Глава 10

Конечно же, я не продал Байкал отмороженному рыбаку, и по совместительству, одному из самых главных артефакторов в Империи, уважаемому Михаилу Сергеевичу Волгодонову!

Во-первых, Байкал не мой, а во-вторых, если бы даже был мой, всё равно не продал бы, потому что это озеро мне и самому нравится — вызывает величие своей безграничной водной гладью и потрясающей красотой! Люблю я усесться на берегу и просто помедитировать, глядя на всю эту красоту. Хотя, зная Волгодонова, этот дед так просто не угомонится. Теперь, наверное, у Императрицы начнёт пороги оббивать, чтобы получить озеро в свою собственность, наделать старших «братьев» и «сестёр» его артефакторной удочки и дубасить бедное озеро до тех пор, пока не поймает ту рыбу, которой там нет.

Ну, ржу я, конечно, никто ему такого не позволит, но всё равно, с этим дедом надо быть поосторожнее. Похож он чем-то на меня — вижу цель, не вижу препятствий. Такие люди быстро увлекаются и сложно тормозятся. А в момент торможения может ещё случайно зашибить того или тех, кто решил его затормозить. Но с другой стороны, дело пошло. Не знаю, было ли дело в нашей эпической рыбалке или что-то другое сподвигло графа на сотрудничество до нашей встречи, но Михаил Сергеевич оставил координаты своих ответственных за производство, с которыми я должен был состыковать Анну и Кренделя. И предупредил, что если будут какие-то заминки или непонятки, то я всегда могу набирать его. Проблема разрешится мгновенно и безболезненно. А ещё он попросил построить рыболовную базу у меня на берегу. Точнее, не рыболовную, а базу отдыха. И вообще-то не базу, а типа местечко для отдыха для своих. Но всё это я выяснил уже в результате уточняющих вопросов.

В общем, Волгодонов кивнул на мой берег, на котором стоял один старый причальщик с сутулой лавчонкой и парочкой наспех сколоченных столов для шашлыка и сказал, что не дело такому уважаемому барону, как я, не иметь гостевых домиков для прибывших к нему на рыбалку. На что я резонно возразил, что места у меня в усадьбе полно, но граф тут же вернул контраргумент: рыбак не должен удаляться от воды дальше, чем к ближайшим кустикам, где он может поссать. Такой народной мудрости я не знал, но поверил ему на слово. Тем более что единственное, что просил граф взамен — это беспрепятственный пропуск для него и его сопровождающих на будущую базу. Что ж, это только в моих интересах.

Мы ударили по рукам, и я вернул его потерянную удочку, после чего граф унёсся со своим кортежем прочь. Буквально через пятнадцать минут меня набрала Анна и поинтересовалась, не знаю ли я что-то о бригаде строителей, которые уже грузятся и выезжают к нам. Я понял, что Михаил Сергеевич слов на ветер не бросает. База у меня будет, и очень скоро. Но это все бытовые мелочи… Мне позвонил генерал-майор Морозов, который осторожно поинтересовался, где носит «его благородие», то есть меня, так как он не может найти меня в крепости, а мои гвардейцы отвечают, что «вот только-только тут был», «куда-то вышел и скоро вернётся», и это продолжается уже битых полтора часа. Я матюкнулся и полез в портал, захватив с собой моего старого, но уже волосатого друга.

— Ваше Светлость! — кивнул я Морозову. — Ваша Светлость! — кивнул ещё раз стоящему рядом с генералом Долгорукову, который дружелюбно улыбнулся в ответ. — Вы хотели меня видеть?

Павел Морозов кивнул.

— Мы получили приказ приостановить наступление и встать лагерем до дальнейших указаний. Подозреваю, что наши дипломаты о чём-то там договорились, — скривился молодой вояка, и я его отлично понимал, и полностью поддерживал.

Недобитый враг, как ни крути, но всё-таки ещё враг. А вот мёртвый враг — уже как бы и не враг, и вообще, после него остаются только приятные воспоминания.

— В общем, я хотел попросить у тебя разрешение расквартировать часть своих ребят. Но, в первую очередь, снабжение и госпиталь в этой крепости, — он замолк, как будто не решаясь еще что-то сказать.

— Да без проблем! — улыбнулся я. — Места тут всем хватит.

В принципе, исходя из того, что я увидел, гарнизон крепости в лучшие времена состоял из пяти тысяч людей. Учитывая сейчас присутствующих пару тысяч северян и небольшое количество моих гвардейцев, то две с половиной тысячи имперцев здесь точно разместятся. Опять же, у меня не будет болеть голова, кто будет защищать мою крепость.

— Мне это только плюс, побольше охраны у моей крепости.

— Насчёт «моей крепости», — скривился Павел. — Это следующий вопрос, который я хотел с тобой обсудить, и, если можно, наедине.

Я улыбнулся и покачал головой.

— Андрей Потапов — мой командир гвардии, у меня нет от него секретов.

— Да, я уже в курсе, — внезапно улыбнулся Павел. — Стремительная карьера, я ему уже сказал. И только уважение к вашему подвигу, барон, спасло этого… — он сбился и иронично улыбнулся. — Теперь уже, как я вижу, волосатого товарища от хорошей трёпки.

— Вряд ли бы это получилось, Павел Иванович, — покачал головой Волк. — Бить вас не позволяет субординация, но и себя бы побить я тоже не дал.

— Уверен? — продолжал подначивать старого боевого товарища Морозов. С нашей последней встречи я научился паре-тройке приёмчиков.

— Так ведь и я на месте не стоял, Ваша Светлость, — улыбнулся Волк.

— Ладно, последний вопрос. Потапов, откуда у тебя, твою мать, волосы⁈

Тут уже Морозов и Долгоруков перестали сдерживаться и дружно заржали. Я увидел, как покраснел Волк, не удержался, и сам начал смеяться. Это реально было очень смешно, и мне кажется, эта шутка ещё долго не устареет. В отличие от своих гвардейцев, на двух княжичей Волк не планировал обижаться. К моему удивлению, он только вежливо улыбнулся и промолчал.

— Вернёмся к нашим баранам, — отсмеявшись, сказал я. — Мне очень не понравилось ваше замечание.

— А мне очень не понравится сейчас то, что я тебе скажу, Александр, — сказал Морозов. — Собственно, и говорить я тебе это не должен. Но Сергей, — он кивнул на Долгорукова, — и моя сеструх… Извини… сестра Светлана отзывались о тебе исключительно положительно. Да и из того, что я вижу, я понимаю, что они правы. Так вот, эта крепость сейчас имеет очень тонкий юридический статус. Ты знаешь, как она досталась твоему Роду?

— Знаю, — кивнул я. — Мы её построили. Своими ручками и за свои денежки. С нуля, на этой грёбаной вершине. Вот как мы её получили!

Помимо воли я начал злиться, примерно уже представляя, что он мне сейчас скажет.

— Да, всё верно! — согласно кивнул Морозов. — Вот только это территория Монголии. Мы находимся, как ни крути, на территории Ханства.

— И что делать?

— С этой землёй решать не нам, а Императору, — тут он снова сбился. — То есть, в настоящий момент — Императрице.

— И какие могут быть варианты? — улыбнулся я. Мне реально стало очень интересно.

— Ну, первое — Императрица объявляет эти земли своими. И это будет реально земля Империи. Крепость тоже будет собственностью Империи, а не Рода Галактионовых.

Я скривился, но продолжал слушать.

— Второй вариант — мы отводим войска из крепости и уходим с территории, оставляя границы, как прежде. Какой тебе вариант нравится больше?

— Как ни странно, но оба варианта говно, — выразил своё отношение к этому. — Поэтому предложу третий вариант. Если Империя не захочет забрать свои исконные земли обратно, а отойдёт в сторону, то я и мои ребята останемся здесь. И это будет королевство, — я на секундочку задумался, — Галактионово. Во, отлично звучит! Всегда хотел иметь маленькое, но очень гордое Королевство! В первом же случае, это будет… — я улыбнулся, сделав драматическую паузу. — Точно также. Только маленькое, но очень гордое королевство будет на территории Империи. Как вам такое, Ваша Светлость?

Морозов покачал головой.

— Ты не знаешь, вот что ты влезаешь, Александр.

Тут уж я не выдержал и заржал, наверное, немного истерично.

— Это я-то не знаю? Ой, уморил…

Даже Волк, стоящий рядом, начал потихоньку гыгыкать в кулак. Долгоруков, который знал обо мне чуть больше, чем Морозов, также не сдержал улыбку, но старался, чтобы его непосредственный начальник этого не видел.

— Вы неправильно выразились, господин генерал-майор. Я-то прекрасно знаю! А вот если кто-то решится выбить меня с моей собственности, пусть лучше десять раз подумает.

Морозов молча покачал головой. Я примерно представлял, о чем он думает. Если на меня обрушится вся мощь, либо Монгольского Ханства, либо, не дай боже, Российской Империи, это будет… Эпично!

Стоит ли мне закусываться с сильными мира сего? Ну, так я вроде в последнее время только этим не занимаюсь. А ещё, конечно же, у меня была надежда на то, что Императрица прислушается к моим аргументам. Во-первых, она мне должна, а во-вторых, кроме того, что она красивая женщина, она ещё и умная. Но также я понимал, что большая политика — это большая политика. И вокруг неё может быть очень много доброжелателей, как внутри Империи, так и за её пределами, которые «легко» надуют ей в уши разной херни.

— Единственное, что после нашего разговора, — я убрал улыбку с лица. — Мне вот что пришло в голову… Если вам, генерал-майор, дадут приказ нейтрализовать подразделение моего Рода и моих союзников внутри крепости, вам сделать это будет гораздо проще, учитывая, что ваши войска тоже будут внутри. Так вот, я вас спрашиваю, если вам придёт такой приказ, вы его выполните?

Одно удовольствие было смотреть на лицо Павла, на котором появились реальные муки выбора. Я хорошо знал его сестру, неплохо его отца, и поэтому предугадал.

— Нет, барон, в этом случае я выведу войска из крепости, предупрежу вас, ну, а потом, не обессудьте, начну штурм.

— Спасибо, — я протянул руку, — этого мне достаточно.

Морозов явно не ожидал такой реакции, но также пожал мне руку. Когда он собрался её убрать, я её придержал.

— Тогда вам мой добрый совет. Позвольте, я немного модифицирую ваш план. В случае, если это произойдёт, и вы выведете войска, то лучше прикиньтесь больным. Уйдите в отпуск или просто погуляйте по горам. Говорят, здесь прекрасные цветки растут. — Эдельвейсы, вот! Нарвите букетик! Но только не участвуйте в штурме. Это будет… Скажем так, непоправимой ошибкой, — попытался сгладить посыл своей речи.

От Морозова ощутимо потекла сила. Молодой амбициозный генерал не привык, чтобы с ним так разговаривали. Да, он желал мне добра. Да, он уважал свою семью. Да, он следовал своеобразной чести. Но прямо сейчас ему предлагают поддаться трусости.

— Воу-воу! — засмеялся я. — Вам не нужно ничего отвечать, и не нужно никак на это реагировать. Мне достаточно того, что вы услышали. И если придёт такой момент, просто вспомните о моих словах. Это всё, о чём я вас прошу.

Я хлопнул второй ладонью по всё ещё сжатой руке княжича, отпустил её, развернулся и ушёл в крепость. Намерения обозначены, больше мне беседовать с командующим не о чем. В данный момент он превратился в абсолютного нейтрала с небольшой примесью угрозы. Именно так я его сейчас воспринимаю. В зависимости от того, какое он примет решение, так и я буду к нему относиться. В любом случае, это решение достойно уважения.

Зайдя в главный зал крепости, я с удовольствием посмотрел на новую порцию смешков тех гвардейцев, которые всё это время были в гарнизоне и пропустили преобразование Волка. Но гвардейцы — это не княжичи, поэтому они моментально получили не очень приятные наряды, и сбежали от греха подальше. За столом остались только я, Волк и несколько «старых» гвардейцев.

— Итак, ты всё слышал, — спросил я у Волчары. — Твоё мнение?

— Даже если Павел нарушит слово, в чём я категорически не уверен, зная его, но в условиях войны это требует рассмотрения. Так вот, если он нарушит обещание, то пока здесь находятся северяне, которых я тоже предупрежу, вряд ли у имперцев что-то получится. Да, будут жертвы, но крепость они не возьмут. Два дирижабля над нами разотрут их по склонам этих гор. Очень бы не хотелось мне такого варианта, но примерно так.

— Согласен с твоими выводами, — сказал я. — А знаешь, что? Мне только сейчас это пришло в голову. Я просто запрещу заходить имперцам сюда с оружием, абсолютно всем, кроме родовых мечей у аристократов.

— Им это сильно не понравится, — нахмурился Волк.

— А ты знаешь, я тут немного поразмыслил, и мне похрен. Я спросил, Павел ответил, спасибо ему за честность. Вот тут, как говорится, доверяй, но проверяй. Да, всё ещё останутся Одарённые, которым не нужно оружие, но это будет гораздо проще. А ещё, — я подошёл к небольшой старой карте плана-схемы крепости. — Во внутренний замок их не пускать. Вообще никого, даже офицеров. С распределением защиты ты сам справишься, я думаю, что тебе не нужны советы.

Волк поднялся и подошёл ко мне.

— Да, здесь и здесь расставим орудия. Здесь пулемётные гнезда. И в принципе, весь внутренний двор будет простреливаться. Хорошая идея, командир.

— Твоя идея, так что ты тоже молодец, — кивнул я. — Итак, кого мы оставим? Я так понимаю, ты не собираешься сидеть здесь безвылазно?

— Конечно нет, — сказал Волк. — Думаю, пяти десятков гвардейцев, пока северяне здесь, нам будет достаточно. На данный момент наша гвардия составляет шестьсот восемдесят три человека. Вместе со мной, и исключая разломщиков Астахова, которых, как ты приказал, я вывел за скобки. Буквально через месяц лекари восстановят ещё двести человек. Думаю, через пару месяцев наша гвардия перевалит за тысячу. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — немного понизил он голос, чтобы не услышали сидящие за столом остальные бойцы.

— Ты про деньги? — улыбнулся я, и хлопнул Волка по плечу.

— Про них, конечно, — нахмурился тот.

— Это будет сложно, но я справлюсь. И да, мне очень сильно поможет, если ты наконец-то продашь хотя бы половину того хлама, что заныкал у себя на базе.

— Всё, что там есть, мне всё нужно! — буквально оскалился Волк.

— Ладно, ладно, не рычи, верю. Обойдёмся без твоих стратегических запасов, — хмыкнул я. — В любом случае, хватало сейчас, хватит и дальше. Планы не меняются. Мне всё еще нужно десять тысяч лучших в Империи гвардейцев.

Тут уже Волк улыбнулся.

— Да я помню, помню… Нужно, значит, сделаю.

— Вот и хорошо! — хлопнул его по плечу. — Разберёшься, кого назначить вместо себя, раздашь инструкции, а я двину в усадьбу.

Только я очутился дома, как у меня раздался звонок. Я быстро бросил взгляд на номер, улыбнулся, и поднес трубку к уху.

— Здорово, бродяга! Скучаешь и никак не решишься? — хмыкнул я.

В трубке установилось небольшое молчание, а потом я услышал женский голос.

— Чего это я бродяга? И да, я соскучилась!

Упс! Я оторвал трубку от уха и взглянул на экран. Блин, не «Андросов», а «Андросова»!

— Извини, Катюха, с братом тебя перепутал.

— Так я и поняла. А на что он должен был решиться? — тут же заинтересованно спросила у меня Катерина.

— А это наши с ним личные дела, — мои шутки про его свадьбу не устаревали, но сестре об этом лучше не знать, потому что это наши личные шутки. — В любом случае, рад тебя слышать. Как у тебя дела?

— Саша, я готова!

— Хм… — на секунду задумался я. — Прошу прощения, готова к чему? Или на что?

— Ну, ты сказал, что мне нужен был первый класс. Полчаса назад я его получила.

— Ага, а где ты сейчас?

— Лови маячок, долго рассказывать.

Я взглянул на телефон. Одна точка была в Эпицентре, причём далеко не с краю, а глубоко внутри.

— Ого! — сказал я. — Нет, Андрей говорил мне, что ты занялась этим серьёзно, но чтоб настолько. Он правду сказал, что ты ходишь в Разломы всё время, кроме восьмичасового сна?

— Нет, неправду, — рассмеялась Катерина.

— О, так я и знал. Твой брат тот еще врунишка.

— Да, и в этот раз он соврал. Последние две недели я спала по четыре часа в сутки, и большую часть этого времени я спала внутри Разлома или около него, чтобы не терять времени.

— Вот это да! — от души восхитился я. — Молодчинка!

— Спасибо, конечно, за оценку, но когда мы начнём?

Я задумался. Знал, что Андросова упорная, но теперь реально мне надо что-то делать. А что, вот так сходу и не скажу. Нет, конечно, у меня был примерный план для ее излечения, вот только там было много нюансов.

— Давай так! Я думаю, что это событие стоит отметить. Не так много в империи Истребителей первого класса. А кстати, сколько их? — поинтересовался я.

— 154 до сегодняшнего дня, я 155, — она на секунду замялась и тихо хихикнула. — Правда, подозреваю, что ещё периодически то возникает, то пропадает 156-ой, но он об этом не распространяется.

— Ты о ком это?

— Да о тебе, Саня, о тебе! С твоим «блуждающим» кольцом ты уже стал настоящей легендой.

— А… это… Ладно, смейтесь, смейтесь. Ваше дело.

— Да никто не смеётся, — абсолютно серьёзно сказала Катерина. — Завидуют — да, уважают — да. Некоторые даже боятся. Но поверь мне на слово, даже близко никто над тобой не смеётся.

— Ну, это, наверное, хорошо, — сказал я. — В общем так, я считаю, что это событие нужно отметить. Где встречаемся, кого приглашаем? Банкет за мой счёт.

— Помнится, ты нас в гости приглашал? Цеха обещал показать. Мы всё ждём, — Катерина включила девочку, и в тембре голоса даже изобразила лёгкую обиду. Хорошая артистка.

— А «нас» — это кого?

— Я, Маша, Хельга. И кстати, зачем ты притащил ещё одну северянку?

В этот момент я уже стоял на кухне, с зажатым между головой и плечом телефоном. Я наслаждался кофе и булочкой, и в этот момент подавился.

— Что? Я притащил?

— А кто? — мило поинтересовалась у меня Андросова. — Скажи ещё, что она сама решила прилететь, и для этого ты не прилагал никаких усилий.

— Скажу честно, не… — начал я воодушевлённо, а потом на секундочку призадумался. — А ты знаешь, возможно есть за мной небольшой косяк.

— Ну, я примерно так и думала, — рассмеялась Катерина. — Соответственно, буду я, Мария, Хельга с «той, которую не приглашали». А еще мой братец со Светкой.

— Подожди, а Маша разве сейчас не здесь?

— Да здесь она, здесь! — вновь рассмеялась Катерина. — Вернулась утром и, кстати, рассказала много всего интересного. Я хотела бы часть из этого услышать лично от тебя. Так что… устроишь девушкам и мальчику экскурсию?

— А у меня есть выбор? — уточнил я.

— Выбор есть всегда, — хихикнула Катя. — Но не в этот раз!

— Примерно так я и думал. Давайте, жду вас вечером. Одна просьба, оповести всех остальных, чтобы я не перезванивал.

— Будет сделано, барон, — весело крикнула Андросова и положила трубку.

— Н-да… — задумчиво почесал я затылок.

Собственно, я хотел как раз съездить на инспекцию своей строящейся подземной крепости. А теперь придётся везти туда экскурсантов. Я задумался, что мне стоит ограничить в показе, как на кухню забежала Аня.

— Ну, что же ты? — всплеснула руками она. — Обед скоро, ты аппетит испортишь!

— Да мне его уже испортили, — буркнул я, торопливо запихивая в рот булочку, и дожёвывая, пока она не вырвала её у меня из рук.

Знаю я её. Здоровая пища, питание по расписанию. «Всё ради тебя, дорогой». И как ни странно, мне это нравилось. Оказывается, приятно, когда кто-то в мире, кроме тебя самого, заботится о тебе и твоём состоянии.

— У нас сегодня вечером будет небольшой банкет, — хмыкнул я.

Анна сразу поменялась в лице. Улыбка исчезла, она упёрла руки в бока и протянула.

— Та-а-а-к. И об этом я узнаю только сейчас?

— Ну… — я взглянул на часы, — у нас есть еще восемь часов.

— Кто будет? — перешла на деловой тон моя жена.

— Андросовы, Морозова, Долгорукова, Хельга и Ингрид.

— Ух ты ж, блин, восемь часов — это мало!

— В смысле, мало? Сейчас я попрошу гвардейцев, они из холодильника бычка притащат, шашлык замайстрячим и нормально посидим.

— Притащат, замайстрячим… — скривилась Анна. — Когда ты уже искоренишь эти слова из своего лексикона?

— Дай-ка подумать, — изобразил я задумчивость. — Наверное… никогда?

Я сгрёб её в охапку, посадил на колени и крепко поцеловал.

— Ведь за это ты же меня и любишь? — поинтересовался я.

— Дурак, — абсолютно беззлобно стукнула меня кулачками. — Отпускай меня, мне нужно приготовиться к приёму.

— Так может, приступишь к приёму через час или полтора?

Я почувствовал тёплую мягкую попку у себя на коленях и придумал кое-что поинтереснее.

— Ну нет! — Анна соскочила с моих колен, и задорно посмотрела на меня. — Я пошла готовиться. А ты в следующий раз десять раз подумаешь, прежде чем так торопливо объявлять важные встречи. Всё, не скучай, дорогой!

Она послала мне воздушный поцелуй и выпорхнула из кухни. Ну и ладно. Я стащил ещё одну булку с блюдца и, задумчиво жуя, вышел на крыльцо. У меня опять зазвонил телефон. Андросовой что-то понадобилось, что ли? Наверное, хочет спросить, что принести к столу или на подарок. Но нет, номер был незнакомым. Учитывая, что Анна была предупреждена, а я сам не раздавал никому свой телефон, это было странно.

— Слушаю, — сказал я.

— Галактионов? — послышался гулкий мужской голос.

— Допустим, — осторожно ответил я. — А ты что за хрен?

Да, возможно Анна была права в том, что лексикон у меня страдает, но я очень не люблю грубиянов. Сперва нужно вежливо поздороваться, а не вот так, нахрапом.

На той стороне трубки поперхнулись.

— Да ты знаешь, с кем разговариваешь?

— Нет, и не очень хочу узнать, вообще-то, — хмыкнул я.

— Великий князь Меньшиков! И да, походу, все слухи о тебе были правдивыми. Дерзкий, я бы даже сказал, борзый.

— Оставьте ваше субъективное мнение при себе, великий князь, — стал я в позу.— Чё надо?

— Ах, вот как! — прошипел он. — Ну ладно, отношения выясним позже, по-другому. Пока что я звоню сообщить о том, что тебе даётся двадцать четыре часа, чтобы освободить «Верность» и передать её имперским силам, которые, как я знаю, находятся там.

— С хера ли? — очень вежливо уточнил я.

На той стороне трубки что-то забулькало. Потом, видимо, собеседник взял себя в руки и продолжил.

— Потому что эта крепость отходит Роду Меньшиковых.

— С хера ли? — продолжил я очень вежливо задавать свой вопрос.

Снова великий князь Меньшиков пробухтел что-то невнятное, но тем не менее ответил.

— По праву сильного! Эта крепость является стратегической точкой, и в интересах государства, чтобы она такой и осталась на территории Империи. У Империи, к сожалению, нет достаточных сил, чтобы обеспечить достойную защиту. А вот у моего Рода есть. И мы сохраним эту крепость, — тут я услышал короткий смешок. — Сохраним её навсегда, в отличии от Галактионовых, которые её так бесстыдно просрали!

У меня в голове крутилось очень много ответов. 99% из них было такими, что нежные красивые ушки Анны скрутились бы в трубочку. Этому неведомому козлу удалось здорово меня разозлить. Хотелось сказать всего много и сразу, а еще лучше дотянуться до него и дать ему в нос, да так, чтобы кровь брызнула. Но я взял себя в руки, заставил себя вежливо улыбнуться, хоть меня собеседник и не видел, и, держа марку всего разговора, так же вежливо ответил.

— Хер вам!

И положил трубку. Интересно, что это за Меньшиковы такие, откуда они взялись? Что-то мне эта фамилия напоминает, но вот только что? На основании чего они так нагло действуют? Бессмертные, что ли?