Глава 17 Демид

Очередной день. Очередные гребаные загадки от этого семейства.

И это безумно раздражает меня. Да и зверь внутри не добавляет спокойствия. Бесится от того, что ночью я его не выгулял.

Хочется огрызнуться в ответ и спросить его, какого хрена тогда ночью молчал, как партизан.

Невольно вспоминаю вчерашний вечер.

Забегая на второй этаж, махнул рукой Доку, который был позади, чтобы не следовал за мной. Дойдя до комнаты, в которой находилась Аня, постучал, надеясь, что звук её разбудит. Как то сразу понял, что ей сниться кошмар, вот поэтому и стонет во сне.

Стоны не прекратились, и мне пришлось войти.

Даже в полной темноте я видел её тело, которое сейчас металось по кровати.

Приблизившись, протянул руку, чтобы разбудить девушку и прервать кошмар мучавший её. В этот момент она издает очередной жалобный стон, и я замираю.

Что-то в нём такое звучит, что внутри меня всё замирает. И отзывается. То, что я давным-давно не чувствовал ни к кому.

Ложусь на кровать рядом с ней и притягиваю её к себе, заключая в объятия. Жду, что вот сейчас-то она точно проснется.

Нет, она не просыпается. Перестает дергаться и, всхлипнув, прижимается ко мне, утыкаясь лицом в грудь в то место, где сейчас бешено стучало моё сердце.

Зверь внутри замер и затих. Так же, как и я.

В какой-то момент Аня отлипает от моей груди и немного откидывает голову назад.

Я всматриваюсь в черты лица девушки. Сейчас оно расслаблено. Бледность присутствует, но уже не такая, которая была, когда мы её вытащили из того склада. В свете луны она кажется бархатной. Решаю проверить эту теорию и прикасаюсь кончиками пальцев к её щеке.

Именно так, как я и думал – мягкий бархат, который хочется бесконечно гладить. Что я и делаю.

Она вздрагивает. Словно кошмар возвращается, забирая её сознание в свои сети.

Начинаю шепотом бормотать что-то успокаивающее. Даже и не вспомню, что именно ей говорил.

Раза два за ночь я пытался встать и уйти из комнаты. Каждый раз, как только я начинал отодвигаться от Ани, она хмурилась и начинала ерзать.

После второй попытки плюнул на всё и остался до утра, прижимая её к себе и время от времени поглаживая по голове. И если кожа её была, как бархат, то волосы – нежнейший шёлк.

Единственное, что раздражало – я не чувствовал её настоящего запаха. Только лёгкие и приятные нотки какого-то фруктового геля для душа.

Глубоко вдыхал носом раз за разом, надеясь, что всё-таки учую её аромат. Но нет, браслет работал исправно.

Удивительно, но волк внутри всю ночь даже ни разу не взбрыкнул, требуя пойти на прогулку. Как затих, стоило мне только обнять Аню, так и промолчал до утра. Уже перед самым рассветом, когда девушка спала глубоким снов без всяких кошмаров, и даже выскользнула из моих объятий, поворачиваясь ко мне спиной, я бесшумно встал и вышел из комнаты.

Всю дорогу я пытался понять, какого черта произошло этой ночью. С какого перепуга такая щедрость с моей стороны в виде объятий, прикосновений и успокаивающих слов?!

Смотрел на неё в зеркало заднего вида, пытаясь определить, что именно в ней так привлекает меня. Только ли загадки, которые окружают её со всех сторон.

Я видел, какой дискомфорт она испытывает от моего пристального наблюдения. И всё равно продолжал наблюдать.

Из мыслей меня выдернул голос женщины, к которой приблизилась Аня.

- Господи, как же ты выросла! Ты такой красавицей стала!

Подошел к столику, за которым сидел Сокол, и уселся с ним рядом лицом к Ане. Она в отличие от меня, расположилась так, что была ко мне спиной.

Их разговор толком ничего не прояснил. Единственное, что стало понятно – эта Мира и её брат Андрей, которого ищет Аня, раньше жили на территории стаи Ольховских.

Я кидаю взгляд на Сокола. Он понимает меня без слов. Начинает что-то быстро строчить в телефоне.

- Минут десять и пришлют ответ, - докладывает он, как только заканчивает печатать.

К концу разговора Ани и этой Миры я уже догадываюсь сам, к кому именно устроился на работу этот Андрей.

Хмурюсь.

То, что выясняется, мне абсолютно не нравиться. Вот совсем.

Единственный в Липске, кто обладает такими ресурсами, чтобы нанимать людей на такой большой срок, это Владислав Арефьев - альфа западной стаи, проживающей недалеко от этого города.

Можно сказать, в этой крае он царь и бог.

До меня и моего статуса в мире оборотней он, конечно, не дотягивает, но и мелкой сошкой его тоже не назовешь.

И ещё мне ужасно не нравится, что он тоже занимается научными исследованиями, так же как и мы с братом.

На телефон Сокола приходит сообщение, которое он быстро начинает мне тихо зачитывать.

- Мира и Андрей Днепровские. Работали и проживали у Ольховских. Андрей работал вместе с матерью Матвея, Люды и Ани. Он тоже, как и Ольга Ольховская, гематолог. Мира работала кем-то вроде повара в главном доме альфы. Восемь лет назад Андрей уволился, и они с сестрой уехали из стаи. Пока это всё. Дальше выясняем?

Киваю, давая согласие.

И тут слышу про приём Арефьева.

Аня поворачивается ко мне лицом. Невольно вспоминаю про тот вечер, когда она меня уговаривала в кабинете брата. Вижу по её глазам – она тоже вспомнила тот момент. Отворачивается.

Интересно…

Как же ты, котенок, будешь уговаривать Арефьева?!