Глава 7

Причиной огромного количества разводов в наши дни является то, что отношения, построенные на сексе, обречены. Наслаждение оргазмом слишком мимолётно, чтобы компенсировать оставшиеся часы скуки и разочарования.

Он снова оказался рядом, с обеспокоенным видом. А мне было плевать. У меня внутри словно все разрывалось на части. Мне хотелось есть, но я знала что кроме одного единственного бульона я не осилю. Чёрт! Как же все навалилось. Я сползла к стене спиной и спрятала лицо в руках.

— Что болит? — спросил как-то напряженно Максим.

— Душа. — хмыкнула я.

— Я сейчас серьезно, я чувствую что тебе больно. Только не могу понять где…

— Отстань, пожалуйста. — устало выдохнула я. — Отпусти меня домой. Мне правда нужно домой.

— Ты теперь принадлежишь мне, привыкай. — и он стремительно вышел из комнаты при этом громко хлопнув дверью, от чего я дернулась.

Я не понимаю! Как можно вот так? Вызывать во мне столько противоречивых чувств, и сносить крышу одним касанием! Это ведь не мои чувства! Я не могу такого чувствовать к мужчине которого боюсь. Да и не люблю я его. Хотя что для меня значит любовь? Однозначно больше чем секс. И зачем мне сейчас с ним воевать? Я не хочу ничего! Я хочу прожить этот год для себя! Хочу привести в нормальное состояние мать! Но зачем мне мужчина? Он ведь не поймет, что я смирилась, начнет помогать, а что я дам ему взамен? Себя? Но я не продаю свое тело. Для меня это низко. Хотя я последнее время не понимаю проведение своего организма. Как только он рядом, я чувствую его. Хочу… Телом. Но не душой. А ведь для меня это важно, очень. Мне поговорить с ним не о чем! Я никто! А он? Он оборотень, он занимает высокое место среди людей. А что я? Я в самом низу, и то вскоре меня не будет в этом списке, и поэтому я не хочу быть его игрушкой, его прихотью. И пока его нет, я могу трезво мыслить.

— Так что тут у нас? — раздался голос входящего в комнату мужчины, а следом шел Максим.

— Ей стало плохо. — констатировал Максим.

— Где болит? — спросил врач присаживаясь на корточки рядом.

— Нигде. — ответила я, смотря в глаза врачу, потому что спазм прошел.

— Вас что-то беспокоит? Аль… — он поперхнулся. — Максим Константинович, утверждал что вам нездоровиться.

— Со мной все хорошо. Максиму Константиновичу показалось. — с нажимом сказала я. А врач перевел взгляд на Максима, который кивнул врачу разрешая удалиться.

— Хватит, злиться, твоя злость никому ничего не принесет. — усмехнулся Максим, после того как врач ушел.

— Где одежда? — спросила я.

— Сейчас принесут. — отозвался он сложив руки на груди.

— Хорошо. Домой мне нельзя? — уточнила я.

— Нет. — последовал короткий ответ.

— А жить я буду где? — спросила я.

— Тут. В моей спальне. — растянул он губы в улыбке.

— Мне нужна другая комната.

— Тебе не нужна другая комната. — прошипел он.

— Ладно. Как скажешь. — согласилась я уже построив план. — А теперь вон из моей комнаты.

— Ты путаешь, это моя комната. Мой дом. И ты в нем, тоже Моя. — холодно сказал Максим. Словно он сейчас приказывал.

— Ясно. — мрачно сказала я. Деспот настоящий. Мне срочно нужно бежать! Но куда? Если к матери, то он сразу меня найдет и тогда мне не поздоровиться. Значит нужно завоевать его доверие, найти деньги, и убежать собравшись на шоппинг! Именно так! Буду глупой, послушной, ласковой куклой, правда временно.

— Я рад что мы пришли к взаимному пониманию. — улыбнулся он.

— Я тоже. — натянула я улыбку.

— Войдите! — приказал кому-то за дверью, и в спальню вошли двое парней опустив головы, избегая взглядов на меня, потому что Максим в данный момент натурально рычал. Они положили пакеты на кровать и стремительно вышли из комнаты.

— Мне и из комнаты выходить нельзя?

— Только со мной и с теми кому я доверяю. — он вальяжно сел в кресло. — Посмотри что в пакетах.

Я покосилась на пакеты, и со вздохом придерживая одеяло подошла.

В пакетах оказалось белье, явно не дешевое, и очень сексуальное, платья ну очень короткой длины. Пару джинс, рубашки, спортивный костюм, пеньюар который в буквальном смысле просвечивался, и несколько пар обуви на мой размер.

— Когда только успел… — проворчала я.

— Ты спала. — ответил он мне.

Ну конечно спала, после такого шока! Я еще раз покосилась на него, и взяв самое приличное бельё и спортивный костюм черного цвета, я отправилась в ванную, деверь которой сейчас была открыта.

Через пять минут, я была собрана и смотрела на себя в зеркало. Кажется я похудела еще сильнее и появились круги под глазами. Но мне срочно нужно съездить к матери за таблетками обезболивающего. Хотя можно было пойти на поклон к Максиму, но я не хочу. Он не зная о том что со мной твориться, объявил меня своей, игрушкой. Ограничил меня в свободе, а если он вложит в меня деньги? Что дальше? Наденет на меня цепь, и будет намазывать на хлеб, что я обязана ему жизнью? Я эти слова уже слышала от матери, и я не хочу быть никому ничем обязанной, и тем более жить собачей жизнью.

Завязав волосы в пучок я вышла в комнату, где все еще сидел Максим. Решив наплевать на все, я легла на кровать и закрыла глаза, потому что боли в животе еще не прекратились, а еда на подносе вообще не подходила к моему рациону.

Мысль о том что делать дальше ни как не покидала мою голову, и я ее прокручивала как могла. Но никаких вариантов, на ум не приходило. Хотя один был, это с помощью тех самых " Доверенных личностей" покинуть дом. Но как долго мне придётся, искать помощника? Последние две таблетки я пила еще в квартире значит действие уже кончилось. И скоро меня снова скрутит. А значит он начнет задавать вопросы. Или все-таки наплевать на гордость и плыть по течению, по имени Максим?

— Ты почему не ешь? — раздался голос Максима.

— А должна? — хмыкнула я.

— Ты должна есть.

— Не слишком ли много я должна последнее время? — спросила я. — Должна сидеть в спальне, должна спать с тобой, должна есть, должна одевать одежду которую Ты выбрал.

— Я тебя не пленю. — спокойно сказал Максим.

— А то что ты сейчас запрещаешь мне выходить, отправиться к матери, это как называется?

— Забота.

— Какой развернутый ответ. — усмехнулась я.

— Хватит язвить. Тебе не идет.

— А что мне идет? Быть безропотной овцой? — спросила я.

— У меня дела, мне пора. — и он встав из кресла пошел к выходу.

— Ты хочешь что бы я тут со скуки умерла? Тут даже телевизора нет! — соскочила я с кровати. — А еда? Если так хотел помучить, зачем нужно было селить в свою комнату? Мог бы в темницу закинуть! А, нет не отвечай до темницы идти далеко! А тут я под боком, когда хочу тогда беру! — злилась я.

— Я сказал, хватит. И я последний раз повторяю. Меня злить не надо, не доросла еще! — таким холодным тоном, сказал Максим что я дернулась. — И веди себя хорошо, иначе ты действительно узнаешь, что значит "Мучить" — и многозначительно улыбнувшись он вышел.

Я осталась сидеть на кровати, в полном замешательстве! За что, он прицепился ко мне? На свете миллионы девушек! А ему нужна я? И за чем? Теплых чувств у него ко мне нет. Он меня даже не уважает, тогда зачем ему все это? И почему он в пару выбрал меня?

Я легла на кровать накрыв голову подушкой, и с глаз потекли слезы. Потому что я не смогу ему противостоять, сил нет! И времени.

И план по спасению матери тоже тогда провалился. Вообще все мои мечты вдребезги разбиваются, всегда! Я хотела нормальную семью! Я хотела проучить высшее образование! Я хотела что бы первый раз у меня был с мужем, но сама все испортила! Я хотела обосноваться в столице! Хотела выйти замуж за любимого человека! Я хотела быть счастливой!

Но почему ни один из этих пунктов, не сбылся? Дело во мне! Я наверное слишком задолжала, в прошлой жизни раз все у меня теперь через одно место.

И когда уже устала размышлять и заниматься самобичеванием, я незаметно уснула.

Снился мне старый лес, словно я бреду по нему, а он мне рассказывает сказки, я его слышу, а он слышит меня. Словно я родилась в этом лесу. Я рассказываю ему о своих проблемах, а он желает меня убирая ветки с моего пути, и делая дорогу мягче зарастая на пути траву.

Выйдя с леса, я увидела рассвет на долине внизу, как дымка тумана постепенно рассеивается. Это было потрясающее зрелище, и в то же время умиротворяющее.

Когда я услышала шуршание в кустах за спиной я обомлела… За моей спиной стояло два волка. Но я совершенно их не боялась. Они же увидев меня радостно подбежали и стали ластиться и тереться возле меня, словно они давно знали меня…

— Кто же вы… — озадачено произнесла я вслух, а их в этот момент заволокла дымка… И я открыла глаза, от шума.

В дверях стоял Максим, с подносом в руках.

— Ты так и не ела. — недовольно сказал он.

— Я уснула.

— Тогда я сам проконтролирую как ты будешь есть. — безапелляционным тоном сказал он.

— Ладно. — согласилась я, чувствуя дикую слабость в организме. — Сколько времени?

— Шестой час уже. — ответил он присаживаясь в кресло, оставив поднос на прикроватной тумбочке.

— Ну и сны… — проворчала я, подвигая к себе поднос, возмущаясь тем, что сон был вроде короткий, а на самом деле, почти весь день.

— А что с ними не так? — спросил Максим, снова услышав меня.

— У тебя такой хороший слух? — спросила я, зачерпнув какое-то пюре.

— Не задавай вопрос, не ответив. Так что не так со снами? — чуть поддавшись вперед спросил он.

— Да сон дурацкий снился. — отмахнулась я.

— А по конкретнее? — прищурился он.

— Лес. — буркнула я, не желая говорить что там были еще и волки.

— Врешь. — процедил он. — Я чувствую эмоции. И жду правду…

— Лес! И два волка, которые вели себя странно! Доволен? — недовольно воскликнула я, ковыряясь в еде. А когда в комнате воцарилась тишина я подняла глаза и увидела странную картину. Максим стоял возле кровати с вытянутым лицом, и странно вытянутыми когтями.

— Ты чего? — подозрительно спросила я.

— А? Нет, ничего! — как-то странно произнес он, и посмотрел на меня, таким странным взглядом.

— Максим? — позвала я, — что случилось?

— Ничего, все хорошо. Ты хотела к матери? — спросил он, с довольной улыбкой.

— Да. — настороженно сказала, ожидая подвоха.

— Тебя завтра отвезет Эд, выдаст карту, можешь сходить на шоппинг. Ты поела? — как-то странно говорил он.

— Д-да. — рассеяно сказала я, не веря в происходящее. Может у них у оборотней, приметы плохие связанные с лесом и волками?

— Тебе нравится эта комната?

— Да. А что? — вообще потеряв нить разговора, сказала я.

— Тогда я в другую комнату перееду, что бы не смущать тебя. — и взяв два подноса, он вышел из спальни аккуратно прикрыв за собой дверь.

А я кажется зависла. Потому что не могла поверить в происходящее! Странно он себя ведет, определенно! И мне нужно быстрее валить.

Вскоре я снова ощутила слабость в организме, и мне страшно захотелось спать, чему решила не противиться.

Снился мне снова лес, только волков былое уже трое. Странно правда было то, что я ни капли не удивилась, а наоборот обрадовалась, и они снова крутились возле меня, периодически пытаясь лизнуть.

Вчетвером мы забрели в глушь леса, и наткнулись на странное скопление черного марева, пожирающего лес. Волки заскулили, и прижались ко мне. Но один из них вскоре отделился и посмотрев мне в глаза словно прощаясь, и кивнув в сторону двоих других, побежал в марево, я закричала, пыталась догнать, но было поздно! Я чувствовала что он не вернется!

— Тише тише… — шептал кто-то рядом и я проснулась.

— Чт.. Что случилось? — глотая воздух спросила я у Максима сидящего рядом, в темноте и гладящего меня по голове.

— Ты кричала во сне. — напряженно сказал он, и блеснул золотистыми глазами. — Что тебе снилось?

— Снова лес. — вытирая пот со лба сказала я.

— А волки? — так же напряженно спросил он, словно этот ответ очень важен.

— Их было уже трое. — сглотнула я. А он кажется перестал дышать. — Только один исчез, я звала, звала, хотя не знаю зачем звала, словно он мне нужен, а он посмотрев в глаза словно прощаясь исчез в черном тумане. Это было страшно, хотя сейчас не знаю почему мне было так страшно… — я говорила и говорила, словно мне было важно выговориться, словно и ему важно меня услышать.

— Все хорошо. — как-то не весело сказал Максим.

— Максим, почему тебе так важны эти сны? — спросила я.

— Мне все что с тобой связанно важно. А теперь спи. — и поцеловав меня в висок он отстранился.

— Максим! — окликнула я его. — Правда мне можно поехать к матери? Завтра?

— Правда. Если будешь хорошо себя чувствовать. — и покинул комнату.

А я снова устало закрыла глаза, проваливаясь в объятия Морфия.

Проснулась утром снова от боли в животе и побежала в уборную. Через минут 20, когда я казалось уже была вывернута на изнанку, в комнате сидел Максим. Хотя время было еще очень раннее.

— Ты что тут делаешь в такую рань? — спросила я накрываясь одеялом, так как меня трясло.

— Почувствовал твою боль. Что случилось? — спросил он садясь рядом на кровать.

— Ничего, просто живот болит. Не привыкла я к тому, чем меня тут кормят. — фыркнула я. И закрыла глаза, когда рука Максима переместилась мне на лоб. Она была холодной, от чего хотелось замурлыкать словно кошке.

— Ты кажется простыла… Я вызову врача, и сегодня ты никуда не поедешь. — обрадовал он меня, набирая чей-то номер.

— Не буди человека в такую рань. — недовольно сказала я, пытаясь рукой отбить телефон. — И вообще ты обещал, что выпустишь меня на прогулку. В тюрьмах вон даже зеки гуляют, на свежем воздухе. — проворчала я под насмешливый взгляд Максима.

— Ты не заключённая, я забочусь о тебе. Скрывая тебя от опасностей. — добро сказал он гладя мой лоб, а у меня даже сил возразить не было.

— Странная забота. Ты не сможешь скрыть меня от всего мира, и тем более жила же я как-то да встречи с тобой! Весьма кстати успешно! — тяжело натянув улыбку сказала я.

— Снова споришь… — тяжело вздохнув сказал он. — Я же лучше тебя знаю от чего тебя нужно оберегать. И вообще я старше! — улыбаясь сказал он подняв указательный палец вверх. От чего я улыбнулась.

— Твой возраст так и останется для меня тайной покрытой мраком. — возмущенно и наиграно сказала я.

— Ты должна поклясться что никогда и никому не раскроешь этой тайны… — зловещим шёпотом, улыбаясь сказал Максим.

— На мизинчиках? — спросила я улыбаясь, вспомнив как в детстве, с соседскими ребятами рассказывали друг другу "Страшные секреты" о том как Ванька целовался с девушкой, и клялись на мизинчиках.

— О, это очень серьезная клятва. И раз ты готова поклясться на мизинчиках значит тебе можно доверять тайны мирового масштаба. — притворно вздохнул Максим улыбаясь во все 32 зуба. И протянул мне свой мизинец.

— Клянусь не рассказывать тайну о возрасте Максима. — серьезно сказала я сцепив наши мизинцы.

— Мне… — шёпотом начал он. — сорок лет.

— Чтоооо? — кажется слишком сильно повысив голос сказала я. — Тебе же максимум тридцать. И вообще чего это тебя на молодых потянуло? — возмутилась я, а он закатил глаза, кажется молясь кому — то.

— Оборотни дольше людей живут. — как маленькому ребенку начал объяснять Максим. — И я еще молод для оборотня. По вашим меркам мне 25–27 лет.

— Расскажи мне об оборотнях. — попросила я.

— В другой раз, попробуй уснуть, если станет лучше то так и быть, поедешь с Эдом. Но только если станет… — сказал он вставая с постели.

— Кстати, а почем его Эдом зовут? Как полностью имя? Или это тоже тайна покрытая мраком? — от чего Максим засмеялся.

— Ну, на мизинцах я не клялся. — он усмехнулся. — Но если по секрету он не любит своего имени, а так в документах его зовут Эдуард. Только я не говорил. — и снова улыбнулся какой-то озорной хулиганской улыбкой.

— Эх… — вздохнула я. — А так уже хотела его Эдиком звать.

— Вот поэтому ему и не нравится. Все спи! — и рыкнув он ушел.