Глава 46

Зима пришла в Городище неожиданно рано. В конце октября ранним утром проснулись сельчане, и не узнали своего двора – снег сверкал на солнце, всё кругом было белым-бело. Ещё вчера пейзажи были серыми и унылыми, проливные дожди стучали по крышам и окнам, вселяя в души грусть и осеннюю хандру. Теперь же слышны были весёлые голоса соседок, перекрикивающихся друг с другом и сметающих снег со своих крылечек, в воздухе будто витал дух какого-то праздника. Зима-царевна шла по округе морозной поступью, рассыпая серебро из рукавов своего платья. Люся радовалась снегу, радовалась наступающей зиме и радовалась жизни вообще. На носу были осенние школьные каникулы, для Люси это было ещё своеобразным подведением итогов своей новой работы. Директор, Дмитрий Георгиевич, её хвалил, в учительском коллективе Люсю тоже приняли хорошо и старались помочь новенькой. Учитель математики, Валентина Тимофеевна взяла Люсю под негласное шефство и охотно делилась опытом с молодой учительницей. Она – учительница… Люся шла домой после уроков, несла в сумке тетрадки на проверку, и всё равно иногда ей думалось – неужели это она… неужели это всё с ней происходит на самом деле? И улыбалась, осознавая – да, всё это взаправду! Люсина жизнь теперь хоть и стала более насыщенной и временами даже сложной, но в то же время она была какой-то… радостной и счастливой тем самым тихим и спокойным счастьем. Приняв нелёгкое решение, Люся продала кроликов, потому что «сокращать поголовье», как говорила соседка тётка Степанида, Люсе было тяжело, жалко было бить пушистых зверьков. Да и с Алёшкой им хватало небольшого хозяйства в виде кур и весёлого Амура. Теперь вечерами они вместе готовили ужин, читали книжки или играли в настольную игру, которую подарил Макар. – Мам, а дядя Макар когда приедет? – в который раз спрашивал Алёшка, переставляя на поле разноцветные фишки, – Он обещал научить меня играть в шахматы. – Ты уже спрашивал меня, – улыбалась в ответ Люся, – Летом приедет наш дядя Макар. – Нууу, до лета еще так далеко, – сокрушался Алёшка, – Жалко… – И мне жалко, – кивала Люся, – А хочешь, мы с тобой в выходной поедем в город и купим шахматы? Я немножко умею, меня когда-то, ещё в школе, научил старый мой друг… И дед Иван умеет, я знаю, вот мы его в гости и позовём, или сами на пасеку поедем. Я уверена, ты быстро научишься, есть книжки специальные, обучающие. Я у тёти Нади в библиотеке возьму. – Правда? – обрадовался Алёшка, – Ой, это здорово! Дядя Макар приедет, а я его как обыграю! Вот он удивится! Дедушка Ваня мне говорил, что умеет в шахматы играть, только я позабыл… Ему ведь сейчас скучно одному, вот мы его и развеселим. Алёшка засмеялся, и Люся с нежностью смотрела на весёлые ямочки на щеках сына. В такие моменты она всё еще нет-нет, да вспоминала Михаила и злилась на него. Как же можно променять такое улыбчивое счастье… Хотя, для неё самой всё складывалось наилучшим образом после развода с мужем. Постепенно душа её успокаивалась, новая жизнь ей нравилась всё больше, и она понимала, что поступок, так порицаемый в обществе – уйти от мужа – был единственно правильным. Люся достала из шкафа старый чемодан с пряжей, заботливо переложенной кусочками душистого земляничного мыла. Шерсть ещё бабушка пряла… А вот и любимые бабушкины спицы, с такими белыми пластмассовыми шариками на кончиках… Люся сидела на коленках перед всем этим богатством и думала, а ведь бабушка Клава и её научила. И вскоре застучали спицы в её руках, сначала немного неуверенно, а после всё быстрее. После проверки тетрадок, когда Алёшка уже тихонько сопел в своей кровати, а старые часы в кухне гулко отстукивали минуты, ряд за рядом ложились петельки. – Мам, а это кому? – прыгал рядом Алёшка, когда Люся усаживалась за вязание в выходной, – Это мне? – Тебе конечно, кому же ещё! – усмехалась Люся, – Вот скоро рукавички довяжу тебе, и за носочки примусь. А после и деду Ивану свяжу… кто ему сейчас будет носки-то вязать… Люся вместе с Иваном Порфирьевичем грустила по Марьяне Никитишне, но какой-то доброй, светлой грустью. Оба понимали, что в последнее время нелегко приходилось тётушке терпеть боль и слабость. Дед Иван держался молодцом, не позволяя себе впадать в уныние, стал чаще приезжать в Городище, иногда даже гостил у Люси и Алёшки. Согревались души в старом доме, поддерживали друг друга как это и должно быть между близкими людьми. Когда осенние каникулы уже заканчивались, Алёшка начал сетовать на то, что скоро ему снова нужно будет вставать утром рано и идти в садик, а вообще он сам уже в школу хочет, и даже умеет читать! – Потерпи немного, в следующем сентябре пойдёшь, – смеялась Люся, – Не торопись, успеется. Калитка во дворе стукнула, с крыльца залаял Амур, и Люся с улыбкой выглянула в затянутое морозным узором оконное стекло, думая, кто же заглянул к ним в гости. Походку и силуэт человека, который шёл по двору, она узнала сразу и потому нахмурилась. Это был Михаил. – Алёш, там папа пришёл, навестить тебя. Заметив, как нахмурился и сын, Люся покачала головой и отправилась утихомирить заливающегося лаем Амура, который по всей видимости не забыл и не простил Михаилу прошлой обиды. – Люся, убери его! – жалобно проговорил Миша, стоя у крылечка и не смея на него взойти, – А то он меня сожрёт сейчас. – Амур, лежать, – спокойно сказала Люся и пёс послушно замолчал, но всё равно недовольно ворчал, хоть и отошёл в сторону, недобро поглядывая на гостя. – А ты что думал? Он всё помнит, – пожала она плечами, – Ты к нам по делу, или так, проездом? – Я Алёшку навестить, – пробормотал Миша, недоверчиво поглядывая на Амура, – И с тобой ещё поговорить хочу. – Ну, входи, – вздохнула Люся, было жаль испорченного выходного дня… – Пап, привет, – сдержанно проговорил Алёшка и хотел было уйти в свою комнату, но Миша его остановил. – Привет, сынок! Постой-ка, посмотри, что я тебе привёз, – Михаил достал из-за пазухи куртки кулёк с конфетами и парой яблок, – А еще бабушка тебе шоколадку послала. – Спасибо, – ответил мальчик, принимая гостинец. – Ну что, как ты поживаешь? – было видно, что Миша чувствует себя не очень уютно, он как-то ёжился, то ли от холода, то ли от чего-то ещё. – Хорошо поживаю, – ответил Алёшка, – Мам, куда положить конфеты? Люся указала на кухонный буфет, и Алёшка убежал в кухню, разговор явно не клеился. Да, подумала Люся, Мише нужно очень сильно постараться, если он действительно желает снова наладить контакт с сыном. – Ну, а ты сама как? Как новая работа? – Миша не смотрел Люсе в глаза, отводил их в сторону, и Люся подумала, что явился он не просто так, а с какой-то нуждой. – Нормально, – она пожала плечами, – Ты что-то хотел мне сказать? Алёшка убежал читать, давай пока его нет поговорим, думаю, будет лучше. – Да… я хотел тебя попросить… Люся, не могла бы ты отказаться от алиментов? Нет, ты не думай, я буду сам посылать деньги для сына, как только на работу устроюсь… Просто… мне Коростелёв такое написал в характеристике, да и вообще… у меня сейчас не лучшие времена, а тут ещё и это – меня алиментщиком назвали… Я не могу устроиться туда, куда планировал. Сама понимаешь, как мне без работы? Я тогда вообще не смогу вам помогать, а так – я устроюсь и всё будет хорошо… у всех. Этот Коростелёв! Гад он, вот что! Мог бы хоть немного войти в моё положение! – А что, отец тебе не может помочь? – Люся зябко повела плечами, ей не было холодно, но как-то… противно, – Ты же говорил, что тебе плевать на все эти характеристики и прочие бумажки… – Отец уехал в Москву по делам, – Мишин голос странно дрогнул, – И я… я сам не стал просить у него никакой помощи. Так что, ты согласна? – Мне нужно подумать, – ответила уклончиво Люся, она в самом деле не знала, что делать с такой Мишиной просьбой. – Тебе это ничего не стоит, и вообще это не сложно, я узнавал, – в голосе Миши зазвучали обиженные нотки, такие Люсе знакомые. – Я сказала – я подумаю, как будет лучше для нашего сына, – резко ответила Люся, – О том, как вся эта история отразится на твоей жизни, ты должен был подумать раньше! – А ты что же, всё ещё одна? – Миша откинулся на спинку стула и постарался скрыть усмешку в голосе, – Где твой-то… как его там зовут, я не знаю. – Миша… скажи пожалуйста, почему ты так делаешь каждый раз? – Люся в упор смотрела на бывшего мужа, – Приходишь, найдя такую красивую благородную причину – сына навестить, например… А как только тебя пускают в дом – начинаешь вести себя как… как… – Ну? Как кто? – с вызовом спросил Миша. – Как последняя свинья! – заявила Люся, – Так и хочется взять в руки сковороду и приложить тебе как следует. А знаешь что? Наверное, не стану я ни от чего отказываться! Алименты – это твоя обязанность перед сыном, справляйся, как знаешь! А сюда больше не приходи, я тебя не пущу. – Эх, Людмила, а ещё учитель, – ухмыльнулся Миша, – А что я такого тебе сказал-то? Просто спросил про твоего нового мужика, что такого, чай не чужие люди! И мне не всё равно, с кем живёт мой сын! Ну, теперь-то я спокоен, вижу – не нужна ты никому. А алименты… ну и чёрт с ними, подавись! – Не чем давиться-то, – ответила Люся спокойно и холодно, – Что с тебя взять, вон, в рубашке ходишь, что я еще покупала, ворот уж обтрепался. Что, новая жена не балует? Ладно, всё! Уходи, ни к чему это, снова-здорова! – Прости… снова всё коряво вышло… Я не хотел тебя обидеть, не сердись! Что-то нашло на меня опять, сам не знаю, – Миша нахмурился, чуть качнул головой, и направился к выходу. Дверь хлопнула и по снегу во дворе заскрипели его торопливые шаги. Алёшка выглянул из комнаты и спросил: – Папа ушёл? Мне не нравится, когда он приходит… Люся обняла сына, прижала к себе… не зная, что же и ответить. Видимо, никогда они с бывшим мужем не смогут, не научатся сосуществовать нормально… Глава 47. Приближались новогодние праздники, и Люся была постоянно занята. В школе ставили спектакль, а молодой педагог Людмила Николаевна, конечно же, не могла в его подготовке не участвовать. В саду у Алёшки тоже был утренник, нужно было шить костюм Волка, потому что и там организовывался свой «театр» – подготовительная группа решила блеснуть талантами в постановке «Колобка по-новогоднему». Жизнь кипела, новая, насыщенная и красочная, и теперь уже совсем редко вспоминались прежние унылые времена. Зимним солнечным утром Люся спешила на почту, занятия у неё начинались с третьего урока, и поэтому она успевала заняться своими делами. На почте Люсю ожидала посылка, и она знала точно, кто её отправитель. И сама она несла сейчас на почту фанерный ящичек, аккуратно обтянутый сероватой тканью, на которой шариковой ручкой был аккуратно написан адрес. Это они с Алёшей собрали гостинцы Макару, и сейчас Люся улыбалась, вспоминая, как они с сыном придумывали, чем бы порадовать человека, который очень хотел бы приехать к ним на новый год, но, к сожалению, не может этого сделать. – Люся, здравствуй! – встретила Людмилу почтальон Аня Никитина, – Ты тоже с коробкой? Одну отдашь, другую получишь! Ну, ставь сюда, сейчас оформим. Люсь, скажи, как там мой Димка, не балуется на уроках? – Здравствуй, Анечка! – улыбнулась Люся, – Нет, что ты, Дима у тебя молодец, старается. У него очень хорошо получается чтение стихотворений. Я думаю, под новый год мы устроим конкурс чтецов, и у Димы есть все шансы занять первое место. – Спасибо, – закраснелась от похвалы Аня, – Он вообще-то способный, только ленится иногда! Уж мы его с отцом-то гоняем, гоняем. Ну вот, получай свою посылку! Как же ты понесёшь, ящик-то тяжёлый. Кто-то вас явно решил забаловать! Люся и сама стояла в раздумьях, что же там такого прислал им Макар, ящик тяжеленный… – Анечка, можно, я его пока оставлю у вас здесь? – попросила Люся, – А заберу вечером, когда с Алёшей из садика пойдём, у нас там санки, вот и увезём. Посылка осталась на почте, а Люся уже торопливо бежала в школу, урок начинался через полчаса, а ей нужно было ещё заглянуть в актовый зал, где готовились силами трудовика и школьников декорации к спектаклю. Валентина Тимофеевна, руководитель театрального кружка, встретила свою молодую помощницу с озабоченным видом. – Люсенька, доброе утро! Ох, я волнуюсь, успеем ли… Ещё ведь покрасить нужно! – Доброе утро! Ничего, Валентина Тимофеевна, не переживайте! Я думаю, что если мы в выходные все разом придём, то как раз успеем закончить! Ребята, думаю, не откажутся, смотрите, как у всех глаза горят. Валентина Тимофеевна одобрительно посмотрела на Людмилу, она уже не раз замечала о новой учительнице – вот что значит, когда человек на своём месте. – Ну, я побежала, у меня урок! – Люся собралась лететь дальше. – Люся, постой! – спохватилась Валентина Тимофеевна, – Я чуть не забыла, к тебе приходила молодая женщина. По-моему, не здешняя, хотя я не уверена. У неё такая пушистая шапка, что я в своих очках не разглядела лицо как следует. Но совершенно точно это не мама кого-то из моих учеников. Сказала, что зайдёт попозже – Спасибо, Валентина Тимофеевна, – Люся чуть нахмурилась, что опять за таинственные женщины… Шагая по коридору в кабинет, она никак не могла сосредоточиться на теме предстоящего урока, всё думала о таинственной незнакомке и версий, кто бы это мог быть, у неё не было. Остановившись перед дверью, Людмила сосредоточилась и шагнула в класс. Как только она оказалась внутри, где на неё смотрели глаза её учеников, всё остальное отошло на задний план. Люся любила своих учеников, любила свой предмет, и любила быть учителем… День уже клонился к вечеру, уроки закончились, и Люся сидела в учительской вместе с тремя своими коллегами. Стопка только что проверенных тетрадей лежала перед нею, она заполняла классный журнал и думала, что скоро отправится домой. А таинственная незнакомка так и не появилась… да и вообще, может быть зря Люся разволновалась? Мало ли, кто это мог быть. Попрощавшись с коллегами, Люся закуталась потеплее, потому что к вечеру здорово подморозило, и пошла на выход. В гулком вестибюле школы уборщица Раиса Фёдоровна мыла пол, тихонько напевая что-то себе под нос. А в углу на стульях сидела незнакомка в пушистой шапке и читала какую-то книжку. «Та самая, – подумала Люся, – Меня ждёт… странно, что в учительскую не зашла!» – Люсенька, ты домой? – спросила тётя Рая, – Там морозец сегодня, ох, крепкий… А тебя вот ждут… Женщина подняла голову и встала навстречу немного растерянной Люсе. Красивую фигуру подчёркивало пальто, явно сшитое на заказ и украшенное пушистым воротником. Лицо женщины казалось Люсе незнакомым, но всё же что-то неуловимое было в её глазах, в улыбке… – Катя?! Катюша, это же ты! – воскликнула Люся, когда незнакомка, угадав, что её не узнают, сняла свою пушистую шапочку, – Катюша! Не верю глазам! – Люсенька, а ты будто и не изменилась, такая же улыбчивая и весёлая! – Катя, сестра Макара, сердечно обняла Люси и чуть отстранилась, рассматривая её. Женщины вышли из школы и не переставая разговаривать, и отправились в сторону детского сада, забирать Алёшку. – А я утром приехала! – говорила Катя, – У меня же здесь подруга детства, Варя Стрельникова, да и к тебе я очень давно собиралась. Да только всё никак выбраться не могла – у Андрея, мужа моего, операция была сложная, не оставишь. Вот, сейчас восстановился, уже и на работу через неделю собирается, и у меня получилось наконец-то приехать. – А что с Андреем? Что-то серьёзное? – спрашивала Люся, – Я не стала у Макара спрашивать, как-то неловко, думала еще, что у тебя самой потом спрошу. – Всё страшное позади, всё же наши врачи такие молодцы, помогли ему выбраться… Не повезло ему – на работе повредил ногу и сразу к медикам не пошёл. А когда домой вернулся, я ужаснулась… Ну да ладно, всё позади! – Катюш, прости за расспросы, – смутилась Люся, увидев, как тяжело даётся Кате этот рассказ. – Знаешь, всё бы ничего, но мне вспомнилось… как мама… когда она болела, – Катя зябко повела плечами, – Ну, давай не будем о грустном, рассказывай лучше, как у тебя сынок, и ты сама тоже! Столько лет не виделись, а мне всё кажется, будто вчера расстались! – Ой, Катя! Я ведь чуть не забыла, мне ещё на почту нужно! – спохватилась Люся, – От Макара пришла посылка! – Ну и отлично! Ты иди в сад, потом на почту, а я забегу к Варе, скажу, что вечер проведу у вас в гостях. Уговорившись, каждая побежала по своим делам, предвкушая приятный вечер. А вечером в доме было весело! Алёшке тётя Катя очень понравилась. Ещё бы, у Катерины было двое сыновей, и потому она отлично знала, что же порадует мальчика. В подарок от гостьи Алёша получил книжку про Тимура и его команду, и… настоящий, самый что ни на есть всамделешный бинокль! Мальчишечье сердце дрогнуло и пропало навсегда! Теперь у тёти Кати появился вечный обожатель в лице благодарного восторженного мальчугана. – Катюш, да где же ты раздобыла такое сокровище? – глядя, как сын сидит перед подарком и осторожно осматривает его, поглаживая пальцами. – Андрей ездил на восстановительное лечение, там завод по производству таких штук, – ответила, улыбаясь Катя, ей тоже была приятна реакция Алёшки, – Спросил, что мальчишкам привезти, вот я и заказала всем троим по биноклю! Ему пришлось конечно голову поломать, как бы купить, но ничего, нашёл способ! Смотри, сколько восторга! Мои так же отреагировали, хотя старшему уже четырнадцать, а чуть не разревелся от счастья! Очень сложно было прервать восторженное разглядывание подарка, но всё же с большим трудом Люся уговорила Алёшку отправиться спать, когда время уже было далеко не детское. По такому случаю посылку от Макара пришлось отложить до завтра, потому что на сегодня восторгов ребёнку было и так достаточно, хотя сама Люся тоже изнывала от любопытства… Но всё же поставила коробку на стул и торжественно пообещала сыну, что откроют они её непременно вместе. Женщины устроились в кухне за чаем, чтобы тихонько поговорить обо всём. Люся рассказывала Кате всё, что случилось с ней за последнее время, свои переживания и сомнения в правильности такого поступка, как развод… – Я всё думала, что по собственной воле лишаю сына отца, – качала головой Люся, – Коллеги мои некоторые эту мысль высказывали… Что бешусь я с жиру, ведь мужик-то неплохой, не пьёт, перспектива какая – председателем стать. Одна так и заявила, что я могла бы и простить «минутную оплошность», это она так его измену назвала… Я, говорит, ни за что бы не отдала какой-то другой бабе такого мужика! А я… не могла с ним больше… – Люсь, я вот считаю, что всё ты сделала правильно, – Катя села рядом и обняла Люсю, – Разве это жизнь? Жить и знать, что ты у мужа не единственная… А сынок у тебя замечательный! И за это скажи мысленно своему бывшему мужу спасибо, и иди по жизни дальше! Нет в разводе твоей вины, просто так сложилось. А умниц всяких не слушай, никто не знает, что бы они сами делали на твоём месте, про других-то легко говорить! – И вообще, хватит о грустном! – Катя подмигнула Люсе, – Я тебе ещё что хотела сказать. Приезжайте с Алёшей к нам в следующую субботу. У Андрея день рождения, а мы из-за его болезни так давно не приглашали никого! Вот теперь и хотим собраться семьёй! Алёша с нашими познакомится, мальчишкам будет весело вместе! Люся почувствовала, как внутри неё разливается тепло… Как же это приятно, когда тебя считают семьёй! Глава 48. В субботу утром Люся с Алёшкой собирались в дорогу. Алёшка радостно волновался и предвкушал знакомство с сыновьями тёти Кати. Старшему, Егору, было уже четырнадцать лет, а вот младший, Серёжка, был всего на год постарше Алёшки. Люся очень волновалась и переживала, что же подарить имениннику, с которым была еще даже незнакома. Да и вообще… она так давно не была в гостях! Но на помощь пришла, как всегда, мудрая и находчивая Даша. – Люська, ты чего переживаешь! Люди они простые, такие же, как и мы! И я думаю, что Андрей будет рад любому «мужскому» подарку! Завтра Саня едет в город, председателя везёт, давай его попросим, пусть заглянет в универмаг и купит что-нибудь. Катя не говорила, что любит её муж? – Говорила, что на рыбалку любит ходить, но ведь сейчас зима, – покачала головой Люся, – Какая может быть рыбалка, человек после операции. – Ты что! – обрадовалась Даша, – Это же отлично! Саня купит спиннинг или там еще что-то из рыбацкого «хозяйства», и поверь мне, радовать Андрея это всё будет до лета, как раз до того времени, когда ему на рыбалку можно будет ходить! – Ты думаешь? – с сомнением говорила Люся, – Наверное, ты права. А мальчикам что купить? Тоже ведь нужно какие-то подарки, новый год на носу, да и Катя вон столько всего привезла Алёшке. – Про новогодние подарки будешь думать позже. Я думаю, что родня у тебя замечательная, и устроят взаимные поздравления к новому году. А мальчикам, я думаю, тоже Сашу попросим. Знаешь, я недавно видела такие часы продают наручные, с цифрами, электронные. Они в дефиците, конечно, но вдруг повезёт, тем более что сейчас предновогодняя пора. Ну, а с младшим легче, игрушку можно, например конструктор с детальками и винтиками. Я своим хочу такой под ёлочку положить, от Деда Мороза! Даша еще немного «пофонтанировала» идеями различных подарков, а Люся думала, что нужно бы это всё записать, у неё самой даже и половины идей не набралось. – Ну ладно, с этим решили! – довольно кивнула Даша, – С Саней я поговорю. Рассказывай лучше, что такого вам Макар прислал, я вся извелась от любопытства! – Ой, так много всего! Мне даже неловко, ведь мы-то ему… носки шерстяные, мёд, яблоки сушёные… А он нам ящик – еле от почты дотащили! Целый мешок конфет, Алёшка глазам не поверил, кедровые шишки и орешки, я, кстати, вам половину отложила, порадуешь ребятню. Да и ты сама, видела когда-нибудь кедровую шишку? Сейчас покажу! Люся достала из серванта вазу в виде корзинки, в которой были красиво уложены большие смолистые шишки. Даша взяла одну в руки и с интересом рассматривала её. – Мне духи какие-то иностранные, приятные. Катя сказала, что это французские, уж я даже не знаю, где Макар их смог раздобыть. И меховые варежки, кажется из норки… И мишура на ёлку, пушистая! Ох, Даша, это всё так дорого! Мне неловко… – Молодец у нас Макар! – сказала Даша с радостным блеском в весёлых глазах, – Знает, что такое семья, и умеет любить. А ты не тушуйся, ты заслужила! – Икра еще в баночках, – продолжала Люся, – И шоколад. А вот Алёшке, это чудо просто, выжигатель, представляешь?! Ох, я вот хоть и девчонка, а как мечтала о таком в детстве! Помнишь, Поле Красавиной выжигатель отец привёз из Ленинграда? Как же я ей завидовала! А тут – вот, пожалуйста, с разными насадками ещё! Я уже договорилась с Леонидом Георгиевичем, нашим трудовиком, чтобы он мне фанерки дал подходящие! Ты к нам приходи с мальчиками, будут по очереди выжигать! – Но самое главное, – Люся чуть покраснела, – Письмо… на две страницы. Дашка, ты права… он замечательный… и всегда таким был! – Да ты, милочка, влюбилась! – сказала Даша тоном, немного похожим на бывшую Люсину свекровь, – Наконец-то, я рада за тебя! Теперь кулачки буду держать, чтобы всё у вас получилось. – Ну, ты скажешь тоже! – лицо Люси залил густой румянец, но она знала – Даша права. – Не зря говорят – старая любовь не ржавеет, – Даша украсила себя мишурой, которую Люся достала из ящика, и закружилась по комнате, – Я думаю, что вы с Макаром, как две половинки одного целого! Вам просто судьбой определено вместе быть! Рада я за тебя, Люська, что ты снова ожила! А то ходила, будто деревянная! И вот теперь Люся с сынишкой собирались на автобус, чтобы поехать в райцентр. Люся в раздумьях стояла перед сумкой с гостинцами, которая получилась не маленькой, с такой будет нелегко… ведь в райцентре им ещё предстояло найти нужный адрес, где жила семья Катерины. Плюс еще удочка в чехле, за которую Даша ругала Люсю: – Какая это тебе удочка! Это спиннинг! Модная нынче вещь, запомни уже, – и звонко смеялась, – А ещё учитель! Вот, запоминай название! – Мам, можно я бинокль с собой возьму? – Алёшка тоже собирался в гости, – Мы там с ребятами будем играть. – Алёш, у них там есть свои, я думаю, если тебе захочется посмотреть на что-то в бинокль, то с тобой поделятся. И так у нас вон какая сумка… Алёшка хоть и огорчился немного, но и сам понимал, что мама права. Они уже одевались, когда на крылечке раздались чьи-то торопливые шаги. Амур во дворе чуть гавкнул, но тут же затих. В дверь стукнули, и раздался голос Катерины: – Люся, вы дома? – Катя? А ты как здесь? – удивлённая Люся так и стояла в одном рукаве своего пальто, – А мы на автобус собираемся, к вам ехать… – Я знаю! Потому и спешили, чтобы успеть вас перехватить! Мы на машине, ездили в город… по делу… вот и решили на обратном пути вас забрать, чтобы вам на автобусе не трястись! В двери показался высокий мужчина с чуть бледным, но приятным лицом и смеющимися глазами, и Люся сразу поняла, что это есть именинник, муж Катерины Андрей. – Здравствуйте! – Люся чуть смутилась, не ожидала она такого поворота событий, – С днём рождения вас! – Спасибо, Люся! – ответил Андрей, – Рад познакомиться! Алексей, здравствуй! Да ты совсем уже большой, а мне говорили, что ты дошкольник. Наверное, перепутали? – Нет, я в школу осенью пойду! – покраснел от удовольствия Алёшка и важно пожал протянутую ему мужскую ладонь. – Ну, давайте поедем, праздник никто не отменял, – торопила Катя, и Люся заметила, как радостно блестят её глаза. Андрей взял из рук Люси их сумку, сама она подхватила завёрнутый в плотную бумагу чехол с удочкой, и порадовалась, что так хорошо его упаковала, может именинник не догадается, что там за сюрприз его ожидает. Все вышли на крыльцо, Люся заперла дверь, потрепала по голове Амура, сказав: – Ну, ты на хозяйстве, Амур! Тётушка Стеша тебя покормит, а мы завтра вернёмся, так что не скучай тут. Алёшка взял её за руку, и они вышли на улицу, где стояла машина Андрея. Сам он укладывал в багажник Люсину сумку, а возле пассажирской двери стоял и улыбался мужчина, в куртке с пушистым меховым воротником на капюшоне… – Дядя Макар приехал! – крикнул Алёшка и кинулся навстречу нежданному гостю, тот подхватил мальчика и подбросил вверх. Все вокруг смеялись, шумели, что-то говорили, Алёшка весело приплясывал, а Люся стояла у калитки, не видела и не слышала ничего вокруг. Только горячие и радостные глаза Макара… Он шагнул к ней, обнял и Люся зажмурилась, чтобы вновь открыть глаза и убедиться, что всё это ей не снится и происходит наяву. – А мы его и ездили встречать! – смеялась Катя, – Вот такой сюрприз тебе, Люся! Как же мы успели вовремя, что вы на автобус не убежали! – Как же… как же ты здесь, – сбивчиво, еле сдерживая слёзы, Люся подняла на Макара глаза. – Давайте поедем, в машине и поговорите, – рассмеялся Андрей, – А то у меня мясо замариновано, планируется шашлык, между прочим. Все спохватились, уселись в машину и отправились в путь. Довольный Алёшка сидел посередине, между Люсей и Макаром, и переводил восторженный взгляд то на маму, то на Макара, то в окно, за которым мелькали заснеженные Городищенские улицы. – Командировка неожиданно подвернулась, – рассказывал Макар, – У нас ехать никто не хотел, всё же новый год скоро, у всех дела-заботы. А мне что? Я как услышал, что это в наши края, так и согласился, не раздумывая. Только я всего на три дня, мало очень, – он виновато посмотрел на Люсю и сжал её руку. – Ничего, три дня – это лучше, чем ничего! Мы такого счастья и не ждали! – ответила Люся, и покраснела, заметив в зеркале заднего вида весёлые глаза Андрея. – И я там подумал, что хотя бы перед новым годом с вами повидаюсь, а тут еще и у Андрюхи день рождения – удача мне улыбнулась! – Макар рассмеялся своим глубоким бархатным смехом, от которого у Люси по всему телу пробежала тёплая волна. Как же хорошо иметь семью, думала Люся, когда оказалась в большом доме, где не было особого богатства… но было уютно и весело. Егор и Серёжка встретили Алёшку так, будто знали его давно, и тут же потащили его в свою комнату – показывать мальчишеское своё «царство». Вмиг был накрыт стол, Катя заранее наготовила вкусностей, а мужчины во дворе топили мангал, праздничная суета царила в доме. Именинник принимал поздравления и подарки, и Люсин спиннинг произвёл фурор. – Люся! Да где же ты его взяла? В Городище что, такие сокровища продают? – Андрей восторженно рассматривал подарок, – Говорите где, я сам туда наведаюсь. – Нет, что ты, – смеялась Люся, – Это муж моей подруги достал, Саша. В городе где-то. Я тебя с ним потом познакомлю! – Мировой мужик, Саня, – кивнул Макар, – С таким и в разведку не страшно! Вечером, когда на столе пыхтел чайник и именинник резал торт, Люся сидела рядом с Макаром. Разговоры поутихли, мальчишки готовились улечься спать, явно не собираясь на самом деле этого делать – Люся заметила у них фонарик и загадочные выражения лиц. Алёшке здесь и в самом деле интересно и весело… – А ты… у Кати останешься на эти три дня? – прошептала Люся Макару и покраснела. – Я думал… думал к вам поехать, – ответил Макар и сжал её руку, – Если можно, конечно… если позовёшь. – Позову, – ответила Люся и глаза её засияли, а душа от чего-то так радостно дрожала.