Глава 8

Следующие пару часов просидела как мышка, боясь показать нос из комнаты. Дождь и не думал стихать, бился как ненормальный в окна. Небо сотрясали громовые раскаты, настолько оглушительные, что пару раз даже появилось трусливое желание нырнуть с головой под одеяло, зажмуриться и не шевелиться. Или отправиться на поиски Сандро. В компании и время бежит быстрей, да и не так страшно.

Но выйти из спальни так и не решилась, опасаясь снова нарваться на болтливого ловеласа. Такому, как Стефано, бесполезно объяснять, что ни на какие экскурсии я с ним отправляться не желаю. Да и не могу. Потому что фактически нахожусь под домашним арестом. А после сегодняшних упражнений в магии меня, скорее всего, и вовсе посадят на цепь. Если, конечно, узнают…

От очередного прокатившегося по небу грохота в окнах задребезжали стёкла, и лампочки, несколько раз тревожно мигнув, погасли.

— Только этого не хватало… Чёрт…

Хочешь не хочешь, а пришлось подниматься. Потому как куковать одной в полутёмной спальне боязно и неприятно. Следовало раздобыть себе где‑то свечки, а ещё лучше — фонарик.

Не успела добраться до двери, как в неё тихонько постучались. Не знаю почему, но от этого совершенно обычного звука меня сначала бросило в жар, потом в холод, а затем и вовсе унесло к кровати.

Всё‑таки не стоило слепо доверять Силе и полагаться на её выбор. Мало ли что я там могла наколдовать. Теперь от малейшего звука шарахаться буду.

Но, как говорится, хорошая мысля приходит опосля. Толку себя ругать? Лучше попробую обуздать свою чересчур буйную фантазию и буду верить, что всё обойдётся. И вообще, погоду испортила не я, это просто досадное совпадение.

— Лана, это я, Сандро, — дверь приоткрылась, впустив мальчика, а с ним и тусклый луч света.

— Я здесь, проходи, — подала голос из‑под одеяла.

Поставив на прикроватную тумбочку подсвечник, Сандро уселся со мною рядом.

— Стефано уже уехал? — присутствие юного мага меня немного успокоило и отвлекло от тревожных мыслей.

— Минут десять назад. — Мальчик хихикнул. — Очень хотел с тобой попрощаться, но я сказал, что ты после обеда привыкла отдыхать и не любишь, когда тебя беспокоят.

— Спасибо, — выдохнула облегчённо.

— Лана, — младший Салвиати посмотрел в окно, потом скользнул взглядом по лежавшей на кровати книге, — а ты после того, как я ушёл, больше не колдовала?

— Эмм… нет, — пискнула осторожно. С такими темпами скоро я стану профессиональной лгуньей. — А что?

— Просто такое ненастье обычно является побочным эффектом мощного заклинания, наложенного магом — стихийником. Вот я и подумал…

— Да просто разыгралась непогода, — как можно беспечнее отозвалась я. — Летняя гроза и всё такое… — Невольно вжала голову в плечи, вдруг осознав, что если Сандро мне и поверит, то остальные члены волшебной семейки вряд ли.

— Ну, может, ты и права, — неуверенно согласился мальчик и к моей великой радости сменил тему. — Пойдём сделаем бутерброды, а? Если дадут свет, можем фильм какой‑нибудь посмотреть. Или хочешь поколдовать? Правда, на улице сейчас противно и мокро.

Колдовать мне уже не хотелось. Да и аппетит куда‑то пропал. Но дабы не вызвать у Сандро ненужных подозрений, постаралась растянуть губы в беззаботной улыбке и отправилась за ним на первый этаж.

К сожалению, свет так и не дали, поэтому просмотр фильма пришлось отложить. До самого вечера просидели в гостиной. Сандро показывал мне семейные фотоальбомы и вдохновенно отвечал на мои вопросы о ведьмовской жизни, традициях и обычаях колдунов. За разговорами с будущим чародеем время пролетело незаметно, и даже тревога постепенно начала отпускать. Пока я не увидела, как сад осветили фары подъезжающей к дому машины.

«Либо мадам вернулась с шоппинга, либо наши трудоголики пожаловали», — первой мелькнула мысль, прежде чем я услышала топот шагов, раздавшийся на лестнице.

А потом кто‑то громко принялся тарабанить в дверь. Мне вдруг сразу поплохело. Шестое чувство испуганно зашептало, что никакая это не Марилена. И Джулиано с Габриэлем наверняка ещё на работе. А значит…

Совсем не вовремя ощутила лёгкое головокружение, которое в любой момент могло обернуться обмороком. Мой организм снова нуждался в силовой подпитке.

— Пойду открою! — сорвался с места Сандро и бросился в холл, утащив с собой единственную оставшуюся в живых свечку.

Сидеть одной в темноте в огромной гостиной, забитой громоздкой старинной мебелью, отбрасывавшей на пол кривые тени, было жутковато. Вздрогнула, когда совсем близко снова послышались громовые раскаты. А следом за ними и яростный вопль:

— Сандро! Где эта маленькая мерзавка?! Я ей сейчас такой обмен устрою!

Я испуганно ойкнула и сжалась на диване, чувствуя, как с каждой секундой мне становится всё хуже. От слабости и страха перед неожиданным гостем. Который, судя по угрожающим выкрикам из холла, вполне мог сию же минуту воплотить в жизнь мечту стать вдовцом.

Затравленно огляделась, в панике гадая, где бы схорониться. Старшие Салвиати ещё не вернулись, а сама я вряд ли справлюсь с этим психом. Да и Сандро тут не помощник.

Святые небеса! Что же я натворила?!

— Дарио, ты в порядке? Что с твоим лицом? — удивлённо воскликнул мальчик. — Чем‑то отравился?

— Отравился! — гневно рыкнул брюнет. — Ядом «любимой» жёнушки! Лана!!!

Жёнушку тут же унесло за диван. Не знаю, откуда только взялись силы, но я не хуже гимнастки ловко перемахнула через высокую спинку и, на корточках приникнув к полу, на всякий случай даже перестала дышать.

Спустя несколько мучительно долгих секунд, которые ударами отсчитывало моё бедное сердце, в гостиной раздался голос Сандро. Ему вторил кареглазый маньяк.

— Она только что была здесь, — недоумевал по поводу моего загадочного исчезновения мальчик.

— Лана, выходи по — хорошему, — почти ласково позвал меня Амидеи. — Обещаю, смерть будет лёгкой.

— Ты бы лучше так не шутил, — очень кстати заметил мой юный знакомый. — Она и без того малость дёрганая. От грозы под одеялом пряталась.

— А кто здесь намерен шутить? — зло усмехнулся безжалостный изверг.

Я задрожала как осиновый лист и посильнее стиснула зубы, стараясь подавить истеричные всхлипы. Возможно, если бы в помещении горел свет и фоном звучали посторонние звуки, например, работал телевизор, я бы сейчас не сходила с ума от ужаса. Но сидеть в темноте, едва не теряя сознание от слабости, не видя своего врага, а только слыша его издевательский голос и тихие, подкрадывающиеся шаги, и понимать, что с каждой секундой он подбирается всё ближе, было невыносимо жутко.

— Неужели ты думала, что сможешь издеваться надо мной, а я буду молча терпеть твои выходки? — запугивал кареглазый садист. — Вообразила, раз на халяву перепало немного Силы, можешь творить, что тебе вздумается? Идиотке, видите ли, вздумалось мне отомстить! А немного пораскинуть мозгами и во всём разобраться — она даже не потрудилась! Лана, а если я захочу тебе отомстить? Угадай, кому из нас будет хуже?

— Дарио, успокойся. Пойдём лучше на кухню, — теперь уже и Сандро заволновался. — Дождёмся папу и Габриэля. Вместе потом всё обсудите.

— Шёл бы ты лучше куда‑нибудь поиграть, — не внял здравому совету Амидеи.

Я чувствовала, он совсем близко. Настолько близко, что от страха даже голова начала кружиться. А может, всему виной была потребность в очередной подпитке…

Зажмурилась, стараясь собрать воедино остатки силы. А когда открыла глаза, завопила от ужаса. Это чудовище склонилось надо мной. Пламя свечи, которую держал в руках Сандро, осветило перекошенную физиономию ведьмака. Почему- то всю в красных пятнах.

— Mamma mia… — невольно вырвалось у меня.

В ответ он зарычал, ну прямо как гиена. Схватив за шкирку, грубо поставил на ноги и прошипел прямо в лицо:

— Что за заклинание ты использовала? Отвечай!

— Я… я не знаю, — промямлила честно.

— Дарио, отпусти её! — попытался было вмешаться мой храбрый защитник.

— Значит, решила поиграть? — осклабился Амидеи. — А давай и тебе подпортим личико. За компанию!

Он уже занёс надо мной руку, тоже слегка пятнистую, явно собираясь оказать на меня магическое воздействие. И тут вдруг пошатнулся. Ослабил хватку и начал медленно оседать на пол, попутно просверливая во мне дыру своими бешеными глазами.

Я отступила назад. В поисках опоры прислонилась к дивану. Хотелось убежать, но ноги не слушались, и я тоже по мягкой спинке сползла на паркет.

— Оставайся здесь! Я за книгой! — выпалил Сандро и бросился на второй этаж.

Если мне было откровенно хреново, то кареглазый, кажется, и вовсе уже готов был испустить дух. Лицо и руки его заметно припухли: пятна, точно грибы после дождя, продолжали покрывать тело. А в довершении ко всему он ещё и начал задыхаться.

И неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы с работы так вовремя не вернулись наши юристы. Спасибо синьору Салвиати, что не растерялся. С помощью сына быстро переложил приболевшего моими стараниями ведьмака на диван и, склонившись над ним, стал неразборчиво бормотать какое‑то заклинание.

А я продолжала сидеть на полу, ёжась от ужаса. Вернись Салвиати на несколько минут позже, и вдовствующей недоведьмой оказалась бы я. Хотя у меня и в мыслях не было желать Дарио смерти! Просто хотела проучить его за ту ночь. Чтобы в ближайшее время ему даже смотреть на девушек было тошно.

Именно это я и озвучила в своё оправдание, когда дыхание Амидеи выровнялось, и он, расслаблено откинувшись на подушки, прикрыл глаза.

Габриэль помог мне подняться и, усадив в кресло, опустился рядом. Джулиано устроился подле жертвы моего безрассудства, вместе с Сандро, который уже успел вернуться и притащил с собой злосчастную книгу.

— Покажи, какое заклинание ты использовала, — обратился ко мне старший ведьмак, абсолютно бесцветным голосом.

От отсутствия у него эмоций, признаюсь, мне и раньше становилось не по себе, а сейчас так вообще мурашки побежали по коже. Лучше б он на меня наорал, выпустил, как говорится, пар. А то сидит весь такой из себя спокойный и невозмутимый и непонятно, что у него на уме. Предпочитаю сразу узнать о наказании, чем мучиться неведеньем и догадками.

Сандро, стрельнув в меня обиженным взглядом за то, что посмела его обмануть, сунул мне в руки книгу. Принялась было её листать, но волшебная рукопись от моих прикосновений снова ожила и услужливо раскрылась на искомой странице.

— Вот, — передала манускрипт невозмутимому брюнету. — Как уже говорила: я просто хотела немного его проучить. За себя и за всех остальных девушек.

— Тебя послушать, так я прям монстр какой‑то озабоченный, не пропускающей ни одной юбки, — не открывая глаз, ядовито процедил мой случайный супруг.

— А мне почём знать?! — огрызнулась нервно. — Может, и не пропускаешь. Мало верится, что только я одна удостоилась такой «чести»! А до этого ты всю жизнь был белым и пушистым! Тьфу!

Итальянец приподнялся на локтях и снова опалил меня своей яростью, смешанной с таким лютым гневом, что я даже вжалась в бархатистую спинку кресла, интуитивно пытаясь оказаться от него как можно дальше.

— Остались бы мы с тобой наедине, Лана, — с не меньшей неприязнью покосился он на сидящего рядом со мной Габриэля, — я бы тебе быстренько вправил мозги.

— Даже не мечтай! Я с тобой, психом таким, наедине больше ни за что и никогда не останусь!

— Брейк! — снова нарушил семейную «идиллию» зеленоглазый. — Ну что там?

— нетерпеливо спросил у отца.

— Ты хоть понимаешь, что за чары против него использовала? — никак не отреагировав на оклик сына, спросил у меня ведьмак.

— Смутно, — призналась честно и, тяжело вздохнув, поспешила добавить, дабы хоть как‑то реабилитироваться в его глазах: — Я пожелала, чтобы он девушек, в том числе и меня, обходил десятой дорогой и выразила это пожелание Силе. Вот она и…

Договорить мне не дали. Салвиати нахмурился, наконец‑то отобразив на своём бесстрастном лице хоть какую‑то эмоцию.

— Можно сказать, Дарио фантастически повезло. Уж не знаю, то ли ты, Лана, что‑то напутала, когда читала заклинание, то ли была недостаточно на нём сконцентрирована, но вместо летального исхода Дарио отделался лишь тяжёлой формой аллергии на представительниц прекрасного пола.

— Тяжёлой формой аллергии, — прошептала, ёжась под его таким строгим, осуждающим взглядом.

Джулиано мрачно кивнул.

— А должен был и вовсе умереть в муках, только увидев особу женского пола. Причём неважно кого.

— «Веселье» началось, когда я просматривал наши с Вери фото, — вдруг ни с того ни с сего разоткровенничался Амидеи. — Мне уже тогда стало хреново. А потом в комнату вошла служанка, и я ощутил на собственной шкуре все прелести Ланочкиного заклинания. Ох, как же я в тот момент хотел тебя убить! Да и сейчас хочу! — снова начал заводиться этот ненормальный.

— Проведёте обмен, и Лана всё исправит, — постарался сгладить неприятную ситуацию Джулиано.

— Как исправлю? — нервно вскинулась я.

— Отзовёшь наложенные тобой чары.

— Не надо! — в один голос завопили мы с Амидеи.

— Хотите, чтобы она меня добила?!

А если вдруг нечаянно ошибусь? — в кои‑то веки проявила я солидарность с муженьком. — Тогда опять все шишки полетят на мою голову!

— Угомонились! Оба! — прикрикнул на нас клановской Хранитель.

Стоит признать — кричал Джулиано грозно. Даже Сандро и тот, бедолага, вздрогнул и втянул голову в плечи, хоть гнев отца сейчас был обращён исключительно на меня и моего ненавистного суженого.

Мы с суженым тут же заткнулись и под конвоем мрачного Габриэля отправились на второй этаж, в уже знакомую мне ритуальную.

Прикосновения ведьмака и раньше вызывали во мне только пренеприятнейшие эмоции, а сегодняшний обмен стал апофеозом испытываемой к нему неприязни. Да и Дарио от ритуала навряд ли получал кайф. У него всё ещё была на меня аллергия, причём теперь уже не только в переносном, но и в прямом смысле этого слова.

Дабы не терять драгоценное время, не стали больше собачиться, а сразу приступили к взаимному кровопусканию, произнося при этом надлежащее заклинание. Покончив с обрядом, принялись молча ждать появления Джулиано, стараясь даже не смотреть друг на друга. Габриэль всё это время скромненько стоял в уголке. Наверное, решил поприсутствовать на всякий случай, опасаясь, что его эмоционально нестабильному дружку взбредёт в голову очередная блажь, и он снова примется за разборки.

Забота зеленоглазого ведьмака немного согрела моё разнесчастное сердце.

Потом снова была книга и чтение очередного заклинания. Во время которого Дарио сидел как на иголках, да и у меня от волнения язык чуть не заплетался. Но, кажется, всё сделала верно, потому как в итоге удостоилась благосклонного кивка от старшего Салвиати. Да и муженьку после моего колдовства вроде как полегчало. По крайней мере, помирать пока что он, кажется, не собирался.

— Ещё день — два будешь чувствовать себя неважно, — напоследок предупредил Джулиано своего несостоявшегося зятя. — Постарайся пока что избегать женщин.

— Конкретно эту — с превеликим удовольствием, — бесцеремонно ткнул пальцем в мою персону кареглазый. После чего поднялся, намереваясь избавить нас от своего постылого общества, и ехидно проговорил: — Кстати, Лана, я выносливей тебя и смогу какое‑то время обходиться без подпитки. А вот ты — не уверен. Но вернусь сюда только, когда самому приспичит. Считай это моим тебе наказанием.

— Дарио! — попробовал остановить мерзавца Габриэль, но тот уже выскочил из ритуальной комнаты.

Какой же он всё‑таки гад! Мало его обсыпало…

— Пусть идёт, — удержал старшего сына Джулиано, уже готового броситься следом за ведьмаком. Стараясь меня успокоить, провёл внушение: — Лана, не переживай, это всего лишь пустые угрозы. Перебесится и вернётся. Иди пока что к себе, отдохни. Увидимся за ужином.

Просить меня дважды не было необходимости. Самой не терпелось остаться одной. Быстро подхватившись, я поспешила в гостевую комнату.

* * *

Когда за девушкой закрылась дверь, Джулиано подобрал с пола книгу и, потрясая ею перед угрюмыми сыновьями, чётко, с расстановкой проговорил:

— Откуда. У неё. Взялся. Гримуар Вероники?

— Сандро, пойди узнай у Катарины, что она готовит на ужин, — подражая манерой отцу, невозмутимо сказал Габриэль. Заметив замешательство мальчика, ободряюще ему улыбнулся. — И попроси, чтобы поторопилась. Умираю с голоду.

Младшего Салвиати как ветром сдуло. Отца Сандро очень любил и вместе с тем, находясь с ним рядом, начинал испытывать благоговейный трепет, а порой даже и страх.

— Это я дал Лане книгу, — оставшись наедине с родителем, взял на себя вину будущий Хранитель клана. — Подумал, что ей будет полезно потренироваться и побольше узнать о своих способностях. Неизвестно, когда вернётся Вери. А раз девушке предстоит жить с её Силой, будет лучше, если она научится её понимать и контролировать.

— Лана оказалась очень способной ученицей. В первый же день чуть не угробила собственного мужа! — Джулиано шумно выдохнул, тщетно пытаясь вернуть себе душевное равновесие.

— Он ей не муж, — поморщился Габриэль. Надеялся оставаться бесстрастным, но от одной лишь мысли, что девушка связана узами с его лучшим другом, в ведьмаке начинала концентрироваться гремучая смесь из самых противоречивых эмоций. — Это так, досадное недоразумение… И я не предполагал, что Лана захочет ему отомстить.

— Даже боюсь представить, как она захочет отомстить тебе, когда вся правда откроется, — ухмыльнулся колдун. — А благодаря стараниям Дарио рано или поздно Лана всё выяснит. Пока что Амидеи ещё сдерживается, но уже на грани срыва. Ты сам видел.

Я разберусь. — Габриэль поднялся, надеясь свернуть очередной неприятный для него разговор.

— Уж постарайся. Реши эту проблему со своим другом либо найди подход к девчонке. Мне скандалы дома не нужны. Марилена и так вся на нервах. — Джулиано окликнул сына, когда тот уже потянулся к дверной ручке. — И, Габриэль, в следующий раз, когда решишь построить из себя благодетеля, потрудись присутствовать при её общении с Силой. Пока Лана всё‑таки кого- нибудь не прикончила.

Только в собственной спальне будущий адвокат сбросил привычную для него маску невозмутимости и дал волю чувствам. Громко выругавшись, в порыве ярости смёл с письменного стола немногочисленные предметы. Ведьмаку вроде полегчало, а вот его ноутбуку после короткого полёта и громкого приземления на паркет теперь требовался визит к компьютерщику.

— Найди к девчонке подход, — припомнил наставления отца Габриэль. — Как?! Рассказав ей правду?! Хочется ему, видите ли, избежать скандалов…

Целый день молодой человек только и делал, что запрещал себе о ней думать. Старался уйти с головой в работу, лишь бы отвлечься от навязчивых мыслей. Но в конце концов был вынужден признать, что забыть о девушке сможет только, если сотрёт себе память. О последних двух днях. И о роковой ночи, эпизоды которой никак не хотели покидать его сознание.

— Демонова гиана! Кто её вообще просил искать мою ланиму*?!

* (Ланима — половинка в изначальной паре)

Так и не удосужившись подобрать с пола ноутбук и книги, ведьмак принялся нервно вымеривать комнату шагами и размышлял. Может, даже лучше, если он во всём ей признается. Раз не способен выбросить её из головы и всё больше погрязает в чувствах, что она в нём вызывает, значит, нужно, чтобы Лана сама его оттолкнула. Возненавидела, как сейчас ненавидит Дарио.

И тогда коварные замыслы Фьоры останутся лишь её несбыточным капризом. А он наконец‑то успокоится.

Подумав так, Габриэль горько усмехнулся. По — настоящему сможет успокоиться только когда девушка окажется за тысячи от него километров. Да и то вряд ли удастся сразу её забыть. Возможно, со временем…

За ужином он честно старался не смотреть на гостью. Хотя в столовой, как назло, Сандро предложил Лане занять пустовавшее между ними место. Было невыносимо чувствовать её так близко, слышать её нежный голос, улавливать тонкий цветочно — фруктовый аромат её духов и при этом изображать из себя ледышку.

Впервые в жизни Габриэль не находил себе покоя из‑за девушки. И потому злился ещё больше. На себя за слабость, на Фьору за безрассудность и на Лану. Просто потому что она была здесь, одним своим присутствием разрушая его идеальный, продуманный до мелочей мир. В котором не было место хаосу. Только порядку и уже давно составленным на будущее планам. От которых отказываться Габриэль в любом случае не собирался. Даже из‑за свалившейся ему как снег на голову второй половинки…

Хорошо хоть мать вернулась после посиделок с подругой в приподнятом настроении, а отцу хватило ума не рассказывать ей про инцидент с Дарио. Иначе бы снова не удержалась от язвительных реплик и завуалированных намёков, которыми так любила сыпать, и тем самым окончательно бы взбесила старшего сына.

Марилена никак не могла определиться, что её возмущает больше: присутствие в их доме незнакомой девушки или тот факт, что её сын переспал с этой самой незнакомкой и никак не может ей в этом признаться.

— Синьор Салвиати, — закончив расправлять на коленях ажурную салфетку, позвала ведьмака Лана. Поймав его вопросительный взгляд, спросила: — Как обстоят дела с поисками Вероники? Есть предположения, где она может быть?

— Да где угодно! — нервозно ответила за мужа Марилена. — Вери успела опустошить свой счёт, так что в деньгах в ближайшее время нуждаться не будет. Вполне возможно, она уже на другом конце света.

— Рано или поздно, Мари, деньги закончатся, — заметив, как поменялась в лице Руслана, поспешил добавить светлых красок к тёмному полотну безысходности старший Салвиати. — И тогда нашей дочери придётся либо вернуться, либо начать рисовать и продавать картины. Ничего другого она делать не умеет. А по этому следу её будет легко отыскать.

— Рано или поздно… — подавленно повторила Лана и уткнулась взглядом в тарелку.

Габриэля покоробило то, как ей не терпелось убраться из Италии. Хотя в этом их желания по идее должны были совпадать.

Как бы то ни было, но вопросы девушки были ему понятны. Лану тянуло домой, к семье. Кажется, в России у неё остался жених. С которым они вроде как разбежались. Но ведь всё может измениться. Когда она вернётся…

Мысль про жениха ещё больше подпортила ведьмаку и без того паршивое настроение, в очередной раз доказав, что он сам себе противоречит. Пытается найти способ оттолкнуть Лану и в то же время желает, чтобы она оставалась рядом.

Столовую Габриэль покинул последним. Намеренно дождался ухода гостьи в компании младшего брата, чтобы избежать с ней общения. Подождав ещё какое- то время и посчитав, что девушка уже наверняка у себя, отправился наверх. Однако на втором этаже, к своей досаде, столкнулся с Ланой.

Кажется, именно его она и караулила. Прохаживалась по коридору из стороны в сторону, машинально покусывая в задумчивости губы, а увидев Габриэля, смущённо улыбнулась, нанеся этой мимолётной улыбкой ощутимый удар по его хладнокровию.

— Сандро рассказал, что ты взял вину на себя, — негромко начала девушка и покаянно опустила глаза. — Извини за то, что всё так вышло. И сама вляпалась, и тебя с братом втянула.

— Проехали, — буркнул Габриэль, прикидывая, как бы поскорее сбежать в свою спальню, и борясь с вновь нахлынувшими чувствами. Из‑за которых сбегать как раз и не хотелось. Мысленно отругав себя последними словами, сквозь зубы процедил: — Но в следующий раз постарайся думать головой, прежде чем разбрасываться смертоносными заклинаниями.

Слова ведьмака прозвучали резко и грубо, хоть на самом деле в случившемся он винил только себя и интриганку Фьору. Но Лана об этом не догадывалась, и по её поджатым губам сразу стало понятно, что девушка обиделась.

— Спасибо за совет. Учту. — Собиралась развернуться, чтобы отправиться к себе, но вдруг передумала. Шагнула ближе, в очередной раз испытав на прочность его силу воли, которой с каждой секундой становилось всё меньше. — Габриэль, я правда ничего такого не хотела. А теперь места себе не нахожу. Сандро рассказал, как твоя девушка наслала на тебя проклятие. Но не опасное. Вот я и подумала, что у меня тоже получится сделать нечто подобное с Дарио.

— Моя девушка? — клацнул зубами от досады Салвиати. Оказывается, о его однодневной интрижке было известно даже младшему брату. А теперь вот… и Лане.

Гостья стушевалась и слегка покраснела, что — невольно отметил про себя молодой человек — ей очень шло. Потом тихо пробормотала:

— Извини. Сама не понимаю, почему заговорила о твоей Лучии. То есть… — её щеки ещё больше порозовели. — В общем, это не моё дело.

— Согласен. Это не твоё дело, — хмуро отчеканил Габриэль, которого упоминание о травнице, да ещё и прозвучавшее из уст Ланы, окончательно выбило из колеи.

— Спокойной ночи, — на сей раз грустно улыбнулась девушка и, не дождавшись ответа, пугливой, а скорее, обиженной пташкой упорхнула прочь, оставив ведьмака один на один со своими безрадостными мыслями.