Глава 12. Чужие

Когда мы с Обсидианом вернулись, девушка, сжавшись в комочек, лежала на своём импровизированном ложе и дрожала. Я видела огромные слёзы, которые лились из её глаз.

— Она боится нас, — заметила я, запахнув полы крутки.

Этого можно было не говорить, но и удержаться я просто не смогла.

— Мы пытались ей объяснить, но она словно нас не слышит. Дрожит, всё время плачет и трясётся, — доложил Дарен, вставая с корточек.

Парень всё это время просидел рядом с незнакомкой, явно пытаясь дозваться её и хоть немного успокоить.

— Может, умом тронулась? — предложил Хват, который сидел в сторонке с огромным ножом в руке и что-то вырезал из сучка.

Расположившийся рядом с ним Красный согласно кивнул и выпустил в воздух колечко дыма. Их хладнокровие и равнодушие раздражало. Я знала, что они не любят Магов, но разве мы не отряд, члены которого должны помогать друг другу? А то по факту получается — они отдельно, мы отдельно.

— Посмотрим, — ответил Обсидиан и сначала подошёл к Эльяру.

Парень неподвижно лежал у костра, укрытый одеялами, которые парни притащили из находящихся рядом домов. Его грудь медленно поднималась и опадала. А кожа, несмотря на то, что мы только недавно растирали её мазью, из-за которой я едва не сожгла руки, всё ещё оставалась синюшно-бледной. Но то, что на ней не было инея, уже можно было считать добрым знаком. Значит, процесс замерзания получилось остановить.

Мужчина ощупал его, заглянул в глаза и только потом встал.

— Тайфун, готовь ещё зелье. Будешь давать каждый час по глотку. Опасность миновала, но расслабляться рано.

— Да, мастер.

— А теперь посмотрим на нашу беглянку.

Девушка захрипела и задрожала еще сильнее, стоило куратору подойти ближе и встать перед ней на колени.

— Тихо, тихо. Никто не причинит тебе вреда. Успокойся.

Но она продолжала дрожать и мычать.

Обсидиан протянул руку, которая так и не коснулась её испачканного, залитого слезами лица.

— Серая, — вдруг произнёс он, и я едва не подскочила от неожиданности. — Подойди сюда.

Дважды просить не пришлось. Хотя я и не понимала, что именно куратор от меня хочет, но послушно подошла к ним и застыла, ожидая дальнейшего распоряжения.

— Попробуй ты.

— Я?

— Ты девушка, может, тебя она не так испугается, — вставая, произнёс мужчина.

— Хорошо, мастер.

Вздохнув, я села рядом с найдёнышем и ободряюще улыбнулась.

— Привет, меня зовут Лика. Мы пришли помочь. Всё будет хорошо. Понимаешь?

Но в зелёных, как молодая трава, глазах был всё тот же страх и ужас. Один взгляд в них — и я сама невольно задрожала. Боги, что же могло её так напугать?

— Она меня словно не слышит, — пробормотала я недоуменно. — А если?…

Догадка, проскользнувшая в голове, показалась невероятной, но вполне реальной. Видимо, об этом подумала не только я, потому что Обсидиан неожиданно сел рядом со мной, так близко, что наши бёдра соприкоснулись. Я вздрогнула, а он совершенно спокойно наклонился к девчонке и, несмотря на сопротивление, обхватил её лицо руками.

— Она глухонемая, — пробормотал куратор пару секунд спустя.

— Ничего себе, — присвистнул Тарк. — И чего теперь делать? Как с ней разговаривать?

— Можно попробовать считать, — предложил Дарен, который отвлёкся от приготовления зелья и внимательно следил за нами.

— И выжечь ей мозг, — ехидно вставил Хват.

— Если бы это пытались сделать мы, то так и могло произойти. Но вы сомневаетесь в способностях нашего куратора? — резко ответил боевик, заступаясь за своего учителя.

— Я нисколько не сомневаюсь в талантах уважаемого Обсидиана. Но для такого сложного ритуала необходимо время, а у нас его почти нет. Близится вечер, а мы ни на шаг не продвинулись к решению проблемы.

— У старосты в доме должен быть амулет переноса, — вмешался Обсидиан, убирая руки от лица девушки, та вновь разрыдалась и сжалась в комочек. — Надо его найти.

— Хотите перенестись отсюда? — сощурившись, спросил Красный.

— Но ведь он максимум рассчитан на четверых, не больше, — заметил Дарен.

— Вот четверо и отправятся назад. Здесь не безопасно для вас, и за Светлым необходим уход. Его надо как можно скорее переправить в столицу. Но для начала я всё-таки попробую её считать. Необходимо понять, с чем нам придётся бороться.

И всё закрутилось, завертелось в непрерывном хороводе событий.

Звероловы отправились к дому старосты искать артефакт, Дарен готовил зелье для Эльяра, Тарк был приставлен ему помогать. Ну, а я…

— Лика, — Обсидиан повернулся ко мне, и мы были так близко, что я видела собственное отражение в глубине его тёмных глаз.

— Да, мастер, — прошептала в ответ.

— Ты мне поможешь. Подстрахуешь.

Не просьба, приказ, но я ничего не имела против. Хотя и понимала всю сложность и опасность процесса, который нам предстояло пройти вместе.

— Да.

На языке вертелся вопрос: почему именно я? Я ведь не так сильная, как Дарен. Может, было лучше привлечь боевика для столь ювелирной работы? Но знала я и другое: чем ближе и теснее отношения между двумя, тем лучше будет контакт.

Так насколько близки мы? И хочу ли я это знать?

Наверное, сомнение отразилось у меня на лице, потому что мужчина тут же уточнил:

— Уверена?

— Да, мастер.

— Начинаем, — он перевёл взгляд с меня на девушку и нежно коснулся её мокрой от слёз щеки. — Спи.

Она тут же послушно закрыла глаза и забылась беспокойным сном.

— Выдернуть меня сможешь? — стягивая куртку, а затем и рубашку, быстро спросил Обсидиан.

Вещи упали, образовав бесформенную кучу рядом с нами.

— Д-да.

У него были широкие плечи, очень загорелая спина, словно он все дни напролёт проводил раздетым под палящим солнцем. Но не это удивило меня. Его спина была сплошь усеяна рваными шрамами.

Я прижала руку к губам, сдерживая изумлённый вздох. Кто же его так? Неужели это часть учёбы? Шрамы большей частью были старые, белые и уродливые. Подушечки пальцев зачесались, так хотелось коснуться, провести по ним, ощутить каждую неровность.

— Лика? — вырвал из раздумий голос куратора.

— Да, я готова, — я последовала его примеру и стащила куртку.

Сейчас будет жарко, и лишние вещи ни к чему. Но рубаху снимать не стала.

— Сначала заклинание произношу я, затем ты, — мужчина сел ближе к девушке, положил её голову себе на колени и осторожно коснулся висков, закрыл глаза и начал медленно произносить древние слова.

Я внимательно следила, как с каждым произнесённым звуком расслабляются мышцы его лица, а тело, наоборот, каменеет.

Моя очередь.

Я аккуратно села сбоку и, на мгновение сжав кулаки, нерешительно коснулась разгоряченной кожи. Она была на удивление мягкой и шелковистой, хотя твёрдость мускулов под ней впечатляла. Одна рука на грудь, там, где ровно билось сердце (я вздрогнула, слишком чувствительной и болезненной была кожа на ладонях), другая на спину, прямо напротив сердца.

Прежде чем озвучить свою часть, неожиданно обернулась и поймала серьёзный взгляд Дарена.

— Удачи, — прошептал он мне одними губами.

Кивнув, закрыла глаза и твердо произнесла заветные слова.

Шум в ушах, пылающая кожа под руками, и я сама загорелась в ответ. Чёрные точки перед глазами, которые кружились в чарующем танце, погружая меня всё больше в транс.

Пустота и стук чужого сердца, который мне надо отследить и спасти в случае опасности. Стоит куратору оступиться, а мне опоздать, и мужчина может застрять в чужом сознании навсегда.

Сложно сказать, сколько прошло времени, я была слишком сосредоточена, слышала лишь чужой пульс и чувствовала такое родное и близкое тепло, как неожиданно всё изменилось. Это сложно объяснить словами, но я сразу поняла, что что-то пошло не так.

Ритм сердца слегка сбился, вроде бы незначительно, но я поняла, что тянуть больше нельзя.

— Мастер, — прошептала, и мой голос эхом прокатился по пустому сознанию. Коснулась краешка чужого сознания и принялась аккуратно тянуть на себя.

Не давал и вырывался. Пришлось усилить нажим.

— Мастер, пора уходить. Опасно.

Но он меня словно не слышал. Я чувствовала, как Обсидиан сопротивлялся, стремясь погрузиться еще сильнее.

— Куратор! Вернитесь!

Ускользает… Силы слишком неравны.

Боги, нет! Надо было просить Дарена, он ведь намного сильнее. Что могу сделать я, жалкая третьекурсница?

Не слышит! Он меня не слышит! Не получается.

Из последних сил, чувствуя, как нас разводит в разные стороны, а мужчина всё больше погружается в чужое сознание, я в отчаянии прокричала в пустоту:

— Рей!

Сердце дрогнуло, и Обсидиан внезапно откликнулся.

Боги, спасибо. Получилось!

Рывок навстречу друг другу и…

…мы, тяжело дыша, упали на мягкую зелёную траву.

Первое мгновение я ничего не могла разглядеть из-за пара, что шёл от наших тел. Моя рубашка даже начала тлеть в некоторых местах. Охнув, я принялась стряхивать угольки. Но Дарен подоспел вовремя, не успела я и глазом моргнуть, как на нас сверху обрушился поток ледяной воды.

— Живы? — стоя с ведром, поинтересовался боевик.

— Д-да, — дрожа и обнимая себя за плечи, прошептала я и взглянула на куратора.

Тот ответил мне странным взглядом и кивнул.

— Живой. Звероловы ещё не вернулись?

— Пока нет.

— Как Светлый?

— Я дал ему настойку, — откликнулся Тарк, который всё это время сидел рядом с Эльяром. — Вроде нормально.

— Удалось что-нибудь узнать? — встав, я схватила куртку и накинула на плечи, еще сильнее дрожа от холода. Надо было срочно переодеться.

— Да, удалось, — нахмурился тот, тоже поднимаясь.

— Перевёртыши? — снова Солод.

— Нет… Я не знаю, кто это.

— Как не знаете? — растерянно спросила я, отжимая воду из косы. — Она не знает? Не увидела?

— Она видела их. Но… они пришли из болот. И это не Перевёртыши.

Куратор выглядел действительно растерянным. Я видела сомнение на его лице, словно мужчина сам не верил в то, что сейчас видел в воспоминаниях девушки.

— Но там же просто болото, — после нескольких секунд тишины произнёс Тарк. — Километры непроходимых топей, трясин и болот. Там нельзя выжить.

— И тем не менее они пришли именно оттуда.

— Кто? — подала голос я, стараясь сдержать дрожь.

Обсидиан вновь взглянул на меня и вдруг резко произнёс:

— Быстро вытираться и переодеваться. Замёрзнешь ещё и заболеешь.

Я кивнула и подбежала к своему рюкзаку за сухой рубахой.

— Переоденься в одном из домов, — одеваясь, велел он и повернулся к Дарену.

Я быстро взглянула на него, но ничего не сказала, а прижала вещи к груди и забежала в ближайший двор. Тот самый, где стояла кадушка с водой и совсем недавно мы остужали руки. Заходить в дом не стала.

Повернувшись спиной к калитке, быстро стащила мокрую рубаху и сразу же, дрожа от холода, надела сверху сухую. Теплее не стало, с кончика мокрой косы противно капала вода. Сквозь зубы поминая всех богов, я принялась распутывать косу. Светло-русые волосы водопадом упали на спину и плечи, укрывая меня, словно саваном.

«Надо высушить», — решила я, с раздражением убирая пряди за уши, но они всё равно мешались и лезли в лицо.

Но сделать ничего не успела.

— Серая, — раздался крик с улицы.

Заправив рубаху в штаны и надевая сверху куртку, я понеслась назад.

— Да, мастер.

— Чего так… — мужчина раздражённо обернулся ко мне и не договорил, уставившись странным взглядом. Я повела плечами и вновь убрала волосы с лица, чувствуя себя перед ним чуть ли не раздетой. — Долго, — в конце концов произнёс куратор, и в глубине тёмных глаз сверкнули синие искры.

— Прошу прощения за задержку, мастер.

— Хороша, — присвистнул Красный, а я вспыхнула от злости вперемешку со смущением.

Я и не заметила, что Звероловы уже пришли и теперь сидели у костра, грея руки. Взгляд, которым меня наградил Хват, был таким, что Тайфун, который тоже с интересом меня рассматривал, подошёл ближе и встал рядом. Чего они так? Ну подумаешь, волосы распустила, и что? Так я выглядела ещё младше, и это мне совсем не нравилось.

— Все сюда, — велел куратор и сел рядом со Звероловами. — Есть серьёзный разговор. Слушайте внимательно и запоминайте. Вам предстоит всё это доложить по возвращении.

— Мы возвращаемся? — поинтересовался Дарен.

— Господам Хвату и Красному удалось обнаружить амулет переноса, с помощью которого вы вернётесь в столицу.

— Но он же рассчитан на четверых, — произнесла я, наматывая прядь волос на палец.

— Вот поэтому через артефакт отправляются Серая, Солод, Светлый и наша беглянка. Тайфун остаётся здесь.

Дарен согласно кивнул, а я вздрогнула из-за страха за него.

— Артефакт стандартный, — продолжил куратор. — Его дают каждому старосте деревни для обычного переноса во время ежегодного всеобщего собрания или что там у них происходит. Он настроен специально на одно из помещений столицы, перенастроить и изменить его нельзя, очень чувствительная материя. Поэтому именно вы четверо отправляетесь в столицу и рассказываете то, что здесь увидели.

— И что мы им расскажем? — вмешался Солод. Парень внимательно вслушивался в наш разговор, разгребая палкой угли костра. Огонь зашипел и взвился верх сотней ярких искр. — Что деревня пуста, все ушли, а девчонка осталась.

— А ты не подумал, почему она осталась? — куратор так посмотрел на парня, что тот заёрзал на своём месте. — Что отличает её от остальных?

— Она глухонемая. Не может слышать и говорить, — тихо произнесла я. — Поэтому они все ушли, их околдовали?

Обсидиан невесело кивнул.

— Зов? — спросил Дарен. — Это должен быть очень сильный маг, и даже не один. Для того чтобы вывести всех жителей, надо минимум десяток сильных магов. Но кто они и зачем это сделали?

— Это были не маги, — покачал головой куратор.

— Перевёртыши? — поинтересовался Хват.

Ещё один. Но ему по долгу службы привычнее обвинять их во всех бедах.

— Нет.

— Слышь, Обсидиан, хорош тянуть, рассказывай, что именно увидела девчонка, — резко заметил Красный. — Времени и так мало.

И я его прекрасно понимала, сама едва не подпрыгивала от нетерпения.

— Она очень мало видела, большую часть пряталась и боялась, ожидая, что за ней придут. Но кое-что рассмотреть смогла. Это были люди. Существа, похожие на людей.

Мне совершенно не понравилась эта оговорка, было в ней что-то жуткое. Я передёрнула плечами. Дарен, который сидел рядом, тут же приобнял за плечи, пытаясь согреть. И ни от кого из присутствующих не укрылось это движение, но комментировать не стали.

— Они очень высокие и худощавые, словно скелеты, обтянутые кожей, — продолжил Обсидиан. — Гибкие и светлокожие. Волосы длинные и русые, с зеленоватым отливом. Глаза впалые и почти белые. Я никогда таких не видел, даже упоминания нигде не встречал.

— Но тогда кто это может быть? — это Хват. Было видно, что и Зверолову, как и нам, не по себе от рассказа мужчины.

— У меня только один вариант — новый вид, племя или род. Те, кто пришёл из-за заболоченных земель. И это ещё не всё. Кто бы это ни был, они практически не реагируют на магию. Точнее реагируют, но не на всю.

— В каком смысле? — удивился Тайфун.

— В воспоминаниях беглянки был такой момент. Один из жителей, мальчишка лет тринадцати, еще не инициированный, но уже обладающий небольшой силой, выйдя вместе с остальными за контур, очнулся и пытался остановить этих существ, бросая проклятья. Простенькие, но действенные. Так вот, они не сработали. Совсем. Те твари даже не остановились.

— Но разве такое возможно? Проклятьям подвержены все, даже Перевёртыши, — заметил Солод.

— Получается, не все.

— Может, у них какие-то щиты есть или блокировки? — спросил Хват.

— Может быть.

— Но тогда как с ними бороться? — это Дарен.

Ему, наверное, сейчас было тяжело. Мы с Тарком уйдём, а боевику придётся лично сражаться с этими тварями.

— Мечом, топором и арбалетом, — ответил Красный, доставая тесак. — То есть в рукопашную. Что скажешь, студент, готов пустить кишки белым?

Дарен промолчал.

— Зачем они забрали людей, что с ними стало? — я повернулась к куратору. — Они их убили?

— Я думаю, что угнали в рабство. Поэтому наши стандартные магические ловушки могут не сработать. Я даже не уверен, что они вообще сюда вернутся. Что хотели, болотники получили.

— Значит, пойдём искать их сами, — оскалился лысый Зверолов. — Сколько тут до болот, километра три-четыре?

— Около того. Но для начала отправим ребят домой. Готовьте артефакт.

— Но ведь они не смогли пройти через защитный контур? Значит, он их остановил, а это тоже магия, — я нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую догадку, но не смогла.

— Поэтому я и сказал, что они выборочно реагируют на неё. Но разбираться, в чём именно причина, сейчас нет времени. Скоро закат. Собирайтесь, Серая.

Через десять минут к отправке всё было готово.

— Будь осторожен, — я крепко обняла Дарена и застыла на мгновение, чувствуя исходящее от него тепло.

— Я вернусь. Обязательно вернусь. Ты только жди, — прошептал он едва слышно и поцеловал в макушку.

— Я буду ждать.

— Хорош обниматься, голубки, портал почти готов, — прокомментировал Солод, проходя мимо. — Пора убираться из этой дыры, Серая.

Я разорвала объятья и отступила на шаг, бросая взгляд в сторону куратора. Мужчина смотрел прямо на меня, в глазах была решимость и странная мольба.

— Иди, Серая, иди, — приказал мужчина, словно боялся, что я могу передумать.

— Да пребудут с вами Боги, — тихо произнесла в ответ, обвела взглядом их небольшой отряд и шагнула к Тарку, в руке которого уже был амулет.

— Активируй, Солод, — велел Обсидиан.

Я застыла, ожидая возникновения знакомых ощущений, и обвела взглядом пустую деревеньку. Вон там, по краю — магическая стена, величайшее изобретение, берущее свою основу из древней магии. Тот редкий случай, когда сырая магия подчинилась магам и стала служить добру.

Вокруг нас затрещал воздух, но я ничего не замечала, сосредоточившись на догадке, что пронеслась в голове.

Сырая магия, сырая сила… вот в чём отличие!

Рука сама нащупала кулон, что продолжал висеть на шее.

Решение было принято в одно мгновение, и я резко дернулась вперёд, вырываясь из вихря, который уже окружил нашу четвёрку.

Вспышка света, и перенос сработал, а я осталась в деревне.

— Лика! — вскричал Дарен, подбегая ко мне. — Ты что делаешь?

— Остаюсь здесь, — отдышавшись, ответила ему и взглянула на куратора.

Удивительно, но злости в его взгляде не было, лишь непонятная обреченность и грусть. Словно он знал всё с самого начала, но надеялся на чудо. Да, этот поступок был глупым и безрассудным. Пусть студентке Серой не место среди них, но у меня есть то, что может спасти нас всех.