Глава 5. Поиски: грот

Привалившись к стене, Раинель Арденариен из клана Серебряной ивы смотрел на своего побратима Амрана, который неспешно помешивал похлебку. Им повезло, что они нашли этот грот, тут располагалась одна из редких в этих горах аномалий, здесь можно было колдовать. Магические и не магические создания недаром обходили стороной Черные горы, ведь постепенно эти горы высасывали магический резерв и силы, а постоянное проживание здесь быстро убивало.

Сам по себе черный камень был достаточно полезен и использовался в браслетах для детей-магов с сильным даром. Он оттягивал на себя большую часть магического резерва, и ребенок не мог сотворить мощного заклинания. Это так же помогало при обучении, малыши учились точно дозировать количество маны, что вкладывалось в заклинание.

Так же черный камень применялся в исследовательских лабораториях, шкатулки из него могли разрядить, а то и вовсе сломать опасный артефакт. Ну и, конечно, магов-преступников заковывали в ошейник или браслеты из черного камня, хотя, чаще всего, тех, кто нарушил закон, клятвой, как раба, привязывали и отправляли на какие-то малопривлекательные работы. Если преступник отказывался дать клятву, то мага просто убивали. Чаще всего ошейники или браслеты использовались только для магов, вина которых пока еще не доказана.

Но тут в горах было слишком много этого камня. Изредка попадались редкие вкрапления других пород, которые экранировали действие черного, но этого было мало, чтобы эльф мог чувствовать себя комфортно. Василиски и эльфы относились к полностью магическим созданиям и, находясь в Черных горах, не просто теряли свой магический резерв, а постепенно лишались большей части сил, поэтому Амран и Лоран взяли на себя обязанности по устройству лагеря, пока они с Уорном отдыхали.

Кроме Раинеля и его побратимов, отряд состоял еще из шести разумных: четыре человека, из них два мага-портальщика Гарас и Соринин, два воина братья-близнецы Дидлау и два келрита с непроизносимыми именами. К сожалению, предположение Амрана о том, что сегодня вечером они будут в долине, не подтвердилось, но большая часть пути осталась позади. Если дальше нет сильных завалов, то добраться до храма они должны уже завтра.

На небольшой стоянке никто не суетился: братья отправились в дозор, два портальщика в дальней части грота наковыряли местного камня и увлеченно переговаривались, один из келритов точил меч, второй — перебирал наконечники для стрел, Лоран с Амраном занимались ужином, а Ранель и Уорн отдыхали.

Раинель закрыл глаза и ненадолго провалился в сон. Разбудил его Лоран, сунув под нос миску с похлёбкой и отвар из трав. Есть эльфу не хотелось, он понимал, что нужно. Сил завтра потребуется много. Конечно, Раин слышал про Черные горы, но одно дело слышать, другое на собственной шкуре понять, что это такое. Всего после четырнадцати часов под землёй, он чувствовал себя так, как будто шел несколько суток без сна и отдыха.

Тем временем, келриты быстро закончили вечернюю трапезу, завернулись в спальные одеяла и негромко засопели, Амран отнес ужин дозорным, портальщики проглотили еду, кажется, даже не чуя вкуса, и снова ушли в дальний угол. Похоже, они и какие-то эксперименты стали проводить с отколупленными от стен грота камушками, а Раинель все ел, с трудом запихивая в себя каждую ложку похлебки.

— Что все так плохо? — заботливо поинтересовался Амран.

— Все очень вкусно, правда, но аппетита нет совсем.

— Да ты вообще плохо ешь! — продолжил побратим, а эльф улыбнулся, забавно было слышать такие знакомые мамины интонации в гулком голосе здоровяка, — Давай я тебе отвар согрею, а то остыл совсем.

Не дожидаясь ответа, Амран забрал кружку у Раинеля и поставил на горелку. Эльф вспомнил, как первый раз пришел на отбор, не рассчитывая попасть в избранники богини, как был обрадован, когда жрецы назвали его имя, и с каким ужасом смотрел на своих будущих побратимов, особенно, на огромного даже по меркам своей расы келрита. Высокий рост, мощный торс и руки, глубоко посаженные, слегка прищуренные глаза и двуручный меч, с которым Амран не расставался — именно под такой внешностью сложно было заподозрить добрый нрав и острый ум. Эльф доел похлебку и, приняв кружку с отваром из рук побратима, поблагодарил:

— Спасибо, Ам! Надеюсь, завтра выберемся, я понял, что, оказывается, не большой любитель пещер.

— Мы рядом с долиной, осталось совсем немного, — успокоил келрит побратима.

— Завтра, наконец, увидим свою избранную, может она уже выглядит по-другому, — включился в разговор Лоран, — О! Ам, тебе вопрос: она ведь должна меняться, а для этого, мы должны быть рядом, верно? Но как она поменяется, если нас нет? Говорят, именно в первые дни самые большие изменения.

— Может, сейчас она не сильно поменялась, а когда мы её найдем, процесс пойдет быстрее, — неуверенно предположил здоровяк.

— А вдруг она вообще не изменится, — испугался Раинель, — так и останется зеленой бугристой доской? Как мы тогда вторую часть обряда проводить будем? Нам ведь надо возжелать её и того… а то ничего не получится.

— Ничего, Раин, есть специальные травки, — покровительственно начал Лоран, — попьёшь, и стоять будет…

— Я смотрю, ты уже пользовался, в курсе… — ядовито прервал эльф.

— Нет, что ты? Я в себе уверен, у меня…

— … встает на уродливые костяки, — снова перебил Раинель, слегка улыбнувшись — а я-то думаю, чем ты там в своей некроманской лаборатории занимаешься?

— Ах, ты, падла ушастая! Ща я из тебя костяк сделаю!

Лоран вскочил, перепрыгнул через лежачего Уорна, и хотел было схватить эльфа, но хихикающий Раинель ужом выкрутился из рук некроманта, ловко подставив последнему подножку. Но Лоран уже поднаторел в разборках с побратимом, поэтому бросил магическую петлю, которая на излете зацепила сапог отбегавшего эльфа. Раинель споткнулся и мягко ушел в кувырок, оставив в петле свой правый сапог.

Амран и Уорн смотрели на представление, слегка посмеиваясь, они уже привыкли к постоянным перебранкам и шутливым потасовкам Лорана и Раинеля.

— Я смотрю, вы ожили, — слегка охрипшим голосом сказал Уорн.

— Как тут не оживешь? — Раинель попрыгал на одной ноге обратно, к своей лежанке, — Лорана надо изолировать, совсем без женщин озверел, меня уже раздевает.

— Иди ко мне, душечка, — проникновенно-соблазнительно начал Лоран, покачивая сапогом.

Эльф недоверчиво посмотрел на некроманта, развалившегося у него на лежанке. Уши Раинеля, выдавая нервозность своего хозяина, оттопырились и слегка подрагивали:

— Хм… Лоран, иди-ка на свою лежанку.

— Только с тобой, мой тощий друг, ведь ты так напоминаешь мои любимые костяки, такой же угловатый — влюблено вещал Лоран, прижимая руки к сердцу. Учитывая то, что сапог при этом он не выпустил, смотрелась сцена весьма комично, — даже похрустываешь примерно так же

Раинель понимал, что некромант задумал какую-то каверзу, но все равно решился подойти, под оставшимся сапогом захрустели камушки, Лоран не выдержал и захохотал.

Один из спящих воинов-келритов как-то злобно всхрапнул, и некромант заученным движением развел руки и выдохнул слово-ключ. Побратимов накрыло поле заглушки.

— Так мы никому не помешаем, — ухмыльнувшись, сказал Лоран и подмигнул недовольному Раинелю.

Эльф сел на лежанку рядом с некромантом и попробовал отобрать свой сапог, но не тут-то было:

— А как же поцелуй, мой ушастенький скелетончик? — надрывался некромант, шутливо пытаясь облобызать Раинеля. Эльф, не сдаваясь, сражался за обладание сапогом, одновременно уворачиваясь от любвеобильного Лорана.

Наконец, Раинель добыл сапог и с видом победителя надел его на ногу.

— Чем мне нравятся такие наши вылазки, так это тем, — заговорил Лоран, откинувшись назад и заложив руки за голову, — что тут можно побыть собой, подурачится.

— Что допекли тебя ученики, магистр-некромант? Надо быть серьёзным, соответствовать статусу? — улыбнувшись, спросил Амран.

— Есть такое, а я не хочу. Вот сбежал в Черные горы, пойду спасать прекрасную деву из лап белых отродий… надеюсь, что прекрасную. А то, может, прав Раинель, и она страшна, как шхыр? А ведь это наша будущая жена! Как мы в таком случае супружеский долг будем исполнять? Ведь силы обретаются только после… — Лоран показал на пальцах после чего.

— А как же бахвальство о том, что у тебя всегда стоИт, даже травок не надо? — притворно удивился эльф, — неужели все ложь?

— Нет, конечно! Это правда! Но неприятно, если она и вправду будет страшная, — тихо заключил некромант.

— Не боись, мы тебе глаза завяжем, если что, — обнадежил Раинель.

— Ты, главное, как завяжешь, сам подальше отойди, а то вдруг перепутаю?

— Пока ты перепутал только лежанки, — проворчал эльф, — давай-ка двигай на свою.

Лоран, потянувшись, легко встал и пошел к своему спальному месту.

— Амран, Уорн, а вы что молчите? Неужели, вам все равно, какая она будет?

— Если бы важна была только внешность, сделали бы магическую куклу, но здесь важна душа, характер, совместимость, — Амран почесал наросты над ушами, — это не значит, что внешность не важна совсем, но гораздо важнее внутреннее наполнение.

— Вот именно, — поддержал келрита Уорн, — представь, что попалась стерва, как леди Силиция или капризная дура, как Лоритиэль.

Раинель в раздражении дернул ухом:

— Не надо про Лори. Может она еще поумнеет.

— Сомневаюсь, — скептически заявил василиск, — но даже, если так, если поумнеет, сколько этого ждать? Именно поэтому девушки, душа которых заполняет кокон, помнят свою прежнюю жизнь и достаточно зрелые, чтобы вступить в брак. Духовный комфорт и совместимость — это важнее красоты. Представьте самую умопомрачительную красотку, с характером леди Силиции. И что?

— Не надо такого. Пусть, просто не очень страшная будет, но не леди Силиция и не Лори. Я с ума сойду с такой женой, — передернулся Лоран, — да, характер важнее… но и красотку хотелось бы. С хорошим характером. Веселую.

— Хех, мечтать не вредно.

— Не вредно, а полезно. Может, раз у неё меняется тело, то и характер тоже поменяется? — начал рассуждать Лоран

— Нет, разве что немного, — прокашлялся Амран, — а вот привычки могут поменяться.

— Привычки… забавно, а какие у неё могут быть привычки? — некромант лег на спину, положив руки за голову, и задумался, — Все время ходить босиком, например.

— Если она откуда-нибудь с края великой пустыни, вряд ли у неё такая привычка, — хмыкнул Раинель.

— О, точно! Она может быть и с джунглей Ирдииры! — воскликнул Лоран, — там у них бабы дерутся, как мужики, и она как начнет командовать!

— А не соглашаешься — бац — и кулаком в глаз! — поддержал Раинель, — я даже предскажу, кому первому достанется в глаз кулаком — Лорану, за вредный характер. Я бы с удовольствием на это посмотрел.

— Не может она быть с Ирдииры, нам нужна покладистая, спокойная и некапризная, а там такие не водятся, — заключил Уорн.

— На самом деле, она может быть откуда угодно, — включился в разговор Амран, — богиня лучше знает, какая девушка нам подходит.

Уорн удивленно посмотрела на побратима, но келрит продолжил мысль:

— Когда нас отобрали для миссии, кто мог предположить, что мы настолько разные, но пройдем все испытания и действительно станем братьями по духу? Представляли ли мы раньше, что мы самые подходящие друг другу разумные существа? Объединить эльфа, некроманта, василиска и келрита — безумие, но богиня оказалась права, выбрав нас. Так же и здесь. Маловероятно, что она из джунглей Ирдииры, но такое может быть.

— Я пошутил вообще-то про Ирдииру, — пошел на попятный Лоран.

На несколько мгновений установилась тишина. Раинель вспоминал, как неприязненно он сначала относился к Лорану, а потом с каким жаром защищал его перед своими родственниками. Да, пути богини неисповедимы. Девушка может попасться любая. Эльф достал из сумки невзрачный гребешок и начал расчесывать волосы. Завтра он найдет свою расческу, хорошо, все же, что они вернуться в долину.

— Лор, ты только поле снять не забудь, — напомнил Уорн, — и давайте уже спать ложиться…