были обвешаны артефактами, как новогодняя ёлка, которые не были на виду, но я видел отблески силы, разбросанные по всем телу.

Мне, помимо воли, пришла мысль, что если эта шестёрка решит прямо сейчас нас вырезать, то есть ли у меня шанс им противостоять? Все эти мысли пролетели у меня в голове за две секунды. Я нахмурился и бесцеремонно отодвинул Призрака в сторону. Мне пофиг, как это выглядело со стороны.

– Вы знакомы?

– Служили вместе, – уклончиво сказал Призрак, спокойно выдержал мой негодующий взгляд, а потом сказал. – Позже расскажу.

Он перевёл взгляд на Хрулёва, и тот с секундной задержкой кивнул головой, как будто давая ему разрешение. Не нравилось мне это, совсем не нравилось.

– Всё расскажу, – продолжил он.

– Саша, – сказал Хрулёв. – У меня к тебе просьба. Мне нужно, чтобы у тебя пожила одна моя знакомая. Одна очень хорошая знакомая, которая очень дорога мне. Я хочу, чтобы ты за ней присмотрел, как за своей… – он на секунду сбился, пытаясь найти аналогию. – Как за своей Анной. Да-да, я не преувеличиваю. Сделаешь это для меня? – он торопливо добавил. – Я знаю тебя, а ты знаешь меня. У меня сейчас нет времени обсуждать, но поверь – награда будет больше, чем ты можешь себе представить.

Я невольно улыбнулся.

– Это опасное заблуждение, Ваше Сиятельство. Сила моего воображения поистине безгранична.

Первый раз Хрулёв улыбнулся.

– Ну вот, узнаю Галактионова. Мне нужно на некоторое время убраться. Я вообще не должен был здесь быть. И своим нахождением рядом с тобой я подвергаю тебя опасности.

– Опасности? – нахмурился я. – Опасности от кого? Вы же на моей территории.

Герцог сокрушённо покачал головой.

– Просто поверь мне, Саша. Просто поверь. Ты сделаешь для меня это?

– Сделаю, Василий Петрович, – хмыкнул я. – Но подготовьтесь и вы, после того, как вернётесь за вашей… знакомой. Я думаю, что за это время я придумаю себе награду.

– Не сомневаюсь в этом, – сказал он и кивнул Сарацину. – Выводи.

Я ожидал увидеть кого угодно… Но из отсека аккуратно вывели за руку старую женщину, которая смотрела вокруг себя безумным взглядом. А когда её большие зелёные глаза уставились на меня, я несколько оторопел. Это не были глаза безумной старухи. Это был взор очень сильной женщины. Через секунду женщина моргнула, и вся сила бесследно исчезла прочь. И снова передо мной была всего лишь полупустая оболочка дряхлого тела.

Что-то с этой женщиной не так! Очень сильно не так!