ГЛАВА 9

Чувствовать себя не очень хорошо я стала в тот момент, когда маму сменила приехавшая Лиза.

Сестра Кира не говорила со мной ни о Бирюкове, ни о том, на какой стадии выяснения отношений мы с ним находимся. Она просто и без слов принялась выполнять всё от неё зависящее, чтобы минимизировать моё участие в уходе за дочерью. И я, понимая, что снова превращаюсь в квашню, которой только и хочется спать, а ещё, чтобы от неё отстали, была Лизке очень благодарна.

Сестра Кирилла и обнаружила у меня температуру ближе к ночи, что вызвало у неё настоящий переполох.

– Варя, я немедля зову врача! Лучше – скорую! – заявила она громким шёпотом, стоя возле моей постели, на которой я лежала, мечтая только о том, чтобы Лиза ушла и не возвращалась до утра.

– Я сейчас посплю, а завтра всё будет хорошо, – слабо ответила, надеясь, что этого Лизе будет достаточно.

Не тут-то было!

– Ну уже нет, – заявила она и вышла.

А спокойствие, которое пришло следом за этим, продлилось мгновение. По крайней мере, мне показалось, что именно на этот отрезок времени я закрыла глаза, а когда открыла, оказалось, что в комнате находится какой-то мужчина.

Они тихо переговаривались с Лизой, которая рассказывала о том, что я без пяти минут, как из больницы. А ещё несколько раз явственно звучало слово «температура».

– У меня всё хорошо, – пробормотала я, пока мужчина осторожно, но чёткими и выверенными движениями осматривал меня. – Просто нужно выспаться.

А потом мне сделали какой-то укол и я, совершенно счастливая, что всё закончилось, провалилась в небытие.

Мне снилось, что я иду по берегу, ведя за руку порядком подросшую Нику, а сама всё не могу налюбоваться на то, какой красавицей она стала. А нам навстречу шагает какой-то незнакомец, и он улыбается так, словно нас знает. И в тот момент, когда мы должны были поравняться, и я мысленно ждала, что он со мной заговорит, раздался голос Кирилла:

– … чёрта здесь творится?

Сев на постели, я стала сонно озираться. Отдых, пусть и не такой длинный, как хотелось бы, сделал своё дело. Чувствовала я себя не в пример лучше, чем в тот момент, когда отправлялась в постель.

Составить впечатление о происходящем удалось довольно быстро. Я увидела того самого мужчину, очевидно, врача, которого вызвала вчера Лиза, и который, судя по всему, ночевал рядом со мной, устроившись в кресле. А потом не без удовольствия стала лицезреть перекошенные от злости черты мужа.

– Вас стучаться не учили? – мрачно поинтересовался врач, сложив руки на груди.

Я аж прыснула со смеху. Стучаться в собственном доме Кирилл явно ни в какие двери не собирался.

– Я спросил – что здесь происходит? – взревел Бирюков.

Он попытался пройти к моей кровати, но врач встал немым стражем между мною и мужем. Отвечать не торопился, но я поспешила вклиниться в беседу:

– И тебе доброе утро, Кир. Надеюсь, что ты вернулся просто за вещами, а не для того, чтобы отравлять и дальше моё существование.

Покинув постель под не взволнованным взглядом доктора, который оказался настоящим красавчиком, я даже стала получать удовольствие от происходящего.

Кириллу ведь плевать на меня и моё здоровье. У него в голове сейчас только одно: приехал домой, где должна быть страдающая от горя жена, а она не то что не страдает… Она находится в спальне с другим.

Впрочем, я могла вполне напридумывать себе реакций мужа и, скорее всего, он сейчас по самую макушку в отношениях с Яной, но мысли о том, что Кириллу было неуютно, стали чем-то вроде отдушины.

– Кто это такой? – процедил Бирюков, ткнув пальцем в сторону доктора.

– Врач, – пожала я плечами, накинув на себя халатик. – Мне стало нехорошо вчера вечером. Такое бывает, когда у тебя случается выкидыш, а муж протаскивает тебя через предательство.

Кирилл поморщился, мол, зачем ты это всё повторяешь по сотому кругу? Но он быстро взял себя в руки.

– Врач? Без халата? – насмешливо поинтересовался Бирюков.

Захотелось броситься в него чем-то тяжёлым. Мужа не заинтересовало то, как я себя чувствую, даже после моих слов.

– Мой врач может быть хоть без одежды вообще! – отрезала я. – Тебя это не касается. А сейчас выйди, у нас утренний осмотр.

Откровенно дёргая «тигра за усы», я шла на этот шаг осознанно. И пока Кирилл стоял, выпучив глаза, доктор поддержал меня во всём:

– Варвара права. Выйдите прочь. Мне нужно её осмотреть. Или считаете, что есть что-то более важное, чем её здоровье?

Бирюков испепелял нас взглядом. Стоял, переводя глаза с меня на доктора и обратно, а сам чуть ли не кипел негодованием.

– Идите вы оба к чёрту! – рявкнул он и, развернувшись, выскочил из комнаты.

Ноги мои тут же ослабели. Не буду я воевать ни за какой дом, а то, чего доброго, дело закончится реанимацией. Приду в себя и просто уедем с Никусей в жильё, которое для нас приобретёт Кирилл.

– Как вы себя чувствуете? – тут же всполошился врач, когда я присела на край постели.

Устроился рядом, взял в свою руку мою ладонь, начал измерять пульс.

– Нормально, – почти не приврала я ответ. – А вы мне хоть представитесь?

Я смотрела на то, как он хмурит брови, считая про себя удары моего сердца. Затем его губы тронула улыбка и он ответил:

– Конечно. Меня зовут Андрей. И я надеюсь, что у вас не будет проблем из-за всего этого.

Он отпустил мою руку, но лишь для того, чтобы подняться и взять небольшой чемоданчик.

– Нет, не будет, – поспешила я заверить Андрея. – И я благодарна вам за то, что смогла принять важное решение. Мне нужен покой, так что сейчас же поговорю с мужем и сообщу ему, что мы с дочерью переезжаем.

Андрей рассеянно кивнул и ответил:

– Для начала, я думаю, что нам с вами нужно съездить ко мне в клинику. Я сделаю УЗИ, нужно сдать анализы. В целом, ничего угрожающего я не вижу, но стоит перестраховаться.

Как бы мне ни хотелось просто заняться своими делами и, в первую очередь, дочерью, я понимала, что Андрей прав. Потому просто кивнула в ответ и мысленно прикинула список задач, которые передо мной стояли.

Сначала нужно убедиться в том, что со мной всё в порядке, а потом уже обсуждать с Кириллом покупку нового дома, причём ставить условие: он приобретёт его как можно быстрее.

Правда, совсем скоро оказалось, что у Бирюкова на этот счёт своё мнение.

Муж вдруг начал надумывать себе то, что стало для меня сюрпризом.

Причём неприятным.

Когда я вернулась домой, Бирюков ждал меня в гостиной. Он держал дочь на руках, и если бы не события последних дней, я бы даже смогла уверить себя в том, что у нас есть всё та же крепкая семья, что и раньше.

Но склонностью к иллюзиям я не страдала, потому мгновенно отогнала непрошеные картинки прочь.

– Знаешь, смотрю на неё и думаю, что буду отвратительным тестем, – внезапно ошарашил меня Кирилл, когда я прошла к дивану и собиралась напомнить мужу, что скоро Веронику нужно кормить.

– До этого ещё чертовски много времени, – устало откликнулась, устраиваясь рядом.

Меня корёжило от мысли, что только недавно Кир сполз с этой своей Яны, но у меня сформировалось простое понимание: с отцом расти Нике будет гораздо лучше, чем без него.

Хотя, я и сомневалась в том, что он продолжит проводить с нею много времени, когда Яна начнёт производить на свет их с Кириллом потомство.

– Да дело в том, что я… представил, как ты живёшь с другим мужчиной, и как Вероника видит его так же часто, как и меня.

Поначалу хотелось фыркнуть и сказать, что этого потенциального мужчину лицезреть наша дочь будет чаще, чем думает Бирюков, однако я напряглась и все слова куда-то растерялись.

Если сейчас Кир начнёт рассказывать о том, что считает, будто Вероника должна остаться с ним – я просто взорвусь на атомы.

– Ты думаешь, что я побегу на поиски нового мужа? – задала риторический вопрос, старательно делая так, чтобы по тону было ясно: данный вариант сейчас я даже не рассматриваю.

– Тебе не нужно бежать. Я уверен, что за тобой в очередь выстроятся, стоит только нам развестись.

Напрочь не понимая, куда он клонит, я воспользовалась тем, что дочь захныкала, требуя еды. Она обычно делала это очень осторожно, не торопясь показывать характер, но потом, если её желания не удовлетворялись, была способна дать всем «прикурить».

Приложив Веронику к груди, я пожала плечами.

– Думать об этом сейчас я уж точно не планирую.

Кирилл откинулся на спинку дивана и стал наблюдать за мною. Какое-то время я делала вид, что этого не замечаю, затем уставилась на него в ответ.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он меня.

Удивительное рядом. Я уж думала, что мужа волнует только его Яна, ну ещё и чтобы «из маминой, из спальни» не выходили никакие посторонние мужчины.

– Жить буду, – ответила спокойно. – Я размышляла о том, что в ближайшие пару дней нам стоит все договорённости, которых мы достигли, отразить документально и уже начать подбирать нам с Вероникой жильё.

Кир нахмурился, словно бы эти мои слова вызвали у него внутреннее несогласие.

– Отказываешься от этого дома? – уточнил он.

Я закатила глаза. Как же плохо он меня, в сущности, знал.

– Не вижу смысла в этих гигантских хоромах. Я и в целом-то не особо поняла, зачем ты купил нам такой дворец. А теперь, когда мы с дочкой станем жить без тебя, будет достаточно просторного жилья где-то в черте города.

Я физически почувствовала что-то странное. Словно Кирилл и впрямь сожалел о чём-то, когда мы подошли к простому человеческому разговору. Конечно, это просто влияние момента, и вновь оказавшись в объятиях Яны, он забудет о том, что испытывал, когда мы, по сути, прощались. Но сейчас я ощущала разлитую в воздухе грусть, при этом ни разу не светлую.

– Хорошо, – кивнул он, поднявшись с дивана. – Завтра вечером, я думаю, мы всё устаканим. А сейчас мне нужно на работу, – проговорил Бирюков, взглянув на часы.

Какое-то время постоял и, видимо, не дождавшись от меня никакой реакции, вышел. А мы с Никой остались, и я ощущала себя той женщиной, которая всё делает совершенно правильно.

Теперь бы только ничего не случилось с настроем Кирилла. А то мало ли…