Глава 4

*** Открываю глаза и сначала даже не соображу, где я. И только спустя несколько секунд мне доходит, что я до сих пор у себя в гараже. По всему телу разливается приятная ломота от ночного марафона. Давно я так не кайфовал от секса. Всё было достаточно необычно. В моём привычном ритме, со всеми стандартными и нестандартными позами, но я хочу ещё. Провожу рукой по кровати рядом, где, точно помню, оставлял полностью удовлетворённую и уже почти не двигающуюся Дусю, но там пусто. И самое ужасное, что место уже остыло. Неужели сбежала? Хотя чему я удивляюсь, она же думает, что трахалась с механиком. Вот только моё самолюбие всё же задето. Сажусь на кровати, потягиваясь, разминаю шею и застываю в охренении. На зеркале, прямо напротив кровати, красной помадой написано красивым округлым почерком «Спасибо», и оставлен отпечаток губ. – Ах ты ж, ведьма, – рычу я, чувствуя, что закипаю. Только ведьма может выспаться за час и удрать от меня, чтобы я даже не услышал. Да ещё умудрилась мне обломать утренний секс. Поднимаюсь с кровати и, надев спортивки, быстро иду на выход. Сегодня у меня закрытие сезона, и я отправляюсь в столицу. На понедельник у меня уже назначены несколько встреч с новыми поставщиками. Нужно будет найти самые выгодные условия для моих гостиниц. Но какая же она горячая, зараза! Мысли сами стекают в сторону Дуси, отрубая напрочь все основные инстинкты. А я даже в душ ещё не сходил. И мне срочно нужна чашка горячего эспрессо. Сворачиваю за угол и натыкаюсь на Шеримова. Он меня раздражает, но пока сделать ничего не могу с этим, мы ещё с ним частично родственники. Пока я не развёлся с его больной сестрицей. – Клим, я смотрю, ты всё никак не привыкнешь, что за тебя должны делать работу, – хмыкает Сева, как всегда весь идеальный. – А я не привык перекладывать на других то, что могу сделать сам, – отвечаю, останавливаясь напротив него. – Кто бы сомневался, – хмыкает Сева, засовывая руки в карманы брюк. – Трахал очередную дырку? – А ты нет? – скалюсь в ответ, прекрасно зная любовь шурина к походам налево. Впрочем, у них вся семейка слабовата на передок. – Я не настолько низок, чтобы изменять своей жене, – шипит Сева, напоминая мне сейчас перекачанного слизняка. – А я настолько, – хмыкаю. – Да и женат я только формально. Осталось всего-то добиться от твоей сестрицы последней подписи. Не подскажешь, когда она там планирует вернуться из своего места силы? – Сам спроси, – отвечает Сева и разворачивается, чтобы уйти, но резко останавливается. – Хотя она может ускорить своё восстановление, как только ты пойдёшь на её условия. Теперь Сева напоминает шакала. Подлое создание! – Нечего было твоей сестре раздвигать ноги перед каждым! – рычу я, делая шаг к Севе. – Нужно было трахать её лучше, может быть бы и не раздвигала. – Что-то тебя слишком волнует моя сексуальная жизнь, Сев, – хмурюсь я, специально поднимая эту тему. – Ты там, случайно, не решил перейти на другую сторону? – Закрой рот, Гор! – дёргается ко мне Сева, но быстро останавливается, вероятно, замечая мою реакцию на его движения. Её просто нет. У нас с ним разная весовая категория, и его явно проигрывает моей. – Ты забываешься, где находишься, – говорю так, чтобы Севе дошло, он меня выбесил. – Я могу по щелчку пальцев выкинуть тебя отсюда. Но всё же у меня есть принципы – с бабами я не воюю. – Урод! – выкрикивает Сева и замахивается в мою сторону. Вот только он забыл о том, что реакция у меня всегда была лучше, чем у него. Делаю шаг в сторону и перехватываю его руку, заламываю её, получая наслаждение от визга Севы. – Я тебя уничтожу! – орёт Сева на всю территорию. – Уничтожалка ещё не доросла, Сев, – рычу я, отталкивая его от себя, и кайфую от того, как он падает на четвереньки в своём идеальном светлом костюме. – Хотя, знаешь, в нашем возрасте они уже не растут. Так что я тебя расстрою, теперь ты можешь либо пальцами лучше орудовать, либо разводись и не позорься. – Мудак деревенский! – рявкает Сева, поднимаясь с колен. – Думаешь, спустился со своих гор, надел костюм, галстук, причесался и можешь стать таким же, как и мы? Никогда твою вонючую деревню не вытравить из тебя, сколько бы бабла вокруг ни было. – А мне и не нужно вытравливать из себя мою деревню, – отвечаю я, как-то резко успокоившись. – Моя деревня научила меня намного большему, чем твой город. Так что можешь пыжиться в другом месте, Сев, – делаю несколько шагов в сторону гостиницы, но решаю всё же добавить. – Если Вика не явится в течение двух недель, она вообще ничего не получит. Все её блядки записаны на видео, так что пусть думает. Сева ничего не говорит, только покрывается красными пятнами от злости. Как же меня задолбала эта припизженная семейка! Угораздило же деда найти мне «достойную» жену. Жаль только он забыл, что если бабка этих моральных уродов была достойной женщиной, то это не означает, что её внуки должны быть такими же. Вхожу в холл и молча иду к лифту. Слух улавливает разговор администраторов. – Евдокия Филипповна забыла у нас чемоданчик. Нужно передать ей доставкой. – А Евдокия как можно ласково назвать? – спрашивает второй администратор. – Вроде, Дуся, – тихо посмеивается первый. – Но там такая Дуся была. У всех мужиков, что приехали на конференцию, слюни текли на неё. Резко меняю вектор движения и в несколько шагов оказываюсь у стойки ресепшена. – Информацию мне по Евдокии Филипповне, быстро! – рявкаю на администраторов, которые даже шеи спрятали и ростом меньше стали. – Минуточку, Клим Игнатович, – пищит один из них. – Вот, – через несколько секунд мне ложится в руку распечатанный файл. – И чемоданчик её мне в кабинет, – добавляю я, разворачиваясь и направляясь снова к лифтам. Не стебалась, значит. Бля, она и правда Дуся!