Глава 15

— Кара, познакомься, это Ольга! Ольга, познакомься, эта Карамелька! — представил одну девочку другой, когда я подозвал пантеру, что благоразумно отошла от Разлома, чтобы не встретиться с Гермесом.

— Карамелька? — наморщила носик Ольга. — Какое дурацкое имя для такой совершенной машины для убийства!

«А я тебе говорила!» — раздалось у меня в голове.

— Что ты... — начал возмущаться я, но вовремя остановился, подумав, что диалог с пантерой тут будет лишним. — Ну, можешь звать ее Карой. Так лучше?

— Да, так лучше, — серьезно кивнула цесаревна, и присела на корточки, протянув руку. — Привет, Кара!

К моему удивлению, пантера с достоинством подала лапу, что вызвало улыбку у цесаревны.

«Воспитанная» — одобрительно прокомментировала Карамелька. Я на это только хмыкнул, и отошел чуть в сторонку, чтобы немного подумать.

На светских приемах парни говорили, что для того, чтобы произвести хорошее впечатление на девушку, нужно быть галантным, хорошо одеваться и как, минимум, иметь хорошую родословную. Правда... Андросов еще что-то говорил про ум и деньги, но я уже не помню.

В моем случае все вышло проще. Почему-то после всех новостей, что я вывалил на цесаревну, она очень странно поглядывала в мою сторону, и временами перешептывалась со своими напарниками. Кстати, очень интересные напарники. Колец под перчатками не было видно, но что-то мне подсказывало, что это два «неучтенных» Абсолюта, вот только я о них ничего не знал. И никто не знает. В сводках Истов их попросту не было, а значит они принадлежат императорской семье. Не удивлюсь, если их там вырастили и выкормили.

В каждой стране есть такие люди, которых взращивает правящая семья. Да что там правящая... Любой сильный Род старается сделать для себя уников, которых потом нигде не светит, держа специально для своих отпрысков или тайных операций.

Конечно, тех детей, что были когда-то взяты для Истов, могло быть не одна сотня, и даже не пять, а выжило, ну, не знаю... Двое? Ладно, это слишком трагично, думаю, погибла только половина. Интересно, а сколько в этих двоих было вложено денег, и так ли они хороши? Сила есть, а ум? Пока не вижу...

— Я все обдумала! — подошла Ольга ко мне.

— Слушаю внимательно, цесаревна... — почему-то мне доставляло удовольствие постоянно называть ее по титулу и смотреть, как та морщится.

— Я разрешаю тебе называть меня Ольгой!

— За тридцать минут вы пришли только к этому? — я не смог удержаться.

— Ш-ш-ш-ш-ш... — зашипела она, и её рука попыталась сжать свой меч, похожий на тесак какого-то тролля, покрепче, но в руке ничего не было, и она это поняла. — Я тебе сейчас глаза выцарапаю!

Возмутилась она ещё одной моей улыбке. А чего не смеяться-то? Она так смешно начала искать оружие под рукой, что нашла только аккуратные ногти, на которые был нанесен розовый лак.

Вообще-то она вызывала у меня двойственное чувство. С одной стороны, опыт у нее был, и это странно. Видно же по ней, что она выбита из привычной колеи, слишком много неоднозначных новостей я принес. Ох, принцесса... Нельзя же так. Хотя, как показывает опыт, именно опыта бывает слишком мало, чтобы легко перенести тяжелые новости, когда в них фигурируют близкие и дорогие тебе люди. А она только-что узнала, что один из Абсолютов предал Империю. Можно подумать, что это мелочи, и таких аристократов еще много, и вообще это не первый и последний случай. К примеру, в Империи есть, как минимум, три клана из Китая, которые перебрались к ним. Кстати, да... У всех Рода, а у них именно кланы.

Вот только это все не так просто. Потерять Абсолюта — это потерять репутацию. Я читал, что было, когда потенциальный Абсолют Архип потерял свою силу, хотя новости здорово подтирали. Тогда многие страны писали, что Империя недальновидна, и потеряла на ровном месте сильного Одарённого.

А в силе Абсолюта я смог убедиться лично. И полагаю, что артефакты у него были не самые сильные. Вообще, когда вернусь, у меня будет интересный разговор с друзьями на тему артефактов. Какого хрена они не ходят с ними в Разломы? Хотя, есть и догадки... Кажется, не зря я читал о том, что Империю боятся из-за силы и отличной выучки наших Одарённых. А с другой стороны — называют криворукими мудаками, которые кроме техники, ничего не могут создать.

Так оказалось, что в Империи слишком мало толковых артефакторов. Поэтому такая высокая цена за предметы низкого качества, и поэтому берегут сильные артефакты, которые удается произвести или затрофеить. Непорядок, если так... и моя мастерская будет очень кстати. Нужно посмотреть, что местные скажут, когда увидят, например, клинок с эффектом тройного жала и адамантитовую кольчугу.

— Эй! Ну, что за дела... Почему ты сломался? — я настолько задумался, что выпал из реальности, а точнее — из разговора, и сейчас цесаревна, грустная, щелкает пальцами возле моего лица. — Я же реально план придумала, а тебе неинтересно.

Она натурально расстроилась, надув губки. Странная она. Настроение так и скачет. То передо мной опытный жёсткий воин, то маленькая девочка.

Мда-а-а... «Проклятие» Универсала, похоже...

— Я просто был очарован твоей красотой, — решил сменить тему, чтобы смутить ее.

— Да? Тогда нормально, такое часто бывает. У меня еще новая прическа, которая хорошо подчеркивает мои глаза, а они мне от мамы достались, — широко распахнула она глаза, подходя ко мне поближе, чтобы я рассмотрел их, как следует.

Я хотел ее смутить, а оказалось, что это не работает. Она прямо таки уверена в своей красоте, и думает что знает, как использовать ее по полной. Получается как-то по-детски, но тем не менее, интересная она, однако.

В общем, ее план заключался в том, что нам всем нужно пойти и убить все кристаллы. Так и сказала — сперва «убьем кристаллы», а потом выберемся отсюда. В этом плане меня ничего не смутило, кроме того, что она решила разделиться. Мне в напарники выделила Гермеса. Вроде неплохо все, но какого хрена она решила, что Карамелька должна пойти с ней и Аресом?

Ладно, я не стал спорить. Кара тоже, хоть и посмотрела грустно на меня. Поняла, что при любой возможности ее потискают. А она не любит, когда это делают при мне. Ведь она деловая кошечка — машина для убийств. Но я-то хорошо знаю, благодаря Шнырьке, как часто она подходит к Анне, тыкаясь в нее мордочкой, как маленький котенок. Хотя Ольга видит, в первую очередь, в ней «машину смерти», так что возможно тискать не будет. Не прямо сейчас.

На отдых у нас было немного времени, может минут двадцать, и после этого мы сразу выдвинулись. Я успел восстановиться и отожраться желейками, которых осталось не так уж и много. Бой с Абсолютом был труден. К сожалению, я не могу использовать все свои козыри.

Наверное, может показаться, что я полный идиот, раз рисковал своей жизнью, но это далеко не так. Мои навыки выходят за рамки слабого Рода. И узнай о них сильные мира сего, и не будет у меня Рода. Придется постоянно находиться в бегах.

Люди же во всех мирах одинаковы. В моем прежнем мире тоже Охотников, тех, что послабее, любили брать в плен. Однажды мы так лишились нашего Мастера Генриха. Совершенно бесталанный Охотник, который еще в юношестве должен быть погибнуть, но вовремя открыл в себе Дар к ювелирному артефакторству, чем и заслужил свою славу. Настолько искусно вставлять зачарования в мелкие украшения, наверное, никто не умел. Два месяца он провел в заточении после того, как на одной из прогулок его выследили и схватили. Вообще-то смешно было, что его не охраняли, но такие вот Охотники. Они не любят нянек. А он, хоть и был слабым, но все же Охотником. Мы его освободили, конечно, когда нашли, а еще тогда освободили мир от одного Ордена Тайного Манускрипта, который хотел стать сильнее, думая, что его древние подземелья не пропускают вообще никакую магию. Пропускают, если к тебе в гости пришли Охотники.

Снова не туда мои мысли ушли, ой, не туда. В общем, я поступил так, как должен был. О моих навыках миру еще рано знать. Вот когда станет мой Род по силе равным Роду Доброхотова, тогда и будет пора.

С Гермесом мы успешно продвигались дальше, и нам было настолько легко месить всех местных жителей, что я даже немного заскучал. Всё-таки он чертовски хорош! До меня доходили далеко не все твари. Видимо, он это тоже понял и остановился.

— Слушай, я знаю, что мы должны бродить вместе, но давай разойдемся, а? — серьезно повернулся он ко мне.

— Ты меня бросаешь? — удивленно глянул на него. — После всего, что между нами было?

Ну реально, смешно прозвучали его слова.

— Все... Ты доигрался! — улыбнулся Гермес. — С одной ногой дохромаешь назад, падла.

Сказал он это после того, как выстрелил в мое колено.

— Ага, дохромаю! — ответил я ему с улыбкой, и пнул булыжник, который валялся рядом.

Я напитал ногу от души, но камень не мог полететь на манер футбольного мяча. Вместо этого он разлетелся на мелкие части. И получилась такая себе картечь.

Его стрелу я ловко сумел перехватить одной рукой в полете, чем удивил стрелявшего. А вот множество моих мелких камней перехватить он не мог, как и увернуться от них. Конечно, он создал воздушную технику, которая откинула назад слишком мелкие камни, но те, что были покрупнее, получившие больше импульса, было не остановить.

— Ах, ты ж... — выматерился он, когда они попали в его доспех, и тот заметно просел. Конечно, убить его таким способом невозможно. У него качественный доспех, который похож на тот, что и у цесаревны. Сразу видно, что из одной сокровищницы, как и всё имущество Императорского Рода. Его фишка была в том, что он сразу латал именно те места, которые проседали.

— Ага! — кивнул ему. — Не стоит играть с теми, кто сильнее тебя, — на полном серьезе выдал ему.

— Шутку я оценил, дерзкий юноша! — оказался он рядом, и посмотрел мне в глаза. — Как и характер. Только не стоит больше на меня нападать, а то я могу и психануть, — покрутил он пальцем у виска. — Лучше достойно прими мою стрелу в колено, и делов-то.

Мы посмеялись, и я не стал ему говорить, что не шутил. Хотя вражды между нами не было, а скорее своеобразное испытание друг-друга, практически, «дружеские» проверки, но мы все равно разошлись. Он сказал, что знает, где находятся два кристалла, и карта у него есть. А я могу идти и развлечься в парк, который тоже здесь был, и там жили слабые гоблины. А примерно через два часа мы встретимся в лагере.

Он считает, что я его замедляю, ведь пока я добегу до кого-нибудь, он уже его убивал. Впрочем, так и было. Не хотел я показывать, на что способен, перед ним. Зато сейчас я иду в одно интересное место, которое специально нашел для меня Шнырька, и находилось оно под землей. Правда, входа нигде не было видно. Такое ощущение, что они строили канализацию, без возможности легко туда спуститься в любой момент. Возможно, это нужно было, дабы избежать разгула преступности, но все равно непрактично.

Вот помню, в одной стране, чтобы внизу не прятались темные личности, устанавливали огненные артефакты, и два раза в месяц, в случайное время, их активировали. Кто не успел уйти, тот оставался там навсегда, становясь кучкой пепла. Сумасшедшие огненные архонты, что с них взять. Не признавали никакой магии, кроме огненной. А всех детей, которые рождались с другим Даром, они продавали в рабство в другие страны.

То, что нет входа, для меня не было проблемой. Дал Шнырьке задание найти удачное место, и он отвел меня туда. Оно оказалось аккурат напротив полуразрушенной статуи кентавра. Правда, голова у него не уцелела, как и одно копыто, а вот между ног... ничего не отвалилось.

— Ш-ш-ш-шты-до-ба! — воскликнул Шнырька, прикрывая лапкой глаза.

— Ага! — хмыкнул я.

Как попасть в место, куда нет входа? Правильно! Сделать это вход самому. Я напитал клинок взрывной силой, и ударил им в землю. Силы вроде немного влил, но эффект вышел неплохой. Ударная волна разошлась во все стороны, и задела больше всего статую, находящуюся на площади. Статуя, правда, издевательски, отбросила еще одну ногу, но все остальное осталось. Крепкая, зараза...

Земля же пошла трещинами от такого всплеска, и теперь мне оставалось только ударить ногой, на которую наложил бронебойную магему. Та, в свою очередь, должна была направить импульс удара в одну точку. В бою бесполезная штука из-за своей нестабильности при столкновении с чужеродной аурой, а вот физические объекты долбать самое-то. Камень не выдержав, жалобно хрустнул, и мы полетели вни-и-и-и-и-з…

— Ты какого не сказал, что тут восемь метров высота? — уже внизу кинул предъяву Шнырьке, который сейчас лежал на полу и ржал.

— Ш-ш-ш-шабыл, гы-гы-гы... — вовсю скалился он.

Ну-ну... Я тоже однажды забуду поставить свою подпись под заказом очередной партии мороженого.

Это подземелье я выбрал не зря. Здесь мало того, что не было никаких монстров, ну, по крайней мере, в радиусе двух километров, так еще и были кристаллы. Да-да, они тут были, как оказалось. Правда, о них я узнал совсем недавно.

Тяжело здесь Шнырьке проводить разведку. Очень сильный здесь Разлом, и я с уверенностью могу сказать, что нам его не закрыть. По крайней мере, быстро. Здесь столько всего, что и за год не обойти. А сколько мест, в которые мой мелкий не может попасть? Вот в одно такое место Шнырька хочет меня привести. Так сказать, проверю, что там есть полезного, и заодно кристаллы сломаю.

Сажусь в позу лотоса, и прошу Шнырьку показать поконкретнее, где находятся кристаллы, пока я призываю своих тварей. Рассчитывал свои силы так, чтобы они точно справились. Можно сказать, на лету исследую кристалл, и его крепость, чтобы знать, сколько и куда, а еще кого отправлять. Один оказался достаточно тяжелым, в особенности тем, что находился в замурованной комнате, до которой, кажется, метров пять скальной породы. Непонятно мне, зачем такая нужна была, но там реально ничего не было. Могу предположить, что это тайник сильного Мага Пространства, который мог создавать порталы.

Тварей вышло ровно семьдесят, но зато я закрою сразу три кристалла, в то время, когда остальные сделают, максимум, по два. Будем надеяться, что этого хватит, если учитывать, что мои довольно сильные. Они настолько старые, что их уже никто не охраняет. Ни разу никто их еще не находил, а это заставляет задуматься о том, как работает сам Разлом.

В подземном коллекторе было прохладно, но сырости не было. А еще вокруг была темнота, и она вроде бы мне не мешала, но все равно, на всякий случай, призвал пятерку светлячков, которые летали надо мной и светили. В душе не гребу, откуда они у меня... Полагаю, что это все проделки Одина, который любил охотиться на всякую мелочь. Где он только их нашел, и как убил? Неужели зубочистками кидался?

Маленькие светящиеся шарики, размером с ноготь, а света давали, как полноценный магический шар. Они были настолько мелкими и незначительными, что я их обнаружил только в бою с Вербицким, когда перебирал варианты плана «А» и «Б». Дальше планировать не имело никакого смысла. Скорее всего, после плана «Б» никто не выжил бы в радиусе двадцати километров, и я, в том числе...

До нужного места я дошел за минут двадцать, и тут меня ждала та же самая история, что и с кристаллом. Помещение, которое нужно мне, полностью замуровано, и доступа туда нет. Кстати, таких вот мест встречалось очень много, и полной их функции я еще не понял. Прошлые меня совсем не интересовали, ведь были полностью пустыми, а вот этот... В этот Шнырька не смог проникнуть, и потому решил показать его мне. Мелкий знает, что нам нужны деньги, вот и предположил, что это тайный схрон или сокровищница.

Подошел к стене, и стал ощупывать ее. Магического отклика не встретил, это специально сделано, чтобы не спалиться. Скорее всего, это место сделано искусственно, и не скрывается ли за ним какая-либо аномалия? Те, в свою очередь, могут скрывать свой фон.

— Ш-ш-ш-шламай! — в предвкушении богатой добычи не выдержал Шнырька.

— Ага, «шламай»... Тут такая толщина, что как бы потолок не обвалился, — стал раздумывать, как лучше поступить. — А знаешь что... Ты пока не сиди у меня над головой, а лучше давай, дуй, к нашей цесаревне, и проверь, как у нее там дела.

— Ш-ш-ш-шю-ка! — расстроился Шнырька, который подумал, что я все сделаю без него, а ему ведь тоже было интересно.

— Ой, давай, не начинай! — отмахнулся я от него. — Я тут буду долго возиться, так что успеешь, если только не застрянешь там надолго.

Даже не попрощавшись, он пропал, и стал показывать мне то, что видит. Пока ничего интересного, много разных тварей, которые бродят по замко-городу, или сидят в своих гнездах, высиживая свое потомство.

Временами мне кажется, что Шнырька стал меняться. Он был пацифистом, но ведь это было в том мире? Теперь, как мне кажется, стал об этом забывать. Как еще объяснить то, что он, проходя мимо, спер у самки грифонши яйцо, и кинул им в грифона. Когда оно разбилось, та пришла в ярость, и накинулась на своего мужика. Как-то нифига не по-пацифистки, что ли. Да, это твари, а не люди, но такой инициативы за Шнарком я раньше не замечал. С другой стороны — с кем поведешься... Грифоны эти, кстати, необычные, черного цвета, и глаза у них мутные. Явно с психикой не все хорошо... Одичали они здесь, что ли.

Такс... Приступим, пожалуй! Размял я кулаки, и приготовился нанести первый удар.

Первый удар вышел хорошим, но ничего не сделал, так как энергии влил немного. Была боязнь обрушить здесь все, а под завалом оказаться не хотелось. Шум может привлечь множество тварей. И так уже через наш ход проникли твари, и теперь разведывают коллектор. Пришлось призвать еще своих подопечных, и отправить их разобраться с мелкими гоблинами. Для этого выбрал летучих мышей-переростков и трех волков. Они будут охранять вход, и по их смертям я смогу понять, когда сюда заберется кто-то достаточно сильный.

Нанес еще несколько ударов по стене, а ей плевать. Это печалит меня, да и времени особо нет. Потому решил не экономить, ведь любопытным был не только Шнырька.

Призвал сразу шесть муравьев, похожих на детей Красивой. Они отлично умеют прогрызть камень. Вот их и натравил на стену, а сам, пока ожидал, сел медитировать. После такого сложного боя мне просто необходима была медитация, чтобы восстановить поврежденные участки тела и каналов. Обратил внимание, что битва для меня не прошла бесследно. Я неплохо так набрал мощи. Были у меня закупоренные каналы, силу которых я все никак не мог раскрутить. Сейчас парочка полностью «пробилась», и была нормальной. Видимо от напряжения силой они встали на свои места. Теперь их нужно будет поберечь до полного восстановления и закрепления.

Муравьи уже минут семь долбят стену, а пробурили только метр. Крепкая здесь кладка, словно строили не то, чтобы на века, а вообще на всю оставшуюся жизнь этого города, и даже чуть больше. Поняв, что работа идет слишком медленно, призвал еще десяток таких рабочих. Больше было нельзя, они здесь просто не помещались, и не доставали до нужного лаза. А сносить всю стену глупо.

Шнырька, в свою очередь, проверил цесаревну, которая сейчас стояла почти у самого кристалла, и уничтожала там поголовье странных существ, похожих на големов. Правда, они были из мяса, хотя такие же тупые. Она с Аресом легко их рассекала пополам, и думаю, что через полчаса достигнет своей цели.

Шнырька после того, как дошел до нее, сразу же последовал обратно. Но направляясь назад, не стал мелочиться, и заглядывал в разные интересные места, и теперь тащит мне целый пакетик всякого добра. В основном попадались украшения. Вообще странно, что именно украшения валяются в таких местах. Где артефакты? Где секретные лаборатории? Возможно все уже украдено до нас? Кто знает, сколько миров имело доступ к этому Разлому, и что отсюда успели вынести. Да и вообще, сколько раз он был полностью зачищен, и заново заселен? Ответов на все эти вопросы я не знал.

Пока у меня было время на себя, я наконец-то решил заглянуть в кармашек, о котором так долго размышлял по дороге. Еще во время похода с Гермесом мне удалось взломать защиту очень интересной вещички. А именно колечка, которое спер Шнырька и поставил мне в карман, когда я уходил в тень после схватки с Вербицким.

Дорогое на вид кольцо, обрамленное сапфирами, было опечатано рунами, которых я даже не знал. Зато я знал, как пользоваться... пространственным артефактом. Такие кольца стоили очень много, наверное, больше десяти или двадцати миллионов, и это я могу смело сказать, без преувеличения. Они очень ценились, и часто доходило до того, что аристократы вшивали их в свои тела, чтобы никому не выдать информацию. За такое кольцо и графа убить могли.

Конечно, цена была разной, в зависимости от вместительности. В прошлом мире у меня такие были, хотя и не слишком много. У нас они тоже были в почете, и считались редкостью. На них уходили ингредиенты из самых сильных тварей. Вроде пространственная магия, а столько органики требовалось, что снова возникали вопросы.

Это кольцо было с печатью защиты. Любой другой, кроме хозяина, кто его оденет, не умрет, конечно, но и кольцо не станет работать. У всех, кроме Вербицкого, оно останется простым красивым кольцом, которое ничего не представляет из себя. Но я-то знал, что оно пространственное, и даже скажу больше, чувствовал это.

С защитой я справился не без труда, и поступил просто варварским методом. Других я не знаю... Пространство — это тонкая материя, и часто в нем что-то ломается. Чтобы не убить артефакт из-за ошибок носителя, есть функция его перезагрузки, если знать нужный шифр из магем и рун. В этом оно было... Только кода я не знал, а потому продавил все чистой и необузданной голой силой, просто выжигая, что мне не нравилось, все блоки памяти артефакта о Вербицком. Таким образом, я перепривязал его на себя, но потерял все, что в нем хранилось. Кстати, даже в моем мире не знали куда деваются вещи, которых касается перезагрузка.

Кольцо на палец село, как родное, и я смог заглянуть в пустое пространство. Теперь я, можно сказать, имею свой маленький склад. Его размер тяжело оценить, вот так, на глаз, надо экспериментировать, но судя по всему, не больше сотни килограмм.

Пока трудились мои муравьишки, я игрался с колечком и исследовал его, а когда был пробит последний слой, мне резко стало не до кольца. Оттуда внезапно вырвалась когтистая лапа, схватила одного муравьишку, и утащила в темноту. Я сразу направил туда светлячков и верного Шнырьку.