Глава 27

Суровцев надел на меня подвеску. Его пальцы погладили кожу на шее.

- Это признание в любви? – усмехнулась я.

- Да. Я не умею говорить таких слов.

Неужели? Помнится, он заливался соловьем, называя меня единственной, любимой, самой желанной. Однако я понимала, что сейчас это нечто совсем другое. Кирилл и правда не умеет признаваться в любви. Или он вообще не умеет любить?

- У меня было много женщин, но я никого из них не любил. До тебя, - полуулыбка коснулась губ Кирилла. Мне она показалась неуверенной. Неужели Суровцев может смущаться? – С тобой я потерял голову. Я готов бросить к твоим ногам весь мир. А вот слов найти не могу.

Я растерялась. Верила и не верила. Не может такого быть. Это очередной обман. Только зачем Суровцеву говорить мне подобные вещи? Я же и так сплю с ним.

- Я тебя расстроил? – удивился Кирилл. Похоже, у меня было испуганное выражение лица. Или растерянное. И вообще мне хотелось плакать. Не то от обиды, не то от счастья. Только какое же это счастье? Где ты раньше был, урод? Злость привела меня в сознание.

- Нет. Не знаю... Зря ты это сказал, - я хотела снять цепочку, но он остановил меня.

- Пожалуйста, оставь себе. Понимаю, тебя тяготит, что я несвободен. Я решу эту проблему. Мои адвокаты уже ищут приемлемые варианты.

- Нет, дело не в твоей жене. Я просто пока не могу разобраться со своими чувствами. Так что не проси взаимных слов любви, - я окончательно смогла взять себя в руки. – Давай оставим все как есть. Секс и ничего более. Нам хорошо вместе, так не стоит все портить любовью. Нет ее. Есть только желание наслаждаться друг другом и банальная похоть.

- Не предполагал, что женщина может так считать. Однозначно, ты необыкновенная, - Суровцев с удивлением смотрел на меня.

- Да, я редкий экземпляр.

«Умная блондинка», - едва не добавила я. Именно так назвал меня Кирилл, когда предлагал другу.

– Хорошо, будь по-твоему. Я подожду, сколько пожелаешь.

Нечего ждать. Финал наших отношений для меня ясен с самого начала. Скоро развязка. Вот только хочу ли я ее? Постаралась не думать о будущем. После, все после. А сейчас я стану получать удовольствие по полной и радоваться тому, что мы вместе. Пусть это только иллюзия счастья, она прекрасна.

- Итак, давай забудем обо всем на свете. Сейчас есть только ты и я, - я поставила свой бокал на пол, забрала бокал у Кирилла и поставила рядом со своим.

Села на колени Суровцева. Обняла за шею и поцеловала.

- Как пожелаешь. Я согласен на все.

Его рука скользнула по бедру вдоль разреза платья и на мгновение замерла. Суровцев выгнул бровь с интересом глядя на меня, потом удовлетворенно ухмыльнулся. Ему понравилось, что я без белья.

Ладонь приятно холодила кожу, ласкала нежно и бесстыдно. Глаза Суровцева потемнели, стали бездонными и страстными.

- Ты решила свести меня с ума?

- Да, - рассмеялась я.

И я это сделаю…

Мы целовались долго, жадно. Потом Кирилл взял меня за руку и повел в спальню. Огромная кровать с резным золоченым изголовьем стояла посреди комнаты. На витых столбах покоился причудливо задрапированный парчовый балдахин с золотыми кистями и бахромой. Просто ложе турецкого султана.

Кирилл провел руками по моим плечам, освобождая их от бретелей. Расстегнул молнию на спине. Платье с легким шуршанием черным водопадом упало к моим ногам. Я переступила через него, освобождаясь от пут.

Во взгляде Суровцева горел нескрываемый восторг.

- Куртизанка, развратница, королева, - прошептал он, опускаясь к моим ногам. Его жаркие губы коснулись узкой полоски кожи на бедре, между чулком и поясом.

У меня перехватило дыхание, сердце билось неровно, сильно, словно стремясь вскочить из груди. Я смотрела на Суровцева сверху вниз и чувствовала себя повелительницей мира. Приятно видеть мужчину у своих ног.

- Помнишь, я сказала, что однажды попрошу тебя о чем-то? Ты пообещал выполнить мою просьбу.

- Помню, - кивнул Кирилл. Он провел рукой по моему животу. Я чувствовала, как вздрагивают его пальцы.

- Сегодня будем играть по моим правилам. Встань.

- Согласен, - усмехнулся он, поднимаясь с колен.

Зубами стянула одну перчатку. Подала ее Кириллу. Протянула ему руки.

- Свяжи.

- Ты настолько доверяешь мне?

- Ради доверия я здесь. Я хочу верить тебе. Иначе я бы нашла себе другого мужчину.

- Хорошо, - он подхватил меня на руки, бросил на постель. Я упала в мягкие объятия шелка и порока.

Кирилл стянул с меня вторую перчатку, связал мне запястья, завязал глаза.

Я не сомневалась в Суровцеве. Ни минуты не сомневалась. Я снова чувствовала его, как и десять лет назад. Знала, что ничего плохого он мне не сделает, не причинит боли, не унизит. В этом ему отказать нельзя. Он бабник, но не извращенец. Не нужны ему подобные ухищрения, чтобы получить удовольствие и порадовать партнершу.

Приятный холодок волнения пробежал по коже, замирая и накатывая вновь и вновь. Руки Кирилла ласкали осторожно, губы касались тела как крылья бабочки – трепетно, нежно. Я предчувствовала, что последует за этим. Яростный натиск. Обжигающая страсть, затмевающая разум и заставляющая забыть обо всем.

Опытный любовник умеет удивить. Суровцев всегда заставлял меня замирать в предвкушении чего-то нового, неведомого, сладострастного. Такого порочного, и такого желанного.

Он резко повернул меня на живот. Пальцы пробежались вдоль позвоночника, почти не касаясь кожи. Кирилл погладил мою спину, поцеловал в шею. Намотал волосы на кулак, потянул назад, заставляя прогнуться и подчиниться его воли.

- Не боишься? – прошептал мне на ухо.

- Нет, - едва слышно ответила я.

Повязка упала с моих глаз, и я невольно зажмурилась от яркого света. Хрустальная люстра на потолке сияла тысячью огней.

- Хочу получше рассмотреть тебя, - усмехнулся Суровцев.

Приподнялась на локтях и глянула на него через плечо.

- Признайся, тебе нравится, что я беспомощна?

- Ты не беспомощна. Ты сводишь меня с ума, - он толкнул меня, и я снова оказалась на спине. – Это я в твоей власти, - он развязал мои руки, потер запястья, поцеловал их по очереди. – Ну что, теперь веришь мне?

- Почти, - рассмеялась я, вцепившись в его спину ногтями.

Желание тяжелой волной накрыло меня.

- Не спеши, прошу, только не спеши, - молила я, изнывая от нетерпения и желая продлить удовольствие.

- Ты сама этого захотела, - усмехнулся Суровцев.

Его ласки стали медленными, томительными и грубыми. Я не могла глаз отвесит от его мускулистого разгоряченного тела. Кирилл был не просто красив, он был совершенен, как античный бог. И сейчас он принадлежал только мне, без остатка.

Сладкая судорога пробежала по телу, заставляя его содрогнуться. Одна волна следовала за другой, заставляя трепетать под бесстыдными ласками Кирилла.

Он навалился на меня все массой тела, я вздрогнула, застонала. Стон перешел в крик восторга, который я не хотела и не могла сдержать. Первородная страсть лишила разума, воли, оставляя только одно животное желание. И я безропотно подчинилась ему…

Я лежала на скомканных простынях, широко раскинув руки и тяжело дышала. Кирилл положил руку мне на живот, погладил его.

- Ты измучила меня, - хриплый голос был тих и ласков.

- А я думала, что все наоборот, - с трудом раскрыла глаза, убрала прилипшие ко лбу волосы и повернулась на бок. – Бандит, настоящий бандит с большой дороги.

Кирилл поднялся с постели. Я тоже попыталась подняться, но истома придавила меня к прохладному шелку простыни.

- Сил нет, - призналась я. – Но сейчас поднимусь.

- Лежи, - остановил он меня.

Он принес вина и шоколада, сел рядом со мной и положил дольку лакомства мне в рот.

- Подкрепись немного.

Я прикусила кончики его пальцев. Он засмеялся и протянул мне еще шоколад. Села на постели, облокотилась на подушку и натянула на себя простыню. Кирилл потянул за ее край и стащил с меня.

- Хочу любоваться тобой.

Вино горело алым пламенем под ярким светом, лившимся с люстры. Суровцев рассматривал меня, пил вино и щурил глаза, как довольный кот.

Протянул мне бокал. Я пила и думала о том, что скоро мы расстанемся навсегда. Легкое сожаление сжало сердце. У нас нет будущего. Даже если бы я не хотела отомстить, я бы не осталась с ним. Слишком через многое мне пришлось пройти по его вине.

- О чем задумалась?

- Ни о чем и обо всем. О тебе, о себе… Так, философские мысли.

- А конкретнее?

- Мне очень хорошо. Давно так не было. Сейчас для меня это главное.

- Тогда стоит повторить.

- Обязательно, - я поставила бокал на тумбочку у кровати. – И, похоже, ты собираешься это сделать прямо сейчас.

- А зачем откладывать?

Кирилл дотянулся до выключателя, и свет медленно погас. Комната погрузилась во мрак.