Глава 1
В Москве стояла жара. Генеральный директор большой компании, никогда не сомневающийся в своих решениях, на этот раз был не уверен и явно нервничал. Он расстегнул верхнюю пуговицу идеально выглаженной белой рубашки и откинулся в темном кожаном кресле. На столе завибрировал мобильник, и надо бы было ответить, но он не чувствовал возможным сейчас с кем-то говорить, а задумчиво смотрел в окно на проплывающие мимо офисных окон облака. Звонок из Лондона совершенно выбил его из равновесия, и сейчас предстояло принять решение, которое, возможно, изменит жизнь близкого человека навсегда. Вопрос только, сможет ли этот человек простить его потом. Но он привык решать за других и верил в свою правоту, которую собирался сотворить методами постыдными и даже в чем-то жестокими. Старый еврей из Лондона говорил с ним возбужденно, словно почуяв настоящую добычу.
– Мы с тобой нашли настоящее сокровище! Я берусь за это дело. Мне нужно пару месяцев на подготовку всего. Это будет настоящий фурор. Старый Руфим имеет нюх на такие вещи. Я уже знаю, как представить эту историю.
Интересно, если бы нужно было сказать, что это все отстой, он бы тоже произнес: «МЫ с тобой наткнулись на полное дерьмо!»? Или он бы ограничился чем-то вроде: «ТЫ прислал мне полное дерьмо! Неужели в тебе совсем нет чутья? Как же ты удержал такую бизнес-империю!»? Но он сказал «МЫ». Мы нашли настоящее сокровище. И это «мы» вдохновляло и обещало успех. Дело было за малым. Нужно просто принять решение. И он медленно набрал номер на телефоне, подписанный как «Иван».
– Есть работа. Но лететь придется далеко, и сделать нужно все чисто. Не отправляй никого. Займись этим сам.
Иван был профессионалом. Годы работы в спецслужбах закалили и научили многому. Наверное, он мог бы до сих пор оставаться на госслужбе, но у него заболела дочь, его маленькая принцесса Алинка срочно нуждалась в лечении, и на это нужны были деньги, большие. Деньги он, кстати, нашел, и Алинка его уже студентка, но вот работу пришлось сменить. Иван не задавал лишних вопросов и знал, что ему платят не только за выполнение работы, но еще и за молчание. Он сразу же начал собираться в дорогу.