Глава 2

Свадьба удалась — тут даже говорить не стоит… Достаточно просто взглянуть на то, как гости не хотят уезжать от нас, или на количество выпитого. Да что уж говорить про алкоголь, если съедено было столько мяса, что, наверно, поголовье рогатого скота в мире сократилось на пару процентов. И это при том, что у нас большинство блюд были из разломных ингредиентов.

Первый день, кстати, прошёл вообще по-домашнему — было приглашено только несколько тысяч человек из ближнего круга, и ни одного чужого. А вот потом… два дня открытых дверей, куда уже попадали остальные — по билетам.

Все мировые новости, и это без преувеличения, охватили это мероприятие.

Кого тут только не было… И чаще всего важнейшие люди заглядывали на часик-другой, чтобы выразить своё почтение молодой семье. И, само собой, ни для кого не было секретом, что жених на этой свадьбе — сын Александра Галактионова, а я, как хозяин дома, встречал всех лично вместе со своими жёнами.

— Тебе точно не нужно поспать? — спрашивает меня Волк. — Сколько ты уже не спишь?

— Сон для слабаков, — спокойно отвечаю ему.

— Может, и так… но тогда время лучше использовать для тренировок, а не для встречи неизвестных тебе людей.

Я засмеялся.

— Дорогой мой Волк… Главное, что они знают меня — и этого уже хватает, — решил немного поучить его уму-разуму. — А ещё то, что я всех встречаю лично, поможет моему сыну в будущем. Может так случиться, что я уйду отсюда со всеми вами, а он останется.

Волк заржал.

— А он взял и остался? — не прекращал смеяться Потапов.

Кстати, этот смех нервировал гвардейцев, которые стояли рядом. Они знают, что после того, как он весёлый — наступают особенно тяжёлые тренировки, которые не щадят вообще никого.

У него даже первые капитаны отрядов работают наравне с самым простым сержантом. Раньше они пытались что-то изменить, подходили к нему, просили не гонять их при молодняке.

На третий, если не ошибаюсь, раз — они осознали свою ошибку и перестали с такими вопросами подходить вообще.

— Он? — задумался я после его слов. — Останется… Здесь его любимая девушка, а я никуда не денусь. Очень скоро он осознает, что в первую очередь есть семья, а затем все остальное.

— Он не бросит тебя, — покачал он головой.

— А почему он должен бросить меня? — слегка хмыкнул. — Я, кстати, тоже его семья, как и он моя.

— Понятно…

Дальше я дождался, пока последние гости разъедутся окончательно, ведь меня ожидало несколько разговоров. Их можно было отложить на потом, но я не стал так поступать. Все дело в том, что у меня уже есть некоторые планы и не хотелось заставлять людей ждать. А зная их, они будут находиться здесь до тех пор, пока разговор не состоится.

Первой была Елизавета… Недурно похорошевшая бывшая Императрица. Такое ощущение, что трон реально выпивал из нее все силы, но теперь она начала возвращать их назад.

А вот с Ольгой я такого не заметил. Она, кажется, упивается этим всем и получает истинное удовольствие, при этом не забывая думать головой. Не хочу хвастаться, однако считаю, что большую долю в ее воспитании все же сыграл я.

— Как тебе мероприятие? — ушел я в тень и вынырнул за спиной Лизы.

Она дернулась, но не подала виду, что испугалась.

— Ой, Саша! — обернувшись, она улыбнулась мне своей белоснежной улыбкой и наклонила голову набок. — А я тут гуляла…

Сделаю вид, что не знал, как она подкрадывалась ко мне и хотела напугать, зайдя со спины, а еще задержать, чтобы я не успел сбежать.

От Шнырьки никто и ничто не спрячется. После этой мысли в моей голове раздалось зловещее хихиканье.

— И как тебе?

— Очень красиво, — улыбнулась она. — Я даже подумала, что когда моя дочь найдет себе пару, то стоит отпраздновать свадьбу здесь.

— Уууууу… — завыл я наигранно. — Боюсь, что аренда может стать для вас неподъемным грузом.

Лиза лишь засмеялась и отмахнулась.

— Брось, Саша… Она Императрица целой Империи! Найдет уж как-нибудь денег, — продолжала она смеяться.

— Не думаю, что она будет готова выделить на это дело свое годовое довольствие.

И тут Лиза поняла, что я не шучу. Однако она быстро нашлась с ответом.

— Ну тогда у деда попросит, уверена, что он не откажет своей любимой внучке.

— Вот тут, пожалуй, я с тобой соглашусь, — понимающе кивнул. — У старика там точно есть заначки, иначе я не понимаю, за что он еще пьет.

И, кстати, он пить может, конечно, что угодно, даже наверное авиационное топливо, но его нередко видят с бутылкой чего-то настолько дорогого, что даже неприлично об этом говорить.

Однажды, присутствуя на рок-концерте, он разбил бутылку об голову исполнителя, который не хотел дать ему микрофон. А когда стали разбираться и выяснили, чем он того ударил и какого года был коньяк, то очень быстро его простили.

Теперь у Зеленого Змея Бездны, как он сам себя называет, в биографии этот момент из жизни стоит на первом месте, а потом уже все остальное.

Мы с Лизой постояли еще некоторое время, общаясь на разные отвлеченные темы, и было видно, что они доставляют ей удовольствие. Ведь она теперь может быть просто женщиной, и не нужно от каждого ждать подставы или думать, как твои слова изменят будущее.

Я хотел узнать, могу ли еще чем-нибудь ей помочь, а затем отправиться к другой своей гостье, как она ответила.

— Можешь… — вдруг сказала она, смущаясь. — Знаешь… Я не собираюсь пока возвращаться, я еще недостаточно отдохнула. Я…

— Недостаточно? Мне казалось, что вчерашний вечер был для тебя прям хорош… Когда ты два часа кружилась под песню «Кружись, Государыня, теперь ты свободна».

— Саша! — возмутилась она и покраснела. — Это была мечта!

— Понимаю… А у музыкантов была другая… Они мечтали прекратить ее петь.

— Ничего страшного, — фыркнула она. — Я дала им хорошие чаевые.

— А они потом спрашивали у меня, что им делать, когда ты вручила каждому по сто тысяч, — заржал я. — Люди переживали, что не смогут выйти живыми отсюда.

Несмотря на то, что здесь почти все были моими людьми, но и пришлось пригласить кое-кого со стороны. Это были мировые звезды, которые даже не хотели брать оплату.

Но, помимо мировых знаменитостей, были приглашены даже те, которые дальше пригородных ресторанов не выступали, но это не означало, что они были плохими музыкантами.

За все, что было связано с музыкой, отвечал Дед с Ашиком, и они отлично справились, как по мне.

— Саша… Это сейчас неважно… У меня еще пару круизов в планах и несколько других путешествий, — тихо говорила она, и было видно, что переживала. — Я помню о том, что мир ждут «веселые времена» и когда они наступят, я буду рядом… А пока хочу хорошенько отдохнуть, но мне хочется знать… Я… — запнулась она. — Мне стоит возвращаться? Есть шанс?

Эх… Вот он, тяжелый разговор, но от него никуда не деться. Почему-то этот мир вдруг решил, что мне мало трех жен. А с другой стороны… Я первый Охотник, который может иметь наследников и наследниц. Может, у меня задача пополнить ряды Ордена? Такое себе…

— Я ничего не могу сказать тебе… — Лиза расстроенно опустила глаза, но я не успел договорить. — Кроме того, что тебе нужно поговорить с моими женами. Я никогда не предам их доверия и не сделаю ничего, что они не одобрят в наших отношениях.

*БУРЯ ЭМОЦИЙ*

Вот, что я увидел на ее лице… она словно расцвела и снова запорхала, как бабочка. Такой счастливой я не видел ее даже под ту песню.

— Спасибо за ответ, — сказала она, широко улыбаясь. — Я обязательно вернусь!

А что было дальше, это можно назвать безобразием. Лиза подлетела ко мне, оставив за спиной огненый шлейф, и наши губы соприкоснулись.

— Обязательно вернусь! — услышал ее голос после поцелуя.

А затем бывшая Императрица развернулась и умчалась в огненный портал.

Портал? Ладно, пофиг… Даже не хочу спрашивать, как она договорилась с огненными элементалями. Девочка растет, чего уж…

* * *

Дмитрий Иванов

Исполнитель душевных песен для дам

Дмитрий сидел в своей однокомнатной квартире, где из роскоши были только две гитары и работающий кран. И у него дрожали руки.

Нет, он не был стариком… Ему было всего двадцать семь лет и на здоровье он никогда не жаловался, несмотря на то, что раньше он жил на улице и думал, что там и останется. Однако он сумел выбраться оттуда, благодаря своему труду и упрямству.

Жизнь Дмитрия вообще трудно было назвать легкой. Когда он был маленьким, родители погибли в автокатастрофе, и органы опеки отправили его к ближайшей родственнице, которой была сестра отца. Она приняла его в свой дом, но затем постепенно сумела отобрать все наследное имущество, которое составляло трехкомнатную квартиру в столице, неплохой автомобиль среднего класса и дачный участок под Сызранью.

Тетка забрала у него все, а потом выгнала на улицу. И несмотря на то, что он возвращался, она каждый раз выгоняла его, а затем сообщала в полицию, что он сбегал сам. Это и привело к тому, что его забрали в детский приют, раз он ' не хотел' жить в хорошей семье.

Дальше было много подобных случаев, которые всю жизнь притягивались к парню, желая его сломать, словно он мало ещё настрадался. И сколько бы подобного не происходило, парень никогда не переставал улыбаться. Дмитрий не потерял себя и не растворился в боли и обиде. Он продолжал идти по жизни вперед с оптимизмом.

Хуже всего было событие, произошедшее около года назад, когда у него за долги забрали его любимую собаку, хотя она ничего не стоила… Но женщина, с которой у него возник конфликт, решила отомстить и вызвала соответствующие органы, которые не стали разбираться, что долг был заморожен, потому что документы не совсем правильно были составлены. Его тогда, в очередной раз, обманули. Он не был глупым, но юридическим правам в приюте не учили.

Впрочем, это было не самое странное в том деле. Ведь он прожил в ее съемной квартире, в которой было двадцать квадратных метров, всего четыре дня. А в судовых бумагах был указан ущерб на двести тысяч. Удивительное дело, как они смогли составить список на такую большую сумму, потому что из имущества там были только матрас и лампочка, которая не работала.

Только пройдя семь судов, он смог найти того, кого не запугали и не купили. Долг был заморожен, но женщина не успокоилась и не простила обиду. Не смогла купить суд, но смогла подкупить другие службы… И теперь мстит и напоминает, что проценты по долгу растут. Потом уже он узнал, что он далеко не первый… У нее таких было примерно девяносто бедолаг, которые буквально жили ради нее. Всё, что они зарабатывали, сразу относили ей.

И даже так парень не опустил тогда руки и они не дрожали. Нельзя такого было допустить, ведь он музыкант, а руки помогают ему зарабатывать на хлеб. Если он еще лишится «трезвости» в них, то вообще беда будет.

Но руки дрожали, а сердце стучало так сильно, что казалось сейчас выпрыгнет из груди. А все потому, что он смотрел на свой профиль на одном сайте, где можно было заказать его услуги. 1987 заявок, и половина из них уже полностью оплачена. И суммы… Раньше ему было за радость увидеть там хотя бы два нуля, но и одному он тоже радовался, а тут… Парню было стыдно признаться, но не все числа даже были ему знакомы.

А еще на столе лежало сто тысяч, которыми в него кинула одна очень щедрая женщина. Он смог бы поменять свою жизнь на эти деньги но… попросту не знал, что делать. Дмитрий хорошо научился выживать в этой жизни, но никак не жить.

На дрожащие руки опустилась голова и слезы стали капать на пол. Но из этого состояния его вывел стук в двери.

— ОТКРЫВАЙ, УБЛЮДОК!!! Я ЗНАЮ, ТЫ ЗДЕСЬ! ТЕПЕРЬ ТЫ ОТ МЕНЯ НИКУДА НЕ ДЕНЕШЬСЯ!!! — услышал он такой знакомый, но ненавистный голос.

Дальше был удар и вылетающая дверь.

В комнату к нему забежало человек тридцать.

— Как вы только все поместились здесь, — вздохнул он, подгибая под себя ноги, чтобы на них не наступили.

— Госпожа… Здесь деньги! — сказал один из людей.

— Ого… Мой мальчик стал известным, и сразу деньги появились, — засмеялась Раиса Белогалова.

— Вроде больше ничего нет, — услышал он голос другого мужчины с оружием в руках.

— Отлично! Забирайте его и двигаем отсюда… НО ОН НЕ ДОЛЖЕН ПОСТРАДАТЬ!!! Он теперь принесет нам очень много денег! — рассмеялась она.

Все мужчины, находящиеся здесь, имели бандитскую внешность. Будь он даже Одаренным, но с ними справиться не смог бы, а потому лишь слабо улыбнулся и закрыл глаза в надежде, что это сон и скоро все закончится.

Ведь это сон? Правда? Спрашивал он сам себя. Не мог я быть в прошлой жизни настолько плохим человеком, чтобы сейчас расплачиваться за всё это.

— Вставай или я сломаю тебе ноги! Петь ты сможешь, сидя и в инвалидном кресле, — за словами последовал сильный удар под дых чем-то тяжелым, возможно, даже ботинком.

Дмитрий отлетел к стене, но глаза не открыл. А лишь слабо снова улыбнулся. Почему-то ему хотелось улыбаться. Вся эта ситуация его только веселила. Неудачник, против которого решил ополчиться весь этот чертов мир. Но он не сдохнет, нет!

— Не сдохнешь… — прозвучал тихий шёпот в его голове. — Смерть — это не твое… Скоро станет легче…

Дмитрию показалось, что он сходит с ума и, возможно, будет лучше, если его забьют здесь сразу. Однако… Чего ему было жаль, так это своего пса. Перед смертью хотелось бы увидеть единственного своего настоящего друга, о судьбе которого он даже не знал.

— Ты чего? Не понял⁈ Тогда я добав… — слова оборвались и появился другой шум.

Однако Дмитрий уже закрыл уши. Он не хотел никого и ничего слышать.

Из такого состояния его вырвала рука, опустившаяся на плечо.

— Вставай, парень! Теперь все будет по-другому, — говорил незнакомый голос. — Теперь ты станешь известным…

Когда он открыл глаза, то увидел то, что ему казалось невозможным.

Вся комната была заполнена еще живыми, но переломанными телами. В углу сидела и дрожала женщина, которая портила его жизнь целый год. А перед ним стоял старик, похожий на рокера. Именно тот самый, который и пригласил его на мероприятие, сделавшее его известным.

— Грузите их, парни! — громко сказал он.

В помещение тут же зашли десять гвардейцев Галактионова и начали выносить тела.

— Если подпишешь контракт, то станешь частью нашего Лейбла и больше никогда… — улыбнулся он, — ни один говнарь не посмеет поднять на тебя руку или обидеть!

Дмитрий не знал, что происходит. Но почему-то его руки перестали дрожать, вот только смех в голове не пропал.

— Соглашайся, хи-хи-хи… Твоё безумие требует присмотра, — последовал совет.

Впрочем, совет ему был не нужен. Он, не раздумывая, принял протянутую руку, а в следующий момент потерял сознание.

А когда пришел в себя, то находился в странном, но дорогом месте. Вокруг него ходили лекари и что-то записывали, а у ногах сидел пес… Его верный и лохматый Жора…

Следующих два часа он прижимал так крепко к себе друга, как только мог, и больше не хотел никогда выпускать его из рук.

— Кстати, от дочки тебе отдельное спасибо! — прозвучал знакомый голос старика, который стоял в проеме. — Она передала тебе, что когда будет первый концерт, то обязательно придет.

— Дочка? — не понял он, о ком говорит старик, но быстро прикинул все варианты. — Та красивая женщина, что дала мне денег?

— Она самая…

— Но почему она придет ко мне? Она казалась такой важной… А я простой исполнитель… Неужели у нее нет дел поважней?

— О! — усмехнулся старик. — Больше нет, она теперь на пенсии и может себе позволить.

— Ну, если у меня будет концерт, скажите, что я сразу вышлю ей бесплатный билет. Она в прошлый раз дала слишком много… — он хотел сказать по-другому, но матов знал мало, да и не употреблял их.

Старик снова засмеялся, в который уже раз.

— Не переживай! — отмахнулся он. — Я думаю, что бывшая Императрица Российской Империи Елизавета Годунова найдет деньги на твой концерт.

— А? — только и сказал глупо парень, а затем его лицо исказилось в ужасе.

*ПииииииииииП*

— ТВОЮ МАТЬ!!! ДЕД, УЙДИ!!! У ПАРНЯ ИНФАРКТ!!! — закричал один из лекарей. — Срочно бригаду сюда! Мы его теряем!!!