Глава 11

Королевство Швейцария

г. Цюрих

Макс Самохвалов раздражённо повернулся, услышав шелестение фольги.

— Чего? — достаточно агрессивно сказал Коля Костриков, разворачивая фольгу от шоколадки. — Я жрать хочу, молодой организм требует. Мы здесь уже восемь часов сидим.

— Дать бы тебе подзатыльника, мелкий ты засранец, — скривился Макс.

— Ну давай, рискни здоровьем, — хмыкнул Колюня, который за всё это время достаточно прилично возмужал.

Прямо сейчас юноша был ростом с Макса, да и пошире в плечах. Ну и, самое главное, что он ощутил себя полноценным братом-Паладином с сопутствующей силой и… наглостью. Да-да, всё, как учил его кумир — Александр Галактионов.

Но, вообще, по взгляду Макса, Коля понял, что подзатыльника он может действительно дождаться. Всё-таки опыта у бывшего целителя, а ныне Паладина, было побольше, и в подзатыльниках, в том числе.

— На нас же полог безмолвия и невидимости, и нас тут вообще никто не заметит. Так что дай спокойно пожрать!

— Ладно, — скривился Макс, поняв, что так-то Колюня прав.

Их действительно никто не увидит и не услышит. Его просто, также, как и его молодого брата-Паладина, бесило вынужденное бездействие. Им, правдами и неправдами, удалось выяснить место, в котором они поджидали свою целевую добычу. И прямо сейчас там появился нужный человек.

— Жуй-жуй-глотай, — растянулись губы в улыбке у Макса. — Птичка попала в клетку!

Коля быстро заработал зубами, громко сглотнул плохо пережёванную шоколадную массу и закашлялся.

— Постучать по спинке? — ласково осведомился Макс, и глаза его уже не улыбались.

— Нет, — откашлялся Коля. — Справлюсь сам, спасибо.

Они уставились в темноту тихой швейцарской ночи. Находились они сейчас на крыше большого здания, а предметом наблюдения был здоровенный особняк одного из владельцев крупнейшего швейцарского банка, который обслуживал множество государственных деятелей разного калибра со всего мира. Ну, это было, вообще-то, тайной, но кто знал, тот знал.

Так вот, одни из его клиентов из Южной Америки были не очень довольны кое-какими делами, и по своей южноамериканской привычке решили сделать проще всего — нанять убийцу. А учитывая, что денег у них было, как у дураков фантиков, то наняли они лучшего убийцу. И прямо сейчас именно этот загадочный убийца и являлся целью двух Паладинов.

— А он хорош, — проговорил Коля, глядя на то, как невидимый убийца проходит сквозь стены.

— Твою мать, Тень… И какого сильного уровня Тень! — скривился Самохвалов.

Коля недоумённо взглянул на него, а потом и сам почувствовал Дар нужного им человека. Александр в процессе обучения очень много рассказывал про сущность Тени. Ну, кроме того, что по ней было очень удобно и быстро перемещаться, а также в ней располагались всячески забавные теневые твари, на которых можно было с удовольствием поохотиться.

Так вот, ещё Александр осторожно описывал взаимодействие человека с Тенью. Для того, чтобы защититься от её влияния, требовались очень-очень большие силы. У него, ясное дело, такие силы были. Как противодействовать Тени Паладинам, он тоже рассказал. Но также и наглядно показал, что может случиться с людьми, которые не смогут противостоять Тени.

А судя по тому, что неизвестный убийца прямо сейчас показывал достаточно высокий уровень владения Тенью, это могло означать то, что это уже не человек, а просто кукла, которую сожрала Тень, находящаяся внутри. И это было очень плохой новостью.

— Погнали, — кивнул Макс.

Ну, они и погнали. Оба погрузились в Тень и ломанулись с двух сторон на человека, беря его в клещи. Но с чуйкой у того все было в порядке. Поняв, что за ним пришли, он сделал лучшее, что смог — провалился в Тень ещё глубже. Паладины последовали за ним, а потом ещё… и ещё. Мир растворился в серых красках, а вокруг появились теневые монстры. Причём на этом уровне они были ужасно сильные.

— Тащи, прикрою! — безмолвный приказ Максима достиг ушей Николая, и тот мгновенно понял идею.

От теневой проекции Самохвалова во все стороны полился белый свет, уничтожающий теневых тварей, и на это тратилась уйма энергии. В теневом мире были свои физические законы, и что Тень очень не любила — так это именно свет. Заклинание, которое в обычном мире можно было сделать по щелчку пальцев, прямо здесь выпивало Паладина досуха. Поэтому много времени у них не было.

Коля схватил незадачливого беглеца, который, кажется, был слегка дезориентирован и ломанулся с ним наверх. Мгновение — и он лежит на брусчатке, прижав своим телом убийцу, который хрипел, восстанавливая дыхание. Кажется, он тоже сегодня слегка перенапрягся.

С замиранием сердца Коля отсчитывал секунды. Но всё обошлось. Наконец, появился Макс, бледный и кашляющий, которому точно нужно будет хорошо поесть и поспать. Но, самое главное — живой.

— Отпустите меня, сволочи! — раздался приглушённый женский голос.

— Ух ты, баба! — хмыкнул Макс и сел, скривившись от боли.

— Сам ты баба! — раздалось ему в ответ.

Заинтересованный Коля дёрнул за маску, стянув её. Светлые волосы рассыпались по плечам, а злющие голубые глаза смотрели на них с ненавистью. Ну а дальше Коля просто взял и полез к ней за пазуху.

— Да что ты… — гнев в глазах незнакомки сменился ужасом.

Она попыталась дёрнуться, но тут уже подключился Макс, наложив на неё паралич.

— Солдат ребёнка не обидит, — добродушно хмыкнул Колюня, вытаскивая из-за пазухи у девушки искомое.

В тусклом свете неполной луны блеснула металлом морда медоеда.

— Плюс один… в смысле — одна, — улыбнулся Макс и покачал головой. — Хотя, какая-то она стрёмная. Ну ладно, с этим пусть Саня разбирается.

* * *

— Ну и как вам новый трон, ваше будущее Императорское Величество? — заржал я, глядя на то, как Григорий Астахов ёрзает на троне Императора Дракона и явно чувствует себя не в своей тарелке.

— Да херня какая-то, если честно, — пробурчал он. — Я не знаю, какой параноик сделал здесь такие настройки. Ну вот, к примеру… — он перевёл недовольные глаза на меня. — Хлопни в ладоши.

Ха, я человек простой. Меня попросили — я и хлопнул.

В мгновение императорский трон, который висел в воздухе на небольшом расстоянии от пола, закрылся непроницаемой сферой. Сразу в голове вспомнилось целых два момента. Первое — как я играл в футбол этим троном. Правда, внутри здесь сидел предыдущий Император-Дракон. Во-вторых, куда этот трон после моего удара залетел. Отсюда выходит следующее утверждение: хорошо ли его после этого отмыли? Ну и да, видя перед глазами такой большой мячик, мне сильно захотелось пнуть его ещё раз. Видит Кодекс, каких усилий мне стоило, чтобы сдержаться!

Через мгновение защитный полог спал, и на меня снова уставился недовольный Гриша.

— Ну ты видел?

— Но, на самом деле, ты знаешь, какой именно параноик сидел здесь до тебя. Ты, кстати, трон нормально почистил? Хе-хе, — не удержался я.

Гриша взглянул на меня неодобрительно, поняв, о чём я.

— Ну да, Слизни-Чистильщики, модификация «бытовая», хорошо справляются.

— Это верно, — согласился я, вспомнив, что моя небольшая империя Галактионовых потихоньку захватывает всё больше и больше товарных ниш в этом мире.

Крендель с Валерчиком творят чудеса. Не знаю, кому пришло это первому в голову — сделать из боевого Слизня-Чистильщика, который уже являлся неотъемлемой частью экипировки моих отрядов разломщиков, бытовую версию, которая не растворяла мебель и стены, а просто убирала грязь.

Было реально эффективно. Я уже начал привыкать к виду маленьких булькающих трудяг, ползающих по моему поместью, способных забраться в самую узкую дыру в поисках богомерзкой пыли.

Горничные бухтели, что они остались без работы. Хотя, действующих горничных у меня сейчас всего две. Остальные находились в декретном отпуске, найдя себе пары среди моих гвардейцев. Кстати, Алиса была одной из тех, кто остался. Уж очень ей нравилось нянчиться с моими детишками. Она всё ещё находилась в поисках того самого единственного, периодически вздыхая у меня за спиной. Так вот, она сказала, что, учитывая их особенности, детишек в помёте… ой, то есть я хотел сказать — в приплоде… да блин, короче, детишек у оборотня должно быть от пяти и больше. Алиса при этом ещё хихикала, чтобы я держал это в секрете, потому что для счастливых отцов это явно будет неожиданностью.

Но, возвращаясь к Грише, я окинул его взглядом с ног до головы и снова усмехнулся.

— Костюмчик моднявый тебе подобрали.

— Ой, Сань, не начинай уже, — снова скривился Гриша, как от головной боли.

— Да нет, действительно хороший.

Костюм был пошит под фигуру и стилизован под китайские реалии. Шёлковый, свободный и, самое главное — красный!

— Ты бы видел тот халат для торжественных церемоний, который мне изначально втюхать хотели. Пришлось биться за каждую переделку. Вот это — максимум, что мы согласовали.

Я хмыкнул и кивнул на плечо, где располагался герб Галактионовых. Да, огромный герб Империи Драконов был у него на груди, но мне было интересно, и я удовлетворил свой интерес.

— Против этого не были против?

— Не, ну тут-то я насмерть стоял, — широко улыбнулся Гриша. — Попробовали бы они возразить. Искали бы себе другого Императора.

— Ну ты и жук, конечно, — покачал головой я, а про себя подумал, что всё-таки везёт мне с верными людьми.

Гриша, получив родовой меч, стал Галактионовым. Не по крови, но по духу. Идея забрать меч и передать кому-то из кровных родственников, даже близко не приходила мне в голову. Да, в отличие от цесаревны Ольги… ну то есть уже Императрицы Ольги, Гришу не благословил дух Галактионова. Хотя, он мне рассказывал про странные сны, в которых к нему являлись наши предки. Но самой главной лакмусовой бумажкой был Затупок, который полностью принял его, как своего.

— Это что получается… — внезапно осенило меня. — На двух престолах двух здоровенных Империй — Галактионовы будут сидеть?

Гриша на меня глянул непонимающе, а потом до него дошло, и он улыбнулся.

— Получается, что так. А ты, типа, против?

— Да не… я только за!

Внезапно дверь открылась и в зал вошла суровая Весенний Лепесток, тёща нашего Гриши.

— Всё готово к торжественному мероприятию.

— Ну что? — Гриша встал и улыбнулся, но улыбнулся как-то несмело.

Я примерно понимал его чувства. Одно дело — противостоять разломным тварям радужного качества, биться с Титанами и даже с богами, а другое дело — стать Императором целой Империи. Вот это я понимаю, ответственность!

— Ладно, не ссы, — улыбнулся я и привлёк его к себе. — Давай обниму в последний раз Гришу, простого парня.

— А так-то я немного благородных кровей, — пробурчал Гриша, обнимая меня в ответ.

Я рассмеялся.

— Так-то мы все немного благородных кровей. Так что ладно, пошли. Твои будущие подданные ждут.

— Сань, — Гриша мялся, прежде чем последовать за мной.

— Чего? — повернулся я.

— Ну… я ж смогу ходить в наш Эпицентр, когда мне нужно будет немного… кхм… — он сбился, подбирая слова. — Побыть одному?

— Гриша, — закатил глаза я. — Во-первых, сегодня ты станешь Императором, а Император может делать всё, что угодно. Но самое главное — ты Галактионов, а для Галактионовых вообще закон не писан.

— Это верно, — просиял Гриша. — Ну ладно, пошли!

На самом деле восхождение на престол нового Императора Дракона не сильно отличалось от восхождения императрицы Ольги. Кстати, она и большинство государственных правителей этого мира находились на церемонии. Вот только, вместо истинного пламени, здесь работала демонстрация Дракона.

Я стоял за плечом Гриши, но явственно заметил, как он напрягся, после длинной речи Циань Лунь, которая расписала в красках мужество и силу будущего Императора и счастливое будущее Империи Драконов. Потом она подала условный знак и Гриша поднял Горыныча в воздух.

— Сука, на сало пущу, — услышал я шёпот Григория, который произнёс это, не шевеля губами, чтобы не палиться.

Я и сам еле сдержался, чтобы не заржать. Как я понял, основное опасение нового Императора Дракона было в том, что Горыныч не оторвёт свою жирную задницу от земли. Но, на самом деле, у него это получилось. То ли сработала угроза пустить его на сало, то ли гордость трёхголового чудовища превозмогла силу гравитации, но он, пыхтя, поднялся вверх. А вот дальнейшая часть представления — это был уже, так сказать, подарок одного родича Галактионова другому. Из белых облаков вниз ринулись ещё три дракона: ледяной, теневой и, что было сюрпризом даже для меня, огненный.

Я немного растерянно посмотрел в сторону трибуны для важных гостей и, конечно же, наткнулся на Елизавету, загорелую и улыбающуюся, которая явно это всё подстроила. Поймав мой взгляд, она помахала мне ручкой, наслаждаясь произведенным эффектом.

Драконы закрутили сложный хоровод, а я добавил иллюзий, показав местному народу ещё девяносто два вида драконов, существующих в Многомерной Вселенной. Ну из тех, которых я встречал и убил, конечно же.

Разговоры на площади, заполненной миллионами людей, мгновенно смолкли. С разинутыми ртами и выпученными глазами люди завороженно смотрели на представление. И в этот момент внутри меня заворочался старый Драконий Патриарх:

— Ладно, чего уж, выпусти, разомну крылья. Так и быть… — немного помолчал и добавил: — Мог бы и сам попросить.

— Ну… не думал, что ты согласишься на такое, — хмыкнул я.

И в ответ услышал неразборчивое драконье ворчание. Поэтому я просто поднял руку и внезапно в небе возник огромный дракон — Драконий Патриарх, который на этот раз навёл в толпе нехилую панику. Даже Гриша схватился за меч, почувствовав, что это не иллюзия, а настоящий дракон. Что уж говорить о собравшихся вокруг военно-воздушных силах и силах ПВО, приведённых в боевую готовность на случай эксцесса во время праздника.

Я чертыхнулся, благо миниатюрный передатчик был воткнут мне в ухо.

— Это Сандр. Дракон мой. Всё нормально.

Одного я не учёл. Это был день торжества Григория Астахова, которому дали новое китайское непроизносимое имя. Именно он должен был быть сегодня в центре внимания. Вот только эффектным появлением Патриарха я сломал его планы. Всё внимание сейчас было приковано ко мне. Пришлось срочно исправлять косяк. Я сделал два шага вперёд, глубоко поклонился, как полагается, новому Императору Дракона, и тихо прошипел:

— Гриша, сейчас садишься на дракона, пафосно взлетаешь и машешь там мечом, изображая из себя великого героя.

— А он меня не сожрёт? — точно также, не разжимая губ, уточнил Гриша, с опаской косясь на летающее чудовище.

— Не должен, — предположил я.

Гриша не выдержал и начал ржать. Тут же поднёс кулак к лицу, изображая кашель.

— Но это не точно, — сказал он.

У меня же в голове состоялся быстрый диалог с Патриархом, который не был в восторге от предложенного мной перформанса. Но пришлось ему кое-что пообещать.

Дракон смилостивился и опустился вниз, под общее молчание. Гриша залез на мощную шею. Тяжёлый взмах крыльев, который снёс шапки у ближайших стоящих людей и едва не сорвал флаги со флагштоков, и вот он уже взмывает вверх. Гриша, не будь дураком, достаёт родовой Корвус из ножен и воздевает его вверх, после чего луч яркой энергии бьёт вверх.

Всё внимание было приковано к Григорию и к Дракону Патриарху. И это было хорошо. Иначе они увидели бы и услышали бы, как матюкается Ссыкля, еле успевший вырулить с огненного столба.

Короче, эффектно получилось, что уж тут говорить. Косяк я свой исправил, и даже более того, уверен — ни у кого из местных императоров никогда не было такого дракона. Да и не могло его быть по очевидным причинам.

После устроенного фейерверка наступила моя любимая часть, когда можно было вкусно пожрать. По всей, вновь отстроенной столице Драконов, бесплатно кормили простой люд. Знатных же гостей потчевали в главном зале.

Милое зрелище представляли из себя новые император и императрица Империи Драконов. От моего взгляда не ускользнуло, как периодически юная императрица осторожно дотрагивается до своего живота. Уловив момент, я подмигнул Грише. Тот не растерялся и подмигнул мне.

Кажется, династия китайских императоров будет продолжаться. Вот только получит здоровую дозу славянской крови. Что, уверен, не повредит им в перспективе.

Ещё было забавно наблюдать, как многие из местных присутствующих смотрят на Беллу, которая была одета в японском стиле, в белоснежное кимоно, и скромно сидела в сторонке, наслаждаясь изысканной китайской кухней. Ну да, Странники вечно шарились по мирам и жрали, что попало.

Белла любила вкусно поесть, но те взгляды, которые кидали на неё сильнейшие Одарённые этого мира, реально раздражали. Это примерно так, если ты сидишь спокойно кушаешь, а рядом с тобой находится вулкан, который вот-вот взорвётся. Ну или ядерная бомба с часовым механизмом. И это только та часть, которую Белла продемонстрировала наружу. Единственное, что, судя по всему, сдерживало гостей от глупых вопросов — это её явное сходство с Илларионом, к которому, в принципе, уже все привыкли.

Кстати, а вот и он. Илларион, ведя Эмико за руку, подошел ко мне. Затем, наклонившись, тихо сказал:

— Мы готовы, отец!

— Готовы к чему? — уточнил я, хотя, в принципе, понимал, о чём разговор.

— Император Ёсихото дал своё благословение. Теперь мне нужно твоё. И мы готовы к свадьбе.

Я улыбнулся. Кажется, Вселенная услышала мои стенания по поводу отсутствия отпуска и решила дать мне период спокойствия, за который, если повезёт, я смогу нехило так отожраться. Главное, чтобы не получилось также, как с Горынычем. И чтобы на будущую битву с богами — на поле боя меня не выкатывали, как мячик.

Первая крепость Охотников

Старый Мак беседовал со Старейшиной, обсуждая нюансы очищения миров. Так получилось, что Охотники являлись полноценными «санитарами леса», которые не только убивали больных «животных», но и убирали последствия за ними, дабы это всё не могло причинить вред окружающим. И в этом как раз использовались тысячелетние наработки Ордена, за сохранением и приумножением которого следили именно Старейшины.

Дело в том, что уничтожение миров было крайней мерой. Охотники и их союзники всячески пытались вернуть мир в прежнее состояние. Иногда это получалось. Даже безжизненные миры, практически стерилизованные после удара, можно было возродить, используя нужные навыки.

К примеру, богиня Исида до своей смерти сильно помогала с этим. Хотя, какая смерть… Как оказалось, даже могущественная женщина просто решила выйти на покой. И, более того, выйти замуж. Прямо сейчас она откачивала своего мужа Хранителя в одном из пространственных карманов. И его возвращение и продолжение службы на благо Вселенной стало весьма вероятным. За это тоже нужно было благодарить Сандра.

Каково же было изумление старого Охотника, когда в зал решительной походкой вошёл Первый Охотник. Но не сам факт посещения Первым пиршественного зала было удивительным. Иногда он захаживал сюда поговорить с братьями, на время покидая свой вечный караул около стелы.

Удивительно было другое. Прямо сейчас Первый был облачён в свой блестящий доспех и снаряжён для боевого похода. Чтобы понять замешательство присутствующих, можно сказать, что последний боевой выход Первого случился до рождения практически половины из присутствующих здесь. А учитывая, что Охотники жили бесконечно долго, это о чём-то и говорило.

— Первый… — встревоженно поднялся Мак. — Что-то случилось?

— Скверна… Вот что случилось. Она пытается перейти в наступление, — сказал Первый с грустью в голосе.

— Помощь нужна?

— Нет, брат мой, — с доброй улыбкой Первый Охотник положил руку на плечо старого Мака. — Этот бой — мой. При всём уважении, сил на это хватит только у меня.

— С Кодексом в сердце! — стукнул себя по нагруднику Мак.

И, как эхо, за ним повторили все присутствующие здесь Охотники. Даже древние Старейшины мгновенно вскочили на ноги, вытянувшись во фронт.

— С Кодексом в душе, братья! — улыбнулся Первый. — Ты за старшего пока, — бросил он Маку.

— Хорошей охоты, брат! — только и успел сказать старый Мак.

Но вот услышал его Первый или нет, он уже не знал, потому что тот просто мгновенно исчез из этого мира.

Старый Мак почувствовал, как по спине у него пробежали тревожные мурашки. Старые знакомые, которых он не видел тысячу лет… две тысячи? Первый покинул свой вечный пост, чтобы отправиться на встречу со Скверной. И это поразило и насторожило старого Охотника.

Да, Скверна представляла собой угрозу, но давным-давно Орден Охотников научился ей противостоять. Да, это было неприятное явление или способность, которой обладал этот долбаный Неназываемый, но так Орден справился с Пустотой. В чём может стоять угроза от тёмного бога средней силы?

Основная тревога заключалась в том, что старый Мак не понимал мотивов Первого Охотника. Единственное, что он знал — тот никогда, абсолютно никогда, не ошибается. Если он сказал, что это так, значит это так. А это, в свою очередь, предполагает, что Скверна не так проста, как все думали до сих пор.

Мак тяжело вздохнул и повернулся к Старейшине Эдвину, одному из немногих Охотников, кто родился раньше самого Мака.

— Ты думаешь о том же, о чём думаю я? — морщинистое лицо древнего Охотника исказилось в невесёлой улыбке.

Мак согласно кивнул.

— Настало время ещё раз пристально пересмотреть все наши представления о Скверне…