Глава 1

Я смотрел на серую стену офиса. Гудел кондиционер, монотонно тикали часы. На моём идеально чистом столе лежала папка с чьим-то финансовым крахом. Всё как всегда.

— У меня жена болеет, поймите, — захрипел динамик телефона. Голос должника отчаянно дрожал и срывался.

— Сочувствую, — ровно ответил я. — Но когда вы брали кредит на открытие вейп-шопа в спальном районе, ваша жена была здорова. Бизнес прогорел, проценты выросли. Завтра в полдень дело уйдёт в суд.

— Вы не люди! У вас вместо сердца калькулятор! Да я почку продам, чтобы с вами расплатиться!

— Не советую. Почки сейчас на чёрном рынке подешевели, вам всё равно не хватит на полное погашение, — я тяжело вздохнул. — У вас есть время до завтрашнего полудня. Ищите деньги, а не доноров, банк не принимает внутренние органы в качестве валюты.

Я нажал кнопку отбоя, никаких эмоций, только голые факты и холодный расчёт. За годы работы я чётко усвоил, люди боятся не истерики в трубке. Они боятся неотвратимости, и того, что к ним придут такие, как я.

В стеклянную дверь постучали. В кабинет ввалился Артур — мой коллега. На его лице, как обычно, блуждала мерзкая ухмылочка.

— Шеф зовёт, — бросил он, поправляя узел галстука. — Говорит, есть крупная рыба. Смотри не подавись косточками, Суворов.

— За моё пищеварение не переживай, — ответил я, поднимаясь с кресла. — Лучше следи, чтобы твои должники от радости в окно не вышли. А то замучаешься отписки для полиции сочинять.

Артур злобно скрипнул зубами, а я застегнул пиджак и пошёл к начальнику.

Начальник сидел в кожаном кресле и лениво вертел в пальцах золотую ручку. Он был идеальным винтиком нашей системы, хитрый, циничный и абсолютно беспринципный.

— Садись, Стас, — босс кивнул на стул напротив. — У меня для тебя интересный квест.

Он швырнул на стол увесистую красную папку. Красный цвет в нашем отделе означал одно, дело проблемное и срочное.

— Что там? — я взял документы, быстро пробегая глазами по строкам.

— Контактный зоопарк. Находится почти в центре города. Сам понимаешь, земля там золотая. Застройщики уже слюнями капают, спят и видят на этом месте очередной элитный торговый центр.

Я полистал страницы. Владелица некая Ева Сонина, тридцать два года. Долгов накопилось столько, что проще этот зверинец в космос запустить, чем расплатиться.

— Кто поручитель? — спросил я, изучая странные цифры и графики.

— Некий Иван, её бывший парень, кстати. Он технично выкупил её долги у мелких банков и передал нам. Наша задача — быстро пустить это шапито с молотка, никаких отсрочек.

— Ясно. Классический рейдерский захват через долговую яму, — констатировал я.

— Именно, но есть нюанс, Стас. Там девица с конкретным приветом. Живёт в мире розовых пони, в бизнесе не шарит вообще. Твоя задача спустить её с небес на землю. Жёстко спустить, чтобы даже не дёргалась и сразу всё подписала.

Я кивнул и вышел из кабинета. Бетонная мясорубка снова закрутилась, перемалывая чужие судьбы. Очередная жертва, очередная премия. Всю свою эмпатию я оставляю дома, на работе я бетонная стена.

Через час я припарковал свой внедорожник у покосившегося деревянного забора. Элитный район, кругом стеклянные высотки, а тут, прям передо мной оказался кусок забытой деревни. На доске кривыми буквами было выведено: «Пушистые друзья».

Я толкнул калитку. В нос сразу шибанул густой запах животных, мокрой земли и сена. После стерильного офиса это ощущалось так, словно меня с размаху ударили мешком с картошкой.

Навстречу вылетел тощий парень в перепачканной футболке. Он бегал кругами, суетился и явно паниковал.

— Вы куда?! Мы сегодня закрыты на санитарный день! — крикнул он мне.

— Мне нужна Ева Сонина, — спокойно сказал я, смерив его тяжёлым взглядом.

— Ева! У нас альпака плюнула в спонсора! И к тебе тут какой-то мужик пришёл! — завопил парень дурным голосом и умчался прятаться за вольеры.

Я пошёл на шум, вокруг творился лютый хаос. Визжали морские свинки, кто-то непрерывно блеял, под ногами валялись ржавые вёдра и грабли.

У деревянного загона стояла девушка. Рыжие волосы небрежно стянуты в пучок, на носу красовалось пятно засохшей грязи. На ней был мешковатый рабочий комбинезон и огромные резиновые сапоги. Одной рукой она держала старый калькулятор, а второй отчаянно пыталась вытащить изо рта лохматой альпаки скомканный лист бумаги.

— Плюнь! Кому сказала, плюнь немедленно! — ругалась девушка. — Это налоговая декларация! Ты нас по миру пустишь, дурочка шерстяная!

Альпака смотрела на неё с явным превосходством и продолжала меланхолично жевать.

Я остановился, наблюдая за этой абсурдной сценой. Мой выглаженный тёмно-синий костюм смотрелся здесь как смокинг на свиноферме. В общем-то, так и было.

— Добрый день, — громко сказал я, перекрывая животный гвалт.

Девушка вздрогнула и обернулась. Альпака тут же воспользовалась заминкой и радостно сглотнула бумагу.

— Класс! Просто огромное спасибо! — девушка всплеснула руками. Калькулятор чудом не улетел в грязь. — Теперь я буду объяснять инспектору, что мои налоги сожрала Матильда!

— Ева Сонина? — уточнил я, подходя ближе.

— Да, это я, а вы кто? Из проверяющих? Или тот самый спонсор, в которого плюнули? Выглядите так, будто сейчас достанете пистолет и начнёте стрелять по кроликам.

Она смотрела прямо на меня своими светлыми, живыми глазами. В них не было страха, только лёгкое раздражение из-за съеденной макулатуры.

— Я Станислав Суворов. Представляю интересы вашего кредитора.

Ева замерла. Её лицо мгновенно побледнело, но она быстро взяла себя в руки и гордо вздёрнула подбородок.

— А, коллектор, понятненько. Вы утюг с собой принесли или паяльник? Предупреждаю сразу, свободных розеток нет, у меня инкубаторы работают.

Я усмехнулся про себя. Надо же, язвит. Острый ум под слоем опилок, это уже интересно. Обычно должники при моём виде начинают мямлить или биться в истерике.

— Утюг нынче не в моде, — ответил я в тон ей. — Я пришёл обсудить ваш долг. У вас критическая просрочка по платежам. Земля под зоопарком находится в залоге, вы должны освободить территорию.

— Я в курсе, — она тяжело потёрла лоб, размазав грязь ещё сильнее. — Но денег сейчас нет. Корм снова подорожал, крыша в ангаре течёт, а этот ваш Иван… Он же сам подсунул мне те контракты! Говорил, что поможет с бизнесом, а сам загнал в долговую яму.

— Моего клиента не волнует ваша крыша. И история ваших романтических отношений тоже. Завтра мы запускаем процедуру изъятия имущества.

Она сделала решительный шаг ко мне.

— Послушайте, Станислав. Вы же умный человек, я по глазам вижу. Вы привыкли забирать машины и квартиры, но тут живые существа! Вы не можете просто вышвырнуть их на улицу.

— Могу, закон есть закон. Имущество подлежит изъятию.

— Какое же это имущество? — она горько усмехнулась.

Вдруг из тёмного сарая донёсся жуткий, пронзительный писк. Ева ойкнула, пулей метнулась туда и через пять секунд выскочила обратно. В руках у неё было что-то мелкое и активно барахтающееся.

— Держите! — скомандовала она и впихнула это нечто мне прямо в грудь.

Я даже моргнуть не успел, в моих огромных ладонях, которые привыкли выбивать двери упрямых должников, оказался крошечный, только что родившийся козлёнок.

— Эй! Заберите это немедленно! — рявкнул я, замерев на месте.

Мои пальцы, натренированные ювелирно обращаться с хрупкими моделями самолётов, инстинктивно расслабились и аккуратно обхватили тонкие ножки животного.

— Мне надо кровь остановить его матери! Стойте смирно и не уроните Борьку! — крикнула Ева и снова исчезла во мраке сарая.

Я остался стоять посреди грязного двора. В дорогом итальянском костюме с новорождённым козлом на руках. Козлёнок доверчиво ткнулся мокрым носом в мой шёлковый галстук и тоненько блеял.

Моя железобетонная броня, которую я старательно выстраивал годами, дала трещину. Я чувствовал, как под пиджаком колотится сердце и до одури боялся сломать этому хрупкому созданию шею одним неловким движением.

Внезапно по моей штанине кто-то полез. Я опустил глаза и увидел, до неприличия, толстого енота. Он ловко вскарабкался по ноге, нагло уцепился за карман пиджака и попытался вытянуть мой золотой зажим для галстука.

— Брысь отсюда! — я резко дёрнулся, но вспомнил про Борьку и снова застыл как изваяние.

Ева выбежала из сарая, на ходу вытирая руки грязным полотенцем.

— Жорик, фу! Нельзя! — она подскочила и схватила енота за шкирку. — Извините, он клептоман. Тащит всё, что блестит и у него ужасный характер.

Енот недовольно заворчал, крепко сжимая в цепких лапках мой зажим.

— Верните мою вещь, — сухо процедил я, пытаясь сохранить остатки авторитета.

— Жорик, отдай дяде цацку, — Ева попыталась разжать ему лапы, но хитрый зверь извернулся, цапнул её за палец и стремительно удрал за клетки с кроликами.

— Прекрасно, у вас теперь не только долги, но и статья за кражу, — я осторожно, словно бомбу, передал ей козлёнка.

На моём тёмном пиджаке осталось огромное белое пятно от молока.

— Будете писать заявление в полицию на енота? — она лукаво прищурилась, бережно прижимая Борьку к груди.

Я посмотрел прямо в её глаза. В её пушистом, пахнущем сеном и яблоками хаосе мои жёсткие офисные правила просто перестали работать. Применяемый мной годами метод давления рухнул. Она меня совершенно не боялась и видела во мне просто большого парня, которого только что внаглую обворовал енот.

— Завтра утром я приду с бумагами на выселение, — сказал я, стараясь вернуть голос в суровое русло. — Собирайте вещи, пощады не ждите. Зажим я вам не прощу.

— Приходите, — легко кивнула она. — Только наденьте завтра что-нибудь попроще, что не жалко выкинуть. Матильда просто обожает жевать итальянскую шерсть.

Я развернулся и молча пошёл к калитке. Спиной я физически чувствовал её насмешливый взгляд. Обычно я закрывал дела быстро, жёстко и без лишних сомнений. Но мой аналитический ум ясно давал понять, что с этим маленьким зоопарком всё пойдёт совершенно иначе. Эта наивная девчонка не собиралась сдаваться без боя.

Я сел во внедорожник, громко захлопнул дверь и завёл мотор. Зажим остался у наглого зверя, а дорогой костюм был безнадёжно испорчен.

— Похоже, это будет самая безумная неделя в моей жизни, — мрачно усмехнулся я вслух, глядя в зеркало заднего вида на покосившуюся вывеску.