В особняке Змеевых…
Софья Михайловна Змеева с умилением смотрела, как Дед Мороз возится с двумя сорванцами. Двойняшки, которые не любили чужих, визжали от смеха и радостно бегали по залу. Дедушка тоже не подвёл — за час он как будто даже не устал, балуясь с детьми.
— Софья Михайловна, ваш чай, — возвестила домработница над ухом, опуская поднос на стол. Подхватив кружку, женщина вновь с комфортом уместилась в кресле. Внуков она любила, но умотать они могли кого угодно. Сейчас вот, бедный Дед Мороз отдувался.
— Софья Михайловна, — за плечом хозяйки дома материализовался начальник охраны, — мои ребята сообщили, что этот Дед Мороз прошёл с вами. Вы видели его паспорт? Разрешения? Рекомендации?
— Это пустое, Марк, мы хорошо с ним знакомы.
Глотнув любимого чаю с мёдом и лимоном, женщина зажмурила глаза.
— Ваша… беспечность меня поражает, Софья Михайловна. Даже у хороших знакомых может быть злой умысел, учитывая состояние и дела Петра Сергеевича.
Хозяйка лишь отмахнулась от него. Марк еле слышно скрипнул зубами.
— Инесса! — громко крикнула Софья Михайловна домработнице. — У нас скоро будут гости, подготовь всё! А вам, Марк, — женщина ехидно улыбнулась, — большой и жирный минус.
Огорошив начальника охраны, Змеева величественно поднялась и громко крикнула:
— Дети, дети, пора кушать! Бегите, дайте Дедушке отдохнуть!
Двойняшек подхватили девушки из прислуги и под контролем бдительной Инессы повели в столовую. А Софья Михайловна направилась прямо к Деду Морозу, сидевшему на ковре.
Он же внимательно смотрел на хозяйку дома. На вид ей было не больше тридцати пяти-сорока лет. Чёрные волосы спускались до лопаток, а голубые глазищи, казалось, смотрели, в душу. По сравнению с Дедом Морозом, она выглядела совсем миниатюрной. Прямой длинный сарафан подчёркивал ладную фигуру женщины. В сарафанах она была особенно похожа на колдунью.
На этом месте Дед Мороз спохватился и отвёл взгляд. Говорят, нельзя долго смотреть на ведьму — приворожить может.
— Вам не стыдно, уважаемый дедушка? — с укором спросила Софья Михайловна. Конечно, она его узнала. Было бы странно, если бы её обдурил этот маскарад.
Просто она приворожила его и забрала душу.
Это было больше тридцати лет назад. Они с компанией пошли в лес, на пикник, напились и заблудились. Вдобавок на ногу Змея — как его называли, рухнула тяжёлая ветка, и он едва выбрался из леса в богом забытую деревушку. Парня забрала к себе местная ведьма, а её дочка выхаживала больного раненного и одичавшего от страха столичного мажора.
Змей выучил черты её лица наизусть. Даже когда его нашли и забрали домой, он видел их во сне. Все в той деревне потом знали, к кому он ездил. Только дочка ведьмы, приворожившая его, любила другого. Он стал злым, нервным, незнакомое чувство сжигало его изнутри. Однажды Змей сорвался и едва не изнасиловал девушку — остановили лишь её насмерть перепуганные глаза. Она боялась его. В конце концов, Змей предложил юной колдунье выход: одна ночь вместе — и он навсегда исчезает из деревни.
Промаявшись с неделю, девушка согласилась. У неё были свои планы — экзамены, поступление в столицу и свадьба с суженным. Подумаешь, не девицей выходит замуж — по всякому подгадать и обмануть можно. Получив своё, Змей затаился, а про маленького змеёнка под сердцем девушка узнала уже в Москве. Удивительным образом парень, соблазнивший её, тоже прослышал о ребёнке и прибежал свататься. Подчинившись воле матери, опозоренная девушка пошла под венец с нелюбимым.
Софья Михайловна до сих пор не понимала, как её личная драма вылилась в настоящую семью с одним коварным Змеем и двумя маленькими змеёнками. И если Сеня больше пошёл в её породу, то Алиса росла копией папочки.
— Петь, — захохотала хозяйка дома, — заканчивай с маскарадом, не смущай Марка. Он, бедный, весь испереживался. Да и гости уже на пороге!
У начальника охраны рация выпала из рук.
Лада
В барский дом Змеевых меня, что поразительно, пропустили сразу. Даже вызвали парня из охраны — проводить. Уже на пороге особняка, я обернулась и заметила огромный лимузин, подъезжающий к воротам. Сердце тревожно ёкнуло — неужели Змеев вернулся? Он же нас с детьми на дух не переносит.
Девушка у входа забрала мои вещи и проводила в гостиную. Страх за детей гнал вперёд, заставляя забыть обо всём. Но когда двойняшки, облепившие Деда Мороза, бросились уже ко мне — я медленно осела на ковёр. Кажется, дети живы-здоровы, и зря я себя накрутила.
Ещё бы Сенька живым нашёлся…
Его мама помахала мне рукой и весело подмигнула. Я с трудом выдавила ответную улыбку. Главное, линять, пока хозяин не объявился.
Только было уже поздно!
В гостиную, чеканя шаг, ворвался грузный высокий мужчина лет пятидесяти. За ним семенила растерянная Таша и вполне уверенный в себе Егор. Оценив обстановку, я прижала к себе детей. Сдохну, но не позволю причинить им вред!
— Софья Михайловна, — громогласно начал пожилой мужчина, видимо, отец Таши, — где Пётр? Сегодня он собирался работать дома. У нас к нему серьёзный разговор!
— А что случилось? — мама у Сеньки пафосно заломила бровь. Это непрошибаемая женщина, конечно. Хотя с её-то мужем…
Соколовский слегка побагровел:
— Вы ещё спрашиваете?! Мы о чём договорились — Ташка выходит за Арсения, как доучится, — он тряхнул дочь за плечо, что та аж скривилась от боли. Мне невольно стало её жалко. — А что я узнаю? Что он жениться собрался на какой-то провинциальной девке! Софья Михайловна, ну это совсем не дело.
Но прежде, чем свекровь успела ответить, Дед Мороз сдёрнул бороду и колпак.
— Не дело, прав ты, Николай, — вздохнул Пётр Сергеевич в красной шубе. Хорошо, что я сидела, иначе навернулась бы сейчас к чёртовой матери! — Вон, познакомься, — Змеев кивнул в мою сторону, — его любовница и дети.
Все взгляды скрестились на нас. Ну, спасибо, блин.
— Дети?! — ахнула Таша. — Так это правда?..
Её отец тоже уставился на нас, сначала презрительно, а потом внимательно.
— Двойняшки они, что ли? М-да, явно вашей породы детки. Ну и что, Пётр? Мамаше приплатил да обратно в провинцию выпнул, а детей Арсению оставьте. Какие проблемы?
— Он уже раз "выпнул", — совсем по-акульи улыбнулась Софья Михайловна, — Сенька чуть дом с землёй не сравнял. Николай, мой вам совет, не трогайте семью. Иначе лично в моём лице и вы, и Пётр наживёте врага. А женщины, защищая детей, говорят, горы свернуть могут.
— А вы бы помолчали, Софья Михайловна, когда мужчины говорят… — набычился бизнесмен Соколовский.
В этой суматохе никто не заметила, как скрипнула дверь.
— Всем… это… добрый вечер, — услышала я до боли знакомый голос, — опять без меня меня женим, Па?
Островерхов. Собственной помятой и заметно поддатой персоной. Второй раз за день у меня отвисла челюсть. Двойняшки с визгом бросились к отцу, а я могла только открывать и закрывать рот.
— Сень, ты что, напился? — не меньше меня офигел Егор.
— Эх, довели всё-таки мальчика, — притворно вздохнула Софья Андреевна, вставая рядом с дедом… просто дедом.
— Я не просто так напился, у меня эта… печаль, — глубокомысленно поправил Сенечка и пожаловался, — Лада не хочет за меня замуж!
Лада почувствовала себя крайне вероломной личностью, на пересечении множества взглядов. А? Что? Когда он успел сделать предложение?
— Ты где вообще был?! — не выдержала я, уперев руки в бока. Двойняшки мужественно зарыли папу от медленно закипающей мамы. Какие понимающие не по годам, блин!
— Пил! — убийственно честно признался Сеня. — У знакомого парня-бармена. Он мне в комнате охраны постелил. А утром я решил… Ик!.. раз Лада меня бросила, пойду людям помогать. Советы давать! Чтобы это… новогоднее настроение было!
— Какие советы?! — застонали мы с Егором и Софьей Михайловной. С талантами Сеньки "помогать людям" крайне опасно!
— Ну, вон у нас милая барышня Таша, — ткнул в девушку Островерхов, — в Новом году обязательно замуж выйдет, но чтобы это случилось — своему мужику она поверить должна, рискнуть! Ташка, не куксись! Просто не моя ты суженая. Даже бабушка сказала, что Лада у меня судьба. А бабушка херни не скажет, правда, мам?
— Сень, она давным-давно умерла…
— Ну и что? — Арсений остался невозмутимым. — Она сейчас за отцом стоит, смеётся. Говорит, что только Змей мог, чтобы внуков увидеть, в Дед Мороза переодеться. Па, на самом деле — я ж всегда рад тебя видеть, а так ты только Ладу перепугал. О! А за вами, дядя Коля, тётя Маша стоит. Про наследство, шкатулку хочет сказать… У вас шкатулка с бирюзой на крышке есть?
Таша с отцом одновременно вздрогнули, а я схватилась за голову.
— Господи, Сеня, если к нам придут люди с вилами и факелами сегодня — я сразу тебя сдам!
— Жечь пентхаус на семнадцатом этаже? — усомнился Егор.
— Его не было почти сутки! Ты представляешь, сколько он советов успел надавать?!
— Ничего страшного, Лада, — мама у Сеньки была само спокойствие, — ну подумаешь, блаженный пьяный, говорящий что-то про суженых и судьбу. Ну, глупости же.
— Что значит глупости?! — фыркнул мой недо-колдун. — У многих же призраки за спиной прячутся! Я сначала с ними общался, имя спрашивал, детали всякие, а потом уже с живыми говорил! Что я, шарлатан какой-то, что ли?!
Софья Михайловна заметно побледнела.
— Беру свои слова обратно — Лад, давай я тебе у нас комнату выделю, пока всё не устаканится.
— Моя Лада! — набычился Сенька, сгружая двойняшек Егору. Он решительно подошёл ко мне и обнял за талию. Вздохнула, прижимаясь. Ну, правда ведь, суженый. Не соврала покойная бабушка.
— Пойдём домой, любимый мой. Тебе надо выспаться, отдохнуть.
Арсений отчего-то сглотнул.
— С тобой? И детьми?
— Со мной и детьми, — улыбнулась я, — не пропадай больше.
***
Но домой мы всё-таки не поехали — Сеню замутило, и Софья Андреевна приказала готовить для нас гостевую комнату. Змеев рискнул было что-то вставить в поток её указаний, но наткнулся на суровый взгляд и промолчал. Целый вечер новоявленного дедушку было не оттащить от двойняшек. Ну и зачем надо было городить мосты?.. Честно, я не понимала.
Как выяснилось позже, Змеев не планировал свадьбу Арсения и Таши. Своего упрямого сына он слишком хорошо знал, чтобы рассчитывать на его согласие. Идея с женитьбой целиком и полностью принадлежала отцу Таши. А Сень… Сеня быстро заснул, и оставалось только гадать, что было у него на уме…
В канун Рождества я проснулась от нежных поцелуев в щёку. Островерхов нависал надо мной, прижимая рукой к кровати, ласкался. Надо признать — от его откровенного влюблённого взгляда Лада тоже поплыла и подалась навстречу.
— Знаешь, вредная моя, — многозначительно начал Сенька, давая мне передышку от поцелуев, — я решил, что спрашивать тебя не буду. Ну его к чёрту, эти метания. Ты выходишь за меня замуж. Кольцо у тебя на пальце, свадьба в начале марта, в одном хорошем пражском отеле. Раз уж именно Чехия свела нас вместе. Бронь они уже подтвердили. Наши родители и друзья в курсе, никто не отказался ехать. Ах да, мы платье будем шить на заказ или ты готовые посмотришь?..
Я внимательно оглядела посвежевшего мужа.
— Для мужчины с похмелья ты поразительно деятельный, Островерхов.
— У меня вообще много талантов, — хмыкнул он, целуя мою руку. Ту самую, с кольцом. М-да, это не кольцо, это бюджет маленькой страны в Азии. Но какое же красивое…
— Ты согласна, или мне к уговариваниям переходить? — проурчал Арсений, как вампир пристраиваясь к моей шее. Оценила его настрой и решила поломаться….
Зря! Отдохнувший Сеня — любвеобильный Сеня, а мне же ещё на работу идти! Впрочем, "да" он из меня выбил. Даже не одно "да-а-а", что его несказанно повеселило.
— А твой отец? — спохватилась я, осознав, что сказка немного затянулась. — Он же не согласится…
— Он уже согласен, — фыркнул Сенька, — ладно, спи, вредная моя. У тебя выходной сегодня.
Мне осталось только закатить глаза. Можно подумать, меня не эксплуатировали сейчас! Но отказываться от выходного я не стала и покорно обняла подушку.
— Засыпай, — он нежно чмокнул меня в щёку, — мой любимый Кофе…