Глава 28

За тяжелыми напряженными размышлениями понедельник наступил внезапно. Озабоченные проблемой мирового масштаба, мы собирались на пары, словно на войну. Не покидало гнетущее предчувствие приближающейся катастрофы.

Некромант знает, где мы, и знает, что нам известно, где то, чего он хочет. Так просто темный не отступит.

Набат колокола прогремел для нас как сигнал тревоги.

Тяжело вздыхая, мы с Ильгирой мрачно переглянулись и покосились на Инессу.

После того проклятого ритуала ведьма была сама не своя. Горячо любимые длинные рыжие волосы девушки стали небрежно растрепанными, под изумрудными потускневшими глазами залегли тени, бледная кожа посерела едва не до оттенка вампирши. Пережитое сказалось на ней слишком плохо. Она теперь все время молчала и безучастно таращилась в окно немигающим взглядом, свернувшись на своей кровати клубочком.

Инесса сказала, что увидеть ей почти ничего не удалось. Некромант невероятно могуществен, и защита у него оказалась соответствующей. Ее ослепленную душу словно выкинуло где-то рядом с ним, и тех ощущений, что она перенесла, ведьма клялась не забывать никогда. Девушку будто окунули в ад. Мучительные крики и стоны невыносимой боли, черная беспросветная мгла, бешеная ледяная ярость и смертельное отчаяние… Заживо горели и светлые, и темные, древний монстр не пожалел никого.

Разумеется, что происходит на Сальватии, так узнать и не удалось. Появились лишь догадки… Страшные и безрадостные догадки, от которых стыла в жилах кровь.

Неизвестный готовил для Вселенной жестокий смертельный подарок, грозящийся вырваться на мир Апокалипсисом. И как это остановить, мы пока даже не представляли.

Больше всех бесился Ракард. Жнец явно не привык находиться в таком подвешенном состоянии. В полном неведении и бессилии… И с этой проклятой болезненной раной, мучения от которой он всеми силами скрывал.

Но от меня-то ему не спрятаться.

Я все видела… И безумно хотела помочь. Только неуверенность и неловкость во мне срубали все желание на корню. Чтобы случился энергетический выброс, исцеляющий мужчину, мне нужно открыться для него полностью. Податься ему навстречу с распростертыми объятиями и телом, и магией, и душой. И даже несмотря на то, что мне хотелось этого не только из-за стремления помочь, позволить себе такой шаг я не могла.

К чему это приведет? Как себя вести дальше? Что делать, если Ракард оттолкнет меня, едва исцелится? Это будет ударом в спину, от которого я не смогу отойти еще очень долго.

Потому, скрепя сердце, я делала вид, что ничего не замечаю.

Даже сейчас, сидя в кабинете артефактики рядом с Баденом, я не могла удержаться от косых взглядов в его сторону, всеми силами маскируя внимание к жнецу беспокойством о ведьме. Девушка как раз находилась слева от меня, и ее рыжие растрепанные волосы, сквозь которые я следила за каждым телодвижением темного, помогали мне скрыть свой шпионаж.

Профессор Кастиан Царийский рассказывал что-то о влиянии мощных артефактов на резервы, о взаимодействии магии с артефактами, о вреде злоупотребления властью артефактов высшего ранга… Но все мои мысли были далеки от этого кабинета и даже от самого Терума.

И я была такой не одна.

Баден справа от меня уныло постукивал по столу карандашом. Ученики больше не косились на него как на ходячую инфекцию и не нервировали злобными комментариями, потому нежить могла спокойно печалиться в своем укромном уголке у стены о наших безрадостных перспективах.

Ксафана, хоть и с трудом, мне наконец удалось убедить вернуться в прежнюю форму. Мнение алимовцев в нашей компании мало кого волнует, но вот профессора вряд ли станут долго молчать. Зверь не ученик, а занимает места как двое учащихся. Все же спутники есть спутники. Их положение находится на уровне домашних питомцев, как бы многие существа к своим хвостатым друзьям ни относились.

Свернувшись в клубок, кот позволял костлявой руке мертвеца, которая не была занята мучением карандаша, перебирать свою пушистую черную шерсть. Ушастый откровенно наслаждался ощущениями, но цепкий взгляд диких желтых глаз то и дело устремлялся в сторону близсидящих алимовцев. От его маленького тела исходили густые подавляющие волны предупреждения.

Иногда я сама поражалась, как мне вообще удалось влить в кота столько силы, что она порой действовала даже на меня.

Инесса казалась отрешенной от всего мира. Ведьма невидящим взглядом смотрела на покрытую древними иероглифами стену перед собой и вяло ковыряла пальцем уголок учебника. Сейчас девушка была уже спокойнее, но ее нездоровое безразличие и опустошенность, которые я ощущала на магическом уровне, серьезно меня тревожили.

Сначала я долго не могла избавиться от чувства вины, все-таки они пошли на это из-за желания мне помочь. Но затем откинула этого паразита прочь. У каждого есть своя голова на плечах. Если я буду взваливать на себя всю ответственность за последствия действий всех друзей, морально выгорю уже к концу полугодия.

Впечатления залягут на дно, как неприятные жуткие воспоминания, и она придет в себя — нужно лишь немного подождать.

Найлана тоскливо жалась к бледной руке ведьмы. Впервые сова показывал себя с такой беспомощной стороны, и мне вдруг стало чертовски жаль, что я не владею магией Лили. Сейчас бы всем нам не помешали теплые успокоительные волны света.

Ильгира, Долрат и Ракард сели в ряд слева от нас на одну парту дальше. Демон в собственническом защитном жесте привычно сжимал маленькую сероватую ладонь вампирши, поглаживая ее тыльную сторону большим красным пальцем. Все трое молчали, мрачно наблюдая за профессором. Новостей мужчины пока не получали, а потому и обсуждать было нечего.

— Большинство планет выращены на древних артефактах или поддерживаются их силами. В их число входят Филатия, Эллиас, Терум, Флеймис, когда-то входила Айтария… — продолжал свою лекцию Кастиан.

Эльф привычно ходил из угла в угол, крепко сцепив за спиной ладони. Длинные белоснежные волосы мужчины резко контрастировали с серой кожей. У Ильгиры коса была ближе к пепельному оттенку, а кожа светлее и чище, потому в ее внешности все выглядело гармоничным. А неестественная белизна волос профессора едва не слепила глаза, невольно вызывая воспоминания о снежных равнинах Айсбурга.

Мне всегда нравилась эта планета. Одно из немногих мест, где я ощущала себя полностью единой с природой. Свежесть, покой и чувство безграничной свободы.

Я вздрогнула, когда услышала упоминание дома, и резко обернулась к говорящему.

К счастью, эмоции, вызванные неприятными воспоминаниями, мною больше не управляли, и мне без труда удалось спокойно выслушать лирическое отступление об Айтарии и прошедшей войне.

А вот следующая информация привлекла внимание даже безразличной ко всему Инессы.

— Единственная планета за всю историю, которая мало того, что возникла естественным путем, к тому же еще и создала свое население сама, — это Сальватия. Ядро Сальватии настолько крепкое и мощное, что выносило некромантов своими силами. — Кастиан вдруг сощурил глаза и заговорщически склонился к ученикам. Блеск нешуточного интереса в глазах словно омолодил лицо мужчины. — Слышал, что на ней сейчас происходит что-то странное. Недра земли дрожат и вибрируют. Появилось предположение, что Сальватия может рухнуть. Только вот почему именно сейчас… — больше у себя, чем у нас, спросил эльф, прикладывая указательный палец к подбородку. — Этой ночью кто-то пытался украсть Сальвос, — внезапно громко заявил профессор.

Его голос сквозил леденящим холодом и предупреждением. Он резко посерьезнел, хищником изучая каждое лицо перед собой, словно разыскивал преступника среди нас.

По кабинету пронеслись приглушенные шокированные вздохи. Мы с Ксафаном мрачно переглянулись.

— Пока мы не знаем, кто это был. Советую вам на время расследования в правое крыло не соваться, если не хотите предстать пред ректоратом как подозреваемые.

После недвусмысленной угрозы Кастиана помещение погрузилось в звенящую напряженную тишину. Алимовцы не двигались, вращая расширенными глазами. Новость вылилась всем на голову ведром ледяной воды.

Мужчина воспользовался эффектом неожиданности, чтобы распознать нарушителя, если таковой среди нас был.

Но я-то знала, что здесь он его не найдет. Он вообще его не найдет, пока тот сам этого не позволит. Потому что обычным магам до этого существа чертовски далеко.

Прогремел набат колокола, и я, подорвавшись с места, собрала всю компанию в кучу и вывела в коридор.

Мне даже не пришлось ничего говорить, все и так уже все поняли.

— Мне пришел отчет, — сухо оповестил нас Ракард, прожигая меня мрачным темным взглядом. — Недра Сальватии сдвинулись. Она действительно выглядит так, словно готова взорваться.

Инесса заметно подобралась и теперь переводила с меня на жнеца серьезный осмысленный взгляд. Ксафан зашипел и потер лапой лоб, мучительно скривившись.

Ядро Сальватии разрушается, Сальвос пытались украсть, некроманту нужна магичка-созидательница…

— Он возрождает свой род, — выдохнула я, не сумев справиться со своими эмоциями, из-за чего голос в конце предательски дрогнул.

Война близко.