Глава 19

Второго января вставать пришлось очень рано. Нет, Николай не стал будить Светлану – сам открыл кофейню, сварил себе первую чашку и, если честно, ожидал, что придется скучать за стойкой, листая ленту, но… «Скорая», полиция, ранние пташки вроде водителей автобусов – все радостно забегали, кричали «С Новым годом!» и брали кофе, чай и привезенные из пекарни булочки.

Шум разбудил девушку. Она привела себя в порядок, вышла в зал и уже привычно взялась за чай, повторяя в промежутках билеты к экзамену.

– Свет, тебе же учить надо! – Николай быстро заметил, что она читает не ленту.

– Я учу, – удивилась она.

– Да ты же отвлекаешься все время!

– Так я привыкла, – пожала плечами Света.

– И все же! – бариста все же отправил девушку учить билеты, и, как оказалось – вовремя.

В кофейню снова заявился нетрезвый Кирилл. Из его пьяных криков Николай мало что понял, но выставить парня сумел. Тот вроде бы ушел, и за стойку мышкой скользнула Светлана:

– Ой, что я наделала! – прошептала она.

– Ты что-то поняла из его криков? – Николай невозмутимо подтолкнул к ней чайничек, «заряженный» успокоительным чаем.

– Помнишь, я говорила о чертежах, которые он у меня скопировал из ноута? И отцу Киры показал?

Бариста только кивнул.

– Я же его официальную почту нашла и написала. Приложила чертеж и черновики. Кирилл отчаянно пытался к нему в фирму попасть, потому и за Кирой ухаживал, – Света кашлянула, припомнив «ухаживания» и ритмичный скрип дивана. – Ну, вот он и орал, что ему отказали, и что отец Киры его послал совсем…

– Свет, только не вздумай чувствовать себя виноватой! – строго сказал Николай. – Этот придурок сам себя закопал. Думал, что самый умный и хитрый, но в любой профессии надо работать и головой, и руками. А он собирался на твоих плечах в рай въехать. Не жалей. Если поймет, что не прав был, и сам за дело возьмется – толк будет. Наш город не единственный, где архитекторы, декораторы и чертежники нужны.

Светлана заварила себе чаю, налила и даже выпила немного, когда вдруг раздался глухой удар и треск. Потом еще один и еще! Большие красивые панорамные окна кофейни пошли некрасивыми трещинами. Нет, стекла не выпали – все же стеклопакеты прочная штука, но сразу помутнели.

Двое мужчин, сидящих в уголке с кофе и сэндвичами, уже после первого удара вскочили и ринулись на улицу. Николай – за ними. Света тоже собиралась, но он успел рыкнуть:

– Касса! – и она осталась.

Видно было плохо, так что посетители быстро похватали свои стаканы и тоже ринулись за дверь. Девушка от нетерпения все губы искусала и чуть ногти грызть не начала.

Однако вскорости Николай вернулся с одним из мужчин. Оказалось, в кофейню заглянули оперативники из ближайшего отделения! Они и задержали Кирилла на месте преступления. Он кидал в окна куски льда и сумел серьезно повредить стекла. Один оперативник увел парня в отделение, а второй остался, чтобы принять заявление от Николая.

Бариста отвечал по существу – явился пьяный, кричал, мешал, выставили. Впрочем, это полицейские и сами наблюдали, но поскольку все было мирно – не вмешивались.

– А что этот Кирилл кричал про девушку, которая ему жизнь сломала? – опер бросил взгляд на Светлану за стойкой.

– Не знаю, – дернул плечом Николай, – у него спросите!

Вскоре опер ушел, записав даже сумму ущерба – кофейня была новой, и у бариста сохранились все чеки. В том числе на остекление.

Потом Николай сфотографировал разбитые окна и закрыл их ставнями, а после начал звонить в фирмы по ремонту стеклопакетов. Конечно, по большей части его встречали автоответчики, но он все же дозвонился до какой-то небольшой фирмы и договорился на быстрый приезд мастера для оценки стоимости работ.

Все это время Света стояла за стойкой, но в побитую кофейню никто особенно не заходил. Девушка страшно расстроилась и винила себя, поэтому, когда Николай все же договорился и вернулся к кофемашине, она зябко повела плечами:

– Прости, я не думала, что ему настолько крышу сорвет…

– Света! – строго глянул на нее Николай, и девушка как-то вдруг ощутила, что он ее старше и вообще мужчина. – Не говори глупостей! Он мужик и сам отвечает за свои поступки!

И все!

От удивления Света и слова не сказала – только чайку успокоительного хлебнула. А потом Николай вообще кофейню закрыл – с разбитыми окнами она выглядела жалко, и велел ей учить билеты и есть то, что лежит в холодильнике, а сам ушел.