Глава 37. Илья

… в общем, дела, — сделала она шаг назад. — А ты, лети, Илья. Тебе надо учиться. Тебя ждёт блестящее будущее, компания отца. Ну и всё, что ты только захочешь.

— Эрика, ты — моё будущее, — поймал он её за руку. — И прошлое. И настоящее. Я люблю тебя. Я… не хочу улетать без тебя.

— Ты должен, — вывернулась она.

— А ты?

— А я дождусь тебя, когда бы ты не вернулся, — снова отступила она. — Даже через два, три, пять лет… я всё равно тебя дождусь.

— Но я приеду на каникулы не раньше, чем через год.

— Здорово! Проведём их в Питере!

— Ты врёшь. Тебе никогда не нравился Питер.

— Зато он всегда нравился тебе. Будем гулять в Летнем саду. Каждый день. И ты будешь мне рассказывать, — она сделала лицо, словно на кончике носа у неё очки, и замахала руками как скучный экскурсовод. — Посмотри направо. На другое право. Это — сад. Это — решётка. Это — ворота. Тридцать восемь колон. Тридцать два пролёта. Я ничего не забыл?

— Язва, — покачал головой Илья. — А ты будешь звонить мне и плакать: «Я потерялась!» — передразнил он плаксиво. — «Илья, куда мне идти?»

— Зануда, — скорчила ему Эрица рожицу. — Подумаешь перепутала право и лево.

— Мойку и Фонтанку. А потом Литейный и Лиговский. И ещё, кажется… — и он её снова поймал.

— Заткнись! — уже и не вырывалась она, и всё равно передразнила басом: «Стой где стоишь. Я сам тебя найду», — и показала язык…

А потом они целовались. И не только… Тогда Илья и решил, что завтра он всё же спросит её: согласна ли она стать его женой. И когда она скажет «да», тогда и поговорят.

Кто бы знал, что завтра у них не будет…

Телефон так внезапно завибрировал в руке, что Илья вздрогнул.

— Да, Настя! — Осмотрелся. Как раз подъезжали к дому.

— Я поняла, что ты не хочешь меня видеть. Но ты забыл на работе лекарства, поэтому я снова приехала, — вздохнула она, но Илья и так уже видел красные стоп-огни её машины у своих ворот. — И прости, но есть серьёзный разговор.

Он даже не знал почему для всех серьёзных разговоров выбирал гостиную, но повесив в прихожей пальто, как-то не задумываясь сразу пошёл туда. Предложил Насте выпить. И она отказалась, а он себе налил.

— Тебе нельзя, — тут же вмешалась она.

— А я буду, — сел он в кресло со стаканом в руке.

— Не хочу ходить вокруг да около, — Настя откинулась к мягкой спинке дивана и Жопкинс, что до этого тёрся у её ног, тут же запрыгнул к ней на колени.

А Илья всегда думал, что это его кот. И ведь это ему, заразе, он доверился, когда подумал, что из них с Настей вышла бы неплохая пара. «И Жопь её любит», — пожалуй, был решающий аргумент.

— И не надо. Говори.

— Я вижу, ты поторопился, когда сделал мне предложение, — машинально гладила она кота, что развалился пузом кверху и замурчал.

— Будем честнее. Я не делал тебе предложения в том смысле, который ты в него вложила. Я предложил стать парой. Не жить вместе. Не заводить детей.

— Иногда вместе спать. И никаких «других», — кивнула она. — Да, именно так я это и поняла, когда ради тебя рассталась со своим бывшим парнем.

— Ты рассталась с кем-то ради меня? — удивился Илья.

Настя неопределённо качнула головой.

— Мы встречались четыре года. Он даже сделал мне предложение. В том самом смысле, — кивнула она. — Но я отказалась. И знаешь, почему?

Илья равнодушно пожал плечами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍