Глава 37. После бала

По всем стандартам положено идти на бал в праздничном настроении, но у меня все часто получается шиворот-навыворот. На императорский бал мы шли как на войну, а как только телепортировались домой, готовы были отжигать по полной программе.

Для начала Уорн пригласил всех в свой кабинет. Там я пересказала нашу беседу с императрицей и поинтересовалась, почему василиск не рассказал Патарии о моем сне. Судя по нашей связи, вопрос смутил мужа.

— У меня было предчувствие, что об этом не стоит говорить, — ответил Раинель вместо Уорна.

— А почему мне не сказали? И почему она не стала узнавать подробности?

— Потому что я забыл тебе сказать, — покаялся Раинель, — а вот то, что императрица не стала узнавать подробности, действительно странно.

— Это опасная тема. Если просочатся слухи о том, что Орнии придется умереть, пусть и на время… — фраза Уорна повисла в воздухе.

Да, для мира, где боги заметно вмешиваются в жизнь смертных, такое исчезновение вызовет панику.

— Может, Патарии кто-то сделал предсказание? — вслух подумал Амран.

— Да, может быть! Она встречалась с Товией, а Товия — глас богини. Возможно, Орния через свою избранную дала ей наставления, — предположил Раинель.

Ненадолго установилось молчание.

— Ладно, получилось, в общем, неплохо, — подвела итог я, — слушайте дальше…

Сообщение о том, что Патария собирается отречься от престола, вызвало бурю эмоций.

— Невозможно! — вскинулся Лоран, — сейчас Чарне — внучке императрице — всего двадцать лет!

— Двадцать шесть, — уточнил Уорн, — но она не готова править. Чарна одарена магически и пока не очень хорошо управляет своей силой. Хотя, если её подготовить, лет через пять-десять, возможно, выйдет толк.

— Императрица сказала, что в будущем хочет отречься от престола, а когда именно, не уточняла. Может, это случится как раз через десять лет? — предположила я.

Наш разговор прервал вестник, появившийся возле Уорна. Оказалось, заговорщиков удалось схватить без пыли и шума.

— Предлагаю это отметить, — сказал василиск, доставая большую красивую бутылку.

— Орширское? — удивился Лоран, — ты ограбил де Шиера?

— Конфисковал! — поднял палец вверх Уорн, — между прочим, десятилетней выдержки.

Потом мы пили вкусное вино, закусывая фруктами, и говорили.

Я, конечно, расспросила про непонятный мне момент в речи императрицы. Что она имела ввиду, сказав, что «все ждали моего появления пять лет назад». Мое предположение оказалось верным. Действительно, пять лет назад вырастили тело и провели отбор. В результате образовалось три четверки, которые должны были пройти испытания. Те разумные, что пройдут первыми, считались избранниками богини.

Смысл испытаний состоял в том, чтобы научится действовать сообща. Сначала во время несложного задания вдруг сошла с дистанции одна из четверок. Позже оказалось, что участников кто-то отравил. К сожалению, в четверке не было лекаря, чтобы сразу поправить положение.

Мужчины во второй четверке перессорились и были исключены, а побратимы прошли до самого конца. В последней комнате нужно было забрать кубок, который символизировал конец испытаний. Но все оказалось не так просто: на кубок кто-то наложил смертельное проклятье. Мало того, дверь в помещение закрылась, а потолок стал медленно, но неумолимо опускаться.

Времени не было. Кто-то один должен был пожертвовать собой, чтобы другие остались живы. Быстрее всех сориентировался Лоран. Со словами: «У вас есть сутки, чтобы разобраться в записях и попробовать меня вернуть» — он вытащил из наплечной сумки пухлую тетрадь и передал в руки Раинеля. В последний момент эльф все понял и попробовал остановить Лорана, но «подлый некромант» кинул замедление, схватил кубок и… умер.

Признаться, такого я не ожидала и вцепилась в Лорана, чтобы почувствовать, что это он, вполне реальный и живой. Некромант в ответ прижал меня к себе и пустился в воспоминания:

— Тогда я как раз работал над одним проектом, который позволил бы возвращаться с того света, если ушел ненадолго. Конечно, это были лишь теоретические выкладки, но шанс воскреснуть был только у меня. Магическая татуировка, нанесенная на мое тело, позволяла ненадолго задержать душу, но без посторонней помощи ничего бы не получилось.

— Погоди, так способ обхода смертельных проклятий и клятв, который ты разработал — это умереть? — осенило меня.

— Ага, — кивнул некромант.

— Знаешь, ты — сумасшедший!

— Я ему так же говорил, — вмешался в разговор Раинель.

— Когда перестал плакать… — улыбнулся Лор.

Эльф фыркнул.

— Именно тогда мы и побратались, — продолжил Уорн, — по-другому спасти Лорана было невозможно. Мы и так вытащили его в последний момент.

— Я ошибся в расчетах, немного не так расположил руны… — объяснил некромант.

— А еще не подумал о том, что тело надо поддерживать в жизнеспособном состоянии, — перебил Раинель, — хорошо, что Амран все быстро пересчитал, и мы попробовали заново. Магии извели прорву. Если бы не Уорн, который раздобыл кристаллы, если бы не мои знания и способности целителя, если бы не ритуал братания уже после того, как тебя вытянули…

— … то я умер окончательно, — закончил за эльфа Лоран.

Вот это история! Он спокойно отдал жизнь за других, без особой уверенности в том, что сможет вернуться обратно.

— Конечно, обряд призыва души мы не смогли провести в срок, — отпив из бокала, сказал Амран, — в ту ночь, которая подходила для ритуала, Лор больше походил на труп, чем на живого человека. Тогда Смирл принял решение. Он ввел кокон Анотлии в состояние анабиоза, и отложил проведение обряда на пять лет.

— Что же за обход клятвы такой, что нужно столько всего… — прошептала я, — и обязательно брататься?

Странный какой-то способ обхода смертельных проклятий.

— Нет! После того, я пришел в себя, то разработал улучшенную формулу, оптимизировал магические потоки, добавил еще несколько параметров, даже резервную систему подпитки предусмотрел, — похвастался Лоран, — так что, с должной подготовкой клятвы и проклятья можно обходить. И уже обходили…

— Только это секретная информация, как и все, что мы тебе рассказали про обряд, — веско сказал Уорн.

— Мне опять дать клятву? — напряглась я, резать себя — удовольствие ниже среднего.

— Нет, но рассказать кому-то об этом ты не сможешь, — сообщил василиск, — горло сдавит.

— Понятно…

В процессе разговора мы допили одну бутылку, которая, к слову, оказалась совсем немаленькой: литра полтора примерно, но Уорн жестом фокусника достал вторую. Вино оказалось превосходное, легкое, едва сладкое, почти без градусов, но очень расслабляющее. Лоран начал рассказывать истории из своего ученичества, подключился Уорн и Раинель. У Амрана тоже в запасе оказалось несколько забавных моментов из преподавательской практики. Я в свою очередь рассказала про институтские годы.

Мы хохотали над шутками, потом я решила проверить, кто больше всего боится щекотки. Раинель решил, что больше всего боюсь я, и пришлось от него убегать. Он меня сразу поймал, но я заявила, что это не честно, потому что я на каблуках и в платье бегаю, а он — нет. Так что, надо сшить Раинелю платье, чтобы оказаться на равных, но Раин предложил другой вариант: раздеться, тогда все будет честно. В общем, мы дурачились, как могли, а потом вдруг неожиданно начали целоваться.

Оказалось, что в кабинете Уорна два дивана и два кресла раскладываются и составляются вместе в сексодром поистине невероятных размеров. И мы осваивали новые территории. Долго осваивали и со вкусом. Заснули там же.

***

Я проснулась, но сразу не сообразила почему. Темнота за окном намекала на то, что утро еще не наступило, но по личным ощущениям казалось, что проспала я часов пять точно. Рядом заворочался Уорн, потом вдруг за окном сверкнуло, послышался грохот, стекла затряслись. Я вздрогнула, но меня успокоил Амран:

— Это гроза, не пугайся.

Оказывается, я лежала, используя живот келрита в качестве подушки. Сзади ко мне прижался Раинель:

— Давайте спать дальше, еще темно, — сонно пробормотал он.

— Уже утро! — расстроил эльфа Амран.

— А давайте мы все притворимся, что не слышали слов большого брата, и будем спать дальше, — внес предложение некромант. Он лежал, обнимая мои ноги, и его дыхание щекотало кожу.

Так, еще бы вспомнить, о чем я вчера рассказывала, раз Лоран знает про Большого Брата.

— Сколько сейчас времени? — подал голос Уорн.

— Сегодня же суд над Хартом! — вспомнила я.

— Верно, — василиск поднялся, и я уставилась на его идеальное тело. Какая задница! Просто мечта!

— Что ты сказала? — не понял Уорн. — Задница?

— Ничего не говорила, — открестилась я, — только подумала.

Подумала! Не может быть! «Уорн, ты слышишь меня» — попробовала я поговорить мысленно. Муж замер и уставился на меня. «Да» — услышала я тихий, словно шелест листьев мысленный ответ, а потом такой же вопрос: «А тебе действительно нравится моя…» «Да, нравится» — перебила я, — «ты мне весь нравишься, а не только это место»

Похоже, из-за задницы, мы научились переговариваться мысленно. Вот, холера! Стыдно ужасно! Почему у меня все, как не у людей? Почему первое слово по мыслесвязи: задница?! Я же вроде не падкая на мужские тылы, но сейчас смотрю на Уорна и слюнями захлебываюсь. Идеал! Можно статую ваять, и будет в сто раз лучше Апполона.

Или Амрана представить. Мечта! Куда там всяким бодибилдерам, у него все естественное. А Раинель — вроде худой, но жилистый, и кубики на прессе присутствуют в нужном количестве, и глаза такие теплые, красивые. Или Лоран, вроде и не сильно мускулист, но все равно прекрасная фигура: широкие плечи, плоский живот и зад тоже замечательный.

Какие красивые мужики мне достались! Почему я сначала не замечала этого? Хотя были бы они страшные, думаю, ничего бы это не изменило.

Пока я предавалась размышлениям, Уорн убежал в свою комнату переодеваться. Ох, блин! Он же сейчас опять пойдет на работу, ничего не поев! Я поглядела на платье, которое валялось на полу, и быстренько начала выкручиваться из рук Лорана и Раинеля. Платье мне быстро не надеть, а вот штаны…

Надеюсь, Лор не обидится. Что-то попа у меня у меня толстоватая, застежки еле сошлись. Ну ладно, поверх рубашка, а Лорану я его черный халат позже принесу.

Естественно, когда я в таком непотребном для этого мира виде бежала в свою комнату, мне повстречался Нзарим.

— Доброе утро! — как ни в чем ни бывало, поприветствовала я усатого няня.

Парень замер в коридоре, как памятник самому себе. Да что ж за невезение! От кабинета Уорна недалеко до наших комнат, да и Нзарим нечасто покидает Алию, а тут надо же такому случиться! Ладно, буду вести себя с ним так же, как до этого.

Быстро под душ, а потом одеваться. Я уже схватила вешалку с платьем, как вдруг мой взгляд упал на амазонку, что вчера принесли портные. Собственно, а почему бы и нет? Пора вводить новую моду.

В комнату телепортаций я вбежала в последний момент: Уорн уже собирался входить в арку перехода.

— Ужасно не хочется на работу, — пожаловался мне супруг, получив прощальный поцелуй и сверток с обедом.

— А мне не хочется тебя отпускать, но надо.

Уорн тяжело вздохнул и вошел в портал. «Не думал, что ты в штанах так соблазнительна» — прошелестел голос Уорна у меня в голове. Похоже, василиск решил проверить связь на расстоянии. «Я еще нижнее белье заказала, похожее на то, что надевают в моем мире» — ответила я ему — «Приходи скорее, обязательно покажу» От Уорна пришел такой эмоциональный отзыв, что у меня ноги подкосились. Он вспомнил, как вчера снимал с меня одежду и послал мне картинки и то, что он при этом чувствовал.

С ума сойти! Даже не коснулся меня, а я уже… Нимфоманка, елы-палы. Что же меня так заводят их чувства, внешность, жесты, голос? Может, действительно, общность душ, поэтому наши тела постоянно желают соединиться?

Пойду будить ребят. Эта гроза сыграла с нами дурную шутку, кажется, что утро не наступило, потому что темно. Я пришла вовремя, Амран и Раинель уже одевались, а Лор искал штаны.

— Я же помню, что тут их снимал… — бормотал он.

— Не ищи, — сказала я, заходя в кабинет, — мое платье помялось, пришлось быстро придумывать замену. Вот твой халат.

— Это ты для тренировки так оделась? — Глаза Лорана загорелись и он продолжил, — А можно колет поднять немного повыше…

— Боюсь, если я подниму его повыше, мы будем тренироваться в чем-то другом.

— Я согласен! — отрапортовал некромант.

— Я не согласен, — неохотно пробурчал Амран, — мы и так пропустили время тренировки. Умывайтесь, и жду вас в зале.

И в этот раз келрит услал меня заниматься в другой конец зала. За окном все так же гремела гроза, поэтому нормально побегать не получилось. Когда я сделала все упражнения, ко мне подошел Амран. Ничего не говоря, он обнял меня и уткнулся носом в шею.

— Ни на чем не могу сосредоточиться, — пожаловался он, — сущность просто взбесилась, когда я увидел тебя в этих штанах.

— А что с ними не так? Я же до этого тоже занималась в штанах.

— Те широкие, а эти слишком обтягивают.

На самом деле, наоборот, штаны сидели свободно, но по меркам этого мира, как оказалось, даже это считается обтягивающим. Представляю, что случилось бы, если я надела лосины или джинсы в облипочку.

— А еще завтра или послезавтра я должен буду уехать на неопределенный срок, — продолжал Амран.

— Куда?

— После ритуала мой магический резерв вырос, и продолжает расти. Мне надо научиться обращаться с увеличившейся магией, — объяснил Амран, — станут доступны более сложные и манозатратные заклинания.

— Ты будешь учиться в магической академии? — удивилась я.

— Да, но я надеюсь на обучение экстерном. Мне ведь необходимы исключительно магические дисциплины. А еще скоро начнется учебный сезон, надо будет вернуться к преподаванию, — Амран прижал меня теснее, — так не хочется от тебя уезжать.

— А нельзя, чтобы тут с тобой позанимались Раинель и Лоран, и чтобы в академию ты ходил телепортом раз в дюжину дней? — Мне тоже не хотелось отпускать Амрана надолго.

С тайником Смирла келрит промучился несколько дней. Результатом стали не только два свитка с описанием ритуала, но и несколько странных записей, загадку которых надо было отгадать. Но эти несколько дней я почти не видела своего мужа, а теперь, если он уедет, тем более не увижу. Маги тут обучаются по десять-пятнадцать лет.

— Не знаю, буду договариваться. Надеюсь, учителя войдут в мое положение, — вздохнул Амран.

После тренировки все привели себя в порядок и сели завтракать. За столом я, наконец, рассказала про возможность говорить мысленно. Что тут началось! Лоран сразу стал делать интересные предложения, а Раинель показывать картинки.

— Теперь можно будет с тобой общаться даже на расстоянии, — улыбнулся келрит, — время без тебя пугает теперь не так сильно.

Разговаривать мысленно оказалось достаточно сложно, но думаю, это с непривычки. Очень здорово, что можно было передавать изображения — это упрощало понимание. Правда, пришлось помучаться, пытаясь организовать, так сказать, «общий чат».

К полудню распогодилось, подул прохладный ветерок. Лина куталась в теплую кофту, но, на мой взгляд, было не холодно. Наоборот, жара после грозы превратила бы поместье в баню. А тут отличная погода.

Приехали рабочие, чтобы переделать сад. Девейд опять нагнал кучу проверяющих, поэтому Алия сегодня осталась без прогулки. Зато девочка активно изучала поместье и пыталась делать первые шаги. Нзарим собрал волосы в пучок и заколол его шпильками, так что ранее облысение ему теперь не грозило.

Уорн послал вестник, в котором рассказал, что суд над Хартом прошел без задержек. Императрица не пыталась давить на судей, многие разумные выступили в защиту подсудимого, даже один из самых сильных менталистов — Отто де Вит. Харта, конечно, не оправдали, но назначили ему не такой большой срок, как могли бы, всего семь лет каторги.

На этом моменте я шумно выдохнула, но Лоран заверил меня, что обычно назначают минимум десять лет каторги. Ясмина прямо на заседании суда подписала поручительство. Эти семь лет будут сложными для них, государственная служба штатного менталиста — не синекура.

Так же василиск сообщил, что домой сегодня не вернется. Всю ночь будут вестись допросы заговорщиков. Уорн — молодец, я теперь поняла, почему он настаивал на быстром решении дела Харта. Очень вовремя в его распоряжении оказались двое менталистов с неслабыми способностями.