Глава 4. Мораны пустыни

Так продолжалось три дня — тренировки, лекции, опять тренировки и снова лекции. А в перерывах небольшой отдых и приём пищи. Возникало ощущение, что Обсидиан решил таким образом отомстить нам за наше безделье и увеличил нагрузку вдвое.

Вечером нам хватало сил лишь добрести до коек, упасть на них и забыться сном без сновидений, чтобы утром вновь проснуться под жуткий звук магического горна.

Девчонки плакали. Ныли, проклинали куратора и грозились написать жалобы во все инстанции, которые только возможно. Я молчала, стиснув зубы и убеждая себя, что это всё для нашего же блага. Так и было, но сил отнимало знатно.

Масла в огонь любопытства подлил Дарен. На второй день, когда мы после обеда лежали на травке — это называется «кто где упал, тот там и отдыхает» — он неожиданно рассказал нам кое-что новое об Обсидиане.

— Адепт Моранов, — произнёс он, поворачиваясь на спину и убирая руки за голову. — Никогда их не встречал.

— Кого? — недоуменно переспросила у него и приподняла голову, чтобы взглянуть на друга.

Все мышцы ныли от тренировок, и было лень даже встать и подойти к куртке, в кармане которой лежала фляжка с водой. Я стала более ответственной в этом плане и теперь носила запас воды с собой.

— Мораны пустыни, — пояснил парень. — Ах да, вы же не знаете. У нас на боевом факультете им посвящён целый учебник по боевому искусству.

— Кому посвящены?

— Моранам. Это что-то вроде боевого учения пустынников.

— А при чём тут пустынники? — совершенно растерялась я, не в силах поспеть за мыслью друга.

Или просто я до такой степени устала, что перестала нормально соображать.

Пустынниками мы называли жителей Аарга, небольшого государства, с которым Империя граничила на юге. Это было закрытое общество нелюдимых кочевников, которые жили под палящим солнцем бесконечной пустыни. Говорят, что Магов у них не было, но они компенсировали это невероятной силой, умениями и быстротой.

— Он из них.

— Кто?

— Лика, — вздохнул Дарен, качая головой. — Ты сама на себя не похожа. Обсидиан — последователь моранов.

— Ты хочешь сказать, что он из Аарга? — с сомнением переспросила я. — Они же вообще закрыто живут и никак с Империей не контактируют.

Лет триста назад тогдашний Император попытался ввести пустынников в Империю и пошёл на них войной. А те очень шустро растворились в песках, побросав жилища и места обитания. Император побродил месяца три под палящим солнцем, растерял половину своей армии и был вынужден вернуться ни с чем в Империю. С тех пор мы с ними дружим. По факту — они не трогают нас, мы не трогаем их. Империя тогда полностью сосредоточилась на своих исконных врагах — перевёртышах, что жили на Севере в горах.

— Ты видела его причёску, короткие волосы и бритые виски? Это причёска всех моранов.

— Может, ему так удобно. Это не показатель, — не согласилась я, хотя сомнения и возникли. — Это может быть простым совпадением.

— Не скажи. Мораны лишены магии, но они непревзойдённые воины — сильные, ловкие. Говорят, они могут обходиться без еды и воды сутками. А еще входят в транс и…

— И ты перегрелся, — перебила его восторженный монолог я и скептически усмехнулась. — Даже если и предположить, что мораны всё это могут, то что он здесь делает? Пустынники не любят чужаков и уж точно не воспитывают имперцев.

— Не знаю, — вздохнул Дарен. — Но если он их последователь, ты представляешь, какие это возможности? Он же столькому может научить.

— Вы всё-таки ненормальные. Боевик и его подружка, — оскалился Тарк, который до этого молча слушал наш разговор. — Куратор с нас десять шкур спускает, а вам этого мало.

— Он гений, — возразил Дарен.

— Он полоумный головорез, который хочет нас убить.

Они встали друг напротив друга, сжав руки в кулаки. Я бы поставила в этой драке на Дарена, но они оба устали, и еще неизвестно, как куратор отреагирует на подобного рода поведение. Поэтому мне пришлось тоже подняться и встать между ними.

— Вы хотите, чтобы вас отправили домой? — тихо спросила я, поочерёдно глядя на каждого из них. — Тогда сядьте по местам. Будем считать инцидент исчерпанным.

— Прячешься за бабскую юбку, Тайфун, — зло усмехнулся Тарк, и Дарен дёрнулся к нему, но был мною перехвачен.

— Ты ошибся, я юбки не ношу, — парировала в ответ. — Дарен, дай воды, пить очень хочется.

Тот еще немного посмотрел на универсала и позволил себя увести. И только после этого я смогла нормально выдохнуть.

— Воды дать, говоришь? — усмехнулся парень, кивнув на фляжку, которая оттопырила карман моей куртки.

— Забыла, наверное, — невинно ответила ему и сделала глоток из его фляжки, которую уже взяла. — С каких это пор ты ведёшься на провокации Тарка?

— Наверное, просто устал, — ответил тот, облокачиваясь рукой о плетёный забор и насмешливо меня рассматривая.

— Так ты не рассказал, кто такие мораны. Мы изучали пустынников в Академии, но про моранов преподаватели никогда не говорили. Я бы запомнила.

Металл холодил ладонь, а от ледяной воды заныли зубы.

— Это что-то вроде специальной боевой касты избранных воинов. Не просто воинов, а настоящих профессионалов. Самых сильных, самых зорких, самых…

— Самых-самых, — насмешливо вставила я. Меня такая восторженность немного веселила. — Таких просто не существует в реальности.

Дарен пропустил это мимо ушей. Было видно, что его очень увлекли эти мораны, и я никак не могла понять причину этого.

— Мы привыкли полагаться во всём на магию, а они — на умения и навыки, которые вырабатывали годами.

— Обсидиан — Маг, — напомнила я, сделав еще один глоток. — А не пустынник.

Я видела, что Тайфун открыл рот, чтобы что-то сказать, но промолчал.

— Потом, — только произнёс он, осторожно кивнув в сторону притихших друзей, которые старательно делали вид, что им всё равно, а сами вслушивались в наш разговор.

Этот момент откровения наступил только несколько дней спустя.

— То, что я тебе расскажу, когда-то являлось государственной тайной, — произнёс Дарен, рассматривая в руке травинку, которую сорвал около лавочки.

Мы сидели у девичьего домика, рассматривая яркое оранжевое солнце, скрывающееся за кронами деревьев. Наши уже легли спать, а мы плюнули на режим и угрызений совести по этому поводу не испытывали.

— И зачем ты мне это рассказываешь? Я на государственные тайны не подписывалась.

Своих хватает.

— Потому что это было за несколько месяцев до переворота. Брат моего отца ребёнком в числе других младших сыновей известных родов был отправлен к пустынникам для обучения. На обмен они прислали своих… Это была беспрецедентная акция, но случился переворот.

Да, переворот тогда много жизней сломал.

— И что произошло дальше?

— Пустыники сразу вернулись домой, отказавшись от обучения у нас.

— А твой дядя?

— Остался там. Они все там остались.

— А Обсидиан? — непонимающе покачала я головой.

— А он, получается, вернулся, — Тайфун отшвырнул травинку на дорогу и тихо спросил: — Знаешь, чего я больше всего хочу сделать?

— И чего же? — я оторвала взгляд от заката и посмотрела на друга.

— Подойти к нему и спросить о дяде. Ведь мы тридцать лет ничего о нём не слышали. Отец пытался навести справки, и не получилось.

— И что тебя останавливает?

— Он не расскажет, — тихо ответил Дарен, убирая руки в карманы. — Мораны закрыты для мира, закрыты для жизни и общества. Семьи для них не существует. Только братство.

— Но Обсидиан вернулся, — напомнила я, подавляя возникшее в груди желание коснуться его и утешить. Таким потерянным он выглядел.

— Значит, для этого должны быть причины.

— Какие?

— А вот это нам еще предстоит узнать. Сдаётся мне, неспроста он здесь появился, Лика, неспроста.

Звучало немного жутковато.

— Не пугай меня, Дарен. Что может произойти здесь, на краю мира? Кругом лишь комары, топь и глушь. До перевала и Перевёртышей очень большое расстояние. Так что бояться нечего.

А утром следующего дня, когда мы, уставшие, пришли к дому куратора под звуки горна, нас ждало новое испытание — трёхдневный поход.

Этой ночью я спала плохо.

Долго не могла уснуть, несмотря на боль и усталость во всём теле. У меня всё никак не выходили из головы слова Дарена о детях, которых отдали пустынникам. Сколько же им было? Этим мальчишкам? Пять? Семь? Десять? Не больше. И они были оторваны от семьи и отправлены в чужую страну, где остались навсегда. Неужели они не скучали по родным и близким? А если скучали, то почему не вернулись?

Обсидиан… Я уверена, что никогда не слышала этого имени и не помню ни одной семьи Империи с таким названием. Неужели они лишились не только привычной жизни, но и собственной фамилии?

Когда всё-таки закрыла глаза и забылась беспробудным сном, то снилось мне что-то странное и непонятное.

Опять знакомая комната и котелок на огне, водоворот и картинки в глубине пенящейся воды. Я стояла над этим безумием и смотрела, не в силах оторвать взгляд.

И видела детей, совсем юных мальчишек, таких испуганных и одиноких. Они жались друг к другу, собравшись в кучку в углу пещеры, и со страхом глядели на наставника, высокого жилистого мужчину, завернутого с ног до головы в желтые тряпки, пропахшие солнцем, ветром и песком.

— Ваш дом — пустыня. Ваша семья — ваши братья. Ваша жизнь — лишь дар Богов, который необходимо отдавать, — произнёс он, сжимая длинную палку. — Мы все гости этого мира и должны прожить отмеренное нам Богами время достойно.

Внезапно он повернулся и взглянул прямо на меня. Обсидиановое пламя серьёзных, таких знакомых глаз. И это уже был не старый наставник, а наш куратор.

— Прошлое, настоящее, будущее… оно открыто для истинной веры… Имеющий глаза, да увидит… Ту, что станет погибелью.

Громко охнув, я проснулась и села в постели, прижимая руку к груди, где бешено стучало сердце. Перед внутренним взором всё ещё стояли завораживающие тёмно-синие глаза и немой укор в их глубине.

Именно в этот момент раздалась первая трель магического горна. Вскочив, я принялась собираться, стараясь не думать о странных снах и кураторе.

«Это всё нервы и рассказы Дарена. Они сбивают с мысли», — решила я, поспешно заправляя рубаху в штаны.

Но всё равно в глаза куратору смотреть было стыдно. Словно это был совсем не сон, а я подслушивала или подсматривала за ним. И избавиться от этого ощущения никак не получалось.

— У вас час на сборы. Брать только самое необходимое, — безэмоционально произнёс мужчина.

— А далеко мы идём? — подал голос Тарк.

— В лес.

— Там же звери, волки, — ахнула Адриэтт.

— И перевёртыши, — приглушенно пискнул со своего места Зип.

— Перевёртыши сюда не суются, слишком далеко от перевала. А одичавшим ты не нужен — инициирован давным-давно, — заметил Дарен.

— Но всё равно, мало ли где это зверьё выскочит, — не сдавался Отважный-младший.

— Задача практики как раз и состоит в таких походах, где вы будете наедине с природой и покажете свою выдержку, умения и способности, — ответил куратор, который молча следил за нашей перепалкой. — Некоторые из вас заканчивают в этом году обучение, и впереди их ждёт настоящая работа.

— Ненавижу природу, — простонала блондинка, с досадой грызя ноготь. — Все эти жучки, паучки и комары…

— Особенно комары, — вздохнула Диана и поёжилась. — Так изгрызут, что места живого не останется.

— А время идёт, опоздавшие вернутся домой, — заметил Обсидиан, еще раз осмотрел нас и направился к своему домику.

Проводив взглядом его фигуру и вновь вспомнив свои непонятные сны, я поспешила к себе. Куратор был прав: надо собирать вещи.

Удивительно, но к назначенному времени все успели.

Куратор еще раз нас оглядел, тяжело вздохнул и произнёс:

— Девушки, вы собираетесь идти в таком виде?

Я внимательно осмотрела себя. Всё те же брюки и та же куртка. Оказалось, что обращался он не ко мне. Подруги собрались в поход в платьях. Причем Адриэтт надела одно из своих самых любимых — насыщенного фиалкового цвета с кружевом по подолу. Диана и Милдрет были одеты поскромнее, но всё равно в платьях.

— А что не так? — нахмурилась Гранатовая, не понимая, чем вызвана задержка.

— Раз вас всё устраивает, то возражать я не буду. Серая, — он взглянул на меня, — другого от вас не ожидал.

— Спасибо, мастер, — кивнула я и поправила мешок, который висел за спиной.

— Идём по парам. Впереди пойду я, за мной Серая и Ягодная, следом Гранатовая и Рдяная, Светлый и Отважный, замыкают Тайфун и Солод. Не растягиваться и идти след в след.

— Да, мастер, — ответили мы, разбиваясь по парам.

Я ободряюще улыбнулась Диане. Не самая плохая пара. Намного лучше, чем Гранатовая. А вот Дарену не повезло — Тарк еще та заноза и может превратить путешествие в самый настоящий кошмар.