Глава 5. Твоя до рассвета

Вильма свернула в трубочку подписанный Андрео лист договора и препроводила документ в массивный сундук, закрывавшийся на тяжёлый амбарный замок. Вернувшись за стол, по-деловому произнесла:

— Обсудим детали. Где и как ты хочешь встретиться с Ангелиной?

Заманчивый вопрос. У Андрео моментально включилось воображение.

— Обстановка должна быть романтичной. Пусть это будет бескрайний берег тёплого моря. Мелкий белый песок. Солнце, закатывающееся за горизонт. Я должен буду появиться перед ней в белом парадном камзоле на белом коне…

— Ты насчёт лошади уверен? — закатив глаза, перебила Вильма.

— Уверен. Девушки любят принцев на белых конях.

И хоть Андрео не совсем принц — король приходился ему лишь двоюродным дядей, но слава среди юных особ королевства у Андрео была не меньше, чем у принца.

— А вот камзола, пожалуй, не нужно, — он решил, что простая одежда создаст более доверительную атмосферу. — Достаточно рубахи и бриджей. А на ней пусть будет…

— Э, куда тебя, голубчик, понесло, — расплылась в ехидной улыбке Вильма, не дав договорить. — Это всё-таки её сон. Всё, что касается лично Ангелины, я в её сне подстроить не могу. Хватит с тебя лошади, моря и заката.

Эх, а Андрео уже успел представить иномирянку в соблазнительном пляжном платье, какие сейчас модны в Амель-Вайтене.

— А я буду её понимать? — это был ещё один очень важный вопрос. — Я же не знаю иномирский язык.

— Будешь. Во сне люди общаются по-особому — мысленными формами, — назидательно проскрипела Вильма. — Слова могут показаться дивными, но смысл сказанного ты будешь понимать без проблем. Адепту выпускного курса магической Академии это должно бы быть известно. Как ты только экзамены по менталистике сдавал? Списывал? — колдунья прожгла насквозь своим чёрным правым глазом.

— Нам не читают чёрную менталистику, — напомнил Андрео.

За ним водилось много грехов, но уж что-что а свои высшие балы по магическим предметам он получал без помощи шпаргалок. Где он без малейшего зазрения совести списывал, так это на контрольных по истории королевства и светскому этикету.

После того, как детали были согласованы, Вильма отправила Андрео в лес по дрова.

— Ангелина заснёт ещё не скоро. А чего мы будем время зря терять? Поможешь мне пока по хозяйству, — нагло распорядилась колдунья.

Андрео пришлось до позднего вечера выполнять её просьбы: и дров наколол, и воды из ручья наносил, и даже котлы надраил. Сама Вильма к работе не притрагивалась. Сидела на лавке и маникюрной пилочкой точила ногти, объясняя своё безделье тем, что ей сегодня перетруждаться нельзя — надо копить силы для ночного ритуала.

— А тебе физическая работа, наоборот, пойдёт на пользу, — науськивающим голосом заявляла она.

Андрео стоически терпел бесцеремонность карги. Его настроение ничто не могло испортить. Предстоящее ночное приключение будоражило и щекотало нервы.

Когда солнце скрылось за Седым Лесом, Вильма скомандовала:

— Пора.

Она вывела Андрео из хижины и велела развести на поляне возле дома большой костёр.

— Вот и дровишки с хворостом пригодятся, — зловеще подмигнула правым глазом.

Андрео быстро справился с заданием. Пламя жадно пожирало сухие поленья, разрасталось, взметалось на высоту человеческого роста. Но Вильма велела подбрасывать хворост ещё и ещё.

Чтобы огонь горел ярче и злее, она посыпала его порошком из каких-то трав и бормотала чёрные заклятья. От костра пошёл дурманящий дразнящий запах: сладкий и одновременно чуть горьковатый. Андрео делал глубокие вдохи, ощущая, что с каждым мгновением всё больше и больше хмелеет от этого странного запаха и чёрной магии, обволакивающей пространство вокруг.

— Ты насчёт лошади не передумал? — язвительный вопрос вырвал из сладкого дурмана. — На кой она тебе?

— Не передумал, — отрезал Андрео.

Конь — один из лучших способов произвести впечатление на девушку.

— Ну, как знаешь, — ехидно хихикнула Вильма. — Я тебе предупреждала. Сейчас я плесну в огонь воду из этой фляги, — она достала из безразмерного кармана передника обшарпанную баклагу, — и огонь погаснет. Пойдёт сильный дым — сонное марево. Ты должен мгновенно запрыгнуть в самую середину.

— И попаду в её сон?

— Да.

Андрео показалось странным, что Вильма даже не стала завязывать ему глаза. Продемонстрировала весь запретный ритуал проникновения в чужой сон от начала до конца.

— Ты готов?

— Да.

Она взболтнула жидкость во фляге и начала откручивать крышку.

— Почему ты даже слово не взяла с меня молчать о ритуале? — любопытство перебороло хмельную затуманенность сознания и заставило задать вопрос.

— А зачем мне твоё слово? Ты и так никому не расскажешь, — хмыкнула Вильма.

— Почему не расскажу?

— Потому что выпил зелье забвения, и ничего не будешь помнить. Как только я верну тебя из сна Ангелины, у тебя из памяти сотрётся почти весь сегодняшний день с момента, как сделал первый глоток из кубка, и вся сегодняшняя ночь.

Ха! Как бы не так! Какой Андрео молодец. Не зря был осторожным. Не зря следил за каждым движением колдуньи. Чувствовал, что она готовит какой-то подвох.

— А вот тут ты просчиталась, Вильма, — самодовольно улыбнулся Андрео. — Я не пил зелье забвения. Я поменял кубки.

— Святая наивность, — закатила правый глаз колдунья. — А то я не знала, что ты подменишь кубки. Зелье забвения было как раз в том, что ты осушил.

— С ягодным вкусом?

— Угу, — Вильма злорадно рассмеялась.

Ух, ехидная шельма, всё-таки провела!

Она плеснула жидкость из фляги на костёр. Он зашипел, пламя рассыпалось тысячами искр, тёмно-синий плотный туман тяжёлыми клубами заволок пространство вокруг. Запах сделался ещё более сладким. Тревожным, манящим, обещающим…

— Так я всё забуду? — как же было досадно!

— Ни к чему тебе помнить, — шикнула Вильма. — А насчёт договора не переживай. Если ты выполнишь свою часть обязательств — сблизишься с Ангелиной настолько… э-э-э… близко, что её перетянет в наш мир, то я выполню свою — дам тебе знать о твоём брате. А теперь ступай, — бесцеремонно подтолкнула колдунья.

Ещё один глубокий вдох. М-м-м… как будоражит… чужой сон… сон таинственной иномирянки… Андрео решительно шагнул в самый центр тёмно-синего вихря…

— Она твоя до рассвета, — донеслось уже откуда-то издалека, будто из-за плотной стены, — но с первыми лучами солнца, тебя выкинет из её сна прямо в твою комнату в Академии.