Глава 65

Глава 65

День свадьбы приближался, и душа находилась не на месте. Вроде бы амулет был со мной, графу ничего не угрожало, но червячок сомнений все же подтачивал уверенность в том, что все пройдет хорошо. Платье висело в моей комнате, и если бы не бесконечные переживания, то я бы, наверное, подолгу смотрела на него, восхищаясь чудесной работой, вышивкой, а также безумно дорогими кружевами.

Приглашения были разосланы и на венчание должны были прибыть Кайден с Айлин, Гвен с семьей, а также король собственной персоной. Яков никак не мог пропустить столь знаменательное событие. Тем более он был уверен, что без его участия тут не обошлось.

От Айлин же не было больше никаких новостей, что не добавляло радости. Никто не знал, что происходит у молодой пары. И даже Гвен, заглянувшая на минутку в гости, сказала, что наша подруга запретила своим родителям навещать ее. А тем более лезть в ее семейную жизнь. Вот тебе и дочь священника…

Эдана взяла себя в руки, но я-то видела, что она переживает. Как же я хотела помочь ей, но, увы, амулет был всего лишь один.

В день венчания в Гэлбрейт царила суматоха. Слуги носились как угорелые, тетушки взволнованно проверяли мой наряд – от чулок и панталон, до фаты. Лишь Прошка, Леонард и Манус наблюдали за всем этим с легким любопытством, перемещаясь со всеми из комнаты в комнату.

По договоренности я должна была подъехать в деревенскую церковь на своем экипаже под охраной графа. Я сразу отвергла предложение венчаться в замковой часовне, потому что она мне казалась мрачной и совершенно не подходящей для такой церемонии. Отец Айлин нервно отнесся к тому, что о предстоящем венчании не было объявлено в течение трех воскресений, но все-таки все делалось в спешке, поэтому нам это сошло с рук.

Когда свадебное платье уже было на мне, я посмотрела на себя в зеркало, чтобы поправить золотой обруч, охватывающий мою голову и замерла, заметив в своем взгляде нечто не присущее мне, злобное что ли… Нет, нужно не накручивать себя. Я такая же, как и раньше – добрая, отзывчивая девушка. Никакого зла во мне просто быть не может!

Украшенный цветами экипаж уже ожидал меня. Мы с тетушками устроились в нем, а слуги поехали на другом, распевая свадебные песенки. Все хотели праздника.

В этот день даже погода радовала солнышком. Небо было голубым, без единой тучки. По начинающим желтеть кронам деревьев носился легкий ветерок, а запахи осени казались все явственнее.

Деревенские жители выстроились вдоль улицы, ведущей к церкви, чтобы поприветствовать нас с Торнтоном. Среди них я заметила своих рыбаков с радостными лицами. А также тех, кто совсем недавно жаждал расправы, но у меня не было к ним злости. Только не в этот день. Да и вообще… Проезжая мимо мельницы я заметила, что она закрыта. Не было слышно плеска лопастей «бьющих» воду, скрежета каменных жерновов, и я поняла, что мельнику не сошло с рук то зло, что он пытался причинить мне. Интересно, что с ним? Нужно обязательно спросить у Торнтона.

Граф уже ожидал меня в церкви, облаченный в цвета своего клана. Высокий, широкоплечий, он являлся образцом мужества и благородства, несмотря на свой тяжелый характер. Я невольно залюбовалась им, но все же понимала, что мне предстоят трудные времена в нашей семейной жизни. Придется приложить максимум усилий, чтобы перевоспитать средневекового брутала. Но я сдаваться не собиралась. В конце концов, это могло быть даже увлекательно…

Я вошла в открытые двери церкви, и Торнтон даже немного подался вперед, пожирая меня жадным взглядом, от которого у меня все переворачивалось внутри. Боже, как же он мог смотреть… Даже чувство собственности в его глазах не отпугивало, а скорее наоборот.

Когда он произносил клятву, его голос стал хриплым от волнения:

- Я, Торнтон Мак-Колкахун, беру тебя, Арабелла Макнотен, в супруги. В присутствии Бога я клянусь любить тебя, быть верным мужем тебе, до тех пор, пока Господь не разлучит нас.

Еле протолкнув ком, образовавшийся в горле, я повторила за ним:

- Я, Арабелла Макнотен, беру тебя, Торнтон Мак-Колкахун, в супруги. В присутствии Бога я клянусь любить тебя, быть верной и послушной женой тебе, до тех пор, пока Господь не разлучит нас.

Как только я произнесла эти слова, мою грудь пронзила ужасная боль. Казалось, что место, где оставался след от амулета, загорелось адским пламенем. Я сдержала крик, но на моих глазах выступили слезы и граф нежно взял меня за руки.

- Белла, вы плачете? Я надеюсь это слезы радости?

Но тут сквозь кончики моих пальцев тоненькие голубоватые разряды энергии проникли в его руки, создавая между нами единое энергетическое поле. Боль ушла также стремительно, как и наступила, а вот кожа на пальцах все еще пылала.

- Проклятие! Что это такое? – Торнтон отдернул их, уставившись на ладони. – Белла вы почувствовали это?

- Милорд! – возмущенно прошептал священник. – Вы в Божьем доме, не забывайте!

- О чем вы? – я сделала невинные глаза. – Что я должна была почувствовать?

- Нет-нет… ничего… - он снова взял меня за руку. – Пойдемте, пора.

Мы вышли из церкви под громкие поздравления толпы, и пошли к экипажу графа. Заиграли волынки, пронзая все вокруг резкими, непривычными для меня звуками, но они уже не раздражали как в первый раз. Возможно, я начала привыкать?

Торнтон помог мне забраться в экипаж и, как только он уселся в него сам, свадебная процессия двинулась к замку. Богатые гости ехали в своих каретах, а деревенские жители шли следом, отплясывая на ходу и попивая вино.

- Ну, вот и свершилось, - граф пересел на мое сиденье, чтобы обнять. – Теперь вы моя, Белла. Навсегда моя.

- Земли уже не важны для вас? – улыбнулась я, желая немного уколоть его.

- Не важнее вас, моя дорогая, - он поцеловал меня долго и нежно. – Пусть они послужат нашей семье.

Граф обнял меня, и мы замолчали, глядя на проплывающие за окном пейзажи. На меня опустилось спокойствие, я почувствовала единение с мужем, но сразу же в душу прокрался привычный страх – так не может быть. Слишком уж все хорошо, все гладко… От этих мыслей мое настроение начинало стремительно падать и, чтобы совсем не испортить себе день свадьбы, я решила продолжать вести разговор с мужем, избавляясь таким образом от дурных предчувствий.

- А где же король? Мне казалось, он обещал приехать.

- Яков приедет после полудня, как раз на праздник. Уж поверьте, дорогая, Его Величество не пропустит такое событие, - ответил Торнтон и вдруг сказал: - Среди гостей я видел Кайдена, он мрачнее тучи. Семейная жизнь точно не пошла ему на пользу.

- А Айлин была рядом с ним? – волнуясь, спросила я. Неужели мы совершили ужасную ошибку, соединив то, что никогда не должно было стать единым целым?

- Малышку Айлин я не видел, но уверен, что кузен привез ее на праздник. Возможно, она пошла, повидаться со своей матушкой? – граф погладил меня по спине. – Если ему не удастся смириться с этим браком, и он откажется от нее, Айлин будет тяжело найти мужа.

- Кто знает как лучше… Оставаться одинокой или стать женой старика… - прошептала я, чувствую некую вину за свое счастье. – Мне хочется верить в лучшее.

- Если быть честным, то я сомневаюсь, что Кайден примет ее, - вздохнул Торнтон. – Уж слишком он непримирим, а с женщинами и подавно.

Хотелось сказать, что он и сам такой же, но это не помешало ему жениться на мне и даже проявлять чувства. Но все-таки решила промолчать, незачем лишний раз дразнить его.

Вскоре экипаж въехал во двор замка, слуги открыли дверцу и, выйдя первым, Торнтон подал мне руку.

- Пора перенести вас через порог моего замка, дорогая супруга.

Мы поднялись по лестнице, а нам навстречу уже шел дворецкий, неся в вытянутых руках тартан. Граф накинул мне его на плечи и взял с бархатной коробочки красивую драгоценную брошь.

- Теперь вы хозяйка Мак-Колкахуна, - сказал Торнтон, скрепляя ею края тартана, после чего подхватил меня на руки под поздравительные выкрики собравшихся внизу людей. – Добро пожаловать, леди Арабелла.

Когда он перешагнул порог замка, я увидела счастливые лица экономки и плутовки Ослы. Женщины хитро поглядывали на нас, перешептывались, а щеки Фанни предательски горели. Скорее всего, слуги уже выпили за здоровье молодых. Я улыбнулась им, как родным. Этот дом встречал меня со всем теплом, а я готова была в ответ делиться своим.