4. Неприглядные тайны

Ко мне быстрым шагом приближалась неопрятная дамочка неопределенного возраста. Ей могло быть как и двадцать пять, так и сорок. Из-за растрепанных волос и какого-то помятого вида определить точнее было невозможно. – Это не свалка. – Я с достоинством выпрямилась и окинула взглядом внутренний двор. На небольшой пятачок выходили окна трех зданий: таверны Дарси, дома, стоявшего выше по улице, тоже, кажется, какой-то лавки. А третье здание было спрятано в глубине двора и больше напоминало сарай с надстроенными на него балкончиками. И эта странная кривобокая развалюшка должна была оскорблять чужой взор гораздо сильнее, чем груда разломанной мебели. – И вообще, я все сложила на своей территории. – Какая еще твоя территория? Ты кто такова будешь? – Повторила свой вопрос незнакомка, скрестив полные руки на объемной груди. – Алисия Росс. – Я отзеркалила жест. – И это – моя таверна, если вы не знали. – Как же, твоя. – Подбоченилась она. – А то я не знаю, что эта развалина принадлежит бабке Дарси. – Дарси Росс – совладелица. И вообще, корыто под вашей дверью смотрится куда хуже, чем мои будущие дрова. Которые я скоро уберу в поленницу. – Я указала на страшное, позеленевшее от старости корыто, наполненное дождевой водой. В нем, кажется, уже завелась какая-то живность. – Это не мое. – Надменно заявила соседка. – В моем дворе нет никакого хлама. Она махнула рукой в сторону сарая-развалюшки. Я чуть не фыркнула от смеха. Какие у нее могут быть ко мне претензии, когда у самой дом выглядит так, будто построен пьяным прорабом безлунной ночью? – Рада за вас. – Ответила я. – Но ничем не могу помочь. Если вас оскорбляет вид моих будущих дров, можете их порубить и убрать под навес. А взамен я поделюсь с вами половиной. – Вот еще! – Усмехнулась она. – Больно надо руки марать о твой хлам. Разбирайся сама. Но чтобы к завтрашнему утру его тут не было. Я промолчала, чтобы не усугублять ситуацию. Хотя очень хотелось высказать этой нахалке все, что я думаю о ее приказах. Но я и без того нарушила данное Дарси обещание не выходить из дома. Не хватало еще сцепиться с соседкой. – Уберу все позже. – Мрачно согласилась я. И, не дожидаясь, пока у соседки найдутся новые претензии ко мне, поспешила скрыться в доме. Прикрыла дверь поплотнее и обратилась к Пушнелю, который благоразумно дожидался меня внутри. – Это что за фря у вас в соседях? Пушнель, кажется, был солидарен со мной. Он возмущенно запыхтел, что-то защебетал, подскакивая на месте. – Ничего не понятно, но очень интересно. – Вздохнула я. – Ладно, пойдем закончим с залом. Ну или хотя бы продолжим. Работы было еще море. Я была слишком оптимистично настроена, когда решила, что смогу управиться с главным залом за день. Сломанная мебель и мусор под ногами были не единственной проблемой. Нужно было отскоблить загаженные воском и жиром столы, отмыть окна, через которые уже с трудом пробивался свет, смахнуть с потолка и тяжелых кованых люстр паутину и вообще разобраться, как здесь работает свет. Потому что свечей в люстрах не было, электричества здесь тоже не наблюдалось. Но по вечерам зал явно как-то освещался. Не зря же под потолком висели эти тяжеленные десятирожковые бандурины. Я стояла посреди зала и пыталась решить, с чего бы начать. Вообще, логично было бы идти сверху вниз. Чтобы потом грязь, падающая с потолка, не загрязняла уже чистый пол. Но до возвращения Дарси и думать было нечего, чтобы лезть наверх. Никакой стремянки в кладовой не нашлось, а громоздить оставшиеся в живых стулья на столы, чтобы дотянутся до потолка, было рисковано. Так что я решила взяться за окна. По крайней мере, когда я их отмою, в зале будет светлее, и мне не придется напрягать зрение, чтобы вглядываться в темные углы. Тряпку и ведро с водой я водрузила на тяжелый двухместный стол, а потом и сама влезла на него с метлой в руке. Окна были высокими, и когда-то красивыми. Сейчас же они были затянуты толстым слоем пыли, а в самых дальних углах успела нарасти паутина. Я повертела головой, поражаясь, как быстро таверна пришла в такой упадок. Судя по дневнику Алисии, она всего несколько месяцев назад покинула город, и в то время таверна еще худо-бедно работала. Даже если Дарси закрыла заведение сразу после отъезда внучки, не могло же здесь все так резко состариться. Хотя кто знает… Вдруг конкуренты наслали на таверну какое-то заклятие. Раз в этом мире существовала магия, значит, и подобное вполне было возможно. – Пушнель! – Позвала я. Пушистый комочек тут же замелькал чуть в стороне, на соседнем столе. Не оборачиваясь, я стала сметать с углов паутину. – Что у вас тут произошло? Такое чувство, будто таверна уже год стоит всеми забытая. Пыль полетела прямо мне в лицо, и я закашлялась. Пришлось слезать и идти в кладовку за чистыми тряпками. Одну я повязала на голову, защищая от грязи волосы, из второй сделала подобие маски, чтобы не глотать пыль. Пушнель все это время что-то активно рассказывал, притоптывая и подпрыгивая на столе. Естественно, я ничего не разобрала из его шипения и подобия свиста. Но по общему возбуждению и интонации было понятно, что дух-хранитель страшно расстроен и возмущен вопросом. Пришлось спешно извиняться, пока он на меня не набросился. – Ну прости, прости. Я просто не знаю, как у вас здесь бывает. – Я снова заработала метлой, избавляясь от толстого слоя пыли. – Не переживай. Скоро вернем вашему дому былое величие. Договорились? Пушнель яростно зашипел, но я решила воспринимать это как согласие. В главном зале было четыре высоких окна. Четыре раза мне пришлось двигать стол и залезать на него. Сперва помахать метлой, потом, приспособив на швабру мокрую тряпку, стирать грязь с верхней части окна, и домывать уже руками оставшуюся часть. Вода в ведре моментально становилась черной, и я успела пару раз посетовать, что дух-хранитель не может принять форму кого-то большого, кто может хотя бы отнести ведро в кухню, чтобы поменять воду. А от лазания туда-сюда у меня уже начинали болеть ноги. Руки же начали затекать гораздо раньше, еще когда я орудовала метлой и шваброй. – Все, я больше не могу. Я рухнула на стул, вытягивая ноги. И в этот момент скрипнула, открываясь, дверь. – Чего это ты больше не можешь? – Ехидно поинтересовалась Дарси, снимая с головы платок и оглядывая зал. – Надо же, как у нас светло стало. Пушнель, ты расстарался? – Ага! Не дух-хранитель, а машинка для мойки окон. – Пробурчала я. – Да вижу я, что это не он. Вон, какие разводы. – Вредная старушенция ткнула пальцем в последнее окно, на котором у меня кончились силы. Я успела смыть с него всю грязь, но насухо вытереть стекло меня уже не хватило. К тому же на окнах все равно оставалась грязь с внешней стороны. Так что меня в любом случае ждал еще один заход. – Знаете, что! – Вспылила я. Но сил не было даже на то, чтобы спорить. Устало махнула рукой. – Ну вас. Сами мойте, раз не нравится. – Не нравится. – Подтвердила Дарси с ехидной ухмылкой. Кажется, ей было в радость меня доставать. Но она тут же подмигнула мне. – Ладно тебе ворчать. Это у тебя от голода сил нет. Сейчас пообедаем и подсоблю, так и быть. Так и быть! Будто это была моя таверна. Хотя… Она ведь и есть моя по всем документам! – Готовить не буду! – Тут же заявила я. Во-первых, я даже встать пока не могла. Не то что скакать у плиты. А во-вторых, как ни позорно было признавать это, но я попросту не умела готовить. Мой максимум – это подгоревшая яичница и бутерброды. Такой вот парадокс. Я могла сделать несколько видов вкуснейшего кофе, но стоило взять в руки нож и продукты, у меня выходило нечто совершенно несъедобное. Поэтому я даже представить себе не могла, что я буду делать, если задержусь в этом мире уже после того, как таверна откроется. Готовить у меня точно не выйдет. Разве что пиво смогу наливать, или какие напитки тут в ходу? Да разносить подносы гостям. Хотя роль официантки для меня была просто страшным сном. Набегалась я на заре карьеры, больше не хочется. Куда приятнее стоять за стойкой и готовить вкусный латте, украшая пенку цветочными узорами. Или смешивать карамельный сироп с апельсиновым соком и эспрессо, получая в итоге красивый и вкусный бамбл-кофе. Замечтавшись, я не заметила, что Дарси уже скрылась за дверью, а через минуту из кухни донесся грохот. Позабыв про усталость, я моментально оказалась на ногах и рванула в кухню. За несколько секунд, что бежала, огибая столы, успела надумать самое страшное. И перелом шейки бедра, и инфаркт, и все, что угодно. Но моему взору предстала растерянная Дарси, которая, завидев меня, тут же подобралась и стала поднимать упавшую сковороду. Вернее, попыталась, потому что в пояснице старушка явно не могла согнуться. А трясущиеся руки сейчас и вовсе ходили ходуном. – Дарси, вы в порядке? – Я помогла поднять сковороду и поставила ее на плиту. – В порядке! – Рявкнула Дарси, а потом вдруг сгорбилась еще сильнее и заплакала. – Ни в каком я не в порядке. А ты слепая, раз спрашиваешь. – Ну, видимо, так. – Согласилась я, не желая ругаться. Ей и без того тяжело сейчас. – Садитесь, сейчас чаю вам приготовлю. Пушнель оказался на кухне одновременно со мной и уже колдовал над плитой, зажигая под ней огонь. Я достала из шкафа коробку с чаем и чашки и поставила на огонь чайник со свежей водой. А потом мой взгляд упал на мельницу для специй. Небольшую, в такой много не намелешь, но все же… Пока чай заваривался, я отмывала мельницу, чтобы избавиться от налета старых специй. И пыталась отвлечь Дарси от ее беды, какой бы та ни была. – Кстати, как сходили в ломбард? Удалось выручить денег? – Удалось. – Дарси вдруг шмыгнула носом. – Только их и не осталось почти. Все кровельщику отдала. А на остальное еды купила. У меня же теперь еще один голодный рот появился. – Этот голодный рот свой паек отработает. – С улыбкой ответила я. Кажется, Дарси даже в унынии не переставала вредничать. – Сейчас кофе вам сварю, сами поймете, что не зря свой хлеб ем. Правда, до хлеба пока не дошло. А вот живот уже начал выводить звучные рулады. Я ведь с самого утра не ела. Да что там – считай, с прошлого вечера. За всеми переживаниями и заботами голод притупился, и я просто забыла о нем, а сейчас вот разыгрался вовсю. – Давайте и поедим заодно. – Я постаралась заглушить бурчание в животе, но Дарси его услышала. – Давай-давай. А то свалишься сейчас в голодный обморок. Совсем как моя Лисочка. – Вздохнула она. – Вон в пакете яйца, курица, овощи и хлеб с сыром. На неделю нам хватит. Она подвинула в мою сторону бумажный сверток и добавила просительных интонаций в голос. – Ты уж сготовь чего, милая. А то руки мои… – Не договорив, она снова вздохнула. – Тут такое дело. – Я закончила молоть кофейные зерна и теперь искала, чем заменить турку. – Я не очень умею готовить. – Ну совсем как Лисочка. – Теперь в голосе Дарси зазвучала грусть. – Но я могу попробовать. Только вам придется говорить мне, что делать. Я поставила перед Дарси чашку с чаем, и сама сделала глоток. В принципе, если она будет управлять процессом, а я просто буду ее руками, у нас есть все шансы на успех. И, кажется, старушка была того же мнения. Потому что после пары глотков чая она выпрямилась, а в ее глазах сверкнул огонек. – Значит, слушай, что делать. Возьми в холодном шкафу кусок сливочного масла и кидай на сковороду. – К Дарси моментально вернулся командный тон. Она восседала за столом, поглаживая навершие клюки, и раздавала указания как мне, так и Пушнелю. – Пушнель, убавь огонь, а то спалите сейчас все! Алиса, хватай курицу, сейчас будешь разделывать. Да не этим ножом! Возьми нормальный в ящике! Не знаю, что это была за магия, но спустя какое-то время я поставила на стол сковороду, в которой источал ароматы омлет с жареной курицей и овощами. Готовить под руководством Дарси оказалось просто. Я даже кухню не успела изгваздать: бабуля вовремя говорила мне, когда убрать посуду и выбросить мусор. А сейчас вот я накладывала в чистые тарелки свой кулинарный дебют и неистово гордилась собой. Поджаренные кусочки курицы, яркие томаты и сладкий перец в сочетании с пышной яичной шапкой просто таяли во рту. Я отломила кусок свежего хлеба с хрустящей корочкой и дочиста вымазала им тарелку. Сыто откинулась на спинку стула. Дарси с теплой улыбкой смотрела на меня. Ела она медленно, смакуя каждый кусочек. А я и не заметила, как проглотила все, почти не жуя. С трудом поднялась и вернулась к кофе. Вместо турки приспособила маленький сотейник и тщательно следила за тем, как поднимается кофейная пенка. Заметила краем глаза, что Дарси вновь нахмурилась, но после сытного обеда у меня было такое благодушное настроение, что я не стала переживать. Не понравится ей кофе – мне больше достанется. А сейчас кофеин был просто необходим, чтобы взбодриться. Иначе я так и усну на кухне. Ведь я так и не закончила с уборкой спальни. Сперва переключилась на стирку, а потом бросила все силы на зал таверны. В холодном шкафу нашелся кувшин жирных сливок, рядом с чаем – стеклянная баночка с окаменевшим сахаром. Я рассудила, что американо Дарси точно не оценит, а вот сладкий кофе со сливками ей может и понравиться. Да и мне самой ужасно хотелось сладкого. Обычно я предпочитала эспрессо, но в данный момент нужны были силы и энергия. И раз шоколада, который регулярно меня спасал в подобных случаях, под рукой не оказалось, пришлось обходиться тем, что есть. – Ваш кофе, мадам. – Я поставила перед Дарси ароматный напиток и села на стул, сделав большой глоток из своей чашки. – Не бойтесь, это не отрава. – Как же не отрава, когда мы этим мышей травим? – Пробурчала бабуля, но чашку в руки взяла и принюхалась с любопытством. – А мы в моем мире это пьем. Да еще и зарабатываем на этом. Целые кофейни открываем, представляете? У нас очень ценится возможность насладиться чашечкой хорошо сваренного кофе. – Странные вы там в вашем мире. – Дарси подняла на меня недоверчивый взгляд. Я демонстративно ополовинила свою чашку и зажмурилась от удовольствия. – Господи, как хорошо! Сейчас посижу еще три минутки и вернусь к работе. А вы пейте, а то остывший он точно вкуснее не станет. – Ну смотри, безумная. – Дарси, наконец, решилась и сделала глоток. Почмокала губами и покачала головой. – А чего горький-то такой? Точно ведь отрава! – Не отрава, а напиток богов. – Я назидательно подняла палец вверх. – Вы пейте, пейте. Наша кошка тоже сперва не любила пылесос, а потом втянулась. На мою глупую шутку Дарси только покачала головой, но покорно сделала еще несколько глотков. Потом отщипнула кусок хлеба и стала пить кофе вприкуску с ним. – Если купите завтра свежих булочек, будет гораздо вкуснее, чем просто с хлебом. – А чего деньги тратить, когда можно самой испечь? – Дарси больше не морщилась, а я улыбалась во весь рот, радуясь, что бабуля дала шанс моему кофе. – Я печь не умею. – Ничего, со мной ты всему научишься! – Уверенно ответила бабуля. – Сейчас посуду помоем и тесто поставим. – Стоп. А уборка? И вообще, я теперь буду и за уборщицу, и за повара что ли? – Не ворчи. – Дарси улыбнулась. – Нам Пушнель поможет. Раз уж проснулся, пусть за дело берется. Не успела я ответить, что от Пушика помощи не очень много, как он оказался на раковине, где сгрудилась грязная посуда, прыгнул на рычажок, открывая воду, а потом вдруг запорхал вокруг, каким-то чудом взбивая вокруг себя мыльную пену и заставляя плясать губку вокруг тарелки, намывая ее до скрипа. Я не могла пошевелиться, завороженная танцем Пушика, который продолжал мыть посуду. Вернее, заставлял ее мыться самостоятельно. Потому что я видела, что он никак не касается ни губки, ни сковороды. После того как вся раковина покрылась густой пеной, Пушик усилил напор воды и сполоснул все до последней вилочки. К тому моменту, как он закончил, Дарси уже поднялась и подошла к раковине. Она доставала посуду и раскладывала ее на чистое полотенце не столе. Когда последняя тарелка коснулась поверхности, Пуш выключил воду, а Дарси обернулась ко мне и подмигнула. – Видишь, как умеем. – А с метлой он так сможет? А то в зале люстры пылью заросли. – Не все сразу. – Дарси покачала головой. – Давай пока муку доставай и дрожжи поищи, там еще должны были остаться. Вот так, вместо того, чтобы закончить со спальней, я стала замешивать тесто на сдобные булочки. И снова оказалось, что все гораздо проще, чем я представляла. Отмерить правильные пропорции, да еще и без весов, замешать, поставить в теплое место, дождаться, пока взойдет – это и в моем мире мне казалось какой-то магией. А здесь под чутким руководством бабули все получилось с первого же раза! Под конец я даже не замечала ее ворчливого тона. А может, это она перестала ворчать, что тоже было тем еще волшебством. Пушнель куда-то исчез, видимо, устал после мытья посуды. А я уже размечталась, как с его помощью метелка сама будет летать под потолком, смахивая паутину. Но не в этот раз. – А теперь можно и отдохнуть. – Заключила Дарси, когда я спрятала миску с тестом под чистое полотенце. – А убираться кто будет? – Кажется, старушка заразила меня своим ворчанием. Или мы с ней поменялись местами. Потому что она в ответ фыркнула: – Тесто отдыхать будет. А мы с тобой вернемся к уборке. Идем наверх, пока совсем не стемнело. Только сейчас я заметила, что за окнами опускаются сумерки. В кухне по-прежнему было светло, и я завертела головой, пытаясь найти источник света. Он оказался под потолком: в колбообразном стеклянном абажуре мягко светился странный кристалл, похожий на кусок горного хрусталя. Вот, значит, как здесь освещаются дома. Видимо, в люстрах в зале когда-то стояли такие же кристаллы. Только сейчас их не было на месте. Или я совсем невнимательная стала, раз не заметила. В любом случае нужно было торопиться. Я поскакала вверх по ступеням на второй этаж, неся сразу два тяжелых ведра с водой, швабру и тряпки. После еды и кофе силы восстановились, будто я не просто поела, а еще и отдохнула и хорошенько выспалась. Кажется, кофе здесь давал какой-то двойной эффект. Наверное, хорошо, что я не сделала себе по привычке двойной эспрессо. А то изображала бы сейчас электровеник. А потом просто рухнула бы без сил. Дарси по мере сил помогала мне убираться. Отодвигала не тяжелую мебель и смахивала с поверхностей мелкий мусор. Я вымыла окно, протерла горизонтальные поверхности, вымела из углов комки пыли, а потом прошлась по всему полу мокрой шваброй. Пока бегала вниз менять воду, Дарси принесла чистое белье и, кряхтя и жалуясь на старость, перестелила постель. – Ну вот и все, Алисочка. Можешь отдыхать спокойно. Я привалилась к дверному косяку, оглядывая комнату. Волшебства не случилось. Спальня так и осталась старой и пошарпанной, но сейчас в ней хотя бы было чисто. А уют наводить было некогда. Впереди столько дел, что без разницы: есть ли на окнах плотные шторы, а на полу пушистый коврик, или нет. Вообще, будь моя воля, я бы поставила на подоконник пару горшков с цветами, а сундук застелила покрывалом. Но и без этого можно было обойтись. Я бы рухнула на постель прямо так, но, кажется, я уже целиком пропиталась пылью, которая раньше была рассредоточена по дому. Так что уточнив у Дарси, где находится ванная, и попросив полотенце, я достала из сундука одно из платьев и поплелась мыться. Ванная комната здесь была почти такой же, к каким я привыкла у себя. Разве что вместо большой ванной, где можно было лечь и понежиться в пене, в углу стояла высокая лохань со встроенными в стену рычажками. Так что я смогла не только смыть с себя всю грязь и усталость, но даже и вымыть волосы. Хотя мне очень хотелось вернуть себе привычное каре, чтобы не возиться с длинной гривой. Когда я вернулась в спальню, за окнами было уже темно. Но на крышке сундука стоял небольшой кристалл, испуская теплый желтый свет, так что комната стала казаться гораздо уютнее, чем при свете солнца. Я легла на кровать и вытянула ноги. Плоская подушка показалась мягче пуха, а запах свежего белья успокаивал и убаюкивал. Я закрыла глаза, переваривая все, что со мной случилось. Безумный и просто бесконечный день закончился, и в глубине души у меня теплилась надежда, что завтра я проснусь в собственной постели, а все это окажется просто странным и до невозможности реалистичным сном. Но моим мечтам было не суждено сбыться. Потому что из сна меня снова выдернули звуки брани. Я поднялась, взглянула на себя в зеркало и с разочарованием убедилась, что я все еще в чужом теле. Вздохнула, потянулась и выглянула в окно, откуда и доносились крики. Вчерашняя соседка ругала Дарси и всю таверну на чем свет стоит. А Дарси ни на грамм ей не уступала, разве что клюкой не трясла. Я прислушалась и в череде ругани смогла разобрать суть. Соседка снова возмущалась тем, что груда деревянного мусора оскорбляет ее взор, Дарси отвечала, что сам ее дом – это оскорбление всему двору, а соседка в итоге кричала, что она не потерпит возвращения Алисии и немедленно заявит в управление, чтобы ее, то есть меня, упекли за решетку. – А леденец тебе не завернуть? – Рявкнула я, высунувшись по пояс в окно. Меня раздирала злость на склочную соседку, которая устроила скандал на ровном месте, и страх, что она воплотит свои угрозы в жизнь. И сидеть бы мне тише воды, ниже травы, но на эмоциях я просто не смогла сдержаться. А потом, выслушав в ответ, что я виновата во всех бедах двора, самой соседки, да и всего Фэйрхэвена, сжала кулаки и понеслась вниз, отстаивать свою честь. Но когда я уже почти выбежала на улицу, Дарси вдруг развернулась и с неожиданной силой затолкала меня обратно в дом. – А ну, брысь отсюда! – Прошипела она, продолжая пихать меня в кухню. – Не влезай, во что не знаешь. – Что она себе позволяет? – Возмутилась я, но покорно уселась на стул. – Что Алисия ей сделала? – Да вот уж сделала. – Дарси покачала головой, махнула рукой взявшемуся из ниоткуда Пушнелю, а сама пошла заканчивать светскую беседу с соседкой. Пушнель сел напротив меня и, распахнув свои огромные глазищи, не сводил с меня сурового взгляда. Я только сейчас поняла, что на кухне одуряюще пахнет свежей выпечкой с ароматом ванили и корицы. Сглотнула слюну и навострила уши. Из-за двери долетали последние отголоски скандала, а потом Дарси ввалилась в кухню и со всей дури хлопнула дверью. Так, что даже стекла задрожали в окнах. – Это не женщина, это… – Дарси взглянула на меня, и я с радостью подсказала ей: – Курва! – Как выразить переполнявшие меня эмоции на немецком я не знала, но на языке вертелось подходящее словечко. Дарси смачно повторила: – Настоящая курва! Пусть только сунется еще хоть раз к нам. Я отметила, что Дарси сказала “к нам”, а не “ко мне”, а значит, мы понемногу становимся одной командой, что не могло не радовать. Но вот другая сторона этого разговора меня беспокоила. – Что натворила Алисия? – Я решила спросить напрямую. Было странно, что вчера соседка не узнала меня в лицо, а сейчас будто слетела с катушек. – Она не виновата. – Тут же заступилась за внучку Дарси. – Так уж ее воспитали… Сколько раз говорила – разбалуете дочь, но нет, кто меня послушает! Вот и выросла… Я затаила дыхание, боясь спугнуть бабулю, которая, кажется, решилась на откровенность. А она вдруг словно почуяла мое нетерпение. Остановилась на полуслове и пристально посмотрела на меня. – Давай уж свой кофе. Долгий разговор будет. Я с готовностью подскочила, высыпала из бумажного кулька в мельницу зерен на две порции и стала активно перемалывать. Дарси тем временем доставала из духовки противень с пышными булочками. Видно, успела напечь, пока я спала. Пушнель вертелся рядом с ней и, кажется, как и я, переживал за бабулю, у которой до сих пор сильно дрожали руки. В этот раз я не стала самостоятельно добавлять в чашку Дарси сахар или сливки. Просто поставила их на стол и предупредила, что без них кофе может показаться слишком крепким. Себе я сделала эспрессо. – Все началось, когда Ксандр снова женился. – Дарси отхлебнула кофе, поморщилась и разбавила его сливками. – Лора, моя бедная Лора умерла, едва успев родить Лисочку. А Ксандр быстро перестал горевать и женился на этой Кайле. Я молча слушала, отщипывая от булочки по кусочку, борясь с желанием запихать ее в рот целиком – уж больно мягкой и вкусной она была. Дарси продолжала говорить, время от времени делая новый глоток кофе. К булочкам она даже не притронулась. Чем дольше я слушала, тем сильнее сочувствовала старушке. Дочь умерла, внучку разбаловали, да так, что она была свято уверена, что достойна самого лучшего в этом мире, и не соглашалась на меньшее. А когда у Лисочки проснулась магия, отец с мачехой решили, что это поможет им поправить свое материальное положение. И Лисочку выгодно выдали замуж. Просто обменяли ее молодость и магию на деньги. – Наша последняя встреча закончилась катастрофой. – Вздохнула Дарси. – Я пыталась уговорить Лисочку не торопиться с замужеством. Поработать, найти свое место в жизни, а потом уже создавать семью. Но она и слушать не хотела. Как с цепи сорвалась, когда я заговорила про управление таверной. А я ведь хотела ей все отдать, чтобы она сама себе была хозяйкой и не зависела от отца. Сама бы решала, за кого замуж идти и кому детей рожать. Старушка замолчала. Взяла двумя руками чашку с кофе и надолго приникла к ней губами. Потом со стуком поставила чашку на стол и, отведя взгляд, закончила: – С тех пор таверна такая. Лисочка еще не научилась как следует магией управлять, вот и устроила разгром. Да еще и соседям досталось. Двор-то я в порядок привела, за хлопоты последними деньгами откупилась, а на остальное сил уже не хватило. Я закусила губу. Уж очень мне хотелось высказаться насчет этой безалаберной внучки, которая в свои двадцать два вела себя как капризный подросток. Но на Дарси и так лица не было, так что я сдержалась. Пушнель, видя, в каком состоянии его хозяйка, подкатился к ней под руку и ткнулся в ладонь. Дарси потрепала пушистика по шерстке и посмотрела мне в глаза. – Вот так, милая моя. А теперь вот тебе за мою Лисочку приходится отдуваться. Ты уж прости меня. Я только хотела сказать, что ей не за что извиняться. Не она же меня в этот мир выдернула. Но в дверь кухни что-то грохнуло, и я моментально вскипела. Поднялась с места и, перехватив по пути клюку Дарси, направилась к двери. Сейчас я всем соседям устрою такой аншис, что Лисочкина магия им цветочками покажется! Распахнув дверь, я едва успела отскочить в сторону. Еще секунда и мне прямо в глаз прилетела бы ножка от стула. Мерзкая соседка швырялась моими несостоявшимися дровами прямо в дверь кухни. – Ах ты коза! – Я подняла руку с клюкой и двинулась на женщину, которая замерла с очередной ножкой от стула. Мы с ней были похожи на двух фехтовальщиков, готовых вот-вот начать сражение. – А ну положи, где взяла! Это мой двор и мои дрова! А еще раз подойдешь к моей таверне ближе, чем на три метра, я тебе руки оторву! – Сама коза! – Плюнула в сторону соседка, но все-таки бросила ножку от стула. – Убирай эту кучу, пока я в управление не нажаловалась, что ты здесь бесчинствуешь. Угрожаешь мирным людям! – Да далась тебе моя куча! – Я не сдержалась и фыркнула. Уж слишком глупо звучал этот диалог. Честное слово, как дети в песочнице. – Мне забор, что ли, построить, чтобы ваш королевский взор не оскорблять своим двором? – А вот и построй! Чтобы рожу твою не видеть. Ни твою, ни бабки твоей. – Соседка уже перешла на личности, и я задохнулась от возмущения. Да вокруг нее самой надо забор построить. С колючей проволокой по периметру, чтобы не выбралась ненароком. Я пожалела, что у меня самой не было магии, а то я бы повторила выходку Лисочки. Только вместо таверны разнесла бы сараюшку этой хабалки. Но сейчас я не должна была встревать в неприятности. Да и лишнее внимание управления мне было ни к чему. Так что пришлось проглотить оскорбление и прямо здесь и сейчас, толком не умывшись, браться за топор. Мне повезло, что все деревяшки были старыми и рассохшимися, так что я управилась с ними меньше, чем за полчаса. Запихала все в поленницу и бросила взгляд в сторону сарая, в окне которого виднелся силуэт наблюдавшей за мной соседки. Я резко развернулась и ушла в дом. Нужно было срочно найти управу на эту дамочку. Пока она всю кровь не выпила за каждую мелочь. – Я могу обратиться в управление, чтобы нашу соседку изолировали от общества? – За что же ее изолировать? – Удивилась Дарси, расставляющая посуду по местам. – За исключительную склочность. – Я передернула плечами. Никогда раньше так не злилась. Сама того не зная, соседка умудрилась влезть мне под кожу. А может быть, я просто была на нервах, вот и реагировала чересчур остро на мелкие неприятности. – Ты снова шутишь? – Дарси серьезно посмотрела на меня. – Скорее, мечтаю. Почему у вас такая война за двор? У каждого ведь своя территория, и на чужую никто не претендует. – Когда Лисочка тут устроила хаос, всем соседям досталось. – Призналась Дарси. – Они потом долго ходили скандалили, а я и не удержалась. Высказала им за мою девочку. Вот теперь Лайла и пользуется любой возможностью насолить. – Так, может быть, зарыть топор войны? Поговорить по-соседски, помириться. А то она ведь и правда донесет в управление. И к нам опять пришлют этого Кинга. – Пыталась я, милая. С другими-то соседями у нас худой, а все же мир. Но Лайла сама по себе склочная. У нее из всех развлечений – только скандалы и есть. Так что просто не показывайся ей на глаза. А грязь с той стороны я сама отмою. – Заключила Дарси, заканчивая уборку на кухне. Я снова повязала фартук и платок на голову и вернулась в зал. Приготовила тряпки и ведро с водой и собиралась до блеска натереть последнее окно, на котором вчера оставались разводы. Но сколько ни присматривалась, никаких разводов не нашла. Остановилась в растерянности и попыталась вспомнить, точно ли я не домыла одно из стекол. Может быть, просто забыла? – Чего застыла, как замороженная? – Ехидно поинтересовалась Дарси, появляясь в зале вслед за мной. – Думаешь, если Пушнель одно окошко натер, то и остальные отмоет? Нет, милая, он пока еще слабенький у нас. Так что без тебя тут не справиться. Так значит, это Пушик домыл окно? А он молодец! Немного времени и сил мне сэкономил. Я поправила платок на голове, второй натянула на нос, оставляя открытыми только глаза, и вышла на улицу. Экипировка, призванная защитить меня от пыли и грязи, заодно стала моей маскировкой. Раз уж у Лисочки в округе репутация разрушительницы, будет лучше, если другие соседи пока будут в неведении относительно ее возвращения. Хотя Лайла, скорее всего, уже всем разболтала. Но как бы то ни было, а окна нужно было отмыть. И так как в мои планы не входило загонять Дарси на конструкцию из стола и стульев, пришлось заниматься этим самой. Благо, что сейчас улица была практически пуста. А случайные прохожие пусть и глазели на меня с удивлением, но не подходили и вопросов не задавали. Ну и правда, подумаешь, стоит девушка на пирамиде из мебели и машет метлой – эка невидаль! Я старалась сохранять серьезность, несмотря на раздирающий меня смех. Нелепость ситуации и моего вида, который отражался в стеклах, кого-то заставил бы разрыдаться, а вот мне стало смешно. В жизни бы никогда не подумала, что попаду в подобный переплет. А сколько у меня было планов: отучиться на курсах по обжарке кофе, пройти стажировку в крупнейшей сети кофеен, устроиться туда на работу и в течение следующих трех-пяти лет открыть собственную кофейню. Пусть даже крошечную, с одним столиком и кофе навынос, но свою. А дальше мечты и вовсе отправлялись в полет: расшириться до нескольких точек, ввести в меню завтраки и десерты, а там, глядишь, дорасти и до полноценного ресторана. Замечтавшись, я позабыла, что стою на неустойчивой конструкции, и, закончив натирать верхнюю часть окна, сделала шаг назад, чтобы полюбоваться результатом. Нога тут же провалилась в пустоту, а вслед за ней рухнула и я.